Глава 6

Эдриан Торнхилл мрачно разглядывал свой бокал, стараясь не смотреть на противоположную сторону стола. Отец настоял на семейном ужине, якобы чтобы отпраздновать выздоровление Лавинии. На самом деле, Эдриан прекрасно понимал истинную цель — напомнить ему о его обязательствах перед невестой.

— Эдриан, ты сегодня необычайно молчалив, — голос отца прервал его мрачные размышления.

— Просто наслаждаюсь ужином, отец, — ответил он, стараясь, чтобы голос звучал нейтрально.

Гарольд Торнхилл бросил на сына проницательный взгляд, но не стал развивать тему. Вместо этого он повернулся к Лавинии, сидевшей по правую руку от него.

— Как ты себя чувствуешь, дорогая? Доктор Лоу говорит, что тебе уже гораздо лучше.

Эдриан невольно поднял взгляд на невесту. Он ожидал увидеть привычное выражение обожания, с которым она обычно смотрела на него, но Лавиния даже не взглянула в его сторону. Её внимание было полностью сосредоточено на его отце.

— Гораздо лучше, благодарю вас, — ответила она с легкой улыбкой. — Доктор Лоу — превосходный врач.

Что-то в её голосе заставило Эдриана нахмуриться. Он звучал… иначе. Увереннее, тверже. Обычно Лавиния говорила тихо, почти робко, особенно в его присутствии.

— Я рад это слышать, — Гарольд ласково похлопал её по руке. — Ты напугала нас всех, особенно Эдриана.

Эдриан едва удержался от фырканья. Отец явно пытался создать впечатление, что он беспокоился о Лавинии, хотя на самом деле его беспокоило только то, что её выходка могла сорвать их планы.

Лавиния наконец посмотрела на него, и Эдриан приготовился к привычному взгляду, полному немой мольбы о внимании. Но вместо этого её глаза скользнули по нему почти равнодушно, прежде чем вернуться к отцу.

— Я уверена, что мистер Торнхилл был очень обеспокоен, — сказала она с нотками иронии, которых Эдриан никогда раньше не слышал в её голосе.

— Эдриан, — поправил его отец. — Вы помолвлены уже год. Пора бы уже отбросить эти формальности.

— Конечно, — Лавиния снова бросила на Эдриана мимолетный взгляд. — Эдриан был очень… красноречив в выражении своего беспокойства.

Эдриан напрягся, ожидая, что она расскажет отцу о его резких словах во время их встречи. Но Лавиния лишь улыбнулась и вернулась к своему ужину.

— Лав, ты должна попробовать этот соус, — вмешался Тристан, сидевший рядом с ней. — Повар превзошел себя.

Эдриан нахмурился, услышав, как его кузен использует уменьшительное имя Лавинии. Когда они успели стать настолько близки?

— Благодарю, Тристан, — ответила она, позволяя ему положить соус на её тарелку.

Тристан наклонился ближе, что-то прошептав ей на ухо, и Лавиния улыбнулась — открыто, искренне. Эдриан не мог вспомнить, когда в последний раз видел такую улыбку на её лице. Обычно в его присутствии она либо смотрела на него с обожанием, либо плакала от его резких слов.

«Что происходит?» — подумал он, наблюдая, как Тристан снова наклоняется к Лавинии, якобы чтобы помочь ей с выбором блюда.

— Брат, ты совсем не ешь, — заметила Оливия, сидевшая рядом с ним. — Что-то не так?

— Всё прекрасно, — отрезал он, отводя взгляд от Лавинии и Тристана.

Оливия проследила направление его взгляда и понимающе улыбнулась.

— Тристан сегодня особенно внимателен к Лавинии, не находишь?

Эдриан пожал плечами, стараясь выглядеть безразличным.

— Если ему нравится играть роль галантного кавалера, пусть развлекается.

— Тебя это не беспокоит? — в голосе Оливии звучало любопытство.

— С чего бы? — Эдриан сделал глоток из бокала. — Я был бы рад, если бы она нашла другой объект для своих чувств.

Оливия покачала головой.

— Иногда ты бываешь таким…

— Каким? — он вызывающе посмотрел на сестру.

— Слепым, — закончила она и вернулась к своему ужину.

