Глава 14

Признаться, я ужасно разозлилась, когда Ранфер вот так вот “ушел меня” в свою комнату. Но стоило немного остыть и все обдумать, как гнев утих. Я вспомнила непонимание и едва ли не ужас в его глазах, и стало ясно, что оборотень не просто так меня выгнал.

Нет, конечно, ужасом там и не пахло. Мне вообще сложно представить Ранфера испугавшимся чего-либо. Но то, как он посмотрел затем на собственные ладони, дало понять: он не узнавал себя. Он чувствовал, что меняется, точно так же, как это чувствовала я.

Получается, если бы он не отправил меня к себе, я вновь могла бы увидеть его огромного белого волка?

Жаль, что так вышло. Мне бы хотелось снова запустить пальцы в его мягкую шерсть. Это было, конечно, немного страшно, но гораздо более волнительно и притягательно.

Может, стоило попросить?

Я тихо усмехнулась, представив, как говорю с придыханием, поигрывая бровями:

— Милый, ну, давай, покажи мне своего белого волка!

С этими двусмысленными фантазиями я улыбнулась и уснула.

На следующий день на занятиях Ранфера неожиданно подменил профессор Лафт. Не скажу, что это была радостная весть. Скорее даже наоборот.

С каждым часом я все больше проникалась уверенностью, что мой альфа испугался ответственности и решил оттянуть момент нашей встречи, на которой я непременно услышу что-то вроде:

— Алексеева, мы слегка поторопились, вчера я немного вышел из себя, прости.

А потом еще:

— Прости-прости-прости-прости. — В моих фантазиях в этот момент я бью мультяшного Ранфера скалкой по голове.

Не могу больше слышать это “прости”. Оно слишком напоминало мой вчерашний промах. А еще то самое “прости”, которое говорил мне Рома, когда оказалось, что моя квартира уже записана на него.

В общем, я была полна решимости найти Ранфера и стребовать с него тележку объяснений. И, может, маленькое ведерко признаний в любви. Мечтать же не вредно, правда?

Настроение было хорошее, несмотря на то, что с Тенсером Лафтом ничего не получалось. Профессор старался изо всех сил, рассказывая мне теорию использования всех типов магии, включая кровавую. На последней он заострил внимание, и мы снова попробовали методы защиты от нее.

— Помни, первый признак того, что кто-то использует магию крови, в том, что вокруг становится очень тихо, — говорил мужчина, приглаживает назад темные волосы с примесью седины.

Ранфер говорил, что оборотни долго не стареют. Интересно, сколько же лет Тенсеру, что он уже начал седеть? На вид — не более сорока. В реальности, очевидно, гораздо больше. Наверняка он очень хорошо изучил дементикорию за эти годы, раз ему даже довелось однажды поймать адепта Кровавого культа.

Мужчина повел мощными плечами, напряг мышцы на руках. И снова приготовился швырнуть в меня комочек земли, который мне в этот момент предлагалось перенаправить.

Привычная профессору рубашка без рукавов сегодня была полностью застегнута, но даже в таком виде я могла разглядеть сквозь одежду мощный рельеф его тела.

Оборотень. Что тут еще скажешь?

— Кровавый маг смотрит четко жертве в глаза, — продолжал Тенсер. — А затем заставляет делать то, что ему желанно.

— Минутку, но, когда на меня напали в парке у академии, никто не смотрел мне в глаза, — удивилась я. — Маньяк стоял позади.

— Да, — кивнул профессор. — Я слышал об этом ужасном инциденте. Того, кто проник на территорию Арктур и напал на вас, так и не нашли, к сожалению. Но мы продолжаем поиски. Так вот насчет взгляда: это помогает Кровавому магу влиять на волю жертвы. Гипнотизировать человека, внушая эмоции и страх. Таким образом можно заставить кого угодно танцевать, петь, бегать, приседать. Или убить себя. Но не стоит забывать: для этого маг должен быть очень сильным. Мастером. Таких колдунов очень мало, и ты вряд ли с ними встретишься когда-либо. Слабый же маг ограничивается лишь воздействием на тело. Тогда взгляд “глаза в глаза” и впрямь не нужен. Слабый колдун управляет только движением крови в организме. Этим способом он может обездвижить жертву. Или в самом тяжелом случае — заставить сердце остановиться.

На несколько мгновений Тенсер затих, а затем добавил:

— Защищайся!

И на этот раз потоком воздуха меня смело́ в кусты.

В общем, все было бесполезно. Никакие манипуляции не позволили моей магии проснуться.

