Глава 14

На следующий день Альма первым делом после пробуждения отправилась к Арману, тот ее принял в своем кабинете. Дакар сидел за столом из черного гранита, перед ним лежала толстая тетрадь, куда буквально минуту назад Арман вносил какие-то записи.

– Не передумала? – указал на кресло, обшитое бархатом.

– Нет, – опустилась в кресло.

– Насколько я знаю, Дарий изволил извиниться перед тобой, что для него, признаться, редкость. Возможно, стоит дать ему шанс?

– Твой брат не нуждается во мне, – а глаза наполнились искренней печалью, – видит Великая Фрэя, я искренне хотела семью, любви. Но Дарий…

– Хорошо, я тебя понял. Насильно держать в своих чертогах не собираюсь, – голос его звучал довольно грубо, – раз решила уйти, будь по-твоему. Я напишу отказную грамоту, с ней и вернешься в Кастилион.

– Что за отказная грамота?

– Документ, подтверждающий мой отказ от тебя. Иными словами, оформлю развод. Однако, хочу вот что сказать, ты была бы нужна как сестрам, так и мне. Я понаблюдал за тобой, Альма, в тебе есть мудрость, есть такие важные качества, как наблюдательность, осторожность и рассудительность. Ты могла бы принести пользу. В то же время, понимаю, как женщине, тебе нужно состояться. То есть, стать женой и матерью. В общем, выбор за тобой. Даю тебе времени до завтрашнего утра, если не изменишь решения, составлю грамоту и подпишу. Завтра же сможешь покинуть Церат.

– Благодарю, – после чего покинула кабинет.

И стоило Альме закрыть за собой дверь, как по стене на пол сползла тень, коя обратилась Дарием.

– Вот, значит, как? – глаза авена заплыли тьмой, он уперся кулаками в стол. – Как ты смеешь принимать решение, не согласовав со мной? Она моя жена!

– В сторонку отойди, – вернулся к тетради, – свет загораживаешь.

– Не много ли ты на себя взял, Арман?!

– Моя обязанность, как лидера, исправлять ошибки своих авенов. Я исправил твою ошибку. Не моя вина в том, что Альма не хочет быть с тобой, Дарий.

– Свою ошибку я бы мог и сам исправить, но ты не даешь мне такой возможности. Если она покинет Церат, я уже ничего не смогу сделать.

– У тебя есть времени до завтрашнего утра, – криво усмехнулся, – напрягись, покажи ей свою другую сторону.

– Ты разочаровал меня, – выпрямился, заложил руки за спину, – вместо того, чтобы оказать поддержку, угробил последний шанс на примирение. С этого момента запомни, старший авен, если кто-нибудь занесет кинжал над тобой, я не вступлюсь и не помешаю. Отныне я сам по себе, вы с Амосом сами.

– Даже звучит смешно, – откинулся на спинку кресла.

– Так посмейся, – и снова обратился тенью, а спустя мгновение той не стало.

– Может, хоть сейчас зашевелит мозгами, – пробубнил себе под нос. – Так, что же я хотел… а, да. Амос? – произнес негромко.

– Да, – появился перед ним заспанный авен.

– Ты чего такой взъерошенный? Все еще в постели валяешься?

– Виноват, – плюхнулся к кресло. – Исправлюсь.

– У тебя две поездки на сегодня.

– Помню.

– Хорошо, а помнишь наш разговор об учителях для жен?

– Угу.

– Найди достойных, договорись об уроках. Поищи среди ученых мужей Первой Академии. И пусть слуги подготовят места для занятий в библиотеке. Пора нашим супругам научиться чем-нибудь полезному.

– Я бы и сам мог обучить Амину казначейскому делу. У нее, знаешь ли, открылся талант к математике.

– Заниматься они должны с учителями, а вот с тобой Амина сможет закреплять пройденный материал, – улыбнулся. – Девушкам нужно занимать себя, чтобы не слонялись без дела.

– Ты весь в отца, – покачал головой.

– Ну, хоть кто-то из нас троих получился достойным. Дарий вот совсем от рук отбился, ты начал лениться. А дела, между прочим, не ждут.

– Альма приходила?

– Да, – поднялся, подошел к окну. – И настаивала на отъезде. Я согласился.

– А Дарий?

– А Дарий разочарован и обещался остаться в стороне, если мне в спину прилетит кинжал. Впрочем, это уже пятая подобная клятва за последние два года.

– Ясно. Возможно, все-таки стоило дать им еще шанс?

