Глава 29

— Тиб! — в панике ахаю я, — Ты чего?

— Ничего, — шипит он из-за ближайшей портьеры, — предупреждать надо, что у нас будут гости!

Поведение домового ещё больше настораживает меня. Хотя, может, у него в порядке вещей так реагировать на любых незнакомцев?

Надо бы извиниться перед Седриком.

Я поворачиваюсь к Драггану, и слова застревают у меня в горле. Он неотрывно смотрит на домового, и на его губах плавает странная ухмылка. Одновременно и понимающая, и саркастическая.

Как это понимать?

Кашляю, чтобы привлечь его внимание. Седрик вздрагивает, и на его лицо тут же возвращается привычное выражение лёгкой иронии над всем окружающим миром.

— Седрик, — осторожно говорю я, — это Тиб. Он мой… в смысле, местный домовой.

Из-за портьеры доносится одобрительная возня. Похоже, Тибу понравилось, что я не стала его присваивать, а честно отнесла к особняку, к которому он привязан.

— Домовой, значит, — выгибает бровь Седрик, — ну что ж, ты тут хотя бы не одна живёшь.

Почему-то от этих слов щёки теплеют, и я мотаю головой, чтобы избавиться от этого ощущения.

— Итак, Джина, — продолжает Седрик и внимательно смотрит на меня, — где мы можем поговорить?

Ох…

Я невольно оттягивала этот момент на подольше. Уж больно не хочется вести Драггана в столовую или кухню, потому что прибраться везде до конца у меня пока не дошли руки.

Но вечно тоже оттягивать не получится. Поэтому делаю приглашающий жест в сторону кухни, где хотя бы есть, куда посадить гостя.

— Прошу за мной.

Тиб серой тенью трусит за нами, стараясь максимально слиться с обоями. Он кидает опасливые взгляды на Седрика, и я ломаю голову, чем они могут быть вызваны.

Неужели увидел нечто, неподвластное моим глазам?

Ставлю себе мысленную зарубку получше расспросить Тиба о спектакле, который он устроил.

— Ты уж извини, — развожу руками я, — но не могу предложить тебе ничего, кроме остатков яблочного варенья. Если захочешь пить, могу дубовой коры заварить вместо чая.

Брови Седрика взлетают вверх, и он уточняет полушутливо, полусерьёзно:

— Дубовой. Коры?

Я развожу руками, мол, ну да, дела сейчас обстоят именно так. Чаем пока не разжилась.

Эх, надо было к Гленде заглянуть, попросить! Но, с другой стороны, я ж не знала, что ко мне сегодня нагрянет Седрик!

— Обойдусь вареньем, — хмыкает Драгган, и я быстро ставлю на стол перед ним плошку с остатками варенья. Рядом кладу чайную ложечку.

— Так что ты…

— Джина, — прерывает меня Седрик, — давай поговорим начистоту.

— Д-давай, — заикаюсь от волнения я. Не ожидала такого стремительного перехода, — и о чём?

Губы Драггана вздрагивают, словно он хочет сказать что-то, но не решается. Повисает пауза, с каждой секундой которой мне становится всё хуже от обуревающих мыслей.

Может, он шпион Эвана, у которого взыграла совесть, и он решил открыться мне? Или он ещё один наёмный юрист, который внезапно решил вывести Эвана на чистую воду?

Седрик глубоко вздыхает и говорит, словно всё это время просто набирался сил:

— Не знаю, чего от тебя нужно этому самому Эвану. Знаю только, что ты в большой опасности, просто оставаясь здесь.

— Что? — упоминание Эвана сбивает меня с толка, — Почему ты так решил? Он же не знает, где я живу!

— Это вопрос времени, — пожимает плечами Драгган, и от меня не укрывается, как бугрятся мышцы под его рубашкой, — не сегодня, так завтра он предпримет новую попытку выкрасть тебя. И что ты будешь делать, если это случится, а меня рядом не окажется?

Со стороны портьеры несется возмущённый фырк. Я улыбаюсь краешком рта. Похоже, Тиб так показывает, что он готов меня защитить.

С другой стороны, в словах Седрика есть резон, и немаленький. Я знаю Эвана давно, и знаю, что он не остановится перед тем, как добиться своего.

Эта мысль вызывает у меня панику. Как же меня угораздило так влипнуть? Если Седрик прав, то, выходит, спокойные деньки в Гленмуре закончились.

Острая обида щиплет за сердце. Может, сбежать, пока не поздно?

Но загвоздка в том, что бежать мне некуда! Мачеха меня даже на порог не пустит, закадычных подруг нету, а возвращаться к Эвану…

От этого варианта меня передёргивает, а на душе становится тоскливо.

Похоже, Седрик вновь видит всё по моему лицу, потому что он встаёт и шагает ко мне. Берёт меня за подбородок и заставляет поднять голову.

Я вздрагиваю от неожиданности и пытаюсь отстраниться. Седрик не пускает, а на меня накатывает мощнейшее дежа-вю: именно так он держал меня в первую нашу встречу в саду!

— У меня к тебе есть предложение, — серьёзно говорит он, — я готов заняться тем, чтобы по максимуму обезопасить Гленмур так, чтобы здесь ты была в полнейшей безопасности. От любых вторжений вовне. Что скажешь?

Это звучит так неожиданно, что я медлю с ответом. Вдобавок, возникает странное ощущение, что на самом деле Седрик хотел сказать совершенно другое, но почему-то решил перевести тему.

— Ты уже предлагал помощь заклинателя, — напоминаю я, — из Сильвер-лейка.

Драгган качает головой.

— Нет. Я увидел, что ситуация намного серьёзнее. Та защита, которую он наложит, может дать осечку в неподходящий момент. Я готов взять на себя укрепление твоей усадьбы так, чтобы ни одна муха не смогла пролететь внутрь без твоего ведома. Что скажешь?