Занятие закончилось уже после обеда. Дело клонилось к вечеру, и, зайдя к себе в комнату, я обнаружила довольную Тилью, натягивавшую на себя очередной брючный костюм. Сегодня, кстати, он был на редкость эротичным. В комплекте к нему прилагался короткий топик со шнуровкой на груди. Черная ткань с серебряной строчкой великолепно сочеталась с волосами девушки. Их она заплела в косу от самой макушки с завитками наружу. А по углам всунула крохотные голубые цветочки.

— Ты сразила меня в самое сердце, — ахнула я, схватившись за грудь. — Ты так готовилась к моему приходу?

Тилья хитро улыбнулась.

— Нет. Кое-что намечается. Но я решила не говорить тебе заранее и сделать сюрприз. Сегодня вечером мы идем на праздник Светлолуния.

— Праздник?

— Ну как праздник, — поморщилась девушка. — Он бывает раз в три месяца перед самым полнолунием. Мы собираемся на полянах аконита и празднуем нашу свободу от лунного плена. Празднуем нашу силу. На следующий день большая часть оборотней будет вынуждена обратиться в волков, и сегодняшняя ночь как бы знак того, что мы не боимся. Символ принятия собственной природы.

— Ух ты, — проговорила я. — А людям туда можно?

— Ну… Это все же праздник. Никого не выгоняют. Врагов клана, конечно, не приветствуют, но ты же не враг, — улыбнулась она. — Вся академия знает, что на тебе малая метка. Так что ты вообще друг.

Она весело улыбнулась.

— Ой, да, мне ведь жутко повезло, я ни на минуту об этом не забываю, — кивнула с улыбкой в ответ.

Точнее было сказать: “Оборотни в академии не дают мне об этом забыть”, — но, по правде говоря, когда началось обучение, инцидентов с приставаниями стало значительно меньше. Возможно, все ко мне просто привыкли.

— Тогда одевайся, — скомандовала девушка. — Я купила тебе платье, не благодари. В том барахле, что ты привезла с собой, постоянно ходить невозможно.

— Барахле? — ахнула я с притворным возмущением.

Надо будет сказать Девонам, что их платья — барахло. Могли бы и получше чего-нибудь выделить дитю звезд. Ишь, как они встретили избранную! А потом удивляются, что я сбежала.

“Так Джерилу и передам при встрече”, — усмехнулась про себя я.

— Вот, смотри, — указала девушка на кровать, где поверх покрывала лежал белый брючный костюм. У него на снежной жилетке выделялись сапфирово-синие воротничок и рукава рубашки. У штанов внутренняя часть бедер и попы была обшита такого же темного цвета кожей.

— Какое красивое… платье, — улыбнулась я.

— Ну, а ты думала, — фыркнула Тилья. — Во всяких юбочках по лесу шастать? Экая глупость.

— По лесу?

— Ага, это ведь самое интересное, — засияла подруга. — Давай, надевай скорее.

Я послушалась ее совета, но только после душа. Даже бесполезные тренировки с Тенсером Лафтом сделали из меня всклокоченное чудовище.

Белый костюм сидел великолепно. Брюки полностью обтягивали ноги, а кожаная жилетка, сшитая с темно-синей рубашкой, приподнимала и увеличивала грудь. Мне даже стало немного не по себе.

В этот момент в голову пришла мысль, что Ранфер обязательно должен быть на этом празднике. Ведь он тоже оборотень! Значит, там мы и встретимся, а когда он увидит меня в таком наряде, отвертеться от разговора точно не получится.

Эта мысль меня очень обрадовала, поэтому я попросила Тилью заплести мне такую же косу, как и у нее.

И скоро мы двинулись в путь.

— А почему вы празднуете на какой-то поляне? — решила поинтересоваться я, скрашивая минуты тишины, пока мы выходили из академии.

— А где еще праздновать детям лесов? — засмеялась Тиль. — Не в Светлом же Диархане! Мы любим свежий воздух. Любим луну и ветер. Треск костра и звезды. Тебе тоже понравится.

— А почему поляна, куда мы идем, так странно называется? Как там ты сказала?..

— Поляна аконита? — переспросила Тиль. — Так это еще один символ нашего бесстрашия, — фыркнула девушка, пробираясь сквозь кусты на какую-то гору.

Мы уже совсем вышли за черту академии, и теперь со всех сторон ближе и ближе на нас надвигался густой лес.