– У них в руках все шансы, Амос. Альма женщина, которая отчаянно хочет любви, и если наш брат поумерит свой пыл, то и она ответит взаимностью. А сейчас собирайся в путь. Мне нужны отчетные грамоты Арайма, там как раз сезон сбора урожая.

– Амину возьму с собой.

– Бери, бери, главное, грамоты мне привези без ошибок.

– А вот это прозвучало обидно.

– Ступай.

Селен в этот момент только-только проснулась в покоях мужа. Фея потянулась, ощутив легкую мышечную боль после вчерашней ночи. Арман ее не пощадил целых два раза, жаль, на третий уже сил не хватило. Селен осмотрелась, прислушалась к звукам. Светло-коричневые тюли надувались точно паруса, пропуская в комнату утренние лучи солнца. Камин напротив источал тепло, с другой стороны ветер нес ароматы океана.

И чем же она сегодня займется? Арман сказал, что будет занят до обеда, потом они все соберутся за общим столом. Но не успела фея придумать себе занятия, как в покои пожаловала Лура, девушка принесла чистую одежду.

– Желаете принять ванну, госпожа? Ваша сестра уже в купальной.

– Да, пожалуй, – вспомнила, как вчера вспотела, многократно.

– Тогда следуйте за мной.

Фея соскользнула с кровати, нацепила меховые тапочки и направилась за служанкой.

Что сказать, купальная произвела неизгладимое впечатление, впрочем, Амина, которая уже вовсю плескалась в одной из купелей, тоже пребывала в восторге.

Эльфийка положила белье на лавку, после чего откланялась.

– Ты только посмотри, – Амина опустилась в воду по самую шею, – горячая. А вон та и та, – указала на соседние, – теплее, – а эта, – ткнула в третью, – минеральная. Я уже по всем пробежалась, везде посидела.

– Альма к нам присоединится? – начала раздеваться.

– Должна, Лура как раз за ней отправилась.

– Интересно, как у нее прошла ночь?

– Скоро узнаем. Но что я уже успела узнать, – сразу погрустнела, – наша сестра хочет вернуться домой и уже получила согласие от Армана.

– Жаль. С другой стороны, я ее понимаю. Прекрасно понимаю. Дома с отцом ей будет лучше, – и медленно зашла в купель, села на скамью, коя находилась ниже уровня воды. – Дарий не сделает ее счастливой. Он ведь меня чуть с ума не свел. Приходил, лапал, влезал в голову, внушал.

– Вот же урод.

– Еще какой.

– И кто помянул меня всуе! – раздалось из-за колонны, отчего девушки взвизгнули, а Дарий вышел на свет.

– Ты что тут делаешь, изверг? – напустилась на него Амина. – Убирайся или я Амоса позову!

– Я пришел к вам за советом, – ехидно ухмыльнулся, – и можете не переживать, ваши голые тела меня не заботят, все ж они под водой.

– Чего ты хочешь? – Селен прижала колени к груди.

– Помогите мне наладить контакт с вашей сестрой.

– Извини, – хмыкнула Амина, – ты опоздал. Альма тебя на дух не переносит.

Дарий подошел к купели, сел на борт, а ноги опустил в воду:

– И все-таки.

– Оставь ее в покое, – Селен посмотрела ему в глаза и отметила в них тоску. – Зачем тебе Альма, Дарий?

На что последовал тяжелый выдох:

– Я хочу быть с ней. Альма каким-то неведомым образом проникла в сознание и душу, но я в силу своего характера, наделал кучу ошибок. Арман помочь мне отказался, поэтому я пришел к вам. И какая радость, застал обеих, – снова расплылся наглой улыбкой.

– Альма любит цветы и животных. – Селен все-таки рискнула. – В саду отца она собственными руками посадила большую часть цветов. А еще наша сестра любит играть в настольные игры. Будь то шахматы, нарды, карты.

И тут Дарий задумался. Ну, сады с местной фауной он ей вряд ли сможет организовать за один день, но вот сыграть партейку другую в шахматы или карты, да еще бы на спор, это вполне. Раз любит такие игры, значит, не лишена азарта. И о чудо! Он тоже азартен.

– Благодарю нижайше, – кивнул им, после чего растаял в воздухе.

– Вот же бес, – передернулась Селен.

– Зря ты ему взялась помогать, – Амина огляделась с опаской, – он самовлюбленный поганец.

– Возможно, но если искренне хочет заслужить прощения, а я надеюсь, это так, то почему бы и нет? Одно время мне думалось Арман самое ужасное, что только могло с нами случиться, но оказалось, он способен любить.

