Глава 17

— Ты все понял? Повтори еще раз.

— С теткой конфликтов не провоцировать, на вопросы о тебе не отвечать, с хахалем ее не ругаться, в школу ходить регулярно, на тренировки в «Белый лотос» тоже. Если что случится, сразу звонить тебе. Твой номер телефона помню наизусть, — отрапортовал Ник.

Федор грустно вздохнул. За школу можно как раз не переживать, через несколько дней начнутся уже летние каникулы. Даже несмотря на тройки парень заработал твердые тройки и четверки по большинству предметов, а математика давалась ему так хорошо, что учитель подумывал вывести в году пять, останавливали те самые пропуски. Голова у Ника варит отлично с программой обычной районной школы легко справляется, даже несмотря на жизненные обстоятельства. Если все будет хорошо, в сентябре его сын пойдет в совсем другое учебное заведение.

— Молодец. Держись. Мы с тобой должны справиться. Нам столько хороших людей помогает.

— А как ты думаешь… сколько времени это займет? — он впервые задал этот вопрос и Федору нечем было его порадовать.

— Обычно это занимает около трех месяцев. Волков обещает разбиться в лепешку и управиться за месяц.

Ник вздохнул.

— Другого пути нет. Если бы она согласилась добровольно… Но она не согласится.

— Не понимаю, зачем я ей? Она меня терпеть не может, только мешаю…

Федор уже знал ответ на этот вопрос. Но не в машине же беседовать. Нужно сначала Ника вызволить от тетки, а уж потом про семью рассказывать.

— Ну вот что. В квартиру я, пожалуй, не пойду. Я не выдержу, Ник, я сорвусь и наговорю ей такого… Лучше сделаем так: ты поднимешься и если все в порядке, махнешь мне из окна. Если сразу не сможешь, не переживай, я не уеду, пока ты не сообщишь, что все в порядке.

Они обнялись на прощание и у Федора защемило сердце.

— У меня к тебе просьба. Поблагодари от меня Кристину. За то, что она нам помогает.

— Непременно, — кивнул Федор.

Мальчик поднялся наверх, и спустя несколько минут, в окне на мгновение мелькнул его силуэт.

Федор тронулся с места.

* * *

Во время утренней прогулки с Викой и Евой позвонила Ирина Артуровна.

— Кристиночка, не заглянешь ко мне сегодня на чаек?

— Я бы с удовольствием, но боюсь, что сегодня не смогу, — призналась Кристина. — Я ведь присматриваю за малышками и освобожусь только поздно вечером, когда вернется с работы Алиса. Вы, должно быть, уже будете спать в этот час. Почему бы Вам не присоединиться к нам на прогулке? Погода просто отличная.

— Что правда, то правда, но я неважно себя чувствую. Я ведь, девочка моя, уже очень старая. Что если после прогулки вы с двойняшками ненадолго зайдете ко мне? Я обещаю напоить вас таким чаем, которого вы никогда не пробовали. Сама собирала.

— Конечно, если это удобно… С девочками я могу зайти.

Они еще немного погуляли по берегу, а потом направились к лимонно-желтому коттеджу с синей крышей.

— Здравствуйте, мои красавицы!

— Здравствуйте-здравствуйте. Мы сегодня прямо с пляжа, так что, уж извините, без подарков.

— Для меня сейчас любое общение уже подарок, — вздохнула старуха. — Садитесь пить чай.

Вместе они все-таки усадили непоседливых девочек за стол, заманив свежими домашними пирожками, и Вика с Евой ненадолго замолкли.

— Ты, наверное, думаешь, зачем эта безумная бабка меня позвала?

— Думаю, вы просто соскучились, — рассмеялась Кристина. — Кстати, я тоже. Планировала на выходных к Вам заглянуть.

Пожилая женщина улыбнулась, и ее глаза потеплели.

— А я ведь по делу тебя позвала.

Кристина только сейчас заметила, что старуха сжимает в руках жестяную коробку с изображением московского кремля.

— Столько лет я тайну хранила, а как Катя умерла, хотела все ему рассказать, но не решилась.

— Вы о бабушке Федора Соколова? Ее ведь Катей звали, да? А почему ее тайны надо кому-то рассказывать? Тем более, сейчас.

— Да потому, милая моя, что эти тайны две жизни переменили. Спасла она его, понимаешь. Любила потому что. Да только он бы не понял. Он и сейчас не поймет. Боюсь я сама. Но и медлить нельзя. Слышала, при смерти он.

— Э… кто при смерти, простите? Федор?!

— Господь с тобою, — Ирина Артуровна перекрестилась. — Витя, кто ж еще.

— Что Вы, Виктор Семенович неплохо себя чувствует. Да, у него был сердечный приступ, но обошлось без инфаркта. Его через неделю выпишут и снова будет картины рисовать, не переживайте.

Но Кристине уже стало безумно любопытно, что же такое жизнен важное скрывала от деда бабушка Федора.

— Мы уже очень старые, — грустно сказала Ирина Артуровна. — Не он, так я… Пора раскрывать карты. Но сама я не смогу.

— Может, тогда и не стоит? — предположила Кристина. — Кроме Вас этот секрет, должно быть никто не знает. Ваша подруга не рассказала, может оно и к лучшему…

Кристине нелегко было поддерживать эту странную беседу. Ведь она даже понятия не имела, о чем говорит Ирина Артуровна.

— Я хочу, чтобы ты мне помогла.

— Э… каким образом?

Она уже согласилась помочь одному из обитателей бухты и в результате местная пресса объявила ее матерью-одиночкой и невестой человека, с которым три недели назад она еще была не знакома. Интересно, куда заведут секреты его бабушки?

— Я хочу, чтобы ты Вите обо всем рассказала, — заявила старуха и в упор уставилась на Кристину. К счастью, в этот момент Вика попыталась перевернуть очаровательный фарфоровый чайник в крупный горох.

— Но ведь я, мягко говоря, не в курсе дела, — пролепетала Кристина, возвращая племянницу на место.

— А для того, чтобы ввести тебя в курс дела, я подготовила вот это, — голос Ирины Артуровны вдруг стал громким и уверенным, было ясно, что она долго готовилась к этому разговору.

Кристина приняла из рук соседки жестяную коробочку.

— И… что там?

— Письма.

Опять письма. Мамочки. Похоже, обитатели бухты питают особую любовь к эпистолярному жанру.

— Это письма бабушки Фе… В смысле, их написала Ваша подруга Екатерина?

— Катя их прятала. Всю жизнь. Просто возьми и прочитай. А потом позвони мне, если у тебя останутся вопросы.

— Но удобно ли…

— Удобно, — Ирина Артровна усмехнулась. — Им уже столько лет, что это почти исторический документ. Если ты их сейчас не возьмешь, я так и не решусь. И знаешь, что будет? После моей смерти невестка откроет эту коробку и, обнаружив вместо денег или драгоценностей пожелтевшую бумагу, просто отправит их на помойку. И никто ничего не узнает. Никогда. А это плохо.

Кристина вспомнила, как Виктор Семенович, увидев то письмо из библиотеки, благодарил ее и говорил, что она принесла радостную весть. Правда, потом дед вел себя крайне странно, а спустя несколько дней и вовсе оказался в больнице с сердечным приступом, перед этим написав новую картину, причем это оказались влюбленные, а не морской пейзаж как обычно.

В конце концов, что случится, если она сейчас возьмет эти письма и прочитает? Тем более Ирина Артуровна так настаивает.

— Ну хорошо… Я прочту, а потом позвоню Вам.

Дома, уложив двойняшек спать после обеда, Кристина открыла коробку.

Ох. Тот же адрес. Тот же почерк. Даже бумага, похоже та же. И письма на немецком. Можно, конечно, воспользоваться переводчикам, но… Федор справится лучше и быстрее. Но надо ли ему показывать? Хотя… можно ведь и не говорить сначала, что речь о его бабушке.

Интересно, Федор с Ником приедут сегодня на дачу или переночует в городе? Так не терпится им показать.

Подумав, Кристина решила не отвлекать Федора от работы, а просто дождаться вечера. Вернулись мальчики с хоккея и тенниса и разбрелись по своим комнатам. Приехала с работы Алиса и отправилась играть с двойняшками в детское домино с картинками. Кристина от партии отказалась. Она все время бегала смотреть, не стоит ли в соседском дворе «БМВ» Федора. В теплую погоду он не загонял машину в гараж, а оставлял под навесом.

В половине девятого она решилась набрать его номер, но из трубки летели лишь длинные гудки. И в этот самый момент она услышала, что кто-то пытается дозвониться до нее по другой линии.

— Алло.

— Вы Кристина Романова.

— Да, все верно. А Вы кто? Чем обязана?

— Мы с Вами встречались однажды, м… на балконе. Я Сергей Волков, адвокат.

Кристина почуяла неладное.

— Что-то случилось?

— Надеюсь, что нет, но… Не мешало бы в этом убедиться. Дело в том, что я не могу дозвониться до Федора. Был у него в офисе, на городской квартире, даже в «Пизанскую башню» заезжал. Вы не могли бы проверить дачу? Насколько знаю, он сосед Вашей сестры.

— Я сейчас же схожу к нему. Но машины во дворе нет… Постойте. А где же тогда Ник? Вы говорили с мальчиком? Что он сказал?

— Значит, Вы ничего не знаете… Федору пришлось сегодня отвезти Ника к тетке.

— Как же так…

— Увы, но это необходимо. Я постараюсь вызволить мальчика из этого притона как можно скорее. Но сейчас важно, чтобы Федор не натворил дел.

— Я сейчас же схожу к нему. Но… Вряд ли он там. Я Вам сейчас перезвоню!

Кристина выбежала на улицу, не накинув даже плащ, хотя вечер был довольно прохладный. С улицы было видно, что в кабинете горит свет. Она выдохнула. Значит, Федор все-таки дома.

Секунду поразмыслив, Кристина подошла к калитке. Местные жители запирали двери через раз. Так и есть, ручка повернулась, и вот она уже в саду янтарного короля. Так. Входная дверь тоже не заперта.

Ну что ж, в конце концов они почти женаты. В доме было темно, лишь из-под двери кабинета пробивалась полоска света.

— Федор…

Кристина распахнула дверь и замерла на пороге.