Глава 10. Разговоры начистоту

– Ну, рассказывай, – сказал Ланс, – как ты дошла до жизни такой. Кто помог, откуда деньги, откуда эта одежда. Если хочешь, чтобы я помогал, рассказывай все.

Рассказывать толком не выходило, слова не давались. Но Ланс, кажется, особо и не настаивал, просто задавал вопросы и наблюдал, как Ниаль пытается говорить.

От тепла и горячей еды неудержимо клонило в сон. Еды с собой дала еще жена Роя, Ланс только немного подогрел на огне. Заварил чая с ароматными травами.

– Держи, – протянул ей кружку. – Тут не такое успокоительное, как тебе давали, но так даже лучше. Вкусный чай, травы Олиша сама собирает. Здесь чабрец, мята, зверобой, малина, пустырник немного… может еще что-то. Это она мастер, а я только примерно знаю.

– Спасибо, – Ниаль благодарно кивнула.

Чай действительно был вкусный и от его аромата, от тепла, становилось спокойно и хорошо.

– Значит, Ксай денег дал? – спросил Ланс, глядя на нее внимательно.

Ком встал в горле, Ниаль чуть закашляла, но ничего. Прошло.

Кивнула.

Имя назвать не смогла, не выходило, но кивнуть могла.

– За услугу? – спросил Ланс осторожно.

Вот тут у Ниаль даже кивнуть не вышло, закашляла снова, в горле перехватило.

– Ш-шш, не надо, я понял, – шепнул Ланс. – Ничего не говори. Не волнуйся. Чаю еще попей. Давай тогда я расскажу, что завтра делать будем. Но запомни, я тебе помогаю, только если ты готова делать все так, как я сказал. Не спрашивая, не споря, сказал – в реку с моста прыгай, значит прыгай. Договорились?

– Да, – Ниаль с трудом смогла сказать. Горло немного отпустило, она отпила чаю из кружки. Чуть зажмурилась от удовольствия. И снова с опаской глянула на Ланса.

С моста прыгать?

– Да, и с моста прыгать, – подтвердил он. – Знаю, что холодно, но там не очень глубоко. Потом погреемся, сейчас важно хоть немного след запутать. Немного пройдешь сама, потом я тебя понесу. Гончие по воде тоже могут, но хуже, если далеко пройдем, можем и оторваться. Завтра сначала идем назад, в сторону Кортанаса, до соседней деревни, до Белых холмов, там по дороге зайдем, купим у кого-нибудь хлеба, типа в дорогу. Скажу, забыли взять. Скажу, что веду тебя в Кортанас, а ты все брыкаешься, кричишь, что лучше умереть, утопиться, чем снова туда. Тебе руки замотаю веревкой. Не бойся. Нам нужно, чтобы как можно больше людей поверило, что мы возвращаемся. За деревней, чуть дальше, будет река и мост. Там по моей команде разбегаешься и прыгаешь с моста в реку. Я за тобой. Там не высоко и неглубоко. Дальше я скажу что делать. Потом по реке пойдем, если тяжело будет, я тебя понесу. Да и вообще наверно понесу, чтоб следов меньше оставлять, мне не сложно. По реке нам долго, чем дальше пройдем, тем лучше. Потом, в лесу, вылезем, найдем какой-нибудь овраг, будет греться и сушить вещи. Прямо сразу нас вряд ли будут искать, так что фора есть. Потом еще круг сделаем и пойдем на юг.

– На юг? – чуть сонно спросила Ниаль.

– Да. В Эушкаар или нет, надо подумать еще, я пока не уверен. Но пристроим тебя куда-нибудь. Ты бы сама чего хотела?

– Доброго хозяина, – тихо сказала Ниаль, понимая, что Лансу ее ответ не понравится, но другого у нее не было.

«Такого, чтоб любил меня», – но это уже не сказала.

Ланс вздохнул.

– Зачем тебе хозяин, айха?

Странный вопрос. А как иначе ей жить? Куда идти?

– Предлагаешь мне тоже пойти в наемники, как ты? – спросила она.

Он тихо засмеялся, мотнул головой. Потом нахмурился.