В этот момент в дверях показалась Альма. Фея подошла к купели и тотчас вспомнила близость с Дарием, отчего стало и гадко, и томно одновременно.

– Доброе утро, – уселась на лавку.

Амина же только хотела предупредить сестру, чтобы та была осторожнее, как Селен дернула ее за ухо.

– Ай, – прошептала фея, – больно.

– Молчи, – цыкнула на нее, – если расскажешь, Альма снова расстроится. Хватит уже с неё волнений.

На что Амина насупилась, но послушалась.

А Дарий тенью притаился под потолком и наблюдал за Альмой. Может, сыграть с ней на раздевание? Хотя нет, не поймет и снова побежит жаловаться Арману. Как бы сейчас хотелось прижаться к ее попке, потом поласкать, а после… Вдруг на Дария как снизошло. Точно! И он мигом покинул купальную.

Отправился авен на задний двор чертогов и провел там несколько часов кряду, а вернулся лишь к обеду, как раз к этому времени за столом собрались все. Арман дождался, когда брат сядет, после чего дал отмашку слугам нести блюда.

– Кто чем занимался? – уложил салфетку себе на колени.

– К слову о занятиях, – Селен уставилась на мужа, – нашлось бы место в твоих чертогах, где я бы могла обустроить себе мастерскую?

– Нашлось бы, – и ведь совсем забыл о том, что его маленькая фея любит лепить из глины. Весьма опрометчиво с его стороны, надо срочно исправиться. – И еще, Амос договорился с некоторыми учителями из городской академии, со следующей недели у вас начнутся занятия.

– Вообще-то, – явно оскорбилась Селен, – мы посещали школу и даже с успехом окончили.

– Прозвучало чересчур самонадеянно, – ухмыльнулся Арман. – Безусловно, читать и писать вы умеете. Я же хочу, чтобы вы приобрели знания высшего порядка. Для Амины было бы неплохо поднатореть в травоведении, все-таки в ней живет магия врачевания. Ну а ты, Селен. Тебе было бы полезно все и сразу.

– Не многовато ли? – скривилась. – Всего-то и сразу.

– В самый раз. Что до Альмы, то, как понимаю, она решила покинуть нас завтра поутру. Верно? – посмотрел на фею, которая сидела рядом с Дарием и снова не притрагивалась к еде.

– Верно, – ответила, глядя в тарелку.

Амина в свою очередь, кажется, даже не слушала Армана, так как была сосредоточена на своем муже, вернее, на его ширинке. Благо, длинная скатерть скрыла все шалости, разве что Амос нет-нет, да ерзал на стуле. Бесовка вытворяла такое, что ни о еде, ни о словах лидера думать не получалось.

– Прекрати немедленно, – прошептал чуть слышно ей на ухо, – или я опозорюсь перед всеми.

– Я соскучилась, – и сжала напряженный до предела орган супруга, отчего на лбу Амоса выступила испарина.

Однако тут не вытерпел Дарий.

– Может, вы уединитесь? – посмотрела на авена с женой, – раз уж невтерпеж.

На что щеки Амины вспыхнули, и она тут же убрала руку. А Амос посмотрел на брата с такой злостью, что даже Альма перепугалась. Зато Дарий резко повеселел.

И когда все наконец-то приступили к еде, в зале воцарилась тишина. Однако скоро Арман обратил внимание на тарелку жены, та практически не притронулась к жаркому, да и от супа отказалась.

– Что с тобой? – незаметно для остальных взял свою фею за руку.

– Не знаю, – она, и правда, не понимала, аппетит вдруг резко пропал, настроение испортилось.

– Не заболела? У тебя руки холодные.

– Видимо морской климат дает о себе знать.

За окнами тем временем собрались тучи, а буквально чрез минуту пошел дождь.

Тогда Арман поднялся и потянул за собой жену:

– Идем, тебе лучше прилечь. Обед принесет Лура, когда тебе станет лучше.

И чем ближе они подходили к покоям, тем хуже себя чувствовала Селен, у самых дверей и вовсе чуть не потерла сознание. Дакар сразу же подхватил фею на руки, внес в комнату.

– Останься со мной, – забралась в кровать.

– Хорошо, – лег рядом, а Селен тотчас выпустила крылья, одним укрыла себя и Армана.

– Может, лекаря позвать?

– Этого ушастого зазнайку? – пробормотала сквозь дрему. – Нет, не надо. Просто побудь со мной.

Спустя пару минут фея уже крепко спала.

