Глава 21. ПЕРЕД ВТОРЫМ ИСПЫТАНИЕМ

- Дорогие мои соэллы! - широко улыбаясь, воскликнул Гранвиль, когда все участницы Проклятого отбора собрались в Жемчужном зале. - Рад видеть вас всех живыми и здоровыми!

Тут он всплеснул маленькими пухлыми ладошками и с наигранным сожалением сообщил:

- Ай-ай-ай! Ошибся! Среди живых кого-то одного не хватает! Ах-ха-ха-ха-ха-ха-ха!

Смех Гранвиля зловещим эхом пронесся по зале. Кто-то из невест ахнул, Ойвиа Лантини горько заплакала.

Толстяк-коротышка Гранвиль относился к тому типу людей, над чьими шутками никто, кроме них, никогда не смеется. Но, похоже, его это не только не огорчало, но и доставляло удовольствие.

Как минимум потому, что вместо смеха, он получал слезы.

- Конечно, вам уже сообщили, для чего я сегодня собрал вас, соэллы, - отсмеявшись, продолжал он. - Этой ночью! - Девицы-невесты одновременно вздрогнули от неожиданного восклицания. - Уже этой ночью, соэллы, вам предстоит пройти второе испытание!

Ухмыляясь, Гранвиль потер пухлые ладошки.

- Не буду скрывать от вас, соэллы, в этот раз вас это будет по-настоящему опасно.

«Не поняла, - подумала я. - А русалки, то бишь норхи, было, значит, опасно не по-настоящему? Понарошку, что ли? То есть в этот раз будет еще хуже?»

- Только представлю, что ждет вас, - протянул с нарочито притворным сочувствием граф, -самому становится жутко, дорогие вы мои, соэллы! От страха холодок бежит по телу и сжимается сердце! Страх! Страх одолевает меня, только стоит подумать, а вам предстоит через это пройти...

О, подумала я, теперь понятно, почему перед первым испытанием все невесты были так напуганы. Ах, негодяй Гранвиль! Нагнетает, стращает - так, что бедные девицы больше ни о чем думать не могут. И вообще не могут думать - только страх и остается.

«Хм, - вдруг пришла мне в голову мысль. - А не делает ли Гранвиль это нарочно? Не это ли подтолкнуло Вилору Дюран к побегу?»

Гранвиль с довольным видом хлопнул в ладони - притворное сочувствие испарилось.

- Итак! - возвестил Гранвиль. - Как и в прошлый раз, я дам вам несколько подсказок. Первое. По-прежнему вы не должны забывать ни на миг: все мы здесь во власти Кархена Восьмирукого. Доверьтесь воле незримого хозяина островов и исполните свой долг, как невесты его светлости герцога Кархейского.

Я прекрасно помнила, как Бертина говорила мне в ту ночь, когда мы прибыли на остров, что в древних богов никто не верит, а Гранвиль тем временем уже во второй раз упоминал местное божество в самом серьезном ключе. Любопытно, почему.

- Вторая подсказка! - продолжал Гранвиль. - У моря нет дна! Сумеете правильно трактовать эту подсказку - пройдете испытание.

Повернув голову, я скользнула взглядам по лицам других невест. Безупречно красивое лицо Сайи Даркин было сосредоточенным, она внимала каждому слову Гранвиля, и как будто уже сейчас пыталась понять смысл подсказок. Альвина Мизан хмурилась и смотрела на его светлость недовольно, словно подозревала, что ее пытаются обмануть. Похожая на нервную птичку девица Дебрас кусала губы и перебирала кистями рук, сжимая пальцы то одной, то другой. Ойвиа Лантини... плакала.

И только Анетта Ливис, похожая на куколку девица из библиотеки, казалась спокойной. Она не смотрела на Гранвиля - ее взгляд был отсутствующим, словно она задумалась о куда более важных вещах, чем те, о которых рассказывал граф.

- Третья подсказка! - провозгласил Гранвиль. - Что произнесено - несет спасение, что услышано - несет погибель.

Граф улыбнулся лукавой улыбкой и сощурил глаза до узких щелок.

- Запомните эти несколько слов, соэллы. Разгадаете, что скрывает в себе последняя подсказка - и это спасет вам жизнь.

После этих слов Ойвиа Лантини громко всхлипнула, вскинула руки, закрыв рот ладонями, и, спрятав в ладонях все лицо, заплакала еще отчаяннее, а Гранвиль рассмеялся во весь голос. Эхо его дьявольского хохота взмыло к потолку и разнеслось во все стороны.

- Сегодня в полночь, соэллы! - отсмеявшись уже в который раз, ехидным голоском сообщил граф. - Будьте готовы - за вами придут.

Из Жемчужного зала невесты выходили в напряженном молчании, даже не глядя друг на друга. Лишь я одна украдкой окинула их быстрым взглядом, убедившись, что в отношении большинства невест Гранвилю и в этот раз удалось добиться своего. Девицы были напуганы.

«Первое: все мы во власти Кархена Восьмирукого, - чтобы запомнить, повторяла про себя я, возвращаясь к себе. - Второе: у моря нет дна. И наконец, третье: что произнесено - несет спасение, что услышано - несет погибель».

Любопытно, где пройдет второе испытание? Что здесь есть, кроме самого замка и островов вокруг Кархена?

Что ж, кажется, очень скоро я это узнаю.

* * *

Вернувшись в комнату, я попросила Лотти снять с меня платье. Еще только близились сумерки и до полуночи, как и в прошлый раз, я намеревалась выспаться.

Пока служанка расстегивала крючки на платье, я размышляла. Для чего проводится испытание? Если рассуждать логически, прошлое испытание нужно было пройти, чтобы в итоге получить подарок. Этим подарком стало странное существо из раковины, которое непонятным образом проникло внутрь меня и с тех пор не подавало никаких признаков жизни.

Объяснил ли Гранвиль перед тем, как отправить невест на острова вокруг Кархена, какая цель перед ними, я не знала. В тот раз меня там не было. Сейчас цель второго испытания озвучена не была. Но она наверняка есть.

Кстати, о подарке. Своего «питомца» внутри себя я не ощущала совершенно, и даже, признаться, легко забывала о нем. Пару раз даже поймала себя на мысли: а не померещилось ли мне?

Я положила ладонь на грудную клетку. Он там? Крошечный уродец, на моих глазах превратившийся в хорошенького зверька, который сиял как жемчуг. Для чего он проник в меня? Может ли он причинить мне вред? Например... убить. Изнутри.

Я мысленно поаплодировала Гранвилю - подлец умел добиваться своего. Это таки заразно. Даже меня задело - я уже начала запугивать сама себя.

Заканчивай думу думать, Сусанка, сказала я себе. Я не найду ответы только потому, что буду много размышлять. Выспаться, чтобы отправиться на второе испытание со свежей головой - куда полезнее.

Только моя голова коснулась подушки, как я сразу же погрузилась в сон...

Круг призыва полыхал.

Из линий и символов, начертанных на каменном полу било вверх яркое сияние. Свет освещал лицо мужчины напротив меня так, что казалось, будто сияние исходит от него самого.

Герцог? Реол Кархейский?

Я узнала это лицо вмиг, но тотчас подивилась тому, насколько он молод. Возраст, когда юноша только-только стал достаточно взрослым, чтобы называться мужчиной.

И как же хорош, а... Даже глазам больно.

До моих ушей доносились крики. Повернув голову, в окне я увидела зарево пожара, и сразу осознала: город, раскинувшийся за этими стенами, полыхал. Треск, гул, грохот, шипение -огонь, словно огромное чудовище, пожирал столицу, Равель.

Откуда я это знала? Сон. Это сон, напомнила я себе. Я просто сплю.

