Глава 12 · Нужно потерять счастье, прежде чем обрести его
Три дня спустя в королевском дворце Тиалы
– Вот и славно, что ты дома. Попутешествовала – и хватит, приключения хороши в меру. Мир посмотрела, развлеклась, развеялась – и достаточно. Все беды из-за мужчин! Они себе на уме. То чужие корабли захватывают, то свои намерения четко обозначить не могут. А мы, женщины, во всем у них виноваты…
Голос Вьянны – такой заботливый, обеспокоенный – доносился до моего сознания лишь потому, что был навязчиво громким и настойчивым. А еще потому, что никак не хотел умолкать. Мачеха чинно шла рядом со мной по переходам дворца, не отставая ни на шаг, и высказывала свое мнение как единственно верное.
– Не отчаивайся, жениха мы тебе и на Тиале найдем. Мало, что ли, у нас завидных мужчин? То-то же. Или в других королевствах поищем, если там будут кавалеры побогаче. Я Найрису всегда говорила: заботься об Инили, ты же мужчина. Видишь, как хорошо я его воспитала. Но вопросами твоего замужества я теперь займусь лично. Один раз доверила это твоему отцу – и вот досадный результат. Больше ошибок не допущу. Ты же мне как родная дочь! Я и приданое новое тебе соберу, раз уж прежнее потерялось не по твоей вине.
Я не слишком удивилась, что потеря дорогих вещей заботит мачеху больше, чем мое моральное состояние, пребывание в плену расценивается как увеселительная прогулка, а опасность для моей жизни кажется преувеличенной. Кстати, только ко мне относится такая избирательность в оценке серьезности ситуации – своему сыну она неподдельно сочувствует, не уставая повторять: «На бедного мальчика столько всего свалилось!»
В любом случае Вьянна сегодня необычно внимательная. По всей видимости, чувствует свою вину за то, что случилось, и потому усиленно перекладывает ответственность на мужа. Наверняка, чтобы супруг не ляпнул правды, убедила, что у него нет необходимости общаться со мной, а внимание будет правильнее уделить сыну. Ведь не случайно папа, встретив нас на крыльце дворца, поспешно ушел, забрав с собой Найриса, а меня поручил заботам мачехи, отделавшись кратким приветствием: «С возвращением, дочка». И вот теперь Вьянна, как всегда, по-женски задушевно и при этом навязчиво, убеждает меня в своей непричастности к произошедшему и хлопочет о моем удобстве. Да только ее доброта – сплошное притворство.
– Ты устала, – по-своему рассудила мачеха, когда в очередной раз, задав вопрос, сделала паузу, а я ей так и не ответила. – Понимаю. Не буду мешать, отдыхай. Завтра со мной поделишься впечатлениями, все расскажешь, а то мы тут лишь сплетнями обходимся.
Отрешенно кивнув, я толкнула створку двери и зашла в свою комнату. Услышав щелчок замка за спиной, не оглядываясь шагнула к кровати и рухнула на мягкий матрас. Уткнулась лицом в подушки, закрывая глаза и чувствуя полное опустошение и безразличие.
Ничего не хотелось. Не было злости по поводу поступка родителей и их показной заботы сейчас. Было не важно, где я и что будет дальше, имеются в отношении меня какие-то планы или нет. Не хотелось никого видеть, даже Аррис, которая из космопорта поехала к матери и вернется только завтра. Не было желания вникать, кто и в чем действительно виноват.
А все почему? Да потому, что кто-то занял все мои мысли и упорно не желал их покидать, несмотря на все мои старания. Избавившись от навязчивой опеки Вьянны, я невольно вспоминала искреннее отношение Рияша. Пусть наши разговоры не были долгими и обстоятельными, но я чувствовала себя нужной, важной, приятной ему.
Я же прекрасно видела, как он неподдельно восхищается моими умениями пилотирования, с удовольствием наблюдая со стороны. Считал привлекательной и легкой как пушинка, хотя этот комплимент больше бы подошел Аррис. Ни в чем меня не обвинял, даже когда я нарушила данное ему обещание и ушла из квартиры. Оборвал красивые цветы в королевском парке Шейраза, подарив мне большой букет.
Стал бы он заботиться о девушке, которая ему безразлична? Стал бы защищать ее даже ценой собственной жизни?
И оттого вдвойне было обидно, что Рияш не предложил мне ничего серьезного вроде замужества. Мне с ним даже попрощаться толком не удалось. Мне неизвестно, где он теперь. Мужчина сказал о своих планах очень расплывчато, наверняка сам не знал, что его ждет. Но может, с его стороны действительно отступиться от меня было порядочней, чем очертя голову звать за собой, предлагая абсолютно неустроенную жизнь? Может, он таким образом позаботился о моем благополучии? Или… Или я ему совсем не нужна? Может, у него уже где-то есть семья? Я ведь ничего не знаю о прошлом мужчины.
