Глава 11 · Короли любят тех, кого должны, а не тех, кого хотят

Утром следующего дня в квартире бандитского главаря

Неясные звуки разорвали сонную дрему. Мрачный давящий полумрак забытья наполнился звоном разбивающихся кружек, льющегося огра и скрежета ножек грубых стульев о пластиковый пол, заставив проснуться и вспомнить последние события.

Непроизвольно вздрогнув, я дернулась, в панике распахивая глаза, а почувствовав, что лежу на диване в квартире Рияша, расслабилась. И чего испугалась, спрашивается? Звенели вовсе не кружки, а стаканы, куда мужчина наливал воду. А скрежетал стул, потому что Рияш отодвинул его от стола.

Не сразу, но заметила, что одежда на нем другая – свободные светлые брюки и тонкая рубашка, а вчера были плотные штаны, с заправленной за пояс темной водолазкой. А еще куртка…

Я нервно повела плечами, спохватываясь и осматривая себя. Той самой куртки, которую набросил на мои плечи Рияш, уже не было. Поверх разорванного платья был надет халат – видимо, мужчина проявил деликатность и не стал переодевать меня, не желая разбудить. Он и сейчас старался передвигаться по квартире бесшумно, чтобы не нарушить мой сон.

Удивительный мужчина. Странно, что он примкнул к бандитам, ведь чувствуется, что Рияш совсем другой! Искал меня, хотя не обязан был этого делать. Защищая, убил Гьялса… И не стал обвинять в том, что ушла, несмотря на его просьбу. А еще на руках нес домой и не позволил себе ничего лишнего, кроме…

Вспомнив о поцелуе, я смущенно отвела взгляд от занятого готовкой мужчины и закрыла глаза, чувствуя разливающееся в груди томление. Это… Это было так необычно! Нежно и одновременно настойчиво. Вовсе не так, как я себе представляла. И я была бы не против, поцелуй он меня снова…

Погрузившись в мечты, едва не задремала. Напомнил о реальности манящий запах чего-то жареного – неведомого, но необычайно аппетитного. Не выдержав, я завозилась, приподнимаясь на локте и принюхиваясь.

– Проснулась? – бодро прокомментировал мое шебуршение Рияш. Бегло посмотрев, улыбнулся и вновь сосредоточился на готовке. – Иди умывайся, приводи себя в порядок и за стол. Завтрак почти готов.

Дважды меня просить не пришлось. Кожа буквально горела – так хотелось смыть с себя ощущение мерзких прикосновений рук бандита. И есть тоже хотелось, я ведь вчера только пообедать успела. Потому, даже не высушив волосы, лишь обернув их полотенцем и плотно запахнув халат, я выскочила в гостиную.

– Присоединяйша… – неразборчиво, с набитым ртом, посоветовал Рияш.

Упрекать его в том, что он меня не дождался, я смысла не видела. Мой спаситель, несомненно, тоже голоден. И потому все внимание сосредоточила на изумительных мясных оладьях, уплетая их одну за другой.

– У тебя хороший аппетит, – неожиданным замечанием нарушил наше молчание мой заботливый сотрапезник. – Нельзя в угоду другим изводить себя. Стремление любой ценой сохранить фигуру не самое главное для женщины.

– Мм… – перестав жевать, я с недоумением на него посмотрела. Это он сейчас мне комплимент сделал? Или обжорой обозвал? На всякий случай решила этот вопрос прояснить. – Я слишком толстая?

Рияш подавился. С веселым изумлением поднял брови, округлил глаза и смешливо фыркнул:

– Это ты-то толстая? Вот же… Да ты стройная и легкая как пушинка.

Теперь подавилась я. Никогда не считала себя худышкой. Я даже угрызения совести чувствовала, когда Рияшу вчера пришлось меня тащить. До дома путь неблизкий, а еще лестница… Или для сильного мужчины это действительно не проблема? Или не проблема, если мужчине женщина нравится? То есть… То есть Рияшу нравится моя фигура?

Это, кстати, и вчерашняя пьяная компания заметила. «У Рияша губа не дура, абы кого он в постель не тащит. Задница у девки что надо!» – вспомнились слова Гьялса, и хорошее настроение тут же исчезло.

– Что-то не так? – заметив, как я переменилась в лице, Рияш нахмурился. Покачал головой, видимо догадываясь о причине, и попросил: – Ари, говори давай, не молчи. Надо высказаться – не держи в себе, иначе только хуже станет.

– Тебя накажут? – выдавила я, осознав, что именно страшит меня больше всего. И пояснила, видя, с каким непониманием Рияш на меня смотрит: – За убийство.

– Негодяй иного не заслуживает. Это его наказание за содеянное.

– И никто не обвинит? Совсем-совсем?

Я понимала, что доставила ему немало проблем. Вчера многие видели Рияша в «Норах», кто-то мог обратить внимание на убийство Гьялса, пожаловаться властям, призвать виновника к ответу.

– Совсем. Пьянки, драки, перестрелки – обычное дело. Никто не лезет в чужие проблемы, своих хватает. В «Норах» особые порядки.

– Странные нравы, – отозвалась я. Меня успокоило, что за судьбу Рияша можно не переживать, но сам факт убийства все равно не укладывался в голове.

Рассудком понимала, что смерть – закономерный итог местных бесчинств, однако беспокоило, что для адьярцев подобные расправы привычны и чужой жизнью они распоряжаются с той же легкостью, как и своей. – Я, наверное, никогда не смогу с этим смириться. И, что ни говори, я тоже виновата. Смерть Гьялса на моей совести. Если бы я не ушла из дома, то тебе не пришлось бы меня спасать и идти на крайние меры, а бандит остался бы жив.

– Тогда он утащил бы другую девушку, и не факт, что добровольно, раз у этой развеселой компании попойка и развлечения намечались. Так что ты, считай, просто оградила других от опасности.

Логика у него, конечно, замечательная. Наверное, мне действительно нужно просто ему довериться. Все же он опытный и лучше понимает, что и от кого можно ожидать. Это я всю жизнь провела в благополучной Тиале, а Рияш повидал разное.

Завтракать мы уже закончили, но из-за стола так и не вышли. Я стянула с головы полотенце и теперь, за неимением расчески, пальцами расправляла пряди волос. Рияш задумчиво за мной наблюдал. Что именно сейчас творилось у него в голове, оставалось неясным, но видно было, что мужчина порывается сказать что-то важное и сам себя останавливает.

– Ари… – наконец он решился было и умолк, потому что мой связничок едва слышно тренькнул, а следом раздалось:

– Аррис! Наконец-то ты откликнулась! Опять Рияш твой кулон на беззвучку ставил? Кстати, он с тобой?

– Со мной. – Я вопросительно посмотрела на мужчину, который лишь безразлично передернул плечами. Мол, подумаешь, поставил, так ведь ради тебя, чтобы не разбудить. – Как твои успехи? Как Най… – продолжала я, но спохватилась и дополнила, надеясь, что Рияш не заметил запинки, – …рис-тиал?

– Так жив-здоров, разве что… – бодро начала Аррис и осеклась, обеспокоенно спросив: – Рияш и этого тебе не сказал? Я же его просила!

Вспомнив о судьбе брата, я не подумала, как Рияш отнесется к моему интересу, а сейчас видела хмурое лицо мужчины, который явно был недоволен ходом разговора. Почему? Считает моего брата соперником? Или ему неприятно, что он проигнорировал обещание?

– Ему не до этого было, – попыталась оправдать мужчину, понимая, что забывчивость – не вина Рияша. Он вчера не мог думать ни о чем, кроме моего спасения. Впрочем, мое заступничество мало что изменило, взгляд мужчины остался хмурым и недовольным. Зато Аррис снова воспряла духом.

– Ясно. У нас порядок! – похвасталась она. – Все даже лучше, чем мы думали. Так что хватит рассиживаться и бегом к рубке платформы. Мы вас там ждать будем через интервал.

– Интервал? – Рияш наконец перестал пронзать меня недовольным взглядом и то ли возмутился, то ли изумился. – До назначенного для официальной передачи кодов времени еще пять интервалов. И я не успею так спешно всех собрать. Планы изменились? Что вообще происходит?

