Глава 8

До комнаты прошла в раздумий. Нужно что-то придумать с девушками. Сегодня они еще растеряны и зажаты, потому что в чужой стране, далеко от дома. Хотя это не мешает некоторым быть агрессивными. Но завтра они пообвыкнуть и мне будет очень тяжело с ними справиться. И сохранить дагорских до окончания отбора уже не кажется мне легкой задачей. Тем более, если Сиятельные и впрямь, настолько притягательны. Интересно, что такого в них, о чем мне не посмела рассказать мадам Ларсия? Почему законом запрещено выходить после заката? И что за страх у местных жителей перед ведьмами? Если я помню, то лорд-канцлер страха передо мной не проявлял, скорее наоборот непереносимость.

Вошла в свою комнату. Она, судя по всему, была самой большой и шикарной в гостинице.

Широкая кровать с узорами на спинках. Лепнина на потолке. Красивые бархатные портьеры и шелковые обои. Две двери, одна в купальню, вторая в рабочий кабинет. В нем находились: стол, стул, кресло, небольшой диванчик, и резной шкаф. 

Именно на стол, кто-то заботливо поставил мою сумку с артефактами и амулетами.

Но я направилась не к ним, а к шкафу. Заглянула за стеклянные двери. Там, пригретое теплым шарфом, лежало яйцо. Я устроила его на полку, едва мы приехали. Подальше от людских глаз.

Открыла дверцу, прислушалась. Яйцо молчало. Это хорошо, не будет ничего отвлекать.

Прошла к столу, вытащила из сумки амулеты, артефакты и прочие ведьмовские принадлежности, прихваченные с собой. И начала свое колдовское дело.

Сначала слепила из глины пузатую свистульку. Наполнила кончик травами и подожгла. Когда прогорели, вытряхнула содержимое в маленькую ступу, добавила воды заговоренной и этой смесью намазал свистульку. Подожгла лучину, огонь заговорила. Тот заиграл необычным сиянием. На нем я вещицу высушила и произнесла шепоток.

Подошла к окну.

Открыла. Запах цветов и трав заполнил комнату. Упоительный и сладкий.

А ведь хорошо здесь. Красиво и как-то душевно. Правда не могла отделаться от странного чувства, что кроме аромата цветов витает еще один, едва ощутимый — запах тревоги и опасности. Но если его заглушить, то вокруг просто красиво. Очень. И ночь ясная, с яркими звездами и полной желтоватой луной в небе. В её свете мир вокруг искажался, играя цветами от черного в тенях, до бледно-серого и синего. Неподвижно висели фонари, освещающие аллеи сада в гостиничном дворе. Витые беседки и скромные скамейки. Все здесь напоминало сказочный мир: необычайно и красиво. Ни в Дагоре, ни в Харте я такого не видела.

Вот только времени любоваться у меня не было.

Сначала надо было сделать дело. Иначе, не видать мне ни денег, ни легализации. Зато ощутимо попахивало мрачным предзнаменованием быть изгнанной. Поэтому беремся за дело, ведьма. И для начала мне нужно познакомиться с этим миром. С его природой. Получить её благосклонность.

Тихий свист вылетел из свистульки, смешался с ветром и понесся по воздуху, между деревьев, по кустам. Взвился в небо.

Тишина.

Природа Кведера безмолвствовала.

Я снова приложила свистульку к губам.  Мелодичный звук разнесся по саду и затих.

Нет, не отвечала мне природа. Зато я ощутила, как напрягся сад. Замерли ветви деревьев, ни один листик не шевелился. Природа этого мира присматривалась ко мне, прислушивалась. Это уже небольшой, но шаг. Она реагирует, пусть с опаской, но реагирует. Ну что же, торопить не стану. Пусть увидит во мне друга, пусть поймет, что мне можно доверять.

А пока что, обращусь к самым послушным помощникам ведьм, тем, кто должен ответить и без природной магии.