Почему он задал такой странный вопрос? Что я собираюсь делать в будущем… Разумеется, я хочу быть рядом с ним. Разве влюбленная девушка может мечтать о чем-то другом?
Я ждала от него предложения. Боялась и желала одновременно. Но когда услышала сначала обвинения в излишней преданности принцессе, а после о его желании жить вольно и без обязательств, почувствовала разочарование. Рияш испугался ответственности? Или ему не нужна очередная влюбленная дурочка? Стоило ли интересоваться из любопытства, мучая и себя и меня? Неужели нельзя было более ясно обозначить свои намерения? Странно как-то это прозвучало. И потому ответила я уклончиво. А потом заметила на его лице тень недовольства.
Но чего он ждал? Что я вцеплюсь в него или сама потребую свадьбу? Может, мне и не следовало уходить от ответа, надеясь сначала уладить вопрос с родителями. Наверное, правильнее было честно ему объяснить, с чем мое показное равнодушие связано. Только разве женщине уместно в таком вопросе проявлять инициативу? Поступки должны исходить от мужчины. Я и так почти решилась бросить все и жить как обычная девушка рядом с ним. Разве существуют проблемы, которые нельзя решить вместе? А он даже не попросил дождаться момента, когда все устроится. Я бы могла прилететь к нему позже…
Наверное, я настолько глубоко погрузилась в свои мысли, что не услышала, как в комнату кто-то вошел. Неожиданно почувствовала прикосновение к плечу и вздрогнула, поднимая голову.
Рядом с кроватью оказалась моя первая фрейлина. Склонившись ко мне, она с волнением проговорила:
– Я стучала, а ты не откликнулась. Все в порядке? Уснула крепко? Устала… И не переоделась даже. А я вот ужин принесла.
– Спасибо. Я не хочу есть, – вздохнула я, собираясь вернуться к прежнему занятию и своим нерадостным думам. – Ты можешь идти, Ледайла. Я тебя не задерживаю.
– Я никуда не спешу, – как обычно проигнорировала намек девушка, приняв мою деликатность за заботу о ней. Присела рядом и с придыханием мечтательно спросила: – А когда Найрис придет? Заждалась его.
– Он с отцом разговаривает. Они могут долго беседовать.
– Жаль. Найрис обещал…
– Что обещал? – Поняв, что от нее мне не избавиться, я села и принялась снимать накидку. – Попроси у меня, раз уж его нет.
– Ну, ты тут не… Я помогу, подожди! – Ледайла принялась исполнять свои обязанности. И одновременно делиться личными переживаниями. – Нужен именно твой брат. Вы так спешно улетели. Я места себе не находила, надеясь на скорую встречу, и поняла, что не выдержу новой разлуки. А он говорил, что после прилета компенсирует свое долгое отсутствие.
Я нахмурилась. Подобные «люблю, с ума схожу, хочу увидеть» (читай между строк: «к нему в кровать») я постоянно от нее слышу. Но обещание Найриса? Речь ведь идет не о замужестве?
Впрочем, даже если когда-то он и думал об этом, то сейчас его намерения точно стали иными. Брат, когда мы оказались на шейразском корабле, забравшем нас с Адьяра на Тиалу, ни на шаг не отходил от Аррис. Смотрел так, словно кто-то мог отнять у него девушку. И Аррис не возражала против его знаков внимания. Наоборот, с удовольствием принимала их. И это уже не было провокациями и не казалось флиртом. Я видела в их взглядах и нежность, и доверие, и любовь. Они заговорщически перешептывались, переглядывались. Может, им и удавалось вводить в заблуждение экипаж, но я замечала каждую их попытку остаться наедине. И радовалась.
Аррис изумительная девушка. Она достойна быть счастливой. И если Найрис в нее по-настоящему влюбился, а она отвечает ему взаимностью, то пусть у них все сложится!
А планы Ледайлы… В ее намерениях совсем нет искренности, в их основе меркантильный интерес, желание потешить свое самолюбие и подняться выше по социальной лестнице.
Хорошо, что Аррис сейчас не слышит этих заявлений от фрейлины. Но рано или поздно узнает о существовании Ледайлы. И подруге точно будет неприятно, что во дворце есть соперница, которую мой брат не соизволил поставить в известность об отставке. Как же я не хочу, чтобы Найрис и Аррис ссорились! Надо бы посоветовать брату навести порядок в личных отношениях до того, как девушки столкнутся.