Арман медленно гладил ее по голове, слушал тихое дыхание. Вот, что с ней могло произойти? Неужели дело в климате? И первым делом на ум пришло проверить всех обитателей дома. Год назад братья убедили обзавестись прислугой, а чтобы они не болтали лишнего, каждому нанесли магические метки, искажающие восприятие живой материи. Однако, осведомленные тоже есть. К примеру, главный лекарь.

Вдруг крылышко феи дрогнуло, после чего выпустило магию, которая проникла в тело Цербера, обволокла изнутри, подарила тепло, умиротворение, чувство уюта и счастья. Подобного еще не было. Арман аж не утерпел, склонился к своей хулиганке и поцеловал, но осторожно, чтобы не разбудить. Сейчас не было ни влечения, ни возбуждения, нет, сейчас было ощущение дома.

Меж тем остальные все еще сидели за столом.

– Что произошло с Селен? – все беспокоилась Альма.

– Что бы ни было, Арман ее вылечит, – усмехнулся Дарий. – Положит на спину и вылечит.

– Кажется, я сыта, – Амине надоело лицезреть этого хама, да и Амосу тоже.

Двое поднялись, распихали по карманам булки, прихватили кувшин с медовухой.

– Альма, ты идешь?

– Нет, – вступил Дарий, – Альма не идет. У меня к ней есть разговор. А вы топайте. Насколько я понял, Амос все еще в полной боевой готовности, так что, вам будет чем заняться.

– Мне не о чем с тобой разговаривать, – встала было из-за стола, но Дарий схватил за руку и усадил обратно.

– Имей уважение к хозяину дома, – зыркнул на нее так, что Альма слегка посерела.

– Хорошо, – процедила сквозь зубы.

И когда они остались вдвоем, Дарий сразу отпустил девушку:

– Послушай, – снова начал строить города в тарелке, – я хочу постараться загладить свою вину, хочу доказать тебе серьезность своих намерений. И понятное дело, до утра не успею. Потому предлагаю пари.

– Какое еще пари? – сложила руки на груди.

– Мы с тобой сыграем в одну из твоих любимых игр. Что это будет, шахматы, нарды, карты, шашки – выбирай сама. Если я выиграю, ты мне даешь еще один шанс. Месяц. Если выиграешь ты – я оступлюсь.

– А зачем мне это нужно? Я так и так получила согласие от Армана. Ты никак не сможешь повлиять на его решение.

– Зачем? – и посмотрел на нее взглядом, преисполненным желания. – Затем, что на самом деле тебя влечет ко мне. Вспомни, когда мы были в купели. Вспомни прикосновения, поцелуи, вспомни, как ты изгибалась, когда я взял тебя. И даже не пытайся меня убедить, что ты стонала и дрожала от отвращения. Тебе нравилось, Альма, ты этого хотела.

На сей раз Альма не сдержалась – вскочила со стула, но уйти ей, естественно, не дали, Дарий поймал фею и усадил к себе на колени, забрался под подол платья, накрыл пальцами нежную кожу. И да, скоро тело девушки ответило влагой.

– Вот видишь, не прошло и минуты, а ты уже мокрая, – и осторожно ввел в нее средний палец, отчего Альма вцепилась в спинку стула. – Итак, сейчас мы отправимся в залу для отдыха, где сыграем партию. Согласна?

На что последовал короткий кивок.

– Умница, – прошептал ей в губы.

– Ты мерзавец, Дарий, – пролепетала следом.

– Я знаю.

И вот же кошмар! Когда Дарий убрал руки, стало досадно. Неужели он прав? Неужели ее влечет к этому самовлюбленному эгоисту?

Альма шла за ним, точно в воду опущенная, негодяй навязал ей очередную игру и что ужасно, скорее всего, играть будет по своим «правилам».

Дарий привел девушку в просторную, но уютную залу. Огромный камин у стены потрескивал поленьями, мягкие диваны и лежанки рассредоточились по периметру, а рядом с ними столики, на одном как раз покоилась шахматная доска с резными фигурами.

– Во что сыграем? – повернулся к фее.

– В шахматы, – слишком уж красивы были фигуры.

– Очень хорошо, – и жестом пригласил Альму присесть. – Может, чаю?

– Дарий, давай обойдемся без вынужденной вежливости.

– Вынужденной? – как-то даже растерялся. – Думаешь, я неспособен на искренность?

– Думаю да.

– Что ж… тогда единственная моя возможность тебя переубедить, это выиграть партию. Белые или черные?

– Черные.

