Глава 29

Обнаженное тело Тиграна сильно вздрогнуло, мышцы сократились в предсмертных конвульсиях.

– Мы теряем его, – нервно бросил хирург, – Сердце останавливается.

– Не выживет, – с сожалением произнесла молодая медсестра.

Алмазов не слышал их в этот момент, но его тело приобрело необычайную легкость. Он раскрыл глаза и увидел мягкий свет, обволакивающий со всех сторон. На удивление ему ничего не болело, и за последние пару дней нынешнее состояние принесло радость. И облегчение.

Вот только где он?

В голове был чистый лист, ни единой мысли или воспоминания, а на душе полное спокойствие и умиротворение.

Свет притягивал его. Манил своим теплом и обещанием вечного покоя.

Тигран сделал первый шаг по направлению туда, куда тянулась его душа, и замер. Он хотел растянуть этот момент, купаясь в эйфории, но понимал, что ему нужно зачем-то спешить. Свет не будет долго его ждать. Мужчина сделал еще пару шагов и остановился, уловив легкое дуновение ветерка.

– Братик… Тигра, – невесомый шепот коснулся затылка, заставив мурашки пробежаться по шее.

– Марина? – он оглянулся, обернувшись, но там никого не было, – Где ты?

– Здесь. Я всегда рядом с тобой, – до боли знакомый голос сестры заставил сжаться сердце от нахлынувшей боли.

– Я не вижу тебя, Маринка.

– Не могу, Тигран. Мне нельзя.., – в ее голосе явно прозвучала нежная, но печальная улыбка.

– Я так рад, что здесь встретил тебя. Я скучал, сестренка. Не проходило и дня, чтобы я не вспоминал тебя.

– Я знаю, братик, знаю, – невесомое прикосновение женской руки легким холодом опалило его лицо, – У меня мало времени, Тигра.

– Амиров… я отомстил за тебя. Убил его, – с все возрастающей болью в глазах произнес мужчина.

– И это я знаю, братик, – печально ответила Марина, – Надеюсь, это принесет в твою душу покой. Но я здесь по другому поводу. Рано тебе уходить… Ты еще там нужен…

– Я останусь с тобой, – вскинулся Тигран, – Меня там ничего не держит.

– Ошибаешься, Тигра, – мягко возразила сестра, – Вспоминай…

Мужчина напрягся, но никак не мог вспомнить то, что болючей занозой засело в сердце. В голове действительно почти не осталось никаких воспоминаний. Образы людей были размыты, а события путались, представляясь разыгравшейся фантазией.

– Вспоминай, братик… Ты должен вернуться, – шептала сестра, – Твое время еще не пришло.

Его душа уже хотела скинуть с себя груз прошедшей жизни и лететь к свету, когда в мозгу яркой вспышкой вспыхнул образ светловолосой девчонки с яркими голубыми глазами. Она что-то говорила ему, жестикулировала красивыми тонкими пальцами. Ее пухлые розовые губы то кривились в усмешке, то обиженно поджимались, от чего ему хотелось их зацеловать.

Это не была его фантазия… Тиграна тянуло к девушке, обладательнице непокорного взгляда и сильного характера. Он должен вернуться. Обратно. К ней. Ему даже на мгновение показалось, что он снова чувствует боль во всем теле, будто и не умирал.

Алмазов недоуменно уставился туда, где был дух его сестры. Он хотел спросить, что все это значит, но не успел.

– Молодец, Тигран, – шепнула Марина ему на ухо, – Береги ее. И помни, я очень сильно тебя люблю. А теперь тебе пора обратно.

– Маринка.., – было вскинулся он, но почувствовал ужасающей силы удар в грудь.

Мужчина пошатнулся назад, чувствуя, как задыхается, и его что-то со страшной силой затягивает во тьму под ногами. Конечности налились тяжестью. В груди все сдавило от невыносимой боли. Тигран падал вниз и громко кричал, пока не стукнулся спиной о металлический стол.

Над его головой висела странная лампа, и склонились врачи в масках. Держа в руках скальпель и зажим, один из них довольно произнес:

– Поразительная живучесть. Слышишь, парень? Тебе катастрофически повезло!

– Катя.., – прошептал мужчина.

Он, наконец-то, смог вспомнить имя той, что занозой сидела в его сердце.

* * *

Прошла неделя с момента, как я привезла Тиграна в сельскую больницу.

На следующий день его на машине скорой помощи доставили в Москву. С такими ранами, как у него, требовалось провести еще одну операцию. Все это время я была рядом. Поселилась в палате, ухаживала за ним и думала о будущем.

По большому счету, мне некуда было идти. При мысли о матери и отчиме в душе поднималась волна злости. Видеть их не хотелось от слова совсем.

Мне пришлось еще долго беседовать с полицией и объяснять недоверчивому капитану, что случилось. Молодой парень в погонах сверлил меня взглядом и задавал сложные вопросы, на которые я не знала, как отвечать. Выдумав какую-то неправдоподобную легенду о напавших на нас хулиганах, придерживалась ее до последнего. Вот очнется Тигран, пусть решает, стоит ли говорить правду.

В себя он пришел только на пятый день.

Все случилось тогда, когда я тихо читала ему вслух какую-то книгу. Специальные приборы, отслеживающие его состояние, радостно пикнули и начали издавать более быстрый сигнал.

Отбросив книгу, я подскочила к Тиграну.

– Катя.., – прохрипел он и попытался дотянуться рукой до моего лица, – Ты рядом…

– Лежи, пожалуйста. Тебе нельзя двигаться, – я перехватила его ладонь и погладила загрубевшую кожу, – Сейчас позову врача.

– Я вернулся к тебе.., – будто не слыша моей фразы, шептал Тигран, – Хотел остаться с Маринкой… но тянуло к тебе.

От таких слов я непроизвольно замерла и почувствовала, как слезы потекли из глаз. Хотелось расплакаться, освободить душу и поделиться с мужчиной всем пережитым, но вместо этого я нежно улыбнулась и присела на край кровати.

– Я рада, что ты вернулся, Тигран, – с трудом сдерживаясь и шмыгая носом, сказала, – Так ждала, когда ты очнешься. Хочешь пить?

– Я хочу, чтобы ты осталась со мной. Навсегда, – он серьезно посмотрел на меня и сжал мою ладонь, – У людей так мало времени, чтобы быть вместе… Не хочу терять ни одного дня, котенок.

– Но.., – сказать, что я растерялась, значит, ничего не сказать, – Давай поговорим об этом, когда ты встанешь на ноги?

А у самой все внутри сжалось. Слишком противоречивые чувства терзали меня. И объяснения им я никак не могла найти в своей голове или в сердце.

– Значит, у меня появился стимул быстрее вылечиться, – слабо улыбнулся Тигран, не выпуская моей руки.

В коридоре раздался звук перекатываемой тележки и гулкие шаги медсестры. Время обхода пациентов.

– Ах! – в дверях застыла обрадованная девушка в медицинском халате, – Ну, наконец-то, вы пришли в сознание! Сейчас доктора позову, – воскликнула она и умчалась за врачом.

С того момента Тигран семимильными шагами уверенно шел на поправку.

Глядя на тот, как его швы, лицо и тело заживают, я испытывала невообразимое облегчение и радость.

В душе все цвело и пело от понимания, что все закончилось. Еще немного времени и Алмазова выпишут домой, где он продолжит самостоятельно лечиться и… жить своей жизнью.

Без меня.

Да, я так решила.

Мне нужно было время.

Я физически ощущала, что нуждаюсь в уединении и времени, чтобы пережить и «перемолоть» все произошедшее. Моя нервная система сбилась. Каждую ночь меня мучили кошмары, от которых я просыпалась в холодном поту. И пусть ужас закончился, но теперь во мне поселился страх, что все заново может повториться. Доводы логики здесь не работали.

От этого хотелось бежать как можно дальше. И я придумала, как будет лучше поступить.

– Катюш, в каких облаках ты витаешь? – с улыбкой спросил Тигран, когда нам принесли обед.

Он, кстати, успел внести кое-какие изменения в наше пребывание в больнице. Нас перевели в двухместную палату, и теперь мне не приходилось спать на стульях.

– Просто задумалась о всякой ерунде, – улыбнулась ему, но поняла, что улыбка вышла печальной.

Мысленно я уже прощалась с этим мужчиной. Какая-то часть меня ревела белугой от этого, а другая, наименьшая часть, нетерпеливо подгоняла. Я взяла его за руку и прижала теплую сухую ладонь к своему лицу. Не понимаю, почему, но душа плакала при мысли, что уже сегодня мы простимся с ним.

Мне хотелось впитать его тепло, запомнить каждую черточку на лице. Заполучить, черт возьми, его фотографию, чтобы одинокими вечерами в своей новой жизни иногда посматривать на него.

– Ты плачешь? Катя? – Тигран убрал поднос и привлек меня к себе.

Уверенным движением он стер несколько слезинок с моих щек и посмотрел мне в глаза. Кажется, мужчина что-то начал подозревать, так как его взгляд стал внимательнее, а объятия крепче, словно он боялся меня отпустить.

– Я хочу, чтобы ты знала, – решительно проговорил Алмазов.

– М?

– Я люблю тебя, – уверенно произнес он, – Мои слова не обязывают тебя что либо говорить в ответ. Просто хочу, что ты это знала.

– Но.., – в смятении я отвела взгляд, – Мне сложно…

– Не веришь? – понимающе кивнул Тигран, – Это нормально, Катюш, учитывая нашу… кхм, историю. Я обещаю тебе, что дальше все будет хорошо. Мы начнем все заново. Я окружу тебя заботой, любовью, и плохие воспоминания уйдут.

Он коснулся губами моих губ, оставив невесомый поцелуй.

– Хочешь, заново познакомимся? Я приглашу тебя на свидание. Буду долго и красиво ухаживать, добиваясь твоего расположения? Только будь рядом… не исчезай.

Я рассмеялась сквозь слезы, не в силах оторваться от Тиграна. От его тела шло такое успокаивающее тепло, которое я впитывала, как губка. Теснее прижалась к нему и запустила ладонь в мягкие темные волосы.

– Отличный план. Я за, – нежно погладила пальчиками его скулу, провела по верхней губе, запоминая очертания и мягкость.

– Если захочешь, будешь жить отдельно, – продолжил мужчина, – В одном доме, но в разных квартирах. Пока не привыкнешь. Я буду водить тебя в кино, в рестораны. Можешь продолжить учебу, будешь встречаться с друзьями. Вернешься к прежней жизни.

– Правда?

– Конечно. Ты свободная девушка, – он со скрытой затаенной надеждой посмотрел на меня и добавил, – Но я всегда буду рядом с тобой, чтобы отгонять левых парней.

– Так я же свободная девушка? – засмеялась в его объятиях и вытерла бегущие слезы.

– Ты теперь… Моя. Любимая. Девушка, – он не дал мне ни секунды, чтобы возразить, и поцеловал.

Сминая губы, он жадно целовал, как умирающий пьет воду. Надежные сильные руки пробирались под мою кофту, прижимая к себе. Впечатывая так, что не было сил и желания освободиться. Я тонула в ощущениях, растворялась и полностью отдалась ему.

Его язык ласкал и танцевал, как никогда прежде. В движениях было столько нежности и желания, страсти и непокорности, что я заражалась этими чувствами. По телу пробежал буквально разряд тока, настолько я захотела Тиграна.

Когда мужчина обхватил мой затылок, углубляя этот сумасшедший поцелуй, я застонала и облокотилась на него. Тут же раздалось болезненное шипение Алмазова. Кажется, я задела его швы.

– Прости. Я случайно, – переводя дыхание, отстранилась от него, но продолжила жадно смотреть на желанные губы мужчины.

– От тебя я готов терпеть любую боль, – весело усмехнулся Тигран.

– Пойду умоюсь, – улыбнулась ему и легко соскользнула с кровати.

– Возвращайся скорее, котенок. Мне без тебя пиздец, – он пронзительно посмотрел на меня и как-то грустно улыбнулся.

– Я недолго… мне нужно немного… охладиться, – с паузами ответила и развернулась в сторону ванны, которая была за основной дверью палаты.

– Я буду ждать тебя, Катя. И буду рядом.., – в спину вонзились его слова, но я не остановилась.

Уже через десять минут я покидала больницу, как беглая преступница.

Ноги несли меня в неизвестность, но предварительно я хотела незамеченной попасть в дом матери и отчима, где в моей комнате лежала заначка. Чуть больше десяти тысяч долларов, но мне были нужны эти деньги на первое время.

Я уходила в никуда с абсолютно пустыми карманами. Без документов, вещей и понимания, где и как окажусь завтра.

Одно лишь знала точно. Я пыталась убежать от себя, своих мыслей и чувств.

Вытерев снова бегущие слезы, обернулась на окна больницы. Пятый этаж. В нужном окне горел свет и темным силуэтом стоял Тигран, вглядывающийся в бегущих прохожих.