Меня тоже тревожила поспешность. Надо следовать традициям, как же без них. Церемония самая важная часть свадьбы. Такой значительный и красивый ритуал взять и нарушить?

– Неужели не успеешь? – горестно вздохнула Аррис. – Я хотела побыстрее с этим покончить… Ну ладно, звоните тогда, как можно будет начинать. Ждем.

Она отключилась, а Рияш…

– Най, значит? – не слишком довольно бросил, показывая, что внимательно прислушивался и ничего не упустил. Особенно то, что я умудрилась принца назвать неофициальным именем.

Понимая, что и соврать не смогу, но и правду сказать тоже не вариант, я промолчала, лишь бросила на мужчину быстрый виноватый взгляд.

– Ладно, – обреченно вздохнул Рияш. – Я подожду, пока ты начнешь мне доверять. Всему свое время.

Ранним утром в апартаментах короля Адьяра

Время…

Для Найриса, затаившегося под кроватью, оно шло невероятно медленно. Разумеется, он и не ждал, что создатель оболочки-пришельца появится мгновенно, но просидеть всю ночь в пыли, темноте и тесноте тоже не планировал. Хотелось уже поскорее покончить с опасной и рискованной охотой на короля, которая давила своей неизбежностью и угрожала сорвать план в случае неудачи.

Однако фортуна словно не слышала безмолвной просьбы принца, продолжая испытывать его терпение. В конце концов, рассудив, что бесшумно дверь не откроется, особенно если перед ней что-нибудь поставить, Найрис вылез на свободу.

С удовольствием отряхнулся, потянулся, спохватился, метнулся к шкафу и, вытащив из него увесистую коробку, придвинул преграду под дверь. Довольный собой принц размялся, стараясь не уходить далеко от места засады. Рискнул лишь до окна дойти, чтобы посмотреть на заросший парк.

Высунув наружу голову, глубоко вдохнул теплый воздух. Ветра в ограниченном пространстве, закольцованном зданием королевского дворца, не чувствовалось. А может, просто в бандитском королевстве система воздухообмена сбоила. Но хоть местное освещение работало – фонари исправно разгоняли темноту, а вокруг них вились мелкие крылатые мошки.

Найрис непроизвольно потер запястье, которое все время зудело и чесалось. Он-то полагал, всему причиной закоротивший провод, не пришли ему в голову другие варианты, а теперь задумался: может, вовсе и не провод, а насекомое виновато? Может, у короля Адьяра постельные жуки в кровати? Забрался такой паразит в королевскую оболочку, затаился, а потом цапнул!

С остервенением почесав кожу через ткань, Найрис с раздражением дернул рукав вверх. Что же за дрянь такая кусает…

Мысль исчезла, не успев завершиться. Изумленно хлопая глазами, принц смотрел на витиеватый рисунок, который четко выделялся на светлой коже. Уж что-что, а укус это совсем не напоминало.

– Что за ерунда?.. – потрясенно прошептал Найрис, осторожно касаясь пальцем обожженной кожи. Спохватился и метнулся к безжизненной оболочке. Повернув громадную, как ковш погрузчика, руку, приложил к ней свою и выругался еще более несдержанно – он влип по полной. Рисунки были абсолютно идентичны.

Идентичны… Но зачем? Как?

Мысли в голове Найриса замелькали с бешеной скоростью, порождая хаос из догадок и воспоминаний. Так… Хозяин королевского тела желал иметь копию татуировки? Усилил мощность брачного алтаря… Он явно желал втайне от самой Аррис стать ее мужем – и будучи в роли короля Адьяра и сам по себе. Замужество с неживым страшилищем можно было бы признать недействительным, а вот союз с реальным мужчиной расторгнуть невозможно. Невозможно…

Аррис… Она обрадуется? Разозлится? Будет гордиться, что Найрис спас ее от… От кого? Кто мечтал заполучить девушку? Кто пошел на риск, лишь бы не упустить. Левьер? Пожалуй. Он первый в списке подозреваемых. Но вроде как ему нужна была любовница, а не жена. Да и не спешит советник возвращать себе тело «короля». Значит, не он?

Как бы там ни было, тощего типа не стоит упускать из виду. Он ушлый, раз уж столько времени продержался у трона в условиях жесткой конкуренции. Наверняка устранил других претендентов на место правой руки короля, умея серьезно подгадить своим врагам.

Скорей бы обратно в Тиалу, вместе с Ини и Аррис! Теперь, как ни крути, она его жена. Тут не выйдет снять с себя ответственность. Да, он не собирался жениться. Да, произошла случайность. Но… Но он же любит Аррис?

Найрис вновь потер запястье и прислушался к тому, что сейчас ощущал. Неудовольствие? Точно нет. Беспокойство и опасения? Не похоже. А вот желание прикоснуться к девушке, обнять, вновь услышать ее подначки, от которых хочется рассмеяться и зацеловать эту несносную тьяри, – сколько угодно. Это любовь?

Найрису не с чем было сравнивать, чтобы он мог правдиво ответить себе на этот вопрос. Его родителей вряд ли можно было считать любящей парой. Мать лишь делала вид, что обожает своего супруга, принц прекрасно это понимал, а отец всегда относился к жене с уважением, но с долей прагматичности. Красивая, молодая, воспитанная, из хорошей семьи – достойная партия овдовевшему королю, способная скрасить его одиночество.

Он не раз слышал от них, что принц обязан выбирать долг, а не любовь. А сейчас о каком долге может идти речь, если вмешалась случайность? Брачная татуировка – на руке, свадьба – свершившийся факт. Близкие будут шокированы. И точно не одобрят. Они ждали другого выбора сына.

Только Инили отнесется к его жене без предрассудков и искренне порадуется за брата. Найрис был в своей сестре уверен, и это его обнадеживало. А другие пусть оставят свое мнение при себе. Им придется смириться. Он не позволит обижать свою жену! И заподозрить, что его чувства несерьезны и возможен повторный брак, тоже. Наверняка найдутся те, кто будет полагать, что Найрис последует примеру своего отца и женится повторно. Не дождутся! У него перед глазами другой пример: верность Рейлара-шейраза своей умершей жене, заслуживающая куда большего уважения, пусть даже за рождение самого Найриса следовало благодарить легкомысленность отца. Так что всем недовольным придется смириться – гибель супруги не заставит его выбрать другую невесту. Он не допустит гибели Аррис. Настало время принять на себя ответственность и исполнять обещания.

Принц задумчиво опустил вниз рукав, закрывая свою татуировку. Потом, вспомнив, одернул манжету на руке короля-оболочки.

М-да, обещания… Забавно, что брошенная в порыве гнева фраза «он тебя не получит!» стала крепче любых клятв. А ведь Аррис снисходительно выслушивала утешения Найриса и не очень-то верила, что принц способен хоть что-то изменить. А в действительности он, пусть и заранее не планируя, смог избавить ее от незавидной участи.

Но вот уместно ли признаваться в этом прямо сейчас? Говорить все без утайки принц опасался. Не хотелось слышать обвинения в коварстве и видеть презрительный взгляд любимой. Признание неизбежно пошатнет спокойствие эмоциональной «тьяри». А им сегодня как никогда нужна собранность, уверенность, слаженность поступков.

Размышления Найриса оборвались, когда за дверью раздалась неразборчивая брань, а затем послышалось шуршание отодвигаемой коробки.

Принц тут же сполз на пол, чтобы поспешно залезть под кровать. Замер в ожидании, едва сдерживая нетерпение и азарт. Ну наконец-то!

Вот только увидев женские туфли, разочарованно сжал кулаки. Короля он так и не изловил. Только напрасно ждал в засаде. Если… если только у оболочки нет хозяйки. Кто сказал, что надо рассматривать лишь мужчин? Может ведь и слабая женщина королевскую оболочку использовать!

Догадка эта настолько ошарашила Найриса, что вылезать он не стал, а продолжал тихо сидеть в засаде, выжидая.

Остроносые туфельки остановились посреди комнаты, мысок одной из них нетерпеливо постучал по полу, прикрывающая их юбка дернулась в сторону, выдавая решительный настрой хозяйки.

– Хватит прятаться! Вылезай! – потребовала Аррис.

Принц вздохнул, не понимая, какое чувство сейчас сильнее – разочарование оттого, что засада не дала результата, или радость от появления любимой девушки.

– Есть новости, – наблюдая, как Найрис отряхивается, продолжала Аррис. – И план слегка изменился. Тебе снова придется затаиться внутри этой туши, пока никто не заметил подмены.

Найрис с сомнением посмотрел на королевское тело. Вчерашний маскарад в этом тесном экзоскелете показался ему не самым приятным времяпровождением. И вот теперь опять? Удобствами оболочка не располагала… Кстати!

– Еще сутки без пищи и воды? Я не железный.

– Я тоже не завтракала, – передернула плечами девушка. – Но ты у нас король или как? Можно же приказать прислуге, пусть принесут.

– Закажешь сама? – попросил принц. – А то как я стану есть, если влезу внутрь оболочки? Вылезать из нее лишний раз не хочу. Я лучше в комнате спрячусь.

– Вот и тьяри сгодилась, да? – привычно съязвила девушка, шагнув к двери и тем самым не оставив Найрису возможности ответить на колкую реплику. Покосилась на торопливо метнувшегося к занавеске принца и толкнула створку. – Завтрак для меня и короля. Немедленно! – громко приказала она.

В коридоре раздались шаги, прислуга забегала и засуетилась, лихорадочно исполняя требование своей королевы. Не прошло и минуты, как Аррис посторонилась, пропуская в комнату нагруженный подносами автоматический столик.

Во время завтрака короля и королевы Адьяра

– Ну ничего себе…

Увидев сервировку и блюда, я ошалела. Нет, с первым подносом все было прекрасно: аппетитная каша, нарезка из мяса, пирожки, блинчики, фруктовый салат, сок. А вот со вторым… На нем все было нестандартно: брикет топлива, стаканчик машинного масла, ведро железяк…

– Это мне? – ничуть не менее изумленно выдохнул выглянувший из-за шторы Найрис.

– Тебе. Ты же у нас король-пришелец. Наслаждайся сервисом!

Выражение лица принца в этот момент было настолько растерянным, что мне даже стало его жаль. И потому, разделив съедобное угощение поровну, одну половину пододвинула к нему.

– Я не жадная.

Дважды предлагать не пришлось – он без промедления набросился на еду. Сразу видно, не привык принц долго обходиться без пищи. Редкие случайные голодовки, как, например, во время плена, не в счет.

Я мешать ему не захотела, даже не отвлекала вопросами и новостями. Просто устроилась напротив и жевала спокойно, больше сосредоточенная на том, что нас ожидало по окончании трапезы. И лишь когда Найрис, утолив первый голод, сам спохватился и, впиваясь в меня вопросительным взглядом, открыл было рот, чтобы задать вопрос, махнула рукой.

– Ешь давай, я сама знаю, что рассказать! И вижу, что никто сюда не пришел. И сейчас точно не будет незваных гостей. Не пойдет настоящий король на разведку, когда в комнате есть свидетель. Да и дверь я заперла. А Левьер дрыхнет, – сообщила, предвосхищая очередной вопрос. – Отправила советника спать, всего и делов. А то еще рехнется от переживаний… Кстати, у этой королевской туши есть система самоуничтожения. Левьер поделился со мной секретом.

– Он в курсе существования оболочки? – Найрис поперхнулся, вытаращив глаза.

– Нет, он предложил короля убить. Как можно скорее.

Принц даже руками замахал и с набитым ртом пробурчал:

– Нет, нельзя… Оболочка еще пригодится. Шейразу отдадим.

– И без тебя знаю! Сразу уничтожать опасно, – возмутилась я. – Я про то, что у нас, кажется, появился еще один союзник.

– Ты ему веришь? Он тот еще притворщик. И зачем тогда ему ликвидация пришельца? Власть же потеряет. Новый король может назначить другого советника.

– Да кто его разберет? – Я пожала плечами. – Я ни словом не обмолвилась о вмешательстве Шейраза. Всего лишь поддержала задохлика морально.

– Жалеешь его? – хмуро спросил Найрис. – Или Левьер тебе что-то пообещал за помощь?

– Пообещал, – спокойно подтвердила я. – Лучше такой муж, чем никакой.

– В каком смысле? – не понял меня принц.

– В том смысле, что, когда мой супруг-оболочка погибнет, Левьер на мне женится, – пояснила, повышая голос, чтобы дошло до самого непонятливого субъекта.

Видимо, на Найриса даже такой метод не слишком подействовал. Он остался сидеть, растерянно хлопая глазами, порываясь что-то сказать, но явно не решаясь.

– Знаешь, Аррис, – наконец все же его прорвало, – ты не торопись, ладно? Мало ли что еще изменится.

Я лишь презрительно хмыкнула. Изменится? Что? Этот тип никогда не решится сделать меня своей женой, не осмелится перечить своим родителям. Ну и какой смысл в его нелепой просьбе? Ее разве что как проявление эгоистичности расценить можно. Мол, не мне, так никому.

– Я тут подумал, пока сидел… – продолжал принц. – Раз уж весь наш план накрылся, кодов мы не знаем, король неизвестно где… Давай проведем фальшивую церемонию, чтобы не вызвать подозрений у адьярцев. А потом уже попробуем поймать короля. Или попытаемся взломать систему кодов.

– Ты меня вообще слышал? – возмутилась я. – Я же тебе сразу сказала: план слегка меняется!

– Я и меняю, – в очередной раз запутался Найрис.

– Ты делаешь это неправильно, потому что не знаешь того, что знаю я!

Может, и прозвучало это немного пафосно и с долей хвастовства, но не удержалась я. Так хотелось, чтобы принц заметил во мне что-то важное, ценное. Осознал, от чего отказывается. И сожалел потом всю жизнь о своей нерасторопности и сомнениях.

Возможно, в некотором смысле я даже преуспела, потому что, узнав о кодах, вернее, об их отсутствии, Найрис не выдержал.

– Аррис, ты прелесть!

И обниматься бросился. Настолько неожиданно, что я замерла в растерянности, не успев его оттолкнуть. Или не захотела? Очень уж приятными были эти объятия – такие бережные и сильные, искренние, притягательные…

Стоп, Аррис! Приди в себя! Какое еще притяжение? Ты где ум растеряла, если позволяешь себе становиться безвольной дурой от прикосновений того, кто тебя ни во что не ставит?

Потому взяла себя в руки, отодвигая наглеющего субъекта.

– Отвяжись от меня! Я, в отличие от тебя, помню о делах. Рияш ждет. Мы договаривались связаться, когда у него все будет готово для захвата, а мы со временем начала церемонии определимся.

– Рияш… Ну да, куда же без него, – поморщился принц и тут же вспомнил о сестре. – Инили с ним?

– А ты как думал? Вместе придут.

– Хорошо. Нужно как можно скорее забрать ее у этого бандита. Оградить…

– Нет, ты точно ненормальный! Забирать он собрался, – возмутилась я и внесла дельное предложение: – Спроси, наконец, чего хочет она сама. Хватит решать за нее! Инили уже взрослая девушка.

– А как же ее долг перед Тиалой?

– Да кому нужен этот долг! – возмутилась я. – Шейраз поможет спасти Тиалу и без родственных связей. А принцы других королевств обойдутся – они ее недостойны. Палец о палец не ударили, чтобы спасти альянс.

– Все равно! Рияш ей не подходит, – непримиримо отозвался Найрис. – Адьярский преступник не ровня тиальской принцессе. Ты должна это понимать, как…

– Как такая же оборванка? – взвилась я, рассерженно зашипев. – Пусть Рияш и бандитская рожа, но он имеет право быть счастливым. Ну не вышли мы с ним происхождением! Что уж теперь!

– Не как оборванка, а как девушка и как подруга Ини, – сказал принц. – Ты же сама была так яро настроена против Рияша. Что изменилось?

Что? Эх, мужчины, мужчины… Будто Найрис не замечает, как Инили меняется рядом с Рияшем! Она же улыбается, видя этого бандита. Переживает, если тот далеко. Она ему доверяет. Она его любит. И он, кажется, тоже к ней неровно дышит, вон как врезал придурку Гьялсу на корабле, защищая честь Инили. А остальные даже и пикнуть не посмели. И разве можно теперь продолжать слепо настаивать на своем мнении? Даже если оно идет вразрез с устоями.

– Характер у него несносный. А так вроде ничего мужик, – буркнула, отыскав своим словам безобидное оправдание. И сочла за разумное на этом дискуссию прекратить. – Лезь давай в эту тушу! Сейчас не время для разборок.

Поблизости от центральной площади Даграла, ближе к вечеру

Темрин терпеливо ждал новостей. Из узкого переулка между домами, где затаились сообщники, центральная улица просматривалась плохо. Им оставалось лишь положиться на дозорного, который прогуливался неподалеку и должен был подать знак остальным заговорщикам.

Наконец раздалось долгожданное известие:

– Идут!

Торопливое сообщение взбодрило его товарищей, которые спешно привели оружие в боевую готовность – послышались щелчки сбрасываемых предохранителей.

– Не высовываться, – шепотом, в который уже раз предупредил Темрин соратников, – пока я не подам сигнал.

Он поправил куртку, проверяя, не заметно ли под ней оружия, крепко взял за руку свою обеспокоенную спутницу и ободряюще ей улыбнулся.

– Не переживай, расслабься, веди себя естественно. Помни, мы обычные зеваки, пришедшие поглазеть на церемонию. Ты же сама хотела со мной пойти. Или передумала?

– Нет, – качнула головой девушка, прижимаясь к его плечу.

Совершенно простое действие, по сути, всего лишь проявление доверия, но для мужчины и оно оказалось очень важным. В его душе уже давно зародилось нежное отношение к Ари, а с каждым новым интервалом это чувство становилось все сильнее.

Потому и пальцы ее Темрин не выпустил из своей ладони, и другой рукой обнял за талию, хотя это ощутимо ограничивало его возможность мгновенно действовать в случае угрозы. Однако такое проявление заботы было приятным для самого Темрина, и это он готов был поставить на первое место. А на второе… На второе то, что именно такие взаимоотношения мужчины и его спутницы служили отличной маскировкой. Никто из бдительных стражников, сопровождающих идущую по дороге королевскую чету, не принял их за подозрительных личностей. По влюбленной паре, пробирающейся через толпу любопытных зевак ближе к краю дороги, лишь скользнули оценивающими взглядами, потеряли интерес и продолжали свой путь.

Впрочем, идти королевской процессии оставалось совсем немного, вход в узел управления платформой находился буквально в паре десятков шагов. Гигантская фигура короля и его миниатюрная королева остановились практически напротив Темрина и Ари, в центре площади, которой заканчивалась улица.

Принц Шейраза, почувствовав, как напряглись пальцы его спутницы, отвел глаза от несуразной супружеской четы и посмотрел на девушку. Ари с явно растущей тревогой смотрела на высотные здания из стекла и металла, которыми был застроен самый престижный район Даграла. Угрожающе массивные, с четкими линиями этажей, закругленными торцами и протянутыми между ними закрытыми переходами. Купол в этом месте опускался совсем низко – как и в других королевствах, центр управления платформой располагался на ее краю. И, наверное, в честь церемонии передачи кодов адьярцы наконец включили дневной режим подсветки – оттого и улицы и здания были залиты непривычно ярким светом.

– Приветствуйте короля и его супругу! Сейчас наша королева получит знаки своей власти. Коды доступа по праву будут принадлежать ей до конца жизни. Пусть многие стандартные циклы подряд она служит на благо Адьяра и его подданных! – торжественно объявил о начале церемонии и замер в почтительном поклоне выступивший вперед советник, до этого настолько незаметный, что совсем не выделялся среди десятка придворных, сопровождавших королевскую чету.

– Да-да, сейчас… – Неожиданно, вместо того чтобы подойти к входу и войти в здание, молодая королева начала озираться и искать глазами Темрина и его спутницу. – Вот! – триумфально воскликнула, указывая на них пальцем. – Вот они пусть идут вместе с нами.

– Почему они? – изумился советник, явно ошарашенный ее напористостью и неожиданной инициативой. Сомнительно, что Левьер не узнал своего начальника дворцовой охраны. И уж тем более ему показалось подозрительным, что королева потребовала в сопровождающие свою бывшую компаньонку. Наверняка поэтому он возмутился: – Это не по правилам, я же объяснял…

– Они – потому что такая же счастливая влюбленная пара, как и мы с королем, – припечатала Аррис. – Разве вам этого не видно, Левьер-даграл? Вы так плохо разбираетесь в своих приближенных? А насчет правил… Это традиция Тиалы, обычай моей платформы. Знак единения правителей и подданных. И я не намерена нарушать привычные мне устои!

– Я не против! – грохнуло так оглушающе, что все невольно присели.

Ясное дело, после этого уже никто спорить не посмел. Темрин, немало удивленный – этого сумасбродного поступка не было в их плане – и потому с долей настороженности вышел вместе с Ари из толпы.

– Что происходит? – тихо прошептала девушка, пораженная ничуть не меньше. – У нас на Тиале нет такого обычая.

– Посмотрим…

Темрин не разделял безрассудства королевы. Что она задумала? Какой смысл в том, что они останутся наедине с жутким королем? Даже с учетом поддержки союзников план не был безукоризненным и не давал никаких гарантий, что короля удастся обезвредить. Что уж говорить о попытке «убить без посторонней помощи»?

Как рассудительный и дальновидный мужчина, принц Шейраза не пошел бы на поводу легкомысленной девчонки. И тем более уберег бы Ари от участия в необдуманной авантюре. Однако вспомнились слова принцессы, вернее ее просьба, на которую он ответил согласием: «Когда придет время, вы выполните любое мое пожелание без лишних вопросов».

И потому, не имея морального права на возражения и отказ, проявив немалую выдержку, ему пришлось спускаться по широким ступеням следом за королем и королевой. Затем идти по гулкому широкому коридору, с опасением поглядывая наверх – король своей макушкой едва не цеплял свисающие с потолка кабели, а они могли и оборваться, рухнув на головы идущих позади. Все же платформы создавались не для таких неповоротливых гигантов.

Переступив порог узла управления, Темрин остановился, удерживая рядом с собой Ари. Проявлять инициативу первым было бы неправильным, разумнее выждать и посмотреть, что будет дальше. Что сделает король?

А король, грузно прошагав в центр зала, остановился, неторопливо повернулся всем корпусом, глядя на согнувшихся в почтении, допущенных к управлению рулевых и специалистов координационного узла, дыхнул отвратительным дымом и громыхнул:

– Убирайтесь прочь!

Сотрудники исчезли моментально, всех как ветром сдуло. Дверь захлопнулась с поразительной стремительностью, которая ясно показывала – рисковать собственной жизнью лишний раз никто не намерен.

– Обязательно было этой гадостью здесь воздух портить? Напустил дыма! – Брезгливо поморщившись, королева помахала перед лицом ладонью. – Дышать же теперь нечем.

– Я не хотел так сильно, – примирительно гаркнул король. – Случайно вышло. Извини.

Темрин не мог поверить собственным ушам. Что же случилось с грозным королем Адьяра? Почему он настолько доброжелателен к бесцеремонной супруге?

Неужели за столь короткое время Инили-тиала сумела найти к нему подход? Если так, то у нее просто поразительные способности настоять на своем, несмотря на грозящую опасность.

– Э-э-э… Аррис, – тем временем обратилась к своей компаньонке королева, – будь добра, включи вентиляцию. Ты же в этом разберешься?

В центре управления платформой

Послушно шагнув к пульту жизнеобеспечения, я легким касанием активировала нужный датчик, усиливая напор воздуха. Хорошо, что на это специальный допуск не требуется, в ином случае распоряжение подруги смысла бы не имело.

– Ты бы сел на пол, что ли. А то одно неловкое движение и все тут переломаешь. Да и шея устает, если постоянно голову задирать.

Изумленно прислушиваясь к ее звонкому голосу, я не понимала, зачем она позволяет себе рисковать понапрасну. Зачем провоцирует короля? Да, пока он ведет себя мирно, и это удивительно, но это не означает того, что в один миг все может измениться.

Но ничего не случилось. Король послушно опустился, неловко сгибая колени. Мало того, еще и умоляюще, что особенно жутко звучало в исполнении его громогласного рыка, спросил:

– Можно мне выйти?

– Нет уж, сиди там. Вдруг войдет кто? – непримиримо не согласилась Аррис.

– Кому-то жить надоело? – попытался было возразить король, но, увидев, как супруга воинственно уперла руки в боки и наградила его скептическим взглядом, лишь пожаловался: – Тесно. Устал.

– Хватит ныть! Ты же мужчина, потерпишь.

Мы с Рияшем переглянулись. Он, видимо, не желая оставлять меня без защиты, стоял рядом, и в его глазах я видела то же недоумение, что испытывала сама. Странный какой-то у супругов диалог.

Вот только если я намеревалась молча ждать продолжения, то мой спутник перешел в наступление.

– Объяснить нам никто ничего не желает?

– Объясним, – милостиво согласилась Аррис, наконец обращая внимание на нас. – Позже. Сначала защитные установки заблокируем и систему нападения отключим. Аррис, ты давай-ка первым займись, а тебе, Рияш, второе больше подойдет.

– А вы? – с подозрением впился в нее глазами мой спутник, не спеша выполнять указание новоявленной королевы и меня не пуская к пульту.

Я испугалась, что он заподозрил меня и Аррис в подмене. Ну не может принцесса Тиалы быть такой дурой, чтобы не суметь сладить с механизмами платформы! А фрейлине (если только она не специалист в этом деле) не доверили бы настолько секретные сведения. Надо было мне раньше ему признаться, сейчас не было бы так стыдно.

Однако в растерянности пребывала только я. Моя компаньонка, как обычно, умела держать лицо и с легкостью нашла себе оправдание.

– А мне во дворец возвращаться, я же не смогу здесь постоянно сидеть! Так что лучше уж вам сразу взять управление на себя.

И, возможно, потому что ее супруг теперь хранил молчание, а может, чтобы внимание Рияша отвлечь от собственных умений – вернее, их отсутствия, вновь переключилась на короля.

– Чего затих? Есть возражения?

– Да, сомневаюсь.

Я подумала было, что его неуверенность связана с необходимостью отключений функций платформы – уж не знаю, как Аррис удалось убедить короля в необходимости это сделать, но для него же это крах власти! Однако ошиблась, они оба имели в виду совсем иное.

– Не доверяешь управление Аррис? – уточнила королева, удивленно вскинув брови.

– Ей доверяю, а Рияшу нет. Пусть сама все отключает, а этот проваливает на все четыре стороны, – решил король. Его глаза разгорелись, выразительно показывая, кто тут главный и что мужчине лучше подчиниться, иначе в случае непослушания на полу останется кучка пепла.

А я разозлилась. Эта бесчувственная громадина пытается унизить Рияша в присутствии женщин! Да какому мужчине понравится, когда его бесцеремонно отстраняют от дела? Тем более отдав всю власть над платформой девушке.

На месте Рияша я бы действительно ушла. Кому нужны союзники, не уважающие других? Ради чего выслушивать оскорбления?

Только он повел себя иначе. И моей руки не отпустил, и ответил спокойно, глядя в упор на жуткого короля:

– Я тоже доверяю Ари. Но без защиты ее не оставлю.

– Эй-эй, угомонись! – Аррис торопливо встала между супругом и бандитом, заслоняя его собой и мешая прицелиться. – Пусть Рияш тебе не нравится, но это же не повод его испепелять! И вообще, забыл, кто ты есть?

– А он об этом уже не узнает, – мстительно отозвался король.

– Зато когда она узнает, то будет тебя ненавидеть всю жизнь – видимо имея в виду меня и какую-то тайну, приструнила «мужа» Аррис.

– И что же мы должны узнать? – прищурился, моментально ухватив главное, Рияш, но девушка лишь закатила глаза к потолку, а когда опустила, наставительно напомнила: – Сказала же – позже! Хватит болтать, реально время теряем. Делом займитесь уже!

Отыскав глазами нужный пульт, я села в стоящее рядом с ним кресло, с радостью и удовольствием отмечая, что Рияш тоже не остался стоять столбом и занял другое, с противоположной стороны. Как и я, сложил руки на коленях, не касаясь датчиков, которые без права доступа на наши команды все равно бы не отреагировали, и это в лучшем случае. В худшем система могла запросто уничтожить взломщиков, подав на пульт высокое напряжение.

– И чего застыли? – подтолкнула к активным действиям Аррис.

– Доступа нет, – напомнила я. – Коды давайте.

– И без них все будет работать.

Без кодов? Адьярцы сошли с ума? Ведь любой может…

Я в еще большей растерянности хотела было коснуться одного датчика, но Рияш меня остановил, приказав: «Не спеши, я первый попробую». Видимо, не желал подвергать меня опасности. Он рисковал лишь собой, и мне было за него тревожно, пока не выяснилось, что система отреагировала адекватно.

Пока мы занимались настройками, король и Аррис негромко продолжали выяснять отношения. Вернее, совсем неслышно, шепотом это делала Аррис, а у короля же никак не выходило говорить тихо. Поэтому его раскатистые фразы были прекрасно слышны даже в самых дальних уголках помещения. Что уж говорить о нас, сидящих поблизости!

– Да скажи ты им уже…

– А про защиту зала забыла?

– Левьер твой та еще сволочь, нельзя ему доверять…

– Ловить тогда как? Поздно будет, улизнет же настоящий.

– Опять я виноват? Ну, как всегда, «тьяри» у нас самая умная…

Тьяри?

Я аж поперхнулась и невольно бросила взгляд на возмущенно зашипевшую Аррис. Так называл девушку только Найрис, как-то сомнительно, чтобы пришелец мог сам придумать для нее это милое прозвище.

Выходит, Найрис ему сказал? И он где-то рядом и в безопасности? Раз уж король проявляет такую лояльность…

– У меня все, – отчитался Рияш, поднимаясь с кресла. Посмотрел на меня и, когда я кивнула, подтверждая, что тоже закончила, поправился: – У нас. Но раз нет кодов, то допускать сюда остальных сотрудников нельзя – они все вернут обратно.

– У тебя же есть сообщники, вот пусть они центр управления и охраняют, а вы здесь останетесь контролировать системы и навигацию, пока Шейраз не окажется поблизости. Еду пусть тоже вам передают и вообще займутся обеспечением. С этим все понятно? – Убедившись, что мы молчим, то есть вопросов нет, король, который, невзирая на протесты Аррис, перехватил инициативу в разговоре, добавил: – Тогда с этим… – Он ткнул пальцем в грудь, не совсем ловко указывая на самого себя. – Оболочка. Пустышка. Настоящий хозяин этого страшилища сбежал. Пока не поймали, неясно, кто он. Я вроде освоился, но внутри слегка тесновато.

Найрис! Я едва не задохнулась от радости.

Эта догадка меня и вдохновила и огорчила. Разумеется, приятно было точно знать, что брат жив и здоров. Но почему он так отвратительно вел себя с Рияшем? Знал же, что и меня в итоге этим обидит! Такие действия недостойны и принца и вообще любого мужчины. Правильно поступила Аррис, когда пресекла его позорную выходку.

– Левьер? – Первое предположение Рияш высказал такое же, какое пришло в голову и мне.

– А Инили утверждает, что не он, – запнувшись на имени, сообщил король Найрис.

– Советник – несчастная жертва обмана! – немедленно бросилась на защиту несправедливо обиженных королева. – Он настоящий наследник трона, а у него отняли власть и вынудили подчиняться!

– Хм… – Не знаю, о чем думал мой брат, а Рияш на подобную отговорку не купился. – Арестовать и допросить с пристрастием, – припечатал таким командирским голосом, что даже непримиримая Аррис вздрогнула и умолкла. – Мои союзники для этого нужны?

– Мм… Да, думаю, их помощь не будет лишней, – замешкался, но согласился брат, тяжело поднимаясь с пола.

– Тогда на выход! – все тем же командным тоном распорядился Рияш. – Я сейчас отдам нужные распоряжения и вернусь к Ари. Вы останетесь во дворце контролировать придворных и вразумлять особо несговорчивых, когда те сообразят, что неограниченной свободе Адьяра конец. И советника прижмете.

– Ошибаетесь! Ошибаетесь же! Он на нашей стороне! Он ни при чем! Иначе почему согласился нам содействовать и не пытается против нас всех настроить, чтобы вернуть себе оболочку? – семеня следом за мужчинами, требовала принять ее мнение всерьез Аррис. Вот только ничего не добилась, потому что из коридора до меня донеслось:

– Лучше ошибиться, чем упустить мерзавца!

Чуть позже на аудиенции у короля Адьяра в «зале смертников»

Полутемное помещение казалось крошечным. О купол можно было удариться головой – настолько высоко пришлось забраться. Стоящие внизу больше напоминали беспомощных детей, чем суровых бандитов.

Видеть тронный зал королевского дворца Адьяра с этого ракурса Найрису было странно. Всего несколько дней назад он сам так же ожидал своей участи, запрокинув голову и всматриваясь в фигуру правителя, сегодня же сидел на троне, глядя на тех, кто замер у его подножия.

Наверняка он справлялся с этой ролью ничуть не хуже настоящего короля, потому что на лицах выражалось почтение, а то и страх. Даже соратники Рияша, которые, в общем-то, должны были найти в себе моральные силы, раз уж решились противостоять нынешней власти, и те с подозрением и настороженностью посматривали на внезапно ставшего неопасным короля. Видимо, не могли до конца поверить словам своего главаря, хоть и четко выполнили его распоряжение.

Что уж говорить про Левьера, привязанного к стулу, согнувшегося, сжавшегося! Весь его вид производил жалкое впечатление.

– Признавайся, кто ты такой! – припечатал Найрис, начав допрос. Голос, как обычно громкий, разнесся по помещению, несмотря на то, что принц вывел ручку регулировки громкости практически в минимум. Видно, изначально у создателя оболочки не было необходимости говорить тихо.

– Я королевский советник, – жалостным голосом ответил Левьер.

Найрис рассердился. Где были его скромность, покорность и незаметность, когда он приходил в камеру и угрожал экипажу корабля? И нагло пытался давить на самого принца? Весь его жалкий облик – маска изворотливого интригана. Левьер рвался к власти любой ценой, а сейчас потерял все. Пожалуй, не помешает советнику об этом напомнить.

– И ты не желал большего?

Левьер все так же уныло отрицательно покачал головой, явно не желая ни в чем сознаваться.

Или же ему действительно не в чем каяться? Как же это определить точно?

Найрис решил надавить на амбиции. Левьер ведь всегда старался подчеркнуть свою исключительность, гордился положением, пестовал свою значимость.

– Забыл о своем происхождении! Позорно сдался! Ты испугался ответственности? Или ума не хватило, чтобы добиться своего? Может, это и к лучшему. Трусливым идиотам нечего делать во власти.

– Все это не важно. Если у вас хватает совести обвинять самого достойного и благородного в этом зале, того, кто верой и правдой служил вам все эти интервалы, то…

Левьер горестно вздохнул и умолк, не желая продолжать.

Врет? Не врет?

Найрис готов был бы ему поверить, но… Но последние слова Рияша, сказанные перед расставанием, заставили продолжить. Вернее, попробовать еще один способ – вывести советника из себя. Разозленный, он не успеет придумать очередные лживые уловки. В пришибленном состоянии от Левьера толку мало. Только что с гарантией вызовет его гнев?

– Это твоя личная психологическая проблема. И ты с ней справишься, потому что иного выхода нет. – Найрис вернул советнику его собственную фразу и…

– Моя проблема?! – взвился Левьер. Дернулся так, что стул чуть не упал и одному из бандитов, охраняющему арестованного, пришлось его за спинку придержать. – Моя? Нет! Это ты подставился, Найрис-тиал! Это ты… – Он осекся, ошалело оглядываясь, сообразив, что только что себя выдал.

– Не я дурачил адьярцев много стандартных циклов подряд! И не собирался раскрывать им правду. Это сделал ты, Левьер-даграл. Может, хватит уже изворачиваться? Ты же понимаешь, что все кончено. Ты создал «пришельца» – сообразительный, изобретательный и обиженный на всех, кто не желал принимать тебя всерьез и насмехался. Ты провел всех, имея сразу две личины – короля и его советника. Ты спровоцировал конфликт с альянсом, потому что одного Адьяра тебе показалось мало!

Найрис говорил наугад, вернее максимально близко к тому, что рассказывала Аррис, что, на его взгляд, могло бы иметь место в реальности. И, видимо, попадал в точку, потому что Левьер, слушая обвинения, лишь вздрагивал, сильнее вжимая голову в плечи. Только на последних словах встрепенулся и возразил:

– Я не собирался захватывать альянс! Все не так!

– А как? – скептически хмыкнул Найрис.

– Я действовал на благо Адьяра…

Найрис слушал откровения советника и сознавал, что понимание блага у всех разное. Прикрываясь благородством и заботой о других, можно совершить непоправимое. А трудные времена не оправдание обману и беззаконию. Которого сложно избежать, когда умирает законный правитель, не оставивший своего преемника…

…После смерти короля на Адьяре возникла паника. Нужно было управлять платформой, обслуживать и запускать механизмы. Как это делать, не имея доступа, который на каждый новый стандартный цикл открывал для своих подданных король? Оставался один выход: сброс настроек и активация аварийного режима.

А это означало, что больше не будет ограничений и возможностей блокировки личным кодом. Доступ к системам станет общедоступным, любой желающий сможет перехватить управление и творить все, что заблагорассудится.

Но альтернативы не оставалось, пришлось пойти на этот шаг. А когда сбросили настройки, на Адьяре начался хаос. Разум адьярцев помутился от азарта и вседозволенности. И без того не самое законопослушное население свободолюбивого королевства пошло вразнос. Желающие прибрать к рукам платформу боролись за власть, не считаясь с методами.

Какие шансы были у Левьера занять законный трон? Никаких. К тому же он понимал, что в таких условиях сработает только сила, страх и принуждение. И ограничение физического доступа к узлам платформы. Не важно, кто и насколько законно правит. Главное – избежать вооруженных конфликтов. Левьер хорошо запомнил, как соперники за власть грызли друг другу глотки, провоцируя столкновения среди жителей королевства.

И тогда Левьер придумал пришельца. Пока соперники уничтожали друг друга, собирал оболочку-страшилище, а потом… Никто не осмелился качать права, когда во дворце появился испепеляющий взглядом претендент. Левьеру даже убивать никого не пришлось, оказалось достаточно демонстративных выстрелов по стенам и полу. Пересуды, домыслы и сплетни оказались весомее поступков. По Адьяру поползли пугающие слухи. Все прониклись грозным обликом короля, безоговорочно ему подчинились и поверили, что он ввел в систему платформы новые коды, вернув блокировки в управление. Решили, что пришелец наверняка умеет многое.

Нельзя сказать, что сам Левьер был доволен сложившейся ситуацией. Он пытался мыслить дальновидно, но заигрался во власть и запутался, не имея выхода. В некотором смысле ему нравилось чувствовать себя столь важной персоной. Хотя новоявленный король прекрасно сознавал, что страх это вовсе не уважение и не признание заслуг. Он проявил завидную сообразительность. В душе Левьера боролись две сущности, плохая и хорошая. Советник разрывался между завораживающей, манящей легкостью, с которой он, как король-пришелец, получал желаемое, и ответственностью за будущее Адьяра, осознанием, что вечно так жить нельзя – опасно и разрушительно для самого королевства.

Опасно, потому как платформа работала на износ, мощности уходили на не самые важные процессы. И ресурсов не хватало на поддержание работоспособности всех систем жизнеобеспечения. У аварийного режима имелся один технический недостаток, неустранимый побочный эффект: при нем ликвидировался не только код доступа, но и часть автоматических функций утрачивала между собой связь. Вряд ли создатели платформ допустили этот сбой намеренно, скорее просто не успели доработать свое детище до идеальной версии. Или не считали нужным? Ведь изначально население королевств имело возможность в любое время вернуться на планету-прародительницу, покинув неисправную платформу.

А какие перспективы были у адьярцев? Адьяр разваливается, ресурсов мало, власть держится на честном слове, то есть имидже агрессивного и жестокого пришельца. Что мог предпринять в этой ситуации, когда ни на кого нельзя положиться, Левьер?

Сначала он попытался наладить отношения с другими королевствами, чтобы получать от них нужные ресурсы. Да только взамен отдавать было нечего. Вот так путь ультиматумов и шантажа оказался единственным и неизбежным решением множащихся проблем. Ситуация стала хуже, чем была до этого. А потом еще и Шейраз вмешался, решив приструнить взбунтовавшееся королевство.

Только вот советник последнему обстоятельству обрадовался. Это же отличный шанс уничтожить пришельца, став королем Левьером. И возник план…

Ночью в спальне короля и королевы Адьяра

– Свергнуть самого себя, – хмыкнула я, оценивая дерзкий замысел советника.

Придирчиво осмотрела щедро накрытый стол и подвинула его ближе к кровати. Пожалуй, она удобнее, чем жесткие громоздкие кресла. И слышно друг друга лучше, если сидишь ближе. А то в центре управления я чуть голос не сорвала, пытаясь докричаться до Найриса внутри королевской туши.

– Можно подумать, Левьер власть терять собирался! Хотел же королем остаться, только на новых основаниях, в своем собственном облике. Рано ты его отпустил. Надо было узнать, как он планировал это провернуть. Знал же, что его, как правую руку бывшего короля, арестуют или даже казнят, а шансов доказать свое династическое происхождение никаких. Кто поверит словам?

– Я его не отпускал, а посадил в камеру, – поправил меня Найрис. – Так что и это выясним потом. Главное, что он признался в создании оболочки. – Подцепив вилкой, отправил в рот кусок мясного рагу. Прожевал и хмыкнул: – Да и догадаться-то о возможном плане несложно!

– Давай рассказывай, – заинтересовалась я, тоже приступая к обеду.

– Ты чуть было не помогла ему добиться желаемого. У мужа королевы Адьяра совсем иные перспективы. И подданные легко примут его как короля Левьера, и шейразцы сохранят ему жизнь. Рано или поздно Шейраз раскрыл бы обман, а с равным себе приходится считаться.

– Но для этого ему пришлось бы сначала заставить меня выйти за него замуж, – уточнила я. И тут вспомнила, что, по сути, Левьер это и сделал в разговоре со мной. Я же практически пошла у него на поводу, обещая спасти. – Расчетливая сволочь! – неслышно выругалась, хватаясь за стакан с соком.

Надо же, чуть не превратилась в послушную дуру, которую используют все кому не лень! А каким жалким передо мной прикидывался! Все предусмотрел…

Окончательно разозлилась на советника и решила напомнить Найрису о его собственной дурости.

– И как он умом не тронулся от притворства? Ты смотри тоже не заиграйся во всемогущего короля! Несколько дней внутри этой туши, а ты уже мыслишь как Левьер.

– С чего ты это взяла? – опешил Найрис. Даже ложку опустил, которую уже ко рту поднес. Его, несомненно, задело сравнение с советником, но меня так просто не заткнешь. Я, допустим, тоже стала королевой, но нормальный облик не теряю и не хочу сводить счеты с неугодными.

– С того! Ты, когда в зале управления прицепился к Рияшу, хотел на нем отыграться так же, как Левьер на своих обидчиках. Легко быть смелым, когда ты сильнее соперника. А он даже не знал, что внутри туши такой придурок, как ты. И готов был защитить Инили, даже подставив под удар себя. Ну? Каково?

– А чего он от нее не отходит?! Я разозлился. Хотя… Хотя да, поступил он достойно, – скрепя сердце признал Найрис. – Но он все равно ей не пара. Пойми, Аррис! – взмолился, отодвигая столик и придвигаясь ко мне. – Представь только, какой скандал разразится, если принцесса выйдет замуж за безродного бандита!

– Не вижу ничего ужасного. – Я непримиримо отодвинулась от него. Хватит с меня провокаций. – Хуже, когда родители вышвыривают своих детей на произвол судьбы. Да Инили могла бы давно погибнуть в таких условиях! Так что пусть считают, что дочери у них нет и указывать ей некому.

– Хочешь, чтобы они на мне отыгрались?

– А на тебе-то за что? Ты, как примерный сын, вернешься на Тиалу.

– Вот за это…

Найрис закатал рукав рубашки, и я, посмотрев на его руку, забыла как дышать. Потому что эти завитушки и точки уже наизусть выучила. Весь вечер их на своей руке рассматривала.

Связных мыслей в голове не осталось, лишь звенящая пустота. Судорожно втянув воздух, смогла только выдавить:

– Это как?.. Откуда?

– Я полагаю, это тот самый способ, которым Левьер хотел на тебе жениться, – вздохнул Найрис. – Он в оболочку ретранслятор установил.

– Он установил… А ты-то чего молчал? Или сутки руки не мыл и не переодевался? Или запястье не чесалось? Я себе чуть всю кожу не содрала. Или стыдно было? А, ну да! – саркастически произнесла, сообразив, в чем истинная причина. – Это же позорище для принца, жениться на безродной. Скандал, не пара… Я с одного раза усвоила, не надо мне повторять!..

Не договорила. Сама не поняла, как лишилась этой возможности, потому что к моим губам крепко прижались мужские губы. Сильные руки обняли, тесно прижав, а потом вынудили завалиться на кровать.

Я дернулась было протестующе, но вышло как-то вяло. Наверное, мысли о том, что я не абы с кем целуюсь, а с мужем, сыграли свою роль.

– Я тебя когда-нибудь точно отлуплю, несносная тьяри, – прошептал Найрис, когда наконец оторвался от моих губ. Впрочем, ненадолго. Я успела лишь хватануть ртом воздух и вновь оказалась в круговороте ощущений. Новых, необычных, от которых в теле рождался жар, томление и желание.

Взаимное желание… Поглощенные им, мы вряд ли что-то сознавали, кроме того, что сейчас происходило между нами. Мне так вообще лишь изредка удавалось вынырнуть из пучины страсти, чтобы услышать шепот мужа и вновь погрузиться в нее с головой.

«Моя»… «Не оставлю»… «Не отдам свою тьяри»…

«Тьяри»… Ладно, пусть тьяри, если уж ему так нравится. Тем более срывается это слово с его губ нежно, мягко и совсем не раздражает.

Только когда сладостный туман отступил, а я поняла, что моя голова лежит на обнаженном плече Найриса, мысли о реальности вернулись. И беспокойство о будущем накатило с новой силой.

– И что дальше? – вырвалось невольно.

– А ты как думаешь?

– Я думаю, что ты вернешься на Тиалу.

– Я один?

– Да. Ты же должен продолжить династию. А я останусь на Адьяре. Кто меня нормально примет на Тиале? Бывшая сортировщица мусора, прошу любить и жаловать… Адьярцы в этом смысле более терпимы. У них тут целое сборище таких, как я. Никому нет дела до чужого происхождения.

– Подожди! – Найрис явно меня не понял, даже приподнялся, вынудив упасть головой на подушку, а сам навис сверху. – Ты же моя жена. Или считаешь, что я не приму на себя эту ответственность? Брошу тебя, как твой отец оставил твою маму, и обзаведусь неофициальной семьей?

– Откуда мне знать, что у тебя в голове? – сердито пробурчала в ответ, хотя в груди разливалось приятное тепло при мысли, что для него происходящее между нами на самом деле серьезно.

– Аррис, глупенькая, ну когда же ты поймешь, что я тебя люблю? Хочешь остаться на Адьяре – останемся вместе, я найду в себе силы выступить против воли родителей. А если согласишься вернуться со мной на Тиалу, поверь, сделаю все, чтобы тебя приняли достойно, как мою жену, и никто никогда ничем не попрекнул.

– Правда? – прошептала, с трудом сдержав подступившие к глазам слезы.

– Правда, – серьезно ответил муж.

Спустя сутки в центре управления платформой Адьяра

Далекая размытая точка, плывущая среди звезд на обзорном экране зала управления Адьяра, становилась все ярче. А вот на экране дальнего видения ее очертания были куда более четкими и понятными – толстое, прикрытое листами брони основание, грозно направленный вперед штырь пушки лаонных зарядов, монолитный силовой купол защиты. Шейраз.