Уже очень скоро Дарий понял, что просто не имеет права отпустить Альму, она совсем не такая, какой показалась в самом начале. Фея умна и продуманна, умеет хорошо прятать эмоции, а еще она стратег и прекрасно улавливает настроение противника. Пару раз Дарий чуть не оказался на грани поражения, девчонка умело просчитывала ходы. Однако его опыт все же побогаче будет и не только на шахматной доске. Спустя час игры Дарий с благоговейным видом поставил фигуру на доску:

– Шах и мат, милая.

– Как так? – от неожиданности даже крылья выпустила. – Ты явно использовал магию! Ты меня снова обманул! – вскочила с места.

– Нет, все было как никогда честно, – и повторил ход для наглядности.

На это фее не нашлось, что ответить. Даже отцу никогда не удавалось её обыграть, а тут… раз, два и готово. Ерунда какая-то.

– Требую вторую партию! – застрекотала крыльями.

– О, нет, – замотал головой, – уговор был на одну. Я выиграл, ты проиграла. А значит, у нас есть месяц.

Кроме как всплеснуть руками и признать поражение, Альме больше ничего не осталось.

– Может, у тебя есть еще какие-нибудь скрытые таланты? – а Дарий довольный, будто кот, искупавшийся в сметане, развалился на диване.

– У меня есть талант долго и яростно ненавидеть тех, кто перешел мне дорогу, – прошипела от досады. – А ты перешел неоднократно.

– И еще не раз перейду, – уставился на рассвирепевшую фею с вызовом. – К примеру, сегодня вечером. Мы отправимся на прогулку. И коль вечерами в Церате прохладно, оденься потеплее.

И не успела Альма кивнуть, как Дарий очутился рядом, обнял.

– Ты с ума меня сводишь, – прошептал на ухо, – стоит оказаться с тобой в одном помещении, как хочется немедленно уложить тебя, раздвинуть ноги и …

– Хватит, – ощутила низом живота нечто очень твердое и горячее. – Я не наложница, с которой только спят.

– Я об этом и не говорил, – коснулся губами шеи. – Более того, можешь считать меня законченным психом, но я восхищен твоим дерзким поступком. С ядом ты сработала почти идеально.

– Ты действительно законченный псих, – и как же захотелось положить голову ему на плечо, но Альма сдержалась. Увы, как бы ни противилась своим ощущениям, но влечение есть и влечение сильное.

– До вечера, жена моя.

После чего покинул залу, Альма же на выдохе плюхнулась на диван. Этот прохвост опять взял над ней верх.

И пока Альма сокрушалась, а Амина собиралась в поездку с мужем, Селен продолжала спать.

Спустя несколько часов Арман все-таки пригласил лекаря. Тот явился незамедлительно.

– Как уснула после обеда, так и не просыпалась, – Дакар бродил по комнате. – Пытался разбудить, не вышло. В обед ничего не съела.

– Сейчас посмотрим, – Грамур спокойным шагом подошел к кровати, поставил свой потрепанный временем саквояж на тумбу, затем провел рукой над спящей феей. – Так, чего вы переживаете, с вашей супругой все хорошо. Она погрузилась в сон Фрэи.

– Какой-какой сон? – резко остановился.

– Сон Фрэи. Обычное состояние для фей. Организм готовится к вынашиванию дитя, и чтобы зерно любви закрепилось и пустило корни, если выражаться метафорически, требуется покой.

– Дитя?

– Ну да. Надеюсь, вы знаете, чье именно дитя, – язвительно усмехнулся старик.

– Не боишься лишиться головы? – посмотрел на него с явной угрозой.

– Нет, господин Дакар, давно не боюсь. Ваша супруга проспит сутки – двое, потом проснется и будет сиять от счастья, по крайней мере, должна.

– Что должна? – оторопел.

– Сиять… от счастья.

– А, ну да, ну да. И будить нельзя?

– Ни в коем случае. Все-таки они прекрасны, – произнес на выдохе, – как беременеют, так в сон, как злятся или пугаются, так сереют. Их внутренние состояния всегда имеют характерные внешние признаки. Не прогадаешь. Итак, – очнулся от созерцания, – когда госпожа проснется, дайте ей чего-нибудь сладкого.

– Почему именно сладкого?

– Сами поймете, почему, – и откланялся.

Вот же старый пень, но дело свое хорошо знает, потому и приходится терпеть…

Арман подошел к жене, проделал то же самое, что и лекарь – провел над ней рукой и, действительно, ощутил вязкую магию, та защищала хозяйку. Его маленькая сумасбродка скоро подарит ему сыновей или дочерей, лучше сыновей.