– Да, вам следует серьезно поговорить, – согласилась я, принимаясь за приготовленные для меня кушанья. – Но прошу, не спеши ни с выводами, ни с требованиями. Мужчина должен проявить инициативу, а не женщина, а если наоборот, то это унизительно. И для мужчины и для тебя. Не навязывайся, уважай и себя и его.
– Да, да… – внимательно меня слушая, девушка серьезно кивала. И из комнаты ушла, забрав опустевший поднос тоже в поразительной задумчивости – видимо, мне впервые удалось до нее достучаться.
Я же лишь невесело усмехнулась и растерянно осмотрела комнату, решая, чем же мне теперь заниматься.
Не думала, что когда-нибудь вернусь сюда. Да только судьба распорядилась иначе. Не стала я ничьей невестой. И не хочется мне жертвовать собой ради блага королевства. Проблемы надо решать путем нормальных переговоров, а не тайного сватовства.
Но хотя бы для Тиалы опасность миновала – уже плюс от наших злоключений. Шейразцы взяли Адьяр под контроль, теперь будут вести расследование и отыщут всех заговорщиков в неблагонадежных королевствах. Значит, стабильности альянса больше ничто не угрожает.
А что касается меня, то есть моих чувств… Правильно сказал советник Левьер Найрису: душевные терзания – это личная психологическая проблема. И я с ней справлюсь.
Вечером того же дня в апартаментах правителя Тиалы
Кабинет короля Ранниара уступал в роскоши главному залу, в котором он обычно предпочитал проводить семейные советы. И все же сегодня правитель выбрал именно это место, чтобы спокойно и без свидетелей побеседовать с сыном.
– Молодец, справился, – сдержанно его похвалил, присматриваясь к несомненно возмужавшему отпрыску. Удивляясь и даже не веря своим глазам. Никогда сын не казался ему таким взрослым.
Найрис на слова отца отреагировал уверенным серьезным взглядом, хотя раньше наверняка бы или улыбнулся и приободрился от похвалы, или смутился и пробормотал бы «да ладно, не за что». Ему ведь нечасто доводилось слышать вот такое открытое признание заслуг. Чаще принцу доставались непримиримые требования: «Ты можешь лучше! В другой раз постарайся как следует!» Отцу всегда казалось, что он постоянно ленился и уклонялся от ответственности.
– Я не справился бы в одиночку. У нас достойные подданные. Экипаж корабля пожертвовал собой ради меня и Ини. Я не успел их спасти.
Говорить об этом принцу было тяжело. Душили беспомощность, чувство вины, невозможность все исправить. И тем радостней прозвучали для него слова отца.
– Живы они, живы, – успокоил сына король. – Буквально перед вашим прилетом связисты приняли сообщение. Шейразцы доложили, что наш экипаж нашли и все вернутся на Тиалу.
– Где их прятали? Точно все уцелели? И не пострадали? – Едва сдерживаясь, Найрис забросал отца вопросами. – Во дворце Адьяра не осталось никаких следов.
– Прятали на нелегальной фабрике. Жадность адьярского короля и желание иметь дармовую рабочую силу сыграли свою роль. Кстати, я правильно понял, что этот советник им и был? – заинтересовался Ранниар. – Кто его надоумил? Как он столько времени жил двойной жизнью? Его хоть задержали? Допросили? Все рассказал?
– Сбежал он, – разочарованно вздохнул Найрис. – Я его под арест посадил, но пока мы сдерживали недовольных переменами во власти, контролировать заключенного было некогда. Да и некому. А в итоге в камере оказалось пусто. Это же его дворец. А я не учел…
И снова, как там, на Адьяре, Найрис почувствовал недовольство собой. Почему он оказался настолько недальновидным? Должен же был подумать, что хитроумному Левьеру известны тайные ходы! И наверняка у него был ключ-отмычка от всех дворцовых дверей. Затаился, принял вид безвольного пленника и воспользовался суматохой, царящей вокруг. Переоделся в какого-нибудь бандита…
– Бывает. Все равно он обречен. Куда сунется этот трусливый смутьян без своих связей и влияния? Либо всю жизнь проведет в забвении, как оборванец, либо не выдержит и что-нибудь вытворит. Сам себя подставит и раскроет, – поддержал сына король, решив не причинять ему новых моральных терзаний. В конце концов, не принц Тиалы должен задерживать мятежного короля. Это обязанности правителя Шейраза.
Слова отца о мятежнике напомнили Найрису о предателях, желающих убить короля и оставшихся во дворце.
– А мою записку ты нашел? – Хотя понимал, что, раз отец жив, значит, ужасный план не сработал, но не выяснить не мог. – Удалось узнать о заговорщиках? Что ты предпринял?