Эдриан снова перевел взгляд на противоположную сторону стола. Тристан вновь что-то шептал Лавинии, и она тихо смеялась, прикрывая рот рукой. Что-то в этой сцене раздражало его гораздо сильнее, чем он ожидал.

«Он уже начал свой план», — подумал Эдриан, вспоминая их разговор. Тристан предложил скомпрометировать Лавинию, чтобы дать ему повод разорвать помолвку. И судя по всему, он не терял времени.

Но было что-то странное в том, как Лавиния реагировала на внимание Тристана. Не смущение или наивное увлечение, а какая-то… осознанность. Словно она понимала игру и принимала в ней участие по собственным правилам.

— Тристан, — голос Гарольда прервал очередной шепот кузена, — может быть, ты позволишь Лавинии спокойно поужинать? Она только что поправилась после болезни.

— Прошу прощения, дядя, — Тристан выпрямился с виноватой улыбкой. — Просто не могу удержаться от желания развлечь столь очаровательную соседку по столу.

— Твоё внимание очень любезно, — ответила Лавиния с легкой улыбкой, — но лорд Торнхилл прав. Мне действительно нужно набраться сил.

Эдриан заметил, как Тристан бросил на неё удивленный взгляд. Очевидно, он тоже ожидал другой реакции. Обычно Лавиния краснела и смущалась от мужского внимания, особенно от такого откровенного флирта.

— Эдриан, — обратился к нему отец, — ты планируешь сопровождать Лавинию на бал Хартингтонов в следующую субботу?

Эдриан подавил вздох. Он совершенно забыл об этом светском мероприятии.

— Конечно, отец, — ответил он без энтузиазма. — Если мисс Рэвен… — он поймал суровый взгляд отца и неохотно исправился, — если Лавиния будет достаточно хорошо себя чувствовать.

— Я буду в полном порядке, — ответила Лавиния, впервые за вечер глядя прямо на него. — Не беспокойтесь о моем здоровье, Эдриан.

Что-то в её взгляде — прямом, уверенном, без тени привычного обожания — заставило его почувствовать странное беспокойство. Это была не та Лавиния, которую он знал. Та Лавиния никогда не смотрела на него так… оценивающе.

— Я тоже буду на балу, — вмешался Тристан с улыбкой. — Возможно, вы окажете мне честь и подарите один танец?

— С удовольствием, — ответила она, и Эдриан почувствовал неожиданный укол раздражения.

— Не забывайте, что первый вальс принадлежит вашему жениху, — напомнил Гарольд, бросив на сына предупреждающий взгляд.

— Я не забуду своих обязанностей, — ответил Эдриан сухо.

— Уверена, что Эдриан предпочел бы танцевать с кем-то более… достойным его внимания, — заметила Лавиния с легкой иронией. — Но традиции есть традиции.

Эдриан уставился на неё, не веря своим ушам. Это была не просто новая интонация — это были совершенно новые мысли. Лавиния, которую он знал, никогда бы не произнесла ничего подобного.

— Что за глупости, дорогая, — Гарольд похлопал её по руке. — Эдриан будет счастлив танцевать с тобой. Не так ли, сын?

— Разумеется, — ответил Эдриан автоматически, всё еще изучая лицо Лавинии.

Что-то изменилось. Что-то фундаментальное. И он не мог понять, что именно.

Ужин продолжился, но Эдриан едва замечал, что ест. Его внимание было приковано к Лавинии, которая непринужденно беседовала с его отцом и Тристаном, изредка обмениваясь репликами с Оливией. Она была… другой. Более уверенной, более острой на язык, более… присутствующей.

Возможно, её «недомогание» действительно что-то изменило в ней. Или, что более вероятно, это была какая-то новая тактика, чтобы привлечь его внимание.

Что ж, если это так, то она добилась своего. Его внимание было определенно привлечено. Но не так, как она, вероятно, рассчитывала.

Эдриан сделал глоток, не отрывая взгляда от Лавинии. Что бы ни задумала эта девушка, он не позволит застать себя врасплох. Он будет наблюдать. И ждать.

А пока… пока он просто не мог понять, почему его так раздражает то, как Тристан наклоняется к её уху, вызывая очередную улыбку на её лице.