Глава 9

— А потом? Что было потом, Кер? — наклонилась ко мне Летта. Глаза целительницы возбужденно блестели.

Майка, Яна и Тина не отставали от нее, тоже подались вперед, гипнотизируя меня взглядами. Даже о грибном супе с сыром и хрустящими домашними гренками, на который сегодня расщедрились кухонные, забыли.

Совещание, а затем и вводная лекция по демонологии закончились, нас, снабдив расписанием и учебниками, отпустили на обед. Ну а за столом меня уже с нетерпением поджидали жаждущие подробностей подруги.

— Потом Громовержец поклялся, что сделает из нас настоящих демоноборцев и посмотрел на снежных. Многозначительно так, с намеком, — продолжила я рассказ об утренних событиях.

— А даймы? — выдохнула Илетта

— Они хищно оскалились в ответ и заверили, что ждут с нетерпением. Чувствую, попадем мы… между льдом и пламенем.

Подруги перспективами моих грядущих страданий не впечатлились и сочувствовать отказались. Наоборот…

— Огненный призрак против снежных демонов. Хотела бы я на это посмотреть, — мечтательно произнесла Тина.

— И я, — подхватила Арьяна.

Ну, ладно Овентина, она прорицательница, привыкла интересоваться всем, что с духами связано, но от Янки я такого безрассудства не ожидала.

— Я тоже, — мгновением позже присоединилась к ним Майнола.

— А я хотела бы в эту группу попасть, — пробормотала Летта и украдкой покосилась на снежных, сидевших чуть в стороне от нас, у окна. Вернее, на одного конкретного снежного, сероглазого, который в этот момент подмигивал стайке кокетливо хихикающих девиц, что проходили мимо. — У вас ведь есть целительницы, почему меня не взяли? Я одна из сильнейших не только на потоке — на факультете. И собственных разработок у меня много.

Я растерянно пожала плечами.

— Не знаю, Лет. У них какие-то свои принципы отбора, нам неизвестные.

— Ну ничего… Ничего… Еще не вечер. И на моей улице перевернется повозка с редкими магическими декоктами… Говоришь, снежные тоже на бал приглашены?

Целительница прищурилась, размышляя о чем-то своем, и неожиданно улыбнулась.

— Зато мне удалось найти в библиотеке кое-что интересное, — гордо сообщила она.

Громовержец был забыт. Мы застыли, не дыша, боясь пропустить хоть слово.

— Навести госпожу Рэх на разговор об истинных парах оказалось несложно, да только кроме собственных домыслов, любовных романов и сказок, она ничего предложить не могла. Сначала. Потом, к счастью, вспомнила об одной книге. В общем, это тоже сборник преданий, только очень древних. Трудно так сразу разобраться, где там правда, а где — вымысел. Но если кратко, то суть в следующем.

Летта понизила голос до таинственного шепота.

— Истинные пары есть почти у всех племен хаоса. У так называемых старших рас — точно. Но связь проявляется по-разному. У драконов это мгновенная любовь. Вот увидел и все, конец. Себе больше не принадлежишь, жить без него или без нее не в состоянии. В буквальном смысле. О том, чтобы увлечься кем-то другим, и речи нет.

— Страшноватенько, — зябко поежилась Майнола.

— Не то слово. Но у оборотней не лучше. Там правят инстинкты, и избранная —мать будущих наследников, и только. На ней даже жениться не обязательно. И любовниц можно заводить сколько угодно.

— Какая мерзость, — прокомментировала все та же Майка, и мы согласно скривились. Действительно, пакость. Хорошо, что мы не оборотни.

— Любопытней всего у демонов. У них истинные — это, скорее, идеальные магические партнеры. Но для того, чтобы ими стать, нужно… — Летта вскинула голову, оглядела нас, и торжествующе закончила: — Полюбить друг друга. Иначе ничего не выйдет, ни сила не появится, ни дар не раскроется. Поэтому и существует такое странное условие: месяц в непосредственной близости, чтобы пара общалась, узнавала, привыкала. Если по истечению срока чувства не возникли, связь обрывается и…

— И?.. — нетерпеливо подхватила Яна, потому что Летта вдруг замолчала.

— Демон может найти другую хайтэ, — догадалась Майнола.

— Угу, и не одну, — целительница почему-то виновато посмотрела на меня. — Магия будет вновь и вновь подбрасывать кандидаток.

И мне бы обрадоваться тому, что Дамиан, похоже, сказал правду, и через месяц каждый из нас получит свободу… Да я и обрадовалась. Честно обрадовалась. На самом деле. А та крохотная ледяная игла, что, возникнув ниоткуда, внезапно кольнула в сердце… Раз… Другой… Так на нее не стоит и внимания обращать.

У каждого из нас своя жизнь. У меня — учеба, предки, нестабильный дар. У снежного…. много чего. А еще таинственная Микаэна где-то там, в мирах хаоса, и, скорее всего, не она одна. Еще много разных «Микаэн», что, впрочем, совсем неудивительно. Я его не интересую. Он меня тоже. Пусть так и будет.

Но оставался вопрос:

— А что случится, если хайтэ погибнет, пока связь не разорвана?

— Об этом в книге ничего не написано, — досадливо поморщилась Илетта. — Но я еще поищу…

— Ты и так много всего узнала. Спасибо.

Я улыбнулась подруге и решительно придвинула к себе тарелку с остывающим супом. Разговоры-разговорами, но впереди ждали практические занятия, и что-то мне подсказывало: силы нам еще понадобятся.

***

— Что приуныли, детишки? — разносился над полем бодрый голос Громовержца. — Неужели это все, на что вы способны? Не верю. Давайте, вытирайте сопли, откладывайте совочки, вылезайте из песочницы и начинайте, Шакс вас побери, нормально драться.

Адепты, которым была адресована эта прочувственная речь, разъяренно взвыли и, переглянувшись, дружно бросились на стоящего в центре тренировочной арены Лероя, чтобы через мгновение так же слаженно разлететься в разные стороны.

Одобренное ректором и закрепленное в расписании «избиение малолетних» именовалось практической отработкой основ ближнего боя. Для первого занятия и демонстрации того, как много подопытным еще предстоит узнать, Лерой выбрал боевиков нашей спецгруппы. Остальные, расположились на скамьях, амфитеатром окружавших полигон, и внимательно наблюдали за происходящим.

Физическая и боевая подготовка в Грэнси всегда была на высоте. Адептов любой специализации с первого курса в обязательном порядке учили сражаться — разница заключалась лишь в количестве выделенных на подготовку часов и интенсивности занятий. Но сейчас, глядя на это издевательство, я понимала: придется, действительно, начинать с основ. Всем, даже боевикам и стихийникам, не говоря уже о целителях и артефакторах.

Лерой неуловимо быстро качнулся в сторону, вскинул руки, и пятеро боевиков, подбиравшихся к нему со спины, с ругательствами и обиженными возгласами в очередной раз покатились по земле.

— Хорош, — не скрывая восхищения, протянул слева от меня Брейт.

Когда мы занимали места на трибунах, хэссэ как-то незаметно оказались рядом. И ладно бы только Дамиан, он все-таки теперь значился моим личным наставником, но ведь и Брейтон тоже. И даже Террелл. Впрочем, окружающие были настолько увлечены боем, что маневр снежных никого не заинтересовал. Вернее, почти никого.

Нейтон явно злился и перед тем, как выйти на поле с другими боевиками, несколько раз мрачно посмотрел в нашу сторону. Даймы проигнорировали его недовольство, но, судя по легким улыбкам, мелькнувшим на их губах, все прекрасно заметили и… оценили.

— Не понимаю, почему Брагмемот до сих пор не привлек Аркентара к общим академическим занятиям? — произнес над моей головой Террелл. Он устроился на ряд выше.

— Пытался. Еще на первом курсе, — откликнулась я, не сводя глаз с арены. — Но прадед почти сразу же, на вводном занятии, повздорил с магистром Хуви, куратором боевиков, и обозвал его недоучкой. В ответ тот заявил, что не позволит какому-то духу, пусть даже и заслуженному, ронять его авторитет.

Демоны иронично хмыкнули. Я вздохнула.

— Последовало шумное разбирательство, прадед рассердился и поклялся, что больше не станет помогать наставникам. Ни при каких условиях, — я покосилась на Дамиана, который с интересом следил за поединком. — Не представляю, как тебе удалось его уговорить.

— Это было не очень сложно. Духи вспыльчивы и азартны, они не могут не вмешиваться в дела живых, такова их природа. Но если подобрать правильный подход, лучше помощников не найти.

Голос Дана звучал уверенно и невозмутимо, а вот глаза смеялись.

— Во-первых, твой предок кровно заинтересован в том, чтобы именно вашу группу обучили как можно лучше. Из-за тебя. А это всем пойдет на пользу. Вы приобретете бесценный опыт, мы узнаем новые приемы. Громовержец — легендарный воин, стать его учеником, хотя бы на время, большая честь и удача. А самому Лерою это позволит выпустить пар. Ты, опять же, под постоянным присмотром. Мы… под контролем.

Теперь и на губах снежного появилась улыбка — открытая такая, озорная, освещая его лицо, делая мягче. И я вдруг подумала, что она очень, просто невероятно ему идет.

— А во-вторых? — спросила я, так как Дан почему-то не торопился продолжать. Молчал, не отрывая от меня взгляда.

— У твоего прадеда появилась официальное разрешение регулярно и беспощадно «измываться» не только над адептами, но и над демонами. От этого он в полном восторге.

И тут с арены, словно в ответ на его слова, прозвучало:

— Ладно, детки, свободны, на сегодня с вас хватит. Может кто-то еще хочет попробовать свои силы?

Взгляд Лероя, медленно обойдя трибуны, остановился на Дамиане.

Секунда…

Другая…

Дан поднялся — мягко, неспешно, даже как-то лениво. Спросил, не отводя глаз от Громовержца:

— Керри, как считаешь, если я твоим тетушкам предложу тоже присоединиться к занятиям нашей группы, они согласятся?

Я вспомнила любимый боевой артефакт Анники, представила, как будут выглядеть боевики с зонтиками наперевес и, не сдержав смешка, ответила:

— Уверена.

Дамиан кивнул, пряча в уголках губ улыбку. Видимо, тоже вообразил себе нечто подобное.

— Да, полагаю, стоит попробовать, — резюмировал он.

Повернулся ко мне, подмигнул, одним неуловимо быстрым движением преодолел ограждение, отделяющее трибуны от поля, и встал напротив Громовержца.

— Я готов, командор.

Командор…

Старое воинское звание, почти забытое в наше время, но принятое во времена Лероя. К прадеду при жизни обращались именно так, и сейчас… Думаю, ему было приятно.

Адепты спешно покинули арену, оставив в центре двоих — огненного и снежного. Неподвижных, внимательно присматривающихся, оценивающих друг друга.

— Без магии? — прищурился демоноборец.

— Без, — коротко согласился демон.

Соперники оскалились, иронично, вызывающе, а руки уже выхватывали из воздуха мечи. Бело-голубой, ледяной у Дамиана, и раскаленный, оранжево-красный, будто сотканный из струй пламени у Лероя. Басовито загудел накрывший поле защитный купол — на этот раз его активировали на полную мощь. И поединщики сорвались с места.

— Смотри, Керри, — Террелл пересел поближе, на освободившееся место. — Смотри внимательно. На это стоит посмотреть.

Он оказался прав. Это был не просто бой — почти танец. Удивительный, непостижимый, безмерно опасный и завораживающе прекрасный.

Сложность и отточенная выверенность движений.

Неожиданные выпады, виртуозные блоки, откаты, молниеносные мастерские атаки.

Эти двое ни в чем не уступали друг другу. И не только боевикам, даже мне было ясно, что за их действиями стоят долгие годы изнурительных тренировок и полученного в сражениях реального боевого опыта. Не только у Громовержца, но и у Дамиана.

— Хорошо, что ты с нами, Керрис, — словно издалека донесся до меня голос Террелла.

— Угу, — откликнулась я, продолжая увлеченно следить за боем.

— Мы боялись, что ты откажешься встречаться с Даном, — присоединился к разговору Брейтон.

— Он убедил, — хмыкнула я. — К счастью, это ненадолго. Нужно потерпеть всего месяц не больше, а потом мы расстанемся и забудем об этом недоразумении, словно ничего и не было.

Странное, напряженное молчание, последовавшее за моими словами, заставило оторваться от арены и посмотреть на Брейтона.

— Это тебе Дан сказал? — в взгляде Брейта стыло неподдельное недоумение. — Про «немного потерпеть» и про то, что намерен с тобой расстаться?

— Ну да. Сразу, как только связь оборвется.

— А ты сама? Ты этого хочешь?

В памяти промелькнуло лицо Дамиана. Синие глаза, в которых, если долго всматриваться, начинаешь тонуть. Улыбка, от которой дух захватывает. А потом всплыло другое видение — голый демон в одной набедренной повязке, а еще имя… Микаэна, и я, тряхнув головой, уверенно ответила.

— Разумеется, хочу.

И снова повернулась к арене, краем уха уловив тихое, почти на грани слышимости:

— Что ж, может, это и к лучшему.

— Брейт, — предостерегающее от Террелла.

И в ответ упрямое:

— Он собирается отказаться.

Дальше я уже не слушала, полностью поглощенная тем, что происходило на поле, а там творилось нечто невероятное.

Противники перешли на запредельные скорости, двигались все быстрее и быстрее и практически растворились в воздухе, исчезли, превратившись в два вихря — снежный и пламенный. Они кружили бок о бок, сталкивались, разлетались, чтобы, снова рванувшись друг к другу, слиться в один голубовато-оранжевый смерч.

Невероятно. Головокружительно. Ошеломляюще — до мурашек на коже. Я даже невольно поежилась.

Это движение не осталось незамеченным, но было явно неправильно понято. Брейтон придвинулся, осторожно коснулся моих плеч, и по телу заструилось тепло, обволакивая уютным коконом. Надо же, снежная магия и согревать может?

И огненно-ледяной смерч на арене распался.

Дамиан развернулся в нашу сторону, на мгновение, нет, на долю мгновения останавливая взгляд на ладонях Брейта, что лежали у меня на плечах, но Громовержцу этого хватило. Быстрый выпад — и меч Дана отлетел с сторону, выбитый из его руки мощным ударом.

Противники замерли…

Удар сердца.

Еще один.

И Лерой опустил свой меч, дезактивируя его.

— Неплохо, — пробасил он. — Действительно, неплохо. Давно я так не развлекался. Мда… Давненько. Но над концентрацией придется серьезно поработать. Спасибо за бой… демон.

— И вам, командор.

Противники, склонили головы, благодаря друг друга, но Дамиан выпрямился на мгновение раньше прадеда. На его губах появилась и тут же растаяла улыбка. Лукавая такая, победная. Словно это он вышел победителем из схватки. Хотя… Если он специально позволил прадеду выиграть, тогда все встает на свои места.

Вот ведь… демон.

К нам Дамиан не вернулся. Поднял голову, нашел взглядом Террелла с Брейтоном, и те, коротко кивнув, тут же поднялись.

— Перерыв. Десять минут, — объявил Терри, и они двинулись к брату, который остался на краю поля вместе с Лероем, что-то горячо обсуждая.

Прадед сосредоточенно слушал, вопросительно поднимал брови, хмурился, улыбался — скупо, но одобрительно, а потом говорил, время от времени энергично разрубая воздух открытой ладонью. И тогда уже слушал Дамиан — не менее внимательно и серьезно.

За годы нашего вынужденного и весьма тесного общения я видела прадеда разным: строгим, насмешливым, разгневанным, назидательно-поучительным, благодушно-веселым. Но впервые наблюдала вот таким: сдержанно-суровым и заинтересованным. Очень заинтересованным А еще… похожим на Дамиана.

Да, несмотря на все различия, внешние и внутренние, на то, что один был огненным демоноборцем, а другой — снежным демоном, эти двое имели что-то общее, какое-то неуловимое сходство. Передо мной стояли два прирожденных командира, пусть пока и вражеских армий.

— Привет! — раздался сбоку знакомый голос, и рядом, переключая на себя мое внимание, опустился Нейтон.

— Давно не виделись, — не очень любезно буркнула я, все еще злясь на боевика за утреннее представление.

Но Нейта более, чем прохладный прием не остановил.

— Я остаюсь в академии на Ночь Всех Магов, — доверительно поделился он, наклоняясь ко мне.

— Вот как? А как же большой королевский прием? Что по этому поводу думают твои родители и его величество?

— Я уже достаточно взрослый, чтобы самому принимать решения, — неожиданно зло отчеканил внук Гилберта Пятого.

— Как знаешь, — я рассеянно пожала плечами, продолжая наблюдать за Лероем и Дамианом.

Планы Нейтона меня мало интересовали. Отрываться от арены не хотелось, но Траэрн перехватил мою руку, потянул на себя, настойчиво сжал, и я нехотя развернулась, вопросительно поднимая брови. Руку тоже попробовала вернуть. Не получилось.

— Керри…

— Послушай, Нейт, если ты опять о… том же, что и раньше, то давай хотя бы не сейчас, а? — Я поморщилась, не оставляя попыток вывернуть пальцы из захвата.

Бесполезно, Нейтон не дал освободиться. Стиснул мою ладонь еще сильнее, поднялся, расправил плечи, вскинул подбородок и громко, отчетливо произнес:

— Керрис Аркентар, ты пойдешь со мной на бал в Ночь Всех Магов?

Нас словно пологом молчания накрыло, такая вокруг разлилась тишина. Невероятная, оглушительная, в буквальном смысле этого слова. Для меня, так уж точно. Похоже, окружающие даже дышать перестали.

А боевик застыл, напряженный, как натянутая тетива, — еще секунда и сорвется. И я тоже оцепенела.

Что же делать?

Нет, я прекрасно понимала, почему Нейт сделал свое поистине сногсшибательное предложение именно сейчас, да еще так намеренно, чтобы его обязательно услышали посторонние.

Этикет, Шакс его побери. Все дело в этикете.

Одно дело — беседа наедине, она касается только двоих, тут и отказать можно, и спокойно принять отказ, ничего в этом страшного нет. Те, кто не уверен в ответе, задают такие вопросы без свидетелей. Так принято. И только давно сложившиеся влюбленные пары ведут разговоры открыто, ничего не опасаясь. Потому что открыто, на публику — это же совсем другое дело. Это уже вопрос чести.

Отказать Нейтону прилюдно — значит, нанести оскорбление. И не кому-то там, а наследнику королевской крови, то есть, фактически, Траэрнам. Нейт знал, что делает, и, да — поступил подло. Но мне от понимания этого, было не легче.

Тишина сгустилась, стала почти зловещей, лицо Нейтона начало темнеть, губы сжались в тонкую полоску, а я все медлила, не представляя, как поступить.

Скандала, который неминуемо последует за отказом, не хотелось категорически. Но соглашаться на предложение, которое мне сделали, фактически загнав в угол, хотелось еще меньше. В конце концов, я Аркентар, истинная Аркентар, что бы там ни говорили. Родовое пламя избрало меня своей хранительницей, и никому не позволено так нагло меня шантажировать.

Решение пришло мгновенно. Я не пойду на этот шаксов бал. Просто не пойду, и все. Скажу Нейту, что самой ужасно досадно, но присутствовать не смогу. А причину потом придумаю. Да вот хоть с духами договорюсь, тетушки точно не откажут. В конце концов, не такая уж и большая потеря — этот бал.

Не большая, я сказала.

И я тоже выпрямилась, затолкала мысли о празднике, который придется пропустить, поглубже, и уже отрыла рот, чтобы облечь свои слова в максимально учтивую форму…

И тут неподалеку от нас отчеканили надменно и холодно:

— Сожалею, Траэрн, но вы опоздали. Девушка уже приглашена.

У меня практически не было времени — пару рваных ударов сердца, не больше, чтобы сообразить, как действовать дальше.

Я могла бы, конечно, сказать, что это неправда, и никто меня никуда не приглашал. Могла бы, но… не стала. И не только потому, что пришлось бы обвинить еще одного принца, на этот раз снежного, во лжи, что само по себе чревато неприятностями.

У нас с Дамианом договоренность, мы, фактически… м-м-м… партнеры. Да, именно так. А пойти на бал с деловым партнером, это ведь совсем не то, что явиться туда с не в меру настойчивым поклонником, который обязательно воспользуется поводом, чтобы укрепить свои позиции и дать всем понять, что вы пара. Ведь правда же? И соблазнительные мысли о том, как я буду взлетать в танце, подхваченная сильными руками синеглазого демона, здесь совершенно ни при чем. Лишние они, эти мысли.

Я чуть изогнула губы, намечая вежливую улыбку, и встала — как раз между замершими друг напротив друга соперниками:

— Извини, Нейт, хэссэ Дамиан, и правда, пригласил меня… Совсем недавно, когда мы наблюдали за боем. Я не видела причин отказываться.

Нейтон побледнел, на скулах заиграли желваки, глаза бешено сверкнули, но он сдержался. Лишь хмуро, отрывисто кивнул Дамиану и отошел. На меня он так и не взглянул.

И тут же вокруг как-то разом заговорили, задвигались — словно невидимая рука убрала висевший над полигоном полог молчания.

— Адептам боевого факультета спуститься к командору Аркентару. Тем, у кого есть личные наставники, оставаться на местах. Остальным собраться на северной трибуне, — объявил позади меня Дамиан и, когда я оглянулась, сухо скомандовал: — Идем.

Развернулся и, не дожидаясь ответа, быстро направился к выходу.

Мне ничего не оставалось, как двинуться следом.

Так мы и шли: впереди чем-то очень недовольный снежный — у него не только походка, даже спина казалась ужасно раздраженной, а за ним я. Молча шли. Быстро. Через все поле, к восточному выходу, и дальше, к залам для индивидуальных тренировок.

Длинный коридор, который мы, практически, пролетели.

Первая дверь…

Вторая…

Пятая…

— Попробуем повторить то, что случилось в зале призыва, — с порога произнес Дамиан, сразу перейдя к делу. — Тебе ведь удалось объединить стихии? Именно так ты пробила мою защиту и сняла щит?

— Наверное.

Я сама толком не понимала, что тогда сделала. Но попытаться еще раз была не против. Только вот настроение Дана мне не нравилось. Какой бешенный оборотень его укусил? Злится на то, что пришлось меня пригласить на бал? Так это полностью его инициатива. Я его за горло не хватала, к стенке не припирала и силой не принуждала.

— Дамиан…

Поинтересоваться, что стряслось, мне не дали.

— Время, — нетерпеливо перебил снежный. — Давай работать.

Закусила губу, отгоняя невольную обиду. Мы ведь, и правда, тут не для романтической беседы собрались. Да и какая мне разница, на что или кого демон изволит гневаться. Мы деловые партнеры, вот и займемся… делом.

— Я готова, — тряхнула головой, отгоняя ненужные эмоции, и шагнула к взметнувшемуся в двух шагах от меня снежному вихрю. Предвкушая то чудесное ощущение полноты, завершенности, которое уже довелось однажды испытать.

Увы, чуда не произошло.

Ни через десять минут, ни через полчаса, ни через час.

Как я ни старалась вызвать свой огонь, как ни пытался чужой холод пробиться ко мне, ничего не получалось. Мое пламя по-прежнему едва тлело, а источник отгородился от стихии Дамиана несокрушимой стеной и не подпускал к себе.

— Шакс тэсс-с-с! — не выдержав, прошипел снежный. — Соберись, сосредоточься и выбрось, наконец, из головы все посторонние мысли.

Зло блеснул глазами, повторил:

— Все. О Траэрне тоже.

О Траэрне? Почему именно о нем? Нет, я, конечно, думала о Нейтоне, не могла не думать, меня вообще ситуация с приглашением очень напрягала. Но какое отношение это имеет к занятиям?

— Жалеешь, что придется идти на бал со мной, а не с этим твоим боевиком? — продолжал Дамиан.

— Я…

Хотела ответить, что нисколько не жалею, и Нейт вообще не мой, но мне в очередной раз не дали договорить.

— Вынужден тебя огорчить. До тех пор, пока ты моя невеста, пусть всего лишь номинальная и временная, рядом с тобой не будет других мужчин. Потом, через месяц, можешь делать, что угодно, — припечатал Дамиан.

И я разозлилась.

Номинальная и временная, значит? Почему-то это определение задело больше всего.

— Что ж… потерплю пару недель, — процедила недобро. — Только и ты соизволь уж отказаться от всяких там Микаэн… и прочих.

Думала, демон разозлится, а он… улыбнулся, ехидно так, словно получил то, чего и добивался. У него даже настроение мгновенно улучшилось.

— Договорились, — произнес почти весело. Небрежным движением руки развеял снежный вихрь и добавил: — На сегодня все, отдыхай. Завтра начнем с медитации.

— Я уже все пробовала, и не раз, — буркнула я. — Не помогает.

— О, у нас будет особая медитация… совместная, — понизив голос до вкрадчивого шепота, заверили меня.

И столько в этих вполне невинных на первый взгляд словах было двусмысленного, почти чувственного обещания, что щеки вспыхнули сами собой. Забыв попрощаться, я поспешно выскочила за дверь. А вслед мне летел смех. Довольный такой.

Фаэрнис-заступница!

Только первый день занятий, а уже столько всего случилось, начиная с утренней встречи в коридоре и заканчивая вот этим вот странным разговором. А завтра еще медитация ждет. Совместная.

Нет, я до конца месяца точно не доживу.