– Твоя мать нашла, – засмеялся Ранниар. – Я, честно говоря, перебрал накануне, мне недосуг рыться в карманах было. Вас проводил и снова спать завалился. Она же меня раздела и долго пытала из-за твоих закорючек. Решила, что это тайное послание от воздыхательницы с предложением свидания. Едва сумел оправдаться. Пришлось рассказывать о нашем с тобой коде и прочитать про угрозу.
– Скандалила? – посочувствовал сын.
– Ты плохо знаешь свою мать, – усмехнулся король. – Она же меняется до неузнаваемости, когда свое защищает. Тут же устроила расследование, выискивая подозреваемых. Всех слуг допросила с пристрастием на предмет, кто что слышал или видел. И ведь нашла-таки, представляешь? Вот что значит женская проницательность, упертость и желание защитить семью!
Найрис кивнул, соглашаясь со словами отца. Он и раньше замечал, как мать всеми силами старается угодить своим любимым – мужу и сыну. Все в ее жизни было сосредоточено вокруг них. Она запросто могла потратить несколько дней на поиск самых дорогих вещей для Найриса. Невзирая на понесенные траты, отменила торжественный прием, когда Ранниар приболел. Уволила всех воспитателей и смотрителей парка, после того как малыш Найрис упал на садовой дорожке и ушибся. А вот Ледайлу, когда та испортила любимое платье Инили накануне ее дня рождения, лишь пожурила.
Принц вздохнул, сетуя, что его сестричка так и не стала для Вьянны частью семьи, хоть и была дочерью обожаемого мужа. Видимо, ревность сыграла свою роль, ведь Ини была копией своей матери и, несомненно, ему о ней напоминала. А Вьянне хотелось быть единственной. И отчего-то у нее сложилось ложное впечатление, будто внимание отца к дочери ущемляет интересы сына. Оттого и появилась эта сумасбродная идея отправить повзрослевшую девушку в Шейраз, подальше от отца.
Кто же знал, что материнская забота и женская ревность приведут к таким страшным последствиям!
Вот только, не случись этих последствий, Найрис вряд ли бы нашел свою настоящую любовь. Сомнительно, что обратил бы внимание на Аррис, даже если бы просто встретил на улице. Слишком они разные и в смысле социального положения, и в смысле интересов. О свадьбе речь точно бы не зашла.
– Как хорошо, что все так удачно сложилось, – тем временем продолжал король. – Ты набрался опыта, завел полезные знакомства в Шейразе, показал себя достойным преемником. Теперь у тебя отличные перспективы. Женишься, будешь Тиалой править…
Найрис вздрогнул. Настало время признаться, что его свадьба уже была. Молчать и скрывать от отца такое событие – не выход. Это было бы трусостью и предательством по отношению к Аррис.
И потому он решительно закатал рукав до локтя, поворачивая запястье к отцу.
Король, именно в этот миг набиравший в грудь воздуха, чтобы воодушевленно продолжить излагать свое видение ситуации, поперхнулся и вытаращил глаза. Несколько мгновений беззвучно открывал и закрывал рот, наконец выдавил:
– Кто она?
– Это не имеет значения, – уверенно заявил Найрис. – Важно то, что я ее люблю. И не откажусь от нее ни за что.
Высказав свою позицию, хотел было спокойно начать рассказ, да только Ранниар-тиал протестующе взмахнул рукой, вскочил с кресла и поспешил к неприметному шкафу.
– Подожди, – остановил сына, хватая бутыль. – За это надо выпить.
Прихватив бокалы, король водрузил добычу на стол и принялся аккуратно разливать розовый напиток.
– Может, не надо? – Найрис всегда был против пристрастий отца. И полагал, что именно затуманенный огром рассудок стал причиной многих скоропалительных решений. В том числе и связей с Адьяром.
– Ты как хочешь, а я себе налью. Нельзя такие сногсшибательные новости на трезвую голову слушать.
– Мать опять тебе скандал устроит, – напомнил Найрис.
– В первый раз, что ли? Пошумит и успокоится. – Ранниар залпом выпил содержимое своего бокала. – Кстати, она очень ревновала, когда я по твоей просьбе распорядился следить за семьей той девушки. Решила, будто у меня личный интерес.
– Мое сообщение не убедило?
– Нет. Та горожанка хорошенькая. А если дочь похожа на мать… – Ранниар осекся, хитро взглянул на сына и схватился за второй бокал, от которого отпрыск отказался. Только на этот раз пить начал медленно, наслаждаясь и проговаривая между глотками: – Я тебя понимаю… Немудрено потерять голову… из-за такой-то красотки.
– Догадался, – хмыкнул Найрис.
– Так большого ума тут не надо. Любовь, она… – король задумчиво покачал бокалом, едва не расплескав огр, – она рассудка лишает. Вот и ты, вместо того чтобы самому все втихую выяснить, поспешил и сразу на меня всю работу свалил. А все почему? Потому что понравилась… Шучу! – засмеялся, видя возмущение сына. – Рассказывай давай, а то я протрезвею, пока дождусь твоей истории, и от любопытства еще и не такое придумаю.
В это же время в тиальской квартире королевы Адьяра
– Аррис, а теперь-то ты куда собралась, на ночь глядя? Опять с Дьериком гулять?
Голос матери настиг меня уже у самого выхода из квартиры, и я спохватилась, сообразив, что по привычке забыла ее предупредить. А все почему? Да потому, что словно вернулась в прошлое, едва оказалась дома и услышала излюбленные мамины претензии: «Явилась наконец, тьяри-путешественница! И куда на этот раз из дома рванешь?.. Давай я тебе прическу красивую сделаю, а то эта к платью не подходит. Тебя на корабле хоть кормили? Или компаньонкам обед не положен? Так одной благодарностью сыт не будешь». И, наконец, коронное: «Хорошо, что есть хоть один плюс от твоего побега – наконец за ум взялась! Одеваться стала как порядочная девушка, того и гляди замуж выйдешь».
Хихикнув, я торопливо сбросила туфли и поспешно пробежала пару шагов до гостиной.
– Я думала, ты спишь. Не хотела будить, – скороговоркой оправдалась, присев на диван и чмокнув дремавшую на нем родительницу в щеку. – Отдыхай, я сама дверь закрою.
– Какой тут отдых? – вздохнула мама, поднимаясь, чтобы меня проводить. – Пока тебя не было, все из рук валилось. Теперь хоть спокойно смогу домашними делами заняться. Надо квартиру прибрать и продукты купить, пока магазины не закрылись, а то нет ничего вкусненького, чем тебя можно побаловать… Кстати, что тебе приготовить на завтрак?
– Мам, я… – Мысленно ругая себя за медлительность – нужно было сбегать, пока она спит! – я сунула ноги в туфли и схватилась за ручку двери. – Я не уверена, когда именно вернусь. Ты только на себя готовь. Ладно?
– Как это «не уверена»? – предсказуемо возмутилась родительница, но я уже выскочила в коридор. Однако, прежде чем дверь за моей спиной захлопнулась, услышала знакомое: – Вот опять соседи будут сплетничать: родная мать дочку из квартиры выгнала! Не позорь меня! Только попробуй снова удрать с Тиалы!
– Неужели по-прежнему тебя воспитывает? – выразительно кивнув на дверь квартиры, посочувствовал Дьерик, спрыгивая с подоконника, на котором сидел, видимо дожидаясь, когда я выйду. – Не поняла, что ты повзрослела?
– Родители очевидного не замечают, – философски рассудила я, приветственно ткнув друга кулаком в плечо. – Давно тут? Я думала к тебе пойти. Как узнал-то, что я приехала?
– А тут и узнавать нечего – твоя матушка на весь дом кричала, когда тебя отчитывала при встрече. Мои услышали и мне новость сообщили. Поужинал после работы – и сразу к тебе, под дверью караулить. Всего пол-интервала ждал.
– Настоящий друг, – с уважением отозвалась я и выругалась, потому что, спускаясь по узким ступеням, в очередной раз наступила на подол. – Оно что, специально под ноги лезет? Чтоб я еще раз надела это дурацкое платье!
– Так зачем вообще вырядилась? – засмеялся Дьерик, глядя, как я наматываю юбку на руку, пытаясь облегчить себе спуск.
– Вынужденно, – вздохнула я. И пока мы преодолевали многочисленные ступени и отыскивали свободную скамейку в соседнем, более престижном дворе, успела немало рассказать. Это ради спокойствия матери я назвалась временной компаньонкой принцессы и, согласно легенде, все время провела на корабле, любуясь видами на космос из иллюминатора. А с другом без опаски можно было делиться секретами. Не всеми, разумеется, но их приключенческой частью точно.
– Ну ты даешь, Аррис! – пораженно прошептал Дьерик. – Везет тебе, в такую переделку угодила! Нашу принцессу спасла. Бандита в заложники захватила. Настоящий заговор раскрыла.
– Ты только не трепись об этом на каждом углу, – строго предупредила я. – Не всех преступников поймали. Прознают они – и непонятно, как поступят и на что решатся.
– Понял, не дурак, – кивнул парень. – Кстати, мне кажется, Верт как раз из таких был. Его арестовали на следующий день после того, как нам твое сообщение передали. И Игра накрылась – никто на его место не пришел.
– А приз в космопорте? – спохватилась я. – Кому повезло?
– Щуплому такому… мм… Стайдику. Не помнишь? Ну, не важно. Он, правда, потом тоже исчез. Говорят, его на работу приняли, как Верт обещал. Только если он преступник…
Дьерик задумался, да и я быстро сообразила, что парень тоже к бандитам угодил. Правда, на Адьяре я его не видела, а для заговорщиков Тиалы он слишком ненадежный сообщник. Лишь бы не убили. Жаль, если так. Умный парень, раз сам в одиночку приз нашел.
– Ладно, хватит рассиживаться, – спохватилась я, когда волна работников после вечерней смены хлынула из подземки, чтобы разбежаться по домам. – Мне во дворец надо. Проводишь?
– Провожу, но… – поднимаясь следом за мной со скамьи, Дьерик растерялся. – Туда-то тебе зачем? И мать твоя волнуется. Вдруг тебя не пустят среди ночи? Ты говорила, что работа компаньонки была временным прикрытием.
– Работой жизнь не ограничивается! – нравоучительно произнесла я. – Может быть, у меня там другой интерес. Личный. Ты чего? – оглянулась, сообразив, что фигура друга, шагающего рядом, исчезла из поля зрения.
– Ли-и-ичный… – завороженно повторил парень, не способный сдвинуться с места от удивления. – Я тебя не узнаю.
– Я сама себя не узнаю, – проворчала, продолжая путь. И всю дорогу старательно делала вид, что не понимаю намеков и подначек с целью вынудить меня признаться. Рано еще Дьерику. Ну а если в итоге сам догадается… Это уже его проблема.
Кстати, он как в воду глядел, когда про ограниченный доступ во дворец предположил. Охрана у парадного входа непререкаемо заявила, что пускать никого не велено, а все аудиенции с утра. Я, конечно, предполагала такой вариант и была к нему готова и вообще шла наудачу – мы с Найрисом договорились, что я к обеду приду и он познакомит меня со своими родителями. Вот только когда увидела надменные рожи охранников и презрительные взгляды…
В общем, я разозлилась – во мне проснулась прежняя Аррис. И если королева Адьяра чинно вернулась бы домой и дождалась положенного времени, то упрямая тьяри поступила иначе. Подарив наглецам улыбку-оскал, неторопливо пошла вдоль ограды с ажурными завитушками. Обогнула дворец, оглянулась, убеждаясь, что никого нет поблизости, и перелезла через заграждение.
Дьерик страховал меня внизу, безуспешно пытаясь отговорить. Заметив связничок, который выпал из-за ворота платья, парень присвистнул от удивления и посоветовал:
– Ты не усложняй, у тебя же кулон есть! Свяжись с принцессой, она прикажет тебя пропустить. Полезла в платье… смотри не зацепись!
– Вот еще! – пыхтела я, штурмуя препятствие. Одной рукой держала подол, другой цеплялась за ограду. Переступив через прутья, спустилась до половины и спрыгнула на землю. – Ты плохо меня знаешь. Я не изнеженная дамочка, сама справлюсь.
– Удачи, Аррис. Я пошел, раз ты уже слезла. Будь осторожней!
Вот за что я уважаю Дьерика, так это за способность исчезнуть в самый подходящий момент, не выдав ни себя, ни меня. Только жандармов с дурацкими вопросами нам сейчас не хватало! Начали свой обход так не вовремя!
Мне тоже пришлось затаиться в кустах, дожидаясь, когда блюстители порядка соизволят отойти подальше. Прислушиваясь к громким мужским голосам, услышала и женский, правда, доносился он не из-за ограды, а из глубины парка. Видно, кто-то из придворных вышел на позднюю прогулку. И наверняка самым правильным было бы обойти беседующих, чтобы не сдали меня охране, но неуемное любопытство поманило в другую сторону. То есть к ним.
А когда я увидела, кто именно шляется в ночи по парку, то поняла, что толкала меня моя интуиция и предчувствие неприятностей. Потому что на лавочке, окруженной цветочной клумбой и кустиками, сидел Найрис. А рядом с ним, вернее на нем, висела беззастенчивая девица.
Длинные темные волосы, зеленое платье, обтягивающее бедра и… гм… грудь впечатляющего объема. Она ею буквально навалилась на моего мужа, пытаясь его очаровать. А может, разжалобить, потому что не только соблазняла, но и рыдала, мертвой хваткой вцепившись руками в плечи Найриса и заливая слезами его рубашку.
Это что тут происходит? Сам обещал, говорил, мол, ты моя единственная, Аррис… А тут с какой-то фифой уединяется. И даже не пытается ее оттолкнуть!
Мне так хотелось выйти из укрытия, устроить скандал и отшвырнуть эту красотку подальше от принца. Я даже ветки куста, за которым пряталась, уже раздвинула, чтобы эффектно выскочить на открытое пространство. Да только возмущенный голос Найриса заставил замереть на месте.
– Ледайла, прекрати! Повторяю, я женат. И твои слезы ничего не изменят.
– Чем? Ну чем она лучше меня? – всхлипывала девушка, не желая смиряться с неизбежным и прекращать истерику. – Я же все для тебя делала! Ждала! Твоя мать пообещала мне, что я стану королевой Тиалы! Почему ты не на мне женился?!
– Потому что я тебя не люблю.
Найрис решительно отодвинул девицу, буквально отдирая от себя судорожно цепляющиеся за рубашку пальцы. Мне даже показалось, что ткань жалобно затрещала. И столь же порывисто поднялся, делая шаг по направлению к дворцу.
– А ее любишь? – истерично выкрикнула Ледайла, потерявшая точку опоры. Она растянулась на скамейке, пытаясь приподняться и заглянуть в лицо ускользающего от нее принца.
Найрис замер и обернулся. Улыбнулся, и в его глазах, несмотря на полумрак, я увидела искреннюю радость и настоящее счастье.
– А ее я обожаю.
Он удалился, а девушка… Логично было предположить, что она признает свое поражение и останется рыдать на скамейке, но нет – брюнетка, яростно утерев слезы, стиснула зубы и процедила:
– Пожалеешь!
Ну вот, теперь у меня есть враг. То есть завистница. Не успела я с одними проблемами разделаться, так новые появились. А ведь это я еще даже никому не представлена во дворце. И от матери Найриса вряд ли стоит ждать теплого приема, раз уж у нее была на примете своя кандидатура на место жены. Да и по рассказам Инили о Вьянне у меня сложилось не самое хорошее впечатление.
Впрочем… Они сами напросились! Я никого первая задевать не стану, но отпор дам такой, что мало не покажется. Привыкли помыкать послушной и уступчивой Инили, а я совсем другая!
И потому, вместо того чтобы пойти обратно к ограде и направиться домой, стремглав понеслась следом за уходящим мужем. Уже почти догнав, крикнула: «Най!» Он только успел обернуться, как я на полном ходу врезалась в него и оказалась в таких тесных и желанных объятиях.
– Ты откуда? Как? – опешил принц.
– Забыл, что женился на тьяри? – засмеялась я. – От меня теперь так просто не избавишься.
– Соскучилась?
Не дожидаясь ответа, Найрис поцеловал меня и подхватил на руки. Не успела я опомниться, как оказалась в темном коридорчике черного хода, в который нас привела неприметная дверь на фасаде дворца. Вот до чего доводит желание побыстрее оказаться в кровати! Нетерпеливый!
Он хоть думает, что завтра вообразят придворные, когда мы вместе эффектно выйдем из спальни? Прислуга явно опешит от появления нежданной гостьи. Король напьется на радостях. Вьянна, хоть она и в курсе женитьбы единственного сына, определенно потеряет дар речи. А ее любимица Ледайла обморок изобразит, желая вызвать к себе жалость. Одна Инили порадуется, что я пораньше вернулась.
Спустя несколько дней в королевском дворце на Шейразе
Темрин переступил порог своего кабинета и резко захлопнул дверь, отгораживаясь от придворной суеты. Гомонящая прислуга, довольные министры, чопорные придворные дамы, настойчивые визитеры из других королевств… Их уважительные поклоны, многозначительные взгляды, восхищенные шепотки, приглашения на торжественные приемы, желания выразить признательность – все это надоело и выводило из себя.
Как же непривычно постоянно быть на виду! Когда и шагу ступить нельзя, не рискуя столкнуться с любопытными или заинтересованными. Причем интерес этот явно меркантильный. Все хотят заручиться поддержкой и угодить принцу Шейраза.
Выругавшись, Темрин вытащил из кармана невесть как оказавшуюся там записку и, едва увидев первые строчки, разорвал и выбросил.
«Горю желанием…»
Ага, очередная будущая королева заявила о себе. Так он и поверил в эту чушь. И когда только успевают? Вроде никто рядом не отирался.
Судорожно припоминая, кто из женщин мог незаметно подсунуть листок, принц поймал себя на том, что перед глазами видит только одну девушку. Образы других словно стерлись, став безликими, не запоминающимися, хотя он и вынужден лицезреть их теперь каждый день. А единственная, которая исчезла из его жизни…
Она никак не желала исчезать из памяти, как бы упрямо Темрин ни гнал ее облик из своей головы, как бы старательно ни напоминал себе, что думать о ней бессмысленно – та, из-за которой его привычная жизнь потеряла смысл, никогда не вернется.
Не помогало ничего. Ни попытки отвлечься, ни погружение в работу, ни тренировки. Оставаясь наедине со своими мыслями, он постоянно вспоминал Ари. Изучая документы, думал, с каким милым и сосредоточенным лицом она могла бы сидеть рядом. Интересоваться его мыслями, советовать, приободрять, если задача слишком сложная. Даже одно ее присутствие вдохновляло бы. Видя роскошные платья придворных модниц, представлял, как очаровательно выглядела бы его Ари в этих нарядах. Расставляя на своем рабочем столе завтрак с подноса, по привычке наливал сок в два бокала, отодвигая половину блюд в сторону, хотя и понимал – больше не о ком заботиться, некому пожелать доброго утра. Но…
Но это же его решение, а с последствиями придется смириться. И сосредоточиться наконец на чем-то полезном и серьезном. Дел накопилось немерено – весь стол и стеллаж завалены различными законами, докладами, сводками новостей…
Темрин решительно сел в кресло и принялся разбирать ворох документов на аккуратные стопки, сортируя по важности. Надо отобрать то, что требует внимания в первую очередь. И перестать наконец думать об Ари!
Погруженный в работу, принц не заметил, как в кабинете появился отец.
– Хорошо смотришься на своем месте: серьезный, сосредоточенный, – похвалил Рейлар-шейраз. – Не сравнить с тобой прежним. Выглядишь явно лучше, чем безалаберный бандит Рияш.
– А куда деваться? – Уронив на стол бумагу, которую держал в руках, принц с наслаждением потянулся и взглянул на отца, который расположился в кресле. – Вольному Рияшу больше нечего делать ни в захваченном Адьяре, ни в Шейразе.
Он умолк, непроизвольно вытащил из стопки очередной лист и тут же его отложил, даже не прочитав. Однако король, который прекрасно знал своего сына, сразу догадался, в чем может крыться причина подобной рассеянности.
– А как же принцесса? Оправдала твои ожидания? Ты ведь ради нее оставался «бандитом».
– Мы с ней об этом не разговаривали, – замешкался с ответом Темрин, который не сразу вспомнил, что отец изначально сделал неверный вывод в отношении личности девушки, ради которой сын продолжал маскироваться под Рияша. Но решил отца не разубеждать, не видя сейчас смысла в признании. – Некогда было.
– Ясно… – Рейлар-шейраз прикрыл рукой лицо, чтобы сын не заметил сочувственной улыбки. – Успеете еще.
– Что именно? – не понял его слов принц.
– Я тут подумал… Возможно, ты будешь против, но… Инили-тиала фактически спасла весь альянс. Невесты достойнее, чем она, не найти. Тем более по нашей вине ее репутация пострадала. Она же фактически пожертвовала своим личным выбором, без колебаний став женой короля Адьяра, чтобы у нас появился шанс захватить платформу. Причем даже ничего не потребовав от нас в качестве награды. Очень самоотверженная девушка. Знаешь…
Король поднялся и, обогнув стол, подошел ближе к сыну, чтобы не кричать на весь кабинет. Оперся бедром на угол столешницы и склонился к неподвижно замершему принцу.
– Повезло, что правитель Адьяра оказался подделкой и это известно только нам. По официальной версии он умер, значит, Инили может выйти замуж повторно. И правильнее будет, если женихом станешь ты. Все воспримут это решение как наше признание ее вклада в судьбу альянса, а для вас… Вы ведь неравнодушны друг к другу. Думаешь, я не заметил вашу перепалку за столом, когда мы обсуждали план захвата Адьяра? И девушка ведь очень хорошенькая. С характером, правда, но это даже неплохо, с такой не заскучаешь.
Темрин слушал отца и недоумевал. Неужели со стороны раздражение могло показаться признаком симпатии? Эта несговорчивая принцесса выведет из себя кого угодно. Разумеется, принц не мог отрицать заслуг девушки, которая четко выполнила свою задачу. Но сделать ее женой? Он вообще не хотел связывать свою жизнь ни с кем, кроме Ари.
С другой стороны, он же не идиот и понимает, что Ари навсегда останется его мечтой, а те, кто подсовывают записки, будут по-прежнему досаждать своим вниманием. Зато взбалмошная принцесса разгонит всех конкуренток, просто не желая терпеть соперниц. А самого Темрина хорошо если будет уважать. Конечно, о взаимной любви в таком браке не может быть и речи, но он этого и не желает. Просто сделает все, чтобы принцесса ни в чем не нуждалась. Обеспечит ей достойное отношение и уважение…
– Разве я не прав? – озадаченный его долгим молчанием, напомнил о своем предложении король.
– Прав, – кивнул Темрин, отбрасывая последние сомнения.
– Вот и славно! – радостно откликнулся Рейлар. – Я свяжусь с Ранниар-тