Глава 10

Сегодня Ранфер Крас чувствовал себя хуже, чем обычно. Когда взошло солнце, он был уже готов приступить к занятиям, но нутром чувствовал, что Лена еще не собралась. Он ужасно хотел открыть портал к ней в комнату, застать ее за переодеванием или что-нибудь в этом роде. Но просто не мог себе позволить так поступить.

Это было неправильно.

Поэтому он вышел на широкий балкон перед своим кабинетом и вдохнул полной грудью свежий утренний ветерок.

Ранфер любил утро. Летняя жара еще не вошла в полную силу, птицы пели, а на улице еще никого не было. Конечно, гораздо приятнее было бы оказаться в это время в Темном Диархане. Перекинуться в волка и бежать по лесу к самому восходу, чувствуя, как гудят мышцы от бешеной скорости.

Закрыв глаза, мужчина на миг почувствовал укол ностальгии. Какого дохлого енота он тут делает? В этой академии среди не до конца оформившихся оборотней и людей, полных яда ненависти?

Веки поднялись, и в ярко-голубых глазах отразился янтарь солнца. Конечно, он помнил. Кто, кроме альфы Диархана, сможет удержать оборотней в узде? Кто, кроме него, сможет останавливать конфликты еще на стадии их появления? Ведь даже не все преподаватели считают, что двум расам необходим мир.

Все вокруг искрило. Стоило только поднести кусок соломы, чтобы взорвалось.

Ранфер не хотел этого.

Мужчина поднял взгляд в небо, рассматривая по-звериному четким зрением не до конца исчезнувшие звезды.

Он много лет изучал искусство предсказания, которое многие считали пустышкой. Лжеучением. Альфа оборотней помнил, что жизнями двух рас издревле управляли духи луны и солнца. Селена и Лючия. Небесные светила, от которых произошли оба народа. Светила, которые и сейчас незримо влияли на них.

Много лет Ранфер читал звезды, стараясь уловить их призрачное воздействие. Смешивал стихии, искал отражения небесных тел в воде и огне.

Многие смеялись над ним. Само собой, втихаря. Ведь смеяться в открытую над альфой Диархана не стал бы ни человек, ни волк. Но в итоге “лжеучение” дало плоды. Ранфер узнал, что в ночь на праздник летнего Небоворота с неба упадет звезда. Этой звездой стала девушка по имени Лена, иномирянка. Странная незнакомка, которая должна ознаменовать начало новой эры.

Дальнейшего узнать не удалось. Предсказание исчерпывало себя, так и не возвестив ни начало войны, ни ее избежание.

Но, благодаря своим знаниям, Ранферу удалось найти Лену немного раньше, чем это сделали Девоны. Он был готов, но все равно встреча стала сюрпризом. Потому что девушка неожиданно начала пробуждать его звериное начало. Рядом с ней он в любой момент был готов потерять контроль, не доверял самому себе. Но и не мог отказаться от этой слабости. От кукольного личика рыжеволосой феи, от ее таинственных зеленых глаз с желтоватой сердцевиной, внутри которых словно горело маленькое солнце.

Впрочем, он не был бы самим собой, если бы шел на поводу у своих инстинктов. Да и если ему вдруг до смерти захочется сбросить напряжение, всегда можно найти другую рыжеволосую девчонку с зелеными глазами…

Ранфер вздрогнул и нахмурился от этой мысли. Затем ладонью очертил круг, словно вырезал в пространстве перед собой отверстие. Тут же воздух перед ним почернел, образуя пугающую черную дыру.

— Пора! — скомандовал он, видя на

другом конце перехода Лену, торопливо натягивающую сандалии на стройные ножки.

— Иду! — раздался ее тонкий испуганный голосок, и мужчина не смог удержаться, чтобы не улыбнуться.

В следующий миг он шагнул в портал, одновременно протягивая вперед руку и хватая склонившуюся девушку за талию. Не выходя из дыры в пространстве, он утянул студентку за собой, крепко прижав к себе.

Не нужно было так делать. Это какое-то ребячество. Но он не удержался.