Родная платформа принца Темрина приближалась быстро. В первую очередь потому, что они вывели Адьяр из зоны астероидов, решив, что чем больше времени будет у недовольных, тем сложнее пройдет захват. По крайней мере, поступающие доклады сообщников Рияша явно свидетельствовали именно о проблемах – здание, где располагался вход в центр управления, уже дважды пытались взять штурмом. Да и дворец, где затаились король-дезертир и королева – зачинщица заговора, тоже находился в осаде. Свободолюбивые и несговорчивые бандиты, узнавшие, что их вольная родина скоро будет захвачена, готовы были сделать все, чтобы вернуть себе прежние позиции.

В очередной раз Темрин порадовался предусмотрительности отца, который настоял на том, чтобы не только привлечь на свою сторону лояльных альянсу адьярцев, но и тайно отправить на платформу пару лучших десантных отрядов Шейраза под прикрытием. Теперь именно они блокировали подступы к центру управления.

– Все, я включаю тормозные двигатели, – отвлек его женский голос. – Иначе к Шейразу мы подойдем на высокой скорости, сложно будет остановиться.

– Да, ты права. Ты умница, Ари.

Темрин с удовольствием любовался сидящей в кресле рулевого сосредоточенной девушкой. Темные волосы, зачесанные назад и собранные в строгий пучок, чтобы не мешали. Уверенные движения рук, пальцы которых без колебаний касались нужных датчиков. Цепкий внимательный взгляд, улавливающий малейшие изменения в показаниях приборов.

Изумительная. Невероятная. Она практически сама, без его помощи вывела королевство в открытый космос из пояса астероидов. Так безукоризненно управлять аварийной платформой способен не каждый опытный пилот. И по характеру лучше ее не отыскать, с самой первой встречи Ари вела себя сдержанно, с достоинством. Поразила своим неравнодушием, сопереживанием, желанием видеть лучшее даже в паршивом Рияше. Такую невозможно не полюбить.

И он ее любит. Вот только что ему делать с этой неуместной любовью? Предложить замужество?

Да, Ари более достойна быть королевой альянса, чем некоторые взбалмошные принцессы и придворные интриганки Шейраза. Но она не обладает династическим статусом.

Достойная… и недостойная одновременно. Брак принца доминирующей платформы и компаньонки принцессы – это жутчайший мезальянс. Такого никто не поймет. Королевства-союзники в знак протеста могут даже выйти из состава альянса, возмущенные, не желая принимать безродную королеву. А Темрин у Рейлара-шейраза – единственный сын. И не имеет права разочаровывать и подставлять отца. Все, что столько стандартных циклов подряд стремился сберечь король Шейраза, могло обернуться крахом. Новые вооруженные конфликты, новые неразрешимые проблемы… Их с лихвой хватало и в прошлом.

Умом Темрин все это понимал. Но сердце не желало расставания с Ари. И он судорожно искал способ остаться с ней, наделив ее титулом королевы альянса, и не находил.

По сути, правильнее было отпустить Ари. Однако сказать ей «прощай, мы не должны больше встречаться» для Темрина было невыносимо. В душе все переворачивалось и бунтовало.

Отказаться от власти ради любви? Оставить отца без единственного наследника, а королевства без гарантий стабильности? Да, будет сложно. Зато он не предаст любимую девушку, которая ему дороже всего на свете. И отец говорил ему, что ради любви можно пойти на многое.

Королевства… Они всегда грызутся между собой, даже не имея серьезного повода для конфликта. Пусть уничтожают друг друга, если у их правителей ума недостает. А он… Он забывает о себе, когда дело касается безопасности Ари: не раздумывая подставил себя под удар короля Адьяра, в «Норах» готов был уничтожить любого, кто посмел обидеть девушку, да и помогать принцессе в побеге на Шейраз решился только ради нее.

Но как она к нему относится?

Да, однажды вечером, перед королевской свадьбой, Темрину показалось, что девушка как-то очень уж активно хвалила Рияша, хотя бандит никогда не был образцом порядочности. Якобы ей со стороны виднее, а он к себе строг. А когда последовало предположение, что она в него влюбилась, Ари ответила бесстрастно: «Тебе показалось». Она сказала правду или солгала? Застеснялась своих чувств? Или ничего к нему не испытывает?

Нет, испытывает! Разве не она всерьез рассуждала о совместной жизни с бандитом? Разве не она всегда его оправдывала и относилась с заботой? А его поцелуй? Она же на него ответила!

Ведь не могло ему это лишь показаться? Не мог он принять желаемое за действительное!

И все равно сомнения терзали, подталкивая и намекая, что, прежде чем вносить хаос в политику и радикально менять собственную привычную жизнь, нужно точно все выяснить. Но выяснить аккуратно, не напугав девушку. И разговор этот откладывать нельзя. Когда Шейраз окажется рядом, им будет не до обсуждения личных отношений.

– Ари! – позвал наконец. – Ты уже решила, чем будешь заниматься дальше? Когда все закончится.

Девушка изумленно вскинула на него взгляд. Растерянность, которая в нем отражалась, заставила Темрина ощутить беспокойство. Может, она вовсе и не желает быть с ним? И все, что он себе вообразил, лишь его бурная фантазия?

– Я думала. – Ари прикусила нижнюю губу и опустила глаза, делая вид, что рассматривает датчики. – Мне следует вернуться на Тиалу.

Ответ буквально выбил почву из-под ног. Неужели не любит?..

Темрин разочарованно вздохнул и заставил себя максимально спокойно поинтересоваться:

– Зачем? Опять боишься обидеть свою подружку, оставив одну? Поверь, она прекрасно справится и без тебя.

– Нет, просто… Есть то, что меня там держит.

Держит? Что? Догадка пришла моментально – Найрис-тиал! Кто еще может быть этой самой причиной? Он же подозревал, что Ари влюблена в этого малолетку, который только и умеет, что выделываться! Получается, к Рияшу она просто испытывает благодарность за спасение.

Темрин с досады едва не заехал кулаком по столу и не разнес консоль вдребезги. Наивная Ари! Даже если принц Тиалы испытывает к ней влечение – раз, заняв место короля Адьяра, попытался испепелить соперника, – что он может ей предложить? В лучшем случае место любовницы. В худшем – воспользуется и бросит.

Но что может сам Темрин, если ее мечта – быть с другим? Если ей не нужны его чувства, какой смысл ревновать и принуждать?

Можно, разумеется, признаться, что он принц Шейраза, и предложить ей стать любовницей… Но этот вариант Темрин тут же выбросил из головы. Это гнусно! Так оскорбить девушку он себе позволить не может. Он порядочней Найриса. Не воспользовался раньше – не воспользуется и сейчас. Не станет настаивать, раз она не хочет.

– А ты… – оборвала его рассуждения Ари. Запнулась, то ли смутившись под его пристальным взглядом, то ли отыскивая нужные слова, но быстро нашлась: – Что будешь делать ты?

– А что я? Какие у вольного бандита могут быть планы? Тут уж куда судьба занесет. Буду рисковать. Я авантюрист, мне спокойная жизнь противопоказана.

Надоевший облик Рияша – беспечного, наглого и бесчувственного, которого невозможно ни любить, ни уважать, вновь выручил принца. И ведь нельзя сказать, что он девушке солгал. Жизнь правителя далека от безопасного и размеренного существования. В ней есть место и риску и сложностям. Что касается манеры поведения… Он рассудил, что эта грубость лучше, чем бесполезные объяснения в любви. Правильнее будет сделать виноватым в расставании себя. Тогда Ари не будет испытывать угрызений совести, если поймет, что он ее любит, а она ему ничего дать не может.

– Я знаю, – не обиделась, всего лишь мягко улыбнулась девушка.

На мгновение Темрину показалось, что в ее глазах блеснули слезы, но убедиться он не успел. Ари уже сосредоточилась на консоли, чтобы внести коррективы в траекторию Адьяра. А мгновением позже совсем по-деловому и спокойно сообщила:

– Я остановила платформу. Шейраз начал торможение. Осталось пол-интервала до минимально допустимого расстояния между королевствами. Тебе, наверное, нужно выйти на связь с диспетчерской службой Шейраза?

– Да, конечно, – тоже уверенно и спокойно подтвердил Темрин, занимая место связиста.

Незачем мучить девушку и навязывать ей свое общество. Она достойна того, чтобы он ее отпустил. А его чувства… Он с ними справится. Короли любят тех, кого должны, а не тех, кого хотят.