Мой слух уловил хрип, и я резко мотнула головой в другую сторону. На полу, словно пожираемый сумраком, лежал уже знакомый мне человек: коса из волос цвета льна белела на каменном полу, как и длинная борода, в то время как темные одежды сливались с камнем, на котором он лежал.

«Орвин Даркин», - произнес голос внутри меня.

Он ранен? Умирает?

- Дайнари... - прошептал молодой мужской голос, и я снова повернулась к молодому Реолу.

Только сейчас я заметила, что он отчаянно, изо всех сил, сжимает пальцами кисть моей руки. Я опустила взгляд. Наши руки были словно натянутый канат, а сцепленные кисти -словно узел, который развяжи - и канат оборвется. Свет, бьющий из линии круга, ударял прямо в замок из наших рук. Эта линия разделяла нас. Я знала - это граница между нами, переступить через которую не можем ни он, ни я.

- Дайнари! Если сейчас ты отпустишь мою руку, мы можем никогда больше не увидеть друг друга, - умоляющим голосом сказал молодой герцог.

Страх? Боль? Близость потери?

Чьи это чувства? Мои? Или той, чьими глазами в этом сне я смотрю на мужчину напротив меня?

Я вдруг поняла, что мои губы улыбаются.

- Эй, не делай такое лицо, твоя светлость. Разлука - не такая уж большая плата, поэтому... Не делай такое несчастное лицо, прошу.

- Дайнари, но ведь ты!..

- Со мной все будет хорошо. Не волнуйся за меня. Тебе будет сложнее. Ты останешься здесь, с ним. Но ты справишься. Пообещай, что справишься.

Моя рука словно попыталась высвободиться. Я знала: это делаю не я, а та, которая носила имя Дайнари.

- Дайнари! Не отпускай мою руку!

- Обещай.

Молодое лицо герцога исказила такая мука, что я бы ей-богу бросилась к нему, чтобы обнять, если бы не спала.

- Дайнари, я не отпущу тебя, - с отчаянием прошептал молодой герцог.

- Ты должен по...

Перед моим взором, заслонив собой все, возникло нечеловеческое лицо и сплошная чернота нечеловеческих глаз посмотрела прямо в меня:

«Такова плата...»

Хриплый голос на миг заглушил все звуки. Глаза молодого Реола широко распахнулись. Я знала, в этот момент за моей спиной он видит этот нечеловеческий облик и глазами, которые черны, словно самая темная бездна.

- Ты должен пообещать, твоя светлость, - на миг крепко сжала руку Реола я.

Молодой мужчина напротив мотнул головой, словно отказываясь, потом лицо его исказилось, на несколько мгновений он с силой сомкнул веки, а когда раскрыл их, посмотрел и сказал твердо:

- Обещаю.

И снова я почувствовала улыбку на своем лице.

- Не дай ему свободу. Стань его пленом. Отомсти.

Со всей силы я резко выдернула руку из сильных пальцев мужчины.

- Дайнари!!!

Свет из линий и символов круга на полу ударил с двойной силой, ослепив меня. Этот свет поглотил меня...

- Госпожа! Госпожа!

Я открыла глаза - надо мной склонилась Лотти.

- Наконец-то проснулись, госпожа, - выдохнула она. - Больно уж крепко спали - насилу добудилась.

Я оставила открытым один глаз, другой закрыла, не желая полностью просыпаться.

- Чего ты меня будишь в такую рань, тебе маменька с папенькой при рождении совесть дать забыли? - пробормотала я сонным голосом. - Темно же за окном, до рассвета целая вечность...

- Госпожа, вы не проснулись еще? - внезапно раздраженно прошептала Лотти. - Какой рассвет, госпожа? Забыли? В полночь за вами придут! А до полуночи уже рукой подать. Сами же просили вас разбудить!

Полночь...

Я подскочила на постели.

Кажется, я окончательно проснулась.

А все этот странный сон. Странный и такой реалистичный... Из-за него у меня совсем вылетело из головы.

Этой ночью, совсем скоро, уже в полночь, начнется второе испытание.