— Аконит — яд для оборотня. Впрочем, для человека тоже, — добавила она. — Но не настолько страшный. Аконит для нас — магическое растение, наделенное способностью влиять именно на наш центр магии. Его сок и отвар приносят ужасную боль. А на полянах аконита этого растения со всех сторон навалом. Мы сидим среди его листьев и цветов, тем самым показывая свое бесстрашие. Ведь даже если хоть один стебелек сломается и сок попадет нам на кожу, это будет очень больно.

— Надо же, какой мазохизм, — усмехнулась я, и Тилья кивнула в ответ.

— Не то слово.

В это время мы уже вошли в лес. Я почти ничего не видела вокруг, но девушка взяла меня за руку и уверенно повела за собой.

— Может, стоило взять фонарик какой-нибудь? — немного беспокойно спросила я.

— Фонарь в кромешной тьме слепит тебя саму, — ответила девушка. — Приглядись — и увидишь все, что хочешь видеть.

Звучало здорово. Но сколько бы я ни всматривалась в черноту, толку не было.

— Не выходит что-то, — проворчала я, споткнувшись о ветку. — И зачем я согласилась на это? А вдруг нас тут маньяк выследит?

Сквозь хруст под ногами я услышала тихий смешок.

— Да тут весь лес полон оборотнями, Лена!

С этими словами она трижды хлопнула в ладоши, а четвертый — о ствол ближайшего дерева.

И в тот же миг тропинка перед нами засветилась призрачными огнями. То здесь, то там вспыхивали маленькими фиолетовыми искрами высокие цветы какого-то растения. Они собирались в пышные соцветия, напоминающие конус, и стремились к черному небу.

— Это и есть аконит? — догадалась я, прослеживая путь растения до той поляны впереди, где цветов было больше всего.

Оказалось, там уже сидело несколько десятков оборотней! А я в темноте их совсем не видела.

— Почему же их не слышно? — удивилась я.

— Чтобы сохранить романтику праздника, конечно же. Звук наших разговоров и песен распространяется примерно на пять шагов и не дальше. Так мы можем одновременно и насладиться тишиной дикого леса, не пугая зверей, которые здесь обитают, и хорошенько отдохнуть, если захочется.

— Удивительно, — проговорила я, приближаясь вместе с девушкой к поляне.

До конца не верилось, что она говорит правду. Но стоило перешагнуть этот невидимый барьер в пять шагов, как масса звуков накрыла нас с головой. Пение, смех, голоса мужчин и женщин, струны гитары. Словно кто-то приоткрыл дверь в царство веселья.

А может, так оно и было.

В этот момент в стороне кто-то крикнул:

— О, Тиль, привет! Это ты зажгла аконит?

— Ага, — улыбнулась девушка и причудливым взмахом руки погасила цветки. — Мне нужно было успокоить подругу.

Она повернулась ко мне и махнула рукой.

— Это Лена, знакомься.

Я наконец разглядела среди толпы полуголых парней одного мужчину, что шел прямо к нам.

Высокий, темноволосый, как Тилья. Его хвост спускался ниже плеч к самым лопаткам. В одном ухе блестело аж четыре серьги: кольцо, череп, кинжал и — самый длинный — полумесяц.

— Лена, это Альрен, сын шамана Селены.

Я тут же вспомнила того парня, с которым подруга общалась в юности. И который отвернулся от нее, когда того захотел клан.

Мне это не понравилось. А потому, несмотря на спокойную улыбку мужчины, я лишь сдержанно кивнула.

— Рад знакомству, Лена, — поговорил он. — Проходите вон туда, — указал он чуть в сторону. — Скоро будем зажигать костры.

Как только аконит погас, я снова почувствовала себя слепым котенком. Но оборотням темнота, похоже, вовсе не мешала.

Тилья взяла меня за руку и повела к кольцу студентов. В самом центре один из них уже почти сложил пирамиду из поленьев. Затем он отошел чуть назад, сделал широкое движение руками, словно загребает пальцами воздух, и выбросил ладони вперед. В тот же миг из них вырвалась короткая огненная стрела. Она мелькнула в воздухе и с первого раза разожгла костер.

Вокруг сразу же стало гораздо светлее, и я смогла, наконец, рассмотреть присутствующих.

Тилья усадила меня на длинное бревно рядом с женщиной, чье лицо казалось ужасно знакомым. Только выглядела она немного странно. Несмотря на довольно теплую ночь, на ней был пушистый свитер и тонкая шапка, натянутая до самых мочек.

Видимо, я смотрела на женщину слишком внимательно, потому что она часто заморгала, а затем улыбнулась.

— Не надо так на меня глядеть, — наставительно проговорила она, покачав головой. — Да, я боюсь замерзнуть. Ночи в Темном Диархане гораздо холоднее, чем в Светлом!

Тут я окончательно уверилась, что имею дело с человеком.

— Ой, ну какая глупость, Бригита, — фыркнул мужчина справа от нее, снимая через голову майку с изображением волчьей стаи. — Здесь везде одна температура.

Оборотень. К гадалке не ходи!

А я в это время вспомнила, где именно видела женщину.

— Нет, меня удивила не одежда, — проговорила я с улыбкой. — Вы же куратор Ультры, правда? Бригита Тренвир?

Женщина деловито кивнула.

— А что, у вас какой-то вопрос ко мне?

— Нет, что вы. Просто… наверно, я не ожидала встретить тут кого-то из преподавателей.

“Кого-то, кроме Ранфера…”

Последнего, кстати, нигде не было видно.

— А что? — ухмыльнулась Бригита, показавшаяся мне ужасно милой в своей непосредственности. — Я хоть и не оборотень, и не студент, а праздники тоже люблю!

— Конечно, — кивнула я. — В этом я вас прекрасно понимаю!

Профессор Тренвир с улыбкой отвернулась и продолжила разговор со своим другом-оборотнем.

Вообще, как я заметила, здесь было не так уж и мало людей. Ну, по крайней мере, их было больше, чем я рассчитывала. Это немного обнадеживало, ведь я думала, что взаимная ненависть двух народов здесь абсолютная, чистая и незамутненная.

Но вот стоило посмотреть, как смеется уже давно не юная Бригита Тренвир над шуткой дружелюбного полуголого красавца, как на душе становилось теплее. А вон там, чуть левее, какой-то парень в куртке взял инструмент, ужасно похожий на гитару, и собирался петь. Судя по среднему росту и не такой уж выраженной мускулатуре, это был человек. А вот к нему подошел здоровяк в одной майке на голое тело и весело закинул руку на плечо. Они явно были друзьями.

Интересно, почему всего этого я не замечала в академии? Может, демонстрировать такую дружбу не принято? А может, на общем фоне тотальной ненависти пара-тройка случаев просто совсем не видна.

В любом случае я была приятно удивлена.

Однако кое-что все же продолжало расстраивать.

— А ты не знаешь, — спросила я у Тильи, — наш ректор ходит на праздники Светлолуния?

— Ой, ректор — темная душа. Я вообще до поступления в Арктур его никогда не видела, несмотря на то, что он альфа всего Диархана. В моем клане свой альфа. А на территории королевства вообще два десятка кланов. Где сейчас Ранфер Крас, одной Селене ведомо. Кроме того, если даже он решит посетить гуляния, кто знает, куда именно он пойдет? В нашем лесу сотни полян аконита. И на каждой сейчас идет веселье.

От масштабов праздника немного закружилась голова. Казалось, от такого количества оборотней должен гудеть весь лес. Но создавалось впечатление, что наша компания здесь совершенно одна.

Магия, да и только.

— Понятно, — протянула я, стараясь, чтобы не звучало так разочарованно, как это было на самом деле.

Скоро все оборотни расселись вокруг костра и стали слушать, как тот парень в куртке играет на своем инструменте. Студенты тихонько переговаривались, особенно не обращая внимания на исполнителя, а тот явно погрузился в собственные мысли, превратившись в красивый музыкальный фон.

Тилья познакомила меня с несколькими оборотнями. В основном это были парни, с которыми она дружила с детства. Ее травник Альрен тоже сидел рядом с нами, то и дело заглядывая подруге в соблазнительный вырез декольте.

Я задумалась о том, давно ли они виделись в последний раз. Возможно, три месяца назад, на прошлом празднике, когда Тилья еще не была студенткой.

А может, и еще раньше.

Как бы то ни было, моя соседка по комнате явно не замечала его скользящих взглядов, постоянно что-то рассказывая.

Девушек вокруг нас не было ни одной. Вероятно, они просто все разбрелись по другим компаниям, и мы остались одни среди мужчин.

Сперва меня это расстроило, но затем к нашему кругу приблизилась тройка дам, которые не нуждались в представлении. Алира и две ее подружки, которых не взяли в Ультру. Кенья и Ашка.

Настроение мгновенно начало портиться. Я испугалась, что Тиль расстроится, но она принципиально отвернулась и не глядела в их сторону.

— Будешь вина, Лен? — спросила она нарочито весело и протянула мне неизвестно откуда взявшийся бумажный стаканчик с напитком.

Внутри плескалась аппетитная темно-бордовая жидкость с пузырьками.

— Оно из диких ягод. Купаж дикой морошки и ежевики.

