15. Костёр

Юлиана

Марк лежит рядом. Невозмутимый как удав.

— Вы отвратительный человек, — говорю я, впиваясь взглядом в его лицо. — Просто невозможный.

— Это уже было, — лениво парирует он.

— Нет, серьёзно! — Я поднимаюсь на локте, прикрывая грудь другой рукой. — Вы всегда так?

— Как? — Марк с интересом смотрит на меня

— Как… каток!

Он усмехается.

— Ты могла остановить меня, — мурлычет довольным тоном.

— Вы прекрасно знаете, что нет, — я отворачиваюсь.

— Ошибаешься, — он поворачивает мою голову за подбородок и смотрит на меня внимательно. — Ты просто не захотела.

Я закатываю глаза.

— Самодовольство у вас врождённое или приобретённое? — в голос просачивается тихий рык.

— Приобретённое, — он лениво проводит рукой по моим волосам. — С опытом.

Я злюсь всё сильнее.

— Уверена, вы этим очень гордитесь, — фыркаю.

— Иногда, — он ухмыляется.

— Не думайте, что я капитулировала, — говорю недовольно. — Это была просто… минутная слабость.

— Конечно, — Марк невозмутимо пожимает плечами.

Засранец! Хочется его треснуть больно.

— Вы издеваетесь? — спрашиваю с вызовом.

— Немного, — отшучивается он и встаёт.

Спокойно уходит в ванную и возвращается с полотенцем. Аккуратно вытирает мою кожу. Снова.

Этот контраст потребительства и заботы взрывает мне мозг. Я не понимаю, как можно с одной стороны пользоваться моим телом, а с другой — так же бережно ухаживать за ним.

После этого Марк направляется к шкафу. Одевается, а потом…

Я сначала не понимаю, что он делает. Он начинает вытаскивать мои вещи. Те, которые я сегодня получила от стилиста.

— Эй! — Я приподнимаюсь на локтях. — Вы что делаете?

Он бросает на пол вещь за вещью, пока в шкафу не остаются только его одежда. Потом наклоняется и собирает всё в охапку.

— Избавляюсь от мусора, — отвечает он невозмутимо.

— Не смейте! — выговариваю я громче, чем хотела бы.

Марк поворачивается ко мне. Поднимает бровь.

— Почему? — спрашивает, будто правда не понимает.

— Потому что это мои вещи! — отвечаю, потом добавляю тише. — И потому что мне снова будет нечего надеть.

— Хочешь компромисс? — он склоняет голову чуть набок.

Я настороженно молчу.

— Надень единственный комплект, который тебе самой нравится, — произносит он почти мягко. Я не понимаю, шутит он или нет.

— Что? — переспрашиваю.

— Выбери вещи, в которых походишь ближайшее время, и надень, — устало поясняет он, будто для несмышлёныша. — Всё остальное я сожгу, потому что такого в моём доме носить никто не будет.

— Сожжёте?! — у меня глаза на лоб лезут. — Да ладно! Вы блефуете.

— Проверим?

Я раздражённо вскакиваю, прикрываясь полотенцем, которым он меня вытирал.

Ладно. Если он решил играть — будем играть. Я беру из кучи одежды рваные джинсы и майку с бабочкой из страз, которые мне приглянулись.

Ухожу в ванную. Чёрт. Бельё осталось в комнате. Плевать, натягиваю одежду на голое тело. Выхожу.

Марк осматривает меня. Внимательно, медленно скользит взглядом с ног до головы.

— Хм, — хмыкает он и улыбается.

— Что? — спрашиваю я, смущаясь.

— Неплохо, — выговаривает Марк.

Я прищуриваюсь.

— Снова стебётесь? — в голос просачивается досада.

— Нет. — Он говорит спокойно. — Тебе правда идёт.

Я не знаю, что на это ответить. Он поднимает охапку с пола и направляется к двери.

— Марк! — бросаю я. Он не останавливается. Зараза!

Я иду за ним.

— Вы серьёзно? — догоняю его в коридоре.

— Абсолютно, — этот гад даже не поворачивается. Идёт к задней двери дома и выходит на лужайку. Я выбегаю за ним. В шоке, злая, растерянная. На этот раз Андрей меня не останавливает.

Марк невозмутимо шагает до высокой слегка обугленной бочки во дворе и бросает туда одежду. Берёт канистру с земли.

— Вы с ума сошли?! — вырывается у меня.

Он спокойно поливает вещи бензином.

— Марк! — кричу, подбегая к нему.

Он чиркает зажигалкой. Пламя вспыхивает мгновенно.

Я смотрю, как горят свитера, юбки и пиджаки.

— Вы псих, — выговариваю сипло.

— Возможно, — Он смотрит на огонь. — Так будет со всем, что мне не нравится.

Я скрещиваю руки.

— Тогда и меня надо на костёр отправить!

Он переводит на меня долгий тяжёлый взгляд, который я уже знаю. Чёрт.

— Нет, — говорит довольно и хрипло. — Ты-то мне как раз нравишься.

От его взгляда и голоса у меня по спине пробегает холодок. Я разворачиваюсь и почти бегу обратно в дом. Потому что знаю этот взгляд. Ещё минута — и он снова начнёт меня соблазнять. И соблазнит же!

Я влетаю в спальню, запираю дверь, прячусь в ванной. Минуты проходят одна за одной, но он не приходит.

Чёрт с ним. До вечера остаюсь в комнате, даже не спускаясь на ужин. Слишком злюсь на него. И на себя. Ложусь в кровать одна. Слушаю тишину дома.

И не понимаю, почему мне от этого вдруг становится пусто.

Я засыпаю так же одна. И просыпаюсь в пустой постели. Тепла Марка рядом нет.

На тумбочке лежит сложенный лист бумаги. Оставил мне записку? Гад.

Читать или не читать?