– Да, я понимаю тебя. Девушке одной выжить очень непросто, нужна поддержка. У людей есть семьи, есть родители, которые могут подсказать и помочь, есть община, и в деревне и в ремесленном цеху. У нас нет. И все же, айха, разве ты не хотела бы другой жизни?

– Какой? – спросила она.

– Не знаю. Ты ведь сбежала. Свободна. Можешь идти и делать что угодно.

– Я хочу быть женой и матерью, – сказала Ниаль. – Разве это плохо? Растить детей…

– Конечно, неплохо, – сказал он таким тоном, словно думал совсем иначе. – Что ты умеешь? Вас ведь учат… ну, шить там…

– Да, – сказала Ниаль. – Я умею вышивать несколькими техниками, шить, прясть и ткать. Всех айх этому учат. Могу убираться в доме, могу заниматься с цветами в саду.

– Ты могла бы, к примеру, найти работу в какой-нибудь ткацкой мастерской.

Наверно, могла бы.

У них, в Аюнхайских садах, была повариха, которая любила поговорить. Тоже в молодые годы все пыталась сама устроиться в жизни. Нищета, голод, муж, который постоянно бил ее и попрекал куском хлеба. Потом дети подросли, удалось как-то вырваться, повезло, попала в Аюнхай. Все рассказывала, что завидует девочкам, лучше богатый хозяин, чем нищий муж. Для замужней женщины и так свободы не будет, а в богатом доме можно не волноваться за будущее детей. Не думать, чем кормить, как лечить, если заболели, во что одеть зимой.

– Ты действительно думаешь, что так было бы лучше? – спросила она. – Не женой шахвана или другого влиятельного господина, а ткачихой? А мои дети? Я хочу детей и хочу счастья для них. Разве не лучше им появиться на свет в хорошем доме, где они ни в чем не будут нуждаться?

Ланс покачал головой, посмотрел на нее как-то так странно. Долго молчал, подкидывая мелкие ветки в огонь.

– Может ты и права, айха. В конце концов это твое право и твой выбор. Отчего бы и не такой. Возражать тут точно не мне, я сам вырос в большом доме, с мраморной лестницей, библиотекой, апельсиновым садом, и прислугой… У меня было хорошее детство, не на что жаловаться. Был ли я счастливее детей того же Роя, которые растут в деревне и уже помогают по хозяйству? Не знаю. Но мне не нравится идея искать себе хозяина. Это значит, признавать себя вещью.

– Но разве наниматься на работу – не то же самое?

– От работы ты можешь отказаться и уйти.

– А от мужа? – спросила Ниаль.

– Мужа ты можешь выбрать сама, – он пожал плечами.

– Я и хозяина могу теперь выбрать сама, – сказала Ниаль. – От одного уже сбежала, он мне не понравился.

Улыбнулась невольно, немного неуверенно.

И Ланс засмеялся. Хлопнул ладонью по колену.

– Да, айха! В этом что-то есть. Что ж, будем искать тебе хозяина.

Костер потрескивал.

Сегодня они не прятались, сидели открыто. Но Ланс, Ниаль видела, все равно внимательно прислушивался, не расслабляясь. Если Ниаль ищут, ее могут найти и прямо сейчас, и тогда придется что-то делать. Драться? А если за ней и правда отправят гончих?

А если ее и не будут искать? Решат, что сама как-нибудь помрет в лесу, нечего и возиться?

Заранее не узнать.

И все же, после трех почти бессонных ночей Ниаль заснула сразу же, как закрыла глаза. Завернувшись в два теплых плаща, один свой и один тот, что принес Рой. Устроившись на подстилке из веток.

Она видела, что Ланс еще долго не спал. А может, и не спал вовсе, опасаясь, что их могут застигнуть врасплох. Проснувшись ночью, она видела, как он сидит у дерева, закрыв глаза. Но когда она чуть шевельнулась, он повернулся, посмотрел на нее. Ничего не сказал, закрыл глаза снова.

На самом деле, было спокойнее от того, что он не спит. Может, он и не должен… но спокойнее все равно. Рядом с этим неправильным нуком спокойнее.