Выдохнула выпуская зов. Полился певучий мотив, идущий из самой глубины моей магии. Он был беззвучный, его могли слышать только те, кому он предназначался.

И они отозвались. Сначала появились черные точки в ночном небе. Потом они, словно пернатые капли дождя рухнули вниз, ко мне, на подоконник. И через минуту весь он был заполонен мелкими птахами.

— Следите, смотрите, глаз не спускайте, — шептала я выдыхая заговор и окутывая птиц колдовством. Птахи слушали и внимали.  — Ни на миг не выпускайте из виду.

Взмахнула рукой. Птахи взмыли и пропали в темноте.

Я выдохнула. Птах мало.

Снова полилась мелодия, но уже другая, если б люди могли слышать эти ноты, то, решили бы, что я пищу. И, возможно, так оно и было. Музыка зарождалась внутри меня и проходила мимо голосовых связок не затрагивая их. Но я, как и те, кому он был предназначен её слышали.

Ответ пришел не сразу. Сначала послышалось как кто-то скребется, потом топот множества крохотных лапок.

Мыши. Смешно вышли из небольшой дырки в углу. Выстроились в шеренгу по трое. Всего тридцать две мышки.

Прямо батальон серых крошек.

Мой приказ был короткий.

Мыши выслушали, писком дали знать, что готовы помогать

Я взмахнула рукой, распуская их.

Мои помощники разбежались крохотными серыми тенями.

Я устало выдохнула. Любая магия — это энергетические затраты. И за сегодняшний день их было очень много. 

Я зевнула. Какой бы ведьмой я ни была, но усталость и мне не чужда.

Был трудный день и мне очень хотелось спать.

Прошла к своей кровати. С наслаждением подумала, как хорошо сейчас будет, когда плюхнусь в мягкую постель, положу голову на подушку, прикрою глазоньки, и буду спать.

Но, видимо, обе богини решили проверить меня на стойкость. Потому едва я приблизилась к кровати, как по гостинице разлетелся звонкий женский вопль. Ему тут же вторил мышиный писк.

Скорости, с которой я неслась вслед за показывающей дорогу мышью, можно было позавидовать.

Выскочила в коридор левого крыла первого этажа, едва не столкнувшись с сонной мадам Ларсией. Та, стояла, перепугано моргая. Увидев несущуюся меня, подхватила подол ночной сорочки, и как была, в тапочках и ночной шапочке на голове, бросилась следом за мной.

Мы вместе влетели в комнату из которой доносился крик.

Худенькая девушка в длинной ночной рубахе стояла ногами на кровати. Светлые волосы всколочены, взгляд дикий.

Еще четыре с таким же диким видом, забились в углы своих кроватей и с ужасом смотрели на светловолосую.

— Там! — Показывала избранница трясущейся рукой на раскрытое окно. — Я видела! Там!

— Дура! — Переводя дыхание выплюнула другая девушка, пытаясь взять себя в руки. — Небось, приснилось чего! Всех нас перепугала.

Перевела взгляд на меня.  

— Я не буду в одной комнате с этой заполошной спать.

— Успокойтесь! — рявкнула я не узнавая свой собственный жесткий голос. И уже все равно было, что девушки не дагорские. Светловолосая точно что-то видела. Об этом мне пока бежали пропищала мышь, выдавая голосом страх пережитого. Жаль они не умеют по-человечьи говорить.

В это время за дверью уже слышались возбужденные разговоры и шепотки. Кто-то пытался заглянуть в комнатку.

 — Ларсия, — приказала я, находящейся у меня за спиной хозяйке гостиницы.  — Успокойте остальных и отправьте по своим комнатам.

Женщина тут же бросилась исполнять.

За дверью послышался её грозный окрик.

 — Чего расшумелись! Быстро по своим комнатам!

В ответ ей полетело возбужденное:

 — Что там случилось?

 — Мы крики слышали?

Но хозяйка не растерялась.

 — Эка невидаль, приснился девице дурной сон. Не толпитесь. Бегом в комнаты, иначе свет везде потушу. Будете в темени в комнаты добираться.

В коридорчике, за дверью, тут же послышались быстрые шаги и все смолкло.

Я подошла к истерящей девице. Провела рукой перед глазами. Щелкнула пальцами.

Она моргнула и мягко осела на кровать. Всхлипнула.

Я коснулась её распущенных волос и мягко дунула в висок.

Просторный всхлип так и не раздался. Девушка просто выдохнула, явно успокаиваясь.

Я прикрыла её одеялом.

— Что тебя испугало?

Поближе к нам подошла, вернувшаяся в комнату, мадам Ларсия, сочувственно покачала головой.

 — Совсем бледненькая.  — И ласково поинтересовалась: — Кошмар приснился, милая?

Та, подняла на неё растерянный взгляд.

— Может и приснился. Но страшно то как. Словно на яву все.

— Такое бывает, — проговорила хозяйка успокаивающе и присела рядом с ней. — Устали, долгая дорога, чужая страна, вы все переживаете, вот и приснилось дурное.

— А что тебе приснилось? — Спросила я, садясь с другой стороны.

Девушка перевела взгляд на меня.

— Я всегда чутко сплю. А тут ощутила будто смотрит на меня кто-то. Глаза открыла, а там… — Она в ужасе схватила меня за руку и сжала пальцы. — Страшно. Глаза огненные, с чертой посередине. Словно у гадины какой. Нечеловеческие. И тьма вокруг. Ничего кроме глаз. Я вскочила. А оно в окно. И…— девушку начало трясти. — Хвост. Я видела огромный змеиный хвост.  — В голосе говорящей зазвучали набирающие новую силу истерические нотки.

Я торопливо провела перед её лицом и снова дунула в висок. Раз, два.

Взгляд девушки заволокло туманной дымкой. Она сонно заморгала и начала заваливаться на бок. Мы с Ларсией поднялись, уложили несчастную, получше укутали одеялом. Я коснулась её волос, девушка прикрыла глаза и тут же заснула.

Я перевела вопросительный взгляд на хозяйку гостиницы.

Та плечами пожала.

— Говорю же, переутомились девушки. Вот и чудится им всякое.

Я выдержала паузу, смотря на женщину.

Она помрачнела и отвернулась.

«Что же вы скрываете, мадам Ларсия? О чем так не хотите говорить?»

Хозяйка торопливо направилась к двери, на ходу произнеся:

— Успокаивайтесь и ложитесь спать. Это только сон. Кошмарный сон.

Поспешила выйти из комнаты.

Я проводила её взглядом.

— А Рише правда это только приснилось? — спросила та, что еще несколько минут назад отказывалась спать в этой комнате.

Ну вот буду знать, что эту блондиночку зовут Риша.

— Да, — уверенно подтвердила я и щелкнула пальцами призывая небытие и спокойствие. Девушки тут же сонно заморгали, начали укладываться и укрываться одеялами. Через минуту они спали.

Я вздохнула.

Утром они встанут и все происходящее им будет казаться сном, который к обеду уже забудется. Как и все ночные страхи.

Жаль, ни одна ведьма не способна околдовать сама себя. Мне бы тоже не мешало спокойствие.

Я вышла в глубокой задумчивости.

Мне все больше не нравились здешние тайны. И уж кто-кто, а я знала, произошедшее не было сном. Я уже сталкивалась с хвостатой тварью. Мне нужно заставить мадам Ларсию признаться, в том, что здесь происходит. Кажется, закон о запрете выходить после заката таит в себе жуткие тайны. Но почему Ларсии запрещено говорить об этом нам? На последний вопрос, я кажется знаю ответ. Боятся заранее испугать избранниц.

С этими мыслями вошла к себе в комнату. Голова болела от множества мыслей.

Я прошла в кабинет, собираясь принять обезболивающую травку и поняла, избавиться от головной боли и поспать, мне сегодня не судьба.

Дверь в шкаф была открыта и там, на полке, лежали расколотые половинки яйца.