Кажется, она хотела сказать что-то возмущенное. Однако неустойчивые стены портала не дали ей этой возможности. Сжимаясь и расширяясь, стремясь снова сомкнуться, залатать собственную брешь, ткань мира частично перекрывала дыхание, вышибала воздух из легких. Ранфер был привычен к этому, а потому просто на пару секунд расслабился и перестал дышать.

Только собственные руки на тонкой женской талии немного сбивали с толку.

— Что вы себе позволяете? — возмутилась девушка, нервно отпрыгивая от него в сторону, как пугливая лань, едва они оказались в тренировочной аудитории.

Ранфер скрыл улыбку и отошел в сторону, сцепив кисти за спиной. Но пальцы все еще чувствовали тепло ее тела, впалый живот под мягкой тканью корсета.

— Я не хотел, чтобы вы упали, вот и все, — проговорил он, постаравшись выглядеть нейтрально. Пока получалось плохо.

Девушка что-то фыркнула у него за спиной, поправляя одежду.

— Чем меньше вы будете меня трогать, тем меньше я буду падать, — ответила она грозно.

Ранфер приподнял бровь. На кончике языка вертелась куча ехидных вопросов, которые он мог бы задать ей в ответ, поставив тем самым девушку в неловкое положение. Но оборотень сдержался. Не стоило продолжать этот разговор, иначе он очень быстро перешел бы во флирт.

Опять.

— Тогда приступим, — проговорил он, сжав губы и настраиваясь на серьезную волну. — Сегодня мы должны попробовать понять, какой магией вас наделил наш мир, Алексеева.

Девушка снова закатила глаза, сложив руки на груди. Ранфер не акцентировал на этом внимание, хотя и не понял, чем заслужил это.

— У нас в академии с самого ее основания Феделиасом Арктуром принято свободное изучение множества наук, — привычным четко поставленным голосом преподавателя начал он. — У каждого мага с рождения имеется стихия или предмет, который подчиняется ему более остальных. Именно с сильной стороны мага мы и начинаем обучение, хотя другие дисциплины и стихии точно так же могут быть подвластны колдуну. Впрочем, на факультете Ультра правила чуть иные. И здесь мы оттачиваем мастерство уже состоявшихся, сильных волшебников. В твоем случае придется начать с азов.

Ранфер глубоко вздохнул. Он опасался, что будет тяжело. Лена же спокойно стояла от него в нескольких шагах, внимательно слушая и ожидая дальнейших действий.

— У нас есть широкий выбор предметов, на которые студент может записаться и изучать его вместе с группой. В их числе: телепортация, трансфигурация, гидроагрегация, гидрокинетика, пирология, пиромантия, пирокинетика, терралогия и так далее. Но, чтобы выбрать хоть что-то, нужно понять, к чему вы имеете склонность, а к чему — нет.

Ранфер сделал небольшую паузу и закончил:

— Приступим.

Протянул руку вперед, указывая девушке на четыре чаши, очень напоминающие те, что были на приемных экзаменах.

— И что мне предполагается делать? — спросила она, в голосе прозвучал завуалированный вызов.

— Для начала подойдите к воде.

Ранфер показал на своем примере. Встал рядом с чашей, протянул руку вперед и сделал простое круговое движение над водой.

В тот же миг на поверхности появились легкие концентрические круги.

Чем быстрее он двигал ладонью, тем сильнее закручивалась жидкость. В конце концов он резко поднял кисть вверх, и вслед за этим движением тонкий жгут воды из самого центра спирали взвился к потолку как змея.

— Ух ты, — протянула девушка.

Ранфер повернул голову и не смог сдержать улыбку. Он так давно не видел удивления на лице студентов. Как правило, эта реакция для всех остается в глубоком детстве, когда каждый из них только пробует свои способности.

— А я так тоже смогу?

— Попробуй…те, — тихо ответил мужчина, неосознанно любуясь счастливым блеском в насыщенных зеленых глазах.

— Но как? — пушистые ресницы удивленно захлопали.

— Представьте, что ваша ладонь не “над” водой, а внутри нее, — спокойно ответил он. — Ведь если вы опустите руку в чашу, то вам без труда удастся взбаламутить ее содержимое. Представьте, что именно это вы и делаете.

Лена сдвинула брови и послушно подняла ладонь. Затем начала водить рукой над поверхностью. Медленно, быстрее, быстрее.

Ранфер следил за ее сосредоточенным лицом, исподволь разглядывая точеный профиль, тонкий нос, симпатичную ямку под ним, переходящую в верхнюю губу. Делающую алый ротик таким маняще привлекательным.

— Не выходит, — фыркнула она, опустив руку. — Я вот даже не сомневалась. Если бы не видела, как это делаете вы, подумала бы, что это бред воспаленной фантазии.

— Это с непривычки, — спокойно ответил Ранфер, хотя, если бы ему ответил так кто-нибудь другой, не Лена, вероятно, он мог бы серьезно разозлиться.

Взял женскую руку, обхватив кисть своей ладонью.

Девушка вздрогнула, и волна этой легкой дрожи словно проникла в него самого.

Мурашки пробежали по спине.

Ранфер сжал челюсти, бросив на напрягшуюся студентку косой взгляд.

“Она всего лишь студентка. Несмотря на иномирность. Несмотря на особую роль. Всего лишь студентка…”

Но эта мысль в голове никак не желала укладываться.

— Сейчас я попробую провести собственную энергию через вашу ладонь. Хоть я и оборотень, механизм управления стихиями у нас один. Вы должны почувствовать власть. Силу. Способность управлять.

Их руки медленно двигались по кругу. Лена перестала дышать. Видимо, ей так сильно хотелось, чтобы все получилось.

Ранфер и сам хотел бы не дышать. Рядом с ней было слишком много ее запаха.

Но он лишь сильнее стиснул зубы. Почти до хруста.

Через пару мгновений стало ясно, что ничего не происходит. Вода не двигалась.

— Это еще ничего не значит, — выдохнул Ранфер, отпустив девушку и увидев разочарование на ее лице. — Есть вероятность, что с первого раза у нас просто не вышло. Но, возможно, у вас и правда нет способностей к воде. Давайте попробуем с другими стихиями. Сейчас нам главное — найти хоть что-то, с чем мы могли бы начать работу. Дальше пойдет легче.

Лена послушно кивнула, сжав губы. Но было видно, что она расстроена.

Следующей была чаша с землей. Затем они пробовали задуть свечу потоком воздуха из ладони. Затем пытались погасить огонь.

Ничего не вышло.

Лена глубоко вздохнула.

— Это бесполезно. Может, у меня просто нет магии? Ведь такие люди встречаются в вашем мире.

Ранфер фыркнул.

— Да, колдунов у нас не более тридцати процентов населения. Остальные либо лишены магии, либо она настолько слаба, что ее нет смысла тренировать. Но к вам это не относится.

— Почему?

— Через межмировый переход может пройти только маг.

— Ну, может, я исключение, — развела руками она.

Ранфер покачал головой. Ему ужасно захотелось обхватить ее подбородок пальцами и, притянув к себе, выдохнуть в губы, чтобы не спорила с ним. Что за несносная девчонка? Она не знала никаких правил, не понимала, как себя вести.

Не понимала, что перед ней не только куратор и преподаватель, но и альфа оборотней. Альфа, у которого в крови подчинять. Его природа действовала независимо от его желания. И сейчас ему приходилось то и дело подавлять тихое рычание.

Более того, Лена была женщиной. А женщины ему перечили только в одном случае.

Если хотели, чтобы он их трахнул.

— Не проще оставить все, как есть? — проговорила она в это время.

Ранфер закрыл глаза, повел плечами, разминая спину и шею. Секунда на то, чтобы сконцентрироваться.

— Вы не забыли, что у вас уже дважды был магический выброс, который едва удалось погасить? Это самый очевидный признак того, что магия у вас имеется. И ее нужно научиться выплескивать, чтобы однажды она не навредила вам.

— Ах да, — поджав губы, ответила она, закатив глаза. Так, словно делала ему одолжение. — И правда.

Ранфер с трудом остудил резко вспыхнувшее желание перекинуть нахалку через колено и отшлепать по голой заднице.

Но девушка вдруг повернулась и спросила:

— А ваш предыдущий… этот… звездный герой к чему имел склонность? Как называлась наука, которую он изучал?

Тряхнула головой. Волнистые рыжие волосы рассыпались по плечам.

Оборотень поймал себя на том, что не может перестать разглядывать ее. А еще — что ему хочется подойти к ней, резко преодолев одним прыжком несколько метров, намотать на кулак эту мягкую темную медь. Хочется заставить девушку выгнуться и прижаться к себе.

Почти нестерпимо.

И тогда он бы сказал: “Либо ты будешь молча слушать меня, лисичка, либо придет большой белый волк. И тогда тебе больше не придется молчать”.

Картинка в голове вспыхнула так резко и неожиданно, что у Ранфера пересохло во рту.

Но все же он взял себя в руки, прищурился и ответил:

– “Звездный герой”, — хмыкнул он, — как я уже говорил, имел склонность к редкому виду магии. Он был телепатом, передавал мысли на расстоянии в виде образов. Любому количеству людей. Ни до него, ни после в таком объеме этой магией не обладал никто.

— Тогда, может, есть смысл начать именно с телепатии? — предложила Лена, чуть склонив голову набок.

Ранфер не мог с ней не согласиться.

— Этот раздел магии очень сложен и мало кому удается, — серьезно кивнул он. — Но, учитывая то, кем ты являешься, возможно, это верное решение.

С этими словами Ранфер взял один из стульев, что стояли у длинной стены, и поставил перед Леной. Второй стул взял себе и сел напротив.

— Эту магию тебе могут показать всего два преподавателя во всей академии, — продолжил он. — Даже в ордене Клевера мало кто обладает такими способностями.

— Но вы, само собой, обладаете, куратор Крас? — слегка вытянула пухлые губы девушка, сделав нарочито уважительное лицо.

Снова издевка в голосе.

Ранфер начинал терять терпение.

Оборотню стало почти больно от желания схватить эти губы, подушечками пальцев почувствовав их мягкость, а затем протолкнуть большой палец в рот, заставив обхватить его. Он хотел видеть в ее зеленых глазах огонь покорности, темную жажду. Голод.

Тот голод, который он испытывал сам.

Но нахалка продолжала издеваться над ним.

— Скажите, куратор, — проговорила она, снова назвав его не по имени, так, как и должна была бы называть. Но неожиданно Ранферу это совсем не понравилось. — А можно я буду стоять, пока вы меня учите?

— В смысле? — тихо протянул мужчина, чувствуя подвох.

— Просто сидеть, понимаете, ну, сидеть в присутствии такого могучего мага, как вы!.. — ахнула она и распахнула свои огромные глаза. Под травянистой зеленью проглядывал солнечный смех.

Что-то внутри Ранфера взорвалось. Он сорвался с места как ураган. Вскочил на ноги, чувствуя, что тело выходит из-под контроля. И через мгновение на полу перед девушкой уже стоял его волк.

Кости преобразовались так быстро, что он едва успел понять, что произошло. Одежда треснула и разорвалась на лоскуты. Он не успел ее телепортировать.

Не от злости. От желания поиграть…

Такого с ним не случалось, пожалуй, с самого детства. Да что там, он уже в десять лет полностью контролировал свою волчью природу.

Но думать сейчас об этом не хотелось. Как только его тело покрылось густой снежной шерстью, запах Лены стал настолько интенсивным, что забил собой все вокруг. Если прежде его еще можно было игнорировать, то теперь — ни малейшего шанса. Он проник в легкие как сладкий яд, как наркотик с привкусом ландыша и брусники.

Ранфер сделал шаг вперед. Затем еще один.

Когда он перекинулся, от неожиданности девушка упала со стула и теперь сидела прямо на полу, не отрываясь глядя на него. Глаза в глаза.

Казалось, если их зрительный контакт прервется, случится что-то ужасное.

Ранфер даже не моргал. Он глубоко втягивал воздух, перемалывая его легкими, переваривая, как виноград превращая в вино. И пьянея от него же.

И что нравилось ему больше всего — в этом вине не было ни капли страха.

Лена не боялась. Она смотрела на него широко распахнутыми глазами. Как в день их первой встречи. Дышала глубоко и часто, отчего ее грудь поднималась и опускалась, приковывая взгляд. Только юбка сегодня была длиннее.

Ранфер усмехнулся бы, если б это не заставило его оскалить волчью морду. Это могло напугать девушку. Оборотень меньше всего хотел бы пугать ее.

А чего он хотел?

Ответа на этот вопрос не было. Или же мужчина сознательно не хотел его искать.

Он сделал еще несколько осторожных шагов, оказавшись напротив коленей девушки.

Лена едва дышала.

А он дышал даже слишком быстро. Ранфер вдруг отстраненно подумал, что на двоих у них получается как раз норма.

А затем вдруг опустил голову, приоткрыл пасть и зубами поднял юбку вверх, заставив соскользнуть с коленей.

— Ранфер! — воскликнула девушка, ахнув.

“Вот теперь все было и впрямь как в первый раз”, — все же усмехнулся оборотень, глядя на тонкие трусики.

Из пасти вырвалось короткое рычание.

Проклятье.

Страх.

Зеленые глаза напротив потемнели от расширившихся зрачков. Девушка сдвинула брови и стиснула зубы, но ничего не сказала.

Храбрилась.

Но в этот момент случилось нечто другое, что как нельзя лучше выдало неустойчивое психическое состояние студентки.

Ранфер ощутил жар, сгущающийся под кожей. Боль, вонзающуюся в мышцы десятками игл. Стальное кольцо сковало шею и сжалось.

Лена нервно пискнула и закрыла глаза. Ее лицо побледнело.

То, что это очередной магический приступ, стало ясно мгновенно. Только на этот раз приступ был гораздо сильнее, чем прежде. Ранфер уже не был уверен, что будет достаточно поверхностных манипуляций с девушкой. Он делил ее боль пополам, но та все равно не становилась меньше.

Терять время было нельзя. Он перекинулся обратно в человека и резко сказал:

— Посмотри на меня.

Лена подняла веки, снова глядя только ему в глаза. Она тяжело дышала.

Ранфер и впрямь знал лишь один способ унять магический всплеск: диаметрально переключить эмоции девушки. Злость и страх вызывали внутри ее тела дисгармонию. И, чтобы вернуть все на свои места, нужно было дать ей сильный заряд положительных эмоций.

Что он мог сделать, чтобы получить подобный эффект?

Рассказать трогательную сказку о любви? Спеть серенаду? Обложить ее с ног до головы мурлыкающими котятами?

По какой-то причине с Леной очень хорошо срабатывал иной способ…

Тот способ, который грозил ему самому потерянным спокойствием и бессонными ночами.

Он резко наклонился и поцеловал ее.

“О Селена…”

Мягкие губы, горячие, сладкие, как расплавленный мед.

Несколько секунд девушка не двигалась, замерла, затаив дыхание, словно не понимала, что происходит. Не знала, как реагировать.

А он медленно сместился чуть ниже, обхватил ее нижнюю губу и слегка прикусил. Почти незаметно. На десятую долю от той жесткости и силы, которую удерживал в себе. Которая рвалась наружу как цунами.

В этот момент Лена выдохнула и закрыла глаза. А затем вдруг распахнула губы и ответила на поцелуй. Неуверенно, осторожно. Словно глубоко внутри все еще рассчитывала его оттолкнуть. Но уже не могла себя заставить.

У Ранфера помутилось перед глазами. Он медленно опустился на локти, расположив их по обеим сторонам от ее лица. Затем обвел языком очертания женских губ и уверенно протолкнул его внутрь маленького ротика. Почти собственнически. Не оставляя девушке шансов.

Он прижался ней бедрами, забывая самого себя. Почувствовав, как жарко ее язык переплетается с его.

Как отрывисто и страстно она дышит.

Рычание само вырвалось из груди. Одной рукой Ранфер проник ей в волосы, большим пальцем поглаживая щеку и уголок губ, а вторую опустил и завел за ее талию, заставив прижаться к нему сильнее, сжал упругую задницу, которую до смерти хотелось избавить от одежды. Разорвать мешающие тряпки в клочья.

Но он лишь опустил руку еще ниже и проник ладонью под юбку, поглаживая бархатную кожу. Уже слишком интимно, но еще недостаточно…

Сумасшествие разливалось вокруг как вино. Делало пространство густым и тягучим. Ранфер глубоко дышал, наслаждаясь самим воздухом, пропахшим Леной. Наполненным ею до краев. Казалось, вместе с ним в легкие входит концентрированное желание, которому невозможно противиться.

Ранфер и не противился. Он уже давно забыл, почему принял решение, что с этой девушкой ему ничего нельзя иметь.

Он хотел большего.

Он хотел все.

Но в этот момент Лена распахнула свои огромные зеленые глаза, на дне которых горел огонь.

— Почему вы лежите на мне голый, куратор Крас? — выдохнула она, тяжело дыша.

Но, несмотря на обворожительный румянец на щеках, на влажные, приоткрытые губы, которые сводили его с ума, во взгляде уже отчетливо вспыхнул вызов.

Как ведро ледяной воды на голову. Ранферу даже показалось, что он чувствует холодное покалывание на разгоряченной коже.

Он закрыл глаза и задержал дыхание. А затем открыл вновь, так и не сделав вдоха. Смотрел на нее, пока от нехватки воздуха не начало жечь легкие.

Вот тогда он выпрямил руки и одним рывком встал.

Мышцы гудели, кровь стучала в висках, пульсировала в горле. Но тело уже почти пришло в норму.

Он опустил взгляд вниз и еле слышно выругался.

Тело почти пришло в норму.

Не торопясь, Ранфер развернулся, прошел на другой конец зала, открыл невзрачный шкаф и достал оттуда мантию вроде тех, что надевали на уроках химии в людских училищах для немагов. Здесь эта одежда висела на случай, если студенты испортят свою, тренируя огонь или водные лезвия.

Когда он вновь повернулся к Лене, она уже стояла, поправляя пышную копну растрепавшихся темно-рыжих волос.

— Если вы обещаете больше не приставать ко мне и оставаться на приличном расстоянии, мы, так и быть, сможем продолжить, — высокомерно проговорила она, вздернув свой маленький носик.

— На сегодня занятия окончены, — жестко бросил он в ответ, боясь только того, что в его взгляде читается слишком много эмоций.

Сегодня он перегнул палку, потерял контроль. В отличие от нее. Простой девчонки, которая одним своим видом довела его до полного безумия.

— Как скажете, куратор Крас, — пожала плечами она, все еще чего-то ожидая.

— Выход там, — указал он на дверь, все еще злясь на себя. На слабость, глупость. И на то, что не может прекратить злиться.

А самоуверенная нахалка пусть пройдется пешком. Без портала.

Лена приподняла бровь, но не сказала ни слова, молча покинув аудиторию.

Ранфер остался один, а через пару секунд уже вновь был в своем кабинете.

Ему хотелось принять холодный душ. Успокоиться, прийти в себя. Может, телепортироваться в Темный Диархан. Пробежаться по лесу так быстро, что деревья сольются в одно сплошное пятно. Так быстро, что в легких станет горячо от воздуха, а в голове блаженно пусто.

Но такой роскоши сегодня было не суждено сбыться. В его кабинете уже стояли трое его первых помощника. Три претендента на пост альфы в случае его скоропостижной гибели. Три волка, которые должны были стать соперниками. Но по факту это были самые преданные его друзья.

— Что случилось? — спросил Ранфер, чувствуя дурное настроение всех троих.

— Ран, нужно срочно что-то делать, — проговорил первый, которого звали Стенлир. — Люди волнуются. В корпус приходят письма от наших агентов, которые живут в Светлом. Они говорят, что люди устраивают митинги с требованием наказать оборотней и запретить нам вход в город. Ненависть с каждым днем увеличивается.

— Так всегда было, — мрачно сказал альфа, садясь в свое кресло и с тоской думая о ванне и еловом лесе.

Запахнул полы мантии, но в какой-то момент все равно стало видно, что под ней ничего нет.

Второй мужчина ехидно улыбнулся, окинув его хитрым взглядом, и спросил:

— Ты вот так преподаешь практические занятия? А много у вас девушек на потоке?

Грейрен. Самый слабый из тройки. Но все же сильнее любого обычного оборотня. Иногда желание пошутить в нем становилось сильнее всего остального. И тогда за это его хотелось придушить. Но факт оставался фактом: Ранфер любил его больше остальных.

— Нет, Грей. Я собирался в ванную, вот и все, — недовольно бросил Ранфер.

Но друг продолжал ехидно улыбаться.

— Ну-ну, — фыркнул он. — Пахнешь, кстати, здорово.

Ранфер широко распахнул глаза и ударил ладонью по столу.

— Грей!

— Хватит, дело серьезное, — снова проговорил Стенлир. — У нас нет времени на дурацкие шутки и препирательства.

Ранфер сжал зубы, но не стал прерывать друга. Несмотря на грубость, он был прав.

— Чего ты хочешь, Стен? — взглянув в глаза помощнику, жестко спросил альфа.

Сила вожака всколыхнулась сама собой. Видимо, друг все же его немного разозлил.

Стен вздрогнул, но взгляда не отвел. Остальные и вовсе стиснули зубы, закрыв глаза.

— Положение очень сложное, Ран, — уже гораздо тише и спокойнее ответил мужчина. Пригладил короткий ершик волос, глубоко дыша. — Нам необходимо принять меры по поиску оборотня, что устраивает беспредел в Светлом.

— Вы еще этим не занялись? — приподнял бровь альфа. — Или ты хочешь, чтобы я лично вышел на улицы вынюхивать эту крысу?

— Расследование ведется на территории людей. Нас не допускают к уликам, — наконец подал голос третий помощник, которого звали Харен. Он был из тройки самым молчаливым. Пожалуй, Ранферу эта черта в нем нравилась больше всего.

Альфа молча кивнул.

— Я предполагал такой исход, — мрачно проговорил он.

Затем открыл верхний ящик своего стола и вынул оттуда тонкую папку с документами.

— Здесь то, что я смог узнать, осматривая тело Хильды Варус. Второй жертвы. Запах, отпечатки, следы аур. Последних, кстати, очень много, невозможно выделить какой-то один.

Трое помощников по очереди ознакомились с данными, никуда не торопясь. Ранфер раздраженно вздохнул.

“Могли бы сделать это и в корпусе”, — подумал он, но промолчал.

— Здесь написано, что на трупе преобладал отпечаток оборотня, — хмуро проговорил Стенлир, шурша листками.

— А мы до последнего надеялись, что это человек, — выдохнул Грейрен, с которого мигом исчез весь налет юмора.

— Да, — кивнул Ранфер.

— Но четкого следа ауры нет, — добавил опять Стенлир, еще сильнее нахмурившись. — Как это может быть?

— Понятия не имею, — покачал головой альфа.

Его это тоже беспокоило больше всего.

Каждый человек или оборотень помимо уникального аромата имел еще ауру, которую невозможно подделать. Создав слепок такой ауры, можно было найти по нему кого угодно. В отличие от него, запах через некоторое время смешивается с тысячей других, из которых невозможно было в итоге вычленить оригинальный аромат именно того субъекта, который нужен. С аурой было проще. Ее след держался дольше и был ярче.

Так на теле Хильды были сотни запахов и десятки аур. Ранферу удалось выделить самый яркий след. Но он оказался нечетким. Словно медальон, треснутый посередине и еще во множестве мест.

— К такому слепку могут подойти десятки оборотней, — пробурчал Стенлир, вертя так и эдак страницу, на которой была изображена схема ауры. — Ты не мог сделать рисунок получше?

Ранфер зарычал. Челюсть засвербела от желания выпустить волчьи клыки.

Дурной тон. Так делают только мальчишки, едва научившиеся управлять своим волком.

Но Стен все равно замер, покорно склонив голову и отведя глаза, принимая превосходство своего альфы.

Ранфер мгновенно успокоился и ответил:

— Я смог обнаружить больше, чем получилось бы у любого из вас, — прозвучал его холодный голос.

Он не хвастался. Он констатировал факт.

— Но на теле было только это. Прямо на следах от когтей и зубов. И отдельно еще куча аур людей, с которыми жертва вступала в контакт до смерти.

— Мы должны проверить всех, — снова подал голос молчаливый Харен. — Всех людей, всех оборотней, подходящих под этот отпечаток.

Ранфер посмотрел в его темные серьезные глаза и кивнул.

— Но это просто колоссальная работа, — ужаснулся весельчак Грей. — Да и кто нам даст доступ к трупу, чтобы задокументировать все отпечатки людей?

— Попробуйте запросить доступ непосредственно у Нашвила Викса, — ответил альфа.

— Начальника охранного управления Светлого Диархана? — переспросил Грей. — Кто же нас к нему пустит?

— Скажите, что вы от меня, — прозвучал ответ. — Его сын учится в Ультре под моим кураторством. Вряд ли Нашвил откажет.

Стенлир кивнул, явно удовлетворенный этим ответом, взял бумаги и, поклонившись альфе вместе с остальными, пошел к выходу.

Однако на пороге кабинета въедливый помощник обернулся и вдруг спросил:

— А если ничего из этого не поможет? Если не сработает?

Ранфер бросил на него мрачный взгляд.

— Тогда ситуацию разъяснит следующий труп.

Фраза прозвучала в полнейшей тишине. И, казалось, после нее в воздухе повисло что-то темное и дождливое.

— Ты думаешь, будет еще? — спросил Стен.

Альфа кивнул.

— Тебе что-то известно? — нахмурился друг.

Стенлир всегда чувствовал чуть больше, чем остальные. Ранфер предлагал ему потренировать искусство предсказаний, но тот всегда отказывался, ссылаясь на то, что на четвертом десятке уже поздновато учиться.

— Известно, — кивнул альфа. — Следующая жертва.

Удивление на лицах помощников было еще ярче, чем он мог предположить.

— И кто же это? — выдохнул Стен.

Несколько секунд оборотень молчал.

— Рыжая девушка. Человек. Примерно двадцать с лишним лет от роду.

Стенлир выдохнул, двое других оборотней переглянулись. Кажется, они боялись, что он назовет имя.

Ранфер хмыкнул.

— Среди студентов есть всего одна девушка, подходящая под это описание, — продолжал он. — Хвала Селене, рыжих не так много. Я уже принял некоторые меры по ее защите. Но в окрестностях академии действовать придется вам.

— Хорошо, — кивнул Стен. — Но что же это за защита? — спросил мужчина.

— Действенная, — буркнул Ранфер, отворачиваясь и больше не глядя на помощников.

Стенлир снова поклонился.

— Светлой луны, альфа, — сказал он и вышел прочь с двумя товарищами.

А Ранфер, наконец, остался один. Впрочем, легче ему от этого не стало. Он открыл ящик стола и по очереди выложил на стол три фотокарточки. На них издали были запечатлены три девушки, две из которых были уже мертвы. И Елена, улыбающаяся на фоне арки перед академией.

Несколько секунд он рассматривал узкие лица и рыжие волосы разных оттенков. А затем сделал резкий взмах рукой, две фотокарточки вспыхнули разноцветным пламенем. Через мгновение на столе лежало лишь изображение Лены и черный пепел.

— Они были не похожи на тебя, лисичка, — мрачно проговорил он. — Совсем не похожи.