Я вдохнула сладкий аромат и чуть не растаяла. Морошка всегда была моей любимой ягодой. В Москве варенье или ликер из нее было так сложно достать!

Поэтому я спешно отхлебнула большой глоток, пока слюна не начала капать на новый костюм.

Вкус оказался волшебным.

— Знаешь, вот только из-за такой штуки в вашем мире стоило бы остаться навсегда, — восторженно проговорила я.

Тилья повернула ко мне голову и изумленно переспросила:

— Что ты сказала?..

Мои губы вытянулись уточкой, а глаза невинно распахнулись. Широко-широко. Я посмотрела на Тиль, хлопая ресницами как птица-секретарь.

— Ну, знаешь… — пробубнила я, опуская нос в стакан и делая еще один очень долгий глоток. — В общем, я тебе потом расскажу. Ой, смотри, а это там не Ольтер Викс?

Ужасно вовремя в двадцати шагах от нас на краю поляны появились несколько человек. Три девушки и двое парней. И, что примечательно, все на первый взгляд казались людьми.

К счастью, подруга отвлеклась и не стала задавать вопросов. А мы смогли рассмотреть пришедших.

Среди них и правда был Ольтер. Он стоял чуть впереди, сложив руки на груди. Смотрел по сторонам.

В этот момент краем глаза я заметила, что Алира взглянула на нас и уже открыла было рот, чтобы что-то сказать. Наверняка что-то гадкое.

Поэтому я не стала терять времени даром, вскочила и помахала рукой Ольтеру.

— Привет, Викс! Идите к нам!

Парень заметил меня, приподнял бровь, затем переглянулся со спутниками и все же подошел.

Они сели по другую сторону от костра, и какая-то милая девушка тут же принесла им стаканчики с вином.

— Как дела, Ольтер? Какими судьбами? — бодро спросила я, привлекая внимание не только одногруппника, но и всех тех, с кем он сидел рядом.

Кажется, ягодное вино в голову ударило.

— У-у-у, коварное, — прошептала я стакану и снова посмотрела на Викса.

Парень выглядел мрачным, как туча. Кажется, он не очень уютно чувствовал себя в компании оборотней. Но тогда какого лешего он тут забыл?

— Вот, решили отпраздновать с нашими товарищами Светлолуние. Ведь это для них… много значит, — выдавил из себя Викс.

Девушки рядом с ним шептались, одна из них жалась к парню, с которым пришла.

— Понятно, — кивнула я, решив отстать от этой компании.

Похоже, они были не рады здесь оказаться. Вот только зачем тогда пришли? Я решила обязательно узнать это, но чуть позже.

— Что на тебя нашло? — пропищала Тилья мне на ухо, прикусив губу. — Зачем ты его позвала?

— А что, разве он не в нашей команде под кураторством профессора Краса? — невинно переспросила я. — Вот и пусть общается с нами.

Подруга покраснела с ног до головы, но промолчала.

Разговор снова потек в привычном направлении. Но я теперь больше смотрела по сторонам и наблюдала за нашими общими знакомыми. За Алирой, за Ольтером. За оборотнями, которые старались не обращать внимания на новичков-людей, но то и дело кто-нибудь из них мог отмочить не совсем приятную шуточку или вовсе демонстративно перекинуться в волка прямо возле новых гостей. Те пугались, но продолжали пить и натянуто улыбаться.

Время шло, я выпила уже не меньше четырех стаканов дивной ягодной амброзии, и теперь каждый раз, когда кто-то превращался в волка, я хохотала и хлопала в ладоши. Эта трансформация вызывала у меня дикий восторг. Я периодически тянула руки, чтобы погладить чью-нибудь пушистую шерсть, а Тилья смеялась и хлопала меня по рукам. Мол, это неприлично. Однако, по-моему, большинству оборотней нравилось, и некоторые специально подходили поближе и давали себя почесать.

Парень в центре нашего круга продолжал играть на гитаре. Ольтер мрачно поглядывал то на меня, то на Тилью. Казалось, что наше веселье вызывает у него какой-то внутренний дискомфорт. И да, он тоже много пил. Его подружки, как ни странно, уже успели поладить с парочкой оборотней, и от этого Викс как будто стал еще мрачнее.

— Слушай, ты не возражаешь, если я отойду ненадолго? — вдруг возбужденно спросила Тилья.

Ее глаза блестели, когда она смотрела куда-то в сторону.

— Да, конечно, а в чем дело?

— Там… моя мама пришла, — улыбнулась она и сжала мою руку.

После этих слов девушка упорхнула как птичка, оставив меня в кругу оборотней, что становились все более и более любвеобильными.

Кое-кто с другой стороны от костра уже целовался вовсю. Одна парочка чуть правее и вовсе перешла к более активным действиям. Но никто вокруг словно бы не был против.

Атмосфера неуловимо начала приобретать необычный оттенок. Сладкий, тягучий, горячий.

В какой-то момент Ольтер резко встал на ноги и подошел ко мне. Это было неожиданно, но я не подала виду, что удивлена.

— Ну как, друг, уже изучил защиту от кровавой магии? — спросила я его, постаравшись говорить максимально расслабленно.

Но он почему-то еще больше нахмурился.

— Тебе кажется, что это шутки, да? — фыркнул он. — У меня отец каждый день приходит домой и рассказывает очередную страшилку о том, как убивал Диарханский мясник. Так его теперь зовут. И нет никаких серьезных зацепок по его поиску.

Я сжала губы.

— Совсем никаких?

Ольтер пожал плечами.

— Отец лично проверяет всех оборотней, подходящих по слепку ауры. Но их десятки. Уже начинаются волнения, почему мы сутками удерживаем в охранном отделении этих… зверей.

— Зачем ты так говоришь? — спросила я хмуро. — Тебе-то оборотни что плохого сделали?

— Мне — ничего, — хрустнул Ольтер костяшками пальцев. — У них бы и не вышло.

Он перевел на меня острый взгляд светлых глаз.

Получилось внушительно. Мурашки пробежали по спине.

— А что делать тем, кто слабее? — добавил он. — Ты не боишься? Не боишься, что мясник и вправду выбирает рыжих и ты можешь быть следующей?

С этими словами он поднес стаканчик ко рту и отпил. Ольтер не выглядел пьяным, но я чувствовала, что его откровенность вызвана именно коварным пузярящимся напитком.

А еще я внезапно поняла, что парень-то беспокоится вовсе не за себя. И, очень возможно, его ненависть вызвана желанием защищать тех, кто сам себя защитить не может.

— Зачем ты здесь? — спросила я его тогда. — Видно же, что тебе тут некомфортно.

Парень бросил на меня оценивающий взгляд и снова глотнул вина.

— Отец сказал, что я должен налаживать отношения с оборотнями. Я должен поддерживать дурацкую легенду, что между нами нет никакой разницы.

— А разве она есть? — тихо спросила я. — Посмотри, даже твои подруги уже нашли общий язык с несколькими местными.

И это было правдой. Две девушки, что пришли с Ольтером, стояли в стороне и скромно болтали с двумя оборотнями. Они периодически краснели и смущались, было видно, что такое общение для них впервой. Но это ведь ничего не меняло.

Ольтер нахмурился и отвернулся.

— Это их дело. Не мое.

В этот момент я заметила, что он смотрит, не отрываясь, куда-то в сторону. Проследив за его взглядом, я наткнулась на смеющуюся Тилью.

Лицо парня в этот момент было еще мрачнее, чем прежде.

— Ты и Тилью терпеть не можешь? — искренне удивилась я. — Уж она-то ничего плохого в жизни не сделала. Это жестоко. Ее ни оборотни за свою не считают из-за отсутствующего обоняния, ни люди. Бедная моя Тиль.

Девушка в этот момент радостно разговаривала с женщиной, которая казалась ненамного старше нее. Но что-то в фигуре, в положении головы и манере держать себя давало понять, что, несмотря на безупречную фигуру и спортивное телосложение, она уже давно немолода.

Ольтер перевел темный взгляд на меня и ничего не ответил. А затем встал и молча ушел.

Я снова осталась одна. В то же время атмосфера вокруг все сильнее накалялась. Влюбленных парочек становилось больше, и некоторые из них уже вовсе исчезли с глаз, решив уединиться.

Я встала с бревна, намереваясь найти Тилью и предложить ей пойти домой. Однако девушка неожиданно исчезла, затерявшись между деревьями.

Я решилась пройтись по периметру нашей поляны, поискать ее. Может, отойти на пару шагов в глубину леса, буквально совсем чуть-чуть.

Но с виду безопасная, вытоптанная тропинка вела все дальше и дальше от костра, и в какой-то момент я перестала слышать шум толпы. Порог пяти шагов был пройден. Потом он был пройден еще раз пять. Но Тилья все никак не находилась.

Посмотрев по сторонам, я решила, что забралась слишком далеко и пора возвращаться обратно. Но в этот момент за спиной послышались тихие шаги, а затем раздался голос:

— Крошка, ты заблудилась?

Сердце ухнуло куда-то вниз.

Я резко развернулась, но, к счастью, встретилась взглядом не с Диарханским мясником, а с тремя подвыпившими полуголыми оборотнями.

От сердца мгновенно отлегло. Честно говоря, у меня перед глазами уже практически пронеслась вся жизнь. Ранфер просил не оставаться в одиночестве. И, вообще-то, я и не планировала ему перечить. Но Тилья, как назло, куда-то запропастились.

И вот я одна, а рядом со мной вовсе не маньяк, а три обыкновенных парня. Ну разве не праздник?

— Хорошо отдыхается, ребят? — спросила я и улыбнулась.

Мужчины переглянулись и тоже заулыбались.

— Очень хорошо, дорогая. Надеемся, что скоро будет еще лучше.

— Ну, дай бог, — кивнула я. — Вы случайно Тилью не видели? Такая хрупкая брюнетка в черном брючном костюме?

Один оборотень, что был крупнее и шире в плечах, чем остальные, подошел ближе и оперся предплечьем о ствол дерева. Длинные непослушные волосы цвета ржи упали на лицо и обнаженную грудь.

— Ты подружка маленькой Тиль? Как здорово. Значит, ты и правда дружелюбная девочка, да?

— Рен, заканчивай, мне не терпится, — заныл парень, что стоял чуть левее и позади здоровяка.

— Тихо, — рявкнул в ответ Рен и снова посмотрел на меня с улыбкой. — Как тебя зовут?

Спросил, подняв руку и проведя костяшками пальцев по моей щеке.

Честно говоря, эта компания мне резко перестала нравиться.

— Лена, — ответила я, стараясь сохранять спокойствие, хотя глаза уже искали кратчайший путь возвращения к костру. Там хотя бы было полно народу. А тут совсем никого. — Если вы не видели мою подругу, я, пожалуй, пойду…

— Ну куда же ты, Лена? — грустно сложил бровки домиком Рен. — Мы так хотели познакомиться с тобой поближе.

— Кто “вы”?

— Я и два моих младших брата, — улыбнулся мужчина.

И теперь я поняла, что он и впрямь значительно старше двух других парней. Его братья еще походили на студентов Арктур, а вот Рен — уже нет. Хотя его внешность, фигура и лицо были все такими же молодыми. Лишь взгляд, полный холодной уверенности, а еще острые черты, более крупная мускулатура отличали от двух других оборотней.

— А твои братья и ты не хотите поискать себе собеседников у костра? — спросила я. — Вон там как много народу. Пойдем?

Но мужчина снова никак не отреагировал, лишь продолжая опасно улыбаться.

— Детка, я люблю тишину, — ответил он чуть мурлыкающими голосом и вдруг склонился к моему уху, шумно втягивая воздух.

Как дикое животное.

В общем, разговаривать мне резко расхотелось. Я дернулась в сторону и побежала как подстреленная лань. Намереваясь лететь так быстро, как если бы позади был огнедышащий дракон.

Но не успела я сделать и пяти шагов, как мощная рука перехватила мою талию, буквально поднимая вверх. Я по инерции продолжала болтать ногами в воздухе, словно это могло помочь побегу.

— Эй, отпусти! Я закричу. А!

Широкая ладонь накрыла рот, а затем оборотень припечатал меня к ближайшему древесному стволу.

— Чуть не убежала, — хохотнул один из младших и подошел слева. Второй тут же оказался справа.

И только Рен был напротив. Он крепко прижимал мое тело своим, продолжая удерживать ладонь на моем лице. Затем склонился к уху и, снова с шумом вдохнув, провел языком по раковине.

— Детка, не буди во мне зверя, — хрипло выдохнул он. — Мой зверь очень любит охоту на таких прытких козочек, как ты.

В тот же миг руки двух других парней начали неторопливо шарить по моему телу. Мягко, осторожно. Словно они на полном серьезе пытались сделать мне приятно.

— Если ты не будешь кричать, я отпущу твой аппетитный ротик, — тихо проговорил здоровяк, то и дело бросая на меня плотоядные взгляды.

Не услышав от меня возражений, он медленно начал опускать ладонь.

— Хорошая девочка, — промурлыкал он, — сладкая… Тебе с нами понравится.

— Что, со всеми тремя? — ахнула я, обалдев от такой перспективы и даже на миг забыв, что надо бы придумать план побега.

Похоже, эти трое из ларца на полном серьезе намеревались не насиловать меня, а заниматься любовью. Да и вообще, я буквально чувствовала распространяющиеся от них волны эротической энергии, желания. Но не ощущала агрессии или злобы, как это было с Джерилом.

— Боишься, что тебе будет много нас троих, детка? — ухмыльнулся здоровяк. — Не бойся, мы умеем доставлять дамам удовольствие.

С этими словами он опустил голову к моей шее и медленно начал покрывать ее поцелуями, в которых сквозил едва сдерживаемый голод.

Наверно, если бы я была любительницей острых ощущений, мне бы даже понравилось. Но пока я думала лишь о том, что совсем скоро дело дойдет до моего нижнего белья, и, как бы это ни было смешно, я планировала постараться, чтобы в нужный момент там оказались руки всех троих парней.

В этот момент Рен провел ладонью по моей щеке вниз, ласково очертил ключицы, затем хищно обхватив шею. Словно показывал, кто здесь главный.

Впрочем, все его действия оставались скорее эротичными, чем грубыми. Тем более я не торопилась жестко отбиваться, зная, что вот-вот за меня это должна сделать та самая кожа огня.

Все происходящее наводило на странные мысли о том, что я просто чего-то не понимаю. И у этих троих обычно вот так любовь и проходит. Словно никто из их женщин особенно и не сопротивляется такой необычной игре.

— Слушай, как там тебя… — начала я, отталкивая мужчину, пока его братья поглаживали меня по заднице, вызывая настойчивое желание избавиться от них, как от назойливых мух.

— Зови меня Рен, красавица, — промурчал этот ни разу не кот и пожелал снова засосать меня в шею.

— Эй-эй, не так быстро… красавчик, — фыркнула я, и мужчина довольно улыбнулся. — И вы тоже, — добавила дружкам, отталкивая их руки, — завязывайте меня лапать. Я не знаю, может, у оборотней вот так принято: после веселой вечеринки отлюбить одну даму на троих, но я на это не подписывалась.

Рен приподнял бровь, а один из его братьев недовольно сложил руки на груди.

— Так что, мы поняли друг друга? — напирала я, сделав как можно более грозный голос.

— Милая, — здоровяк оперся руками о ствол дерева над моей головой, нависая надо мной мрачной тучей. — Чем быстрее ты успокоишься, тем быстрее втянешься. Так что замри и получай удовольствие.

— Но… — вякнула я, но Рен прервал:

— Раздевайте нашу конфетку, ребята.

А в следующий миг схватил меня за подбородок и впился губами в мой рот, в то время как его братья стали расстегивать мои штаны и корсет.

Паника наконец ударила в голову, развеивая винные пары. Миром дело уладить не получилось. Осталось надеяться на магию у меня в нижнем белье.

Однако, как только один из братьев справился со всеми пуговицами на штанах, Рен опустил к ним руку, помогая стянуть вниз, и вдруг остановился.

— Замрите, — рявкнул он братьям и отстранился, с улыбкой вглядываясь в меня. — А что это у нас тут, малышка с секретом?

У меня сердце застучало в горле.

Он опустил взгляд и осторожно провел ладонью в нескольких сантиметрах от моего тела.

— Кожа огня… как любопытно, — протянул он. Несколько раз поводил ладонью над расстегнутыми штанами, сжал кисть в кулак, а когда распахнул, на землю с его руки посыпались золотые искры. — Была кожа — и не стало, — довольно проговорил он и облизнулся.

— Так, значит, девчонка была с сюрпризом? — удивился “правый” брат и в ужасе закатил глаза. — Какое счастье, что ты с нами, Рен. Это же по самые бубенчики могло все сгореть!

— А теперь точно все в порядке? — переспросил второй.

— Теперь точно, — кивнул Рен, не сводя с меня улыбающегося взгляда.

— Вы — огненный маг? — спросила я, чувствуя, как волнами накатывает ужас. — Поэтому почувствовали кожу огня?

Рен усмехнулся. Расположил одну руку ладонью вверх, и на ней тут же загорелось яркое пламя.

Я отшатнулась, почувствовав жар.

— Ни в коем случае, — ответил он весело. — Просто я универсал десятого уровня. И кандидат в орден Клевера. Вот и все.

На лбу выступил холодный пот.

Я оглянулась по сторонам, понимая, что вокруг сплошная кромешная тьма. Лишь вдали между деревьями мелькает костер.

Кожа огня, моя единственная защита, исчезла. Даже если я закричу, крик наверняка исчезнет через пять шагов, потому что заклятие тишины наложено на весь лес.

На этот раз у меня не оставалось шанса спастись.

В какой-то момент перед глазами почему-то всплыло лицо Ранфера. И мне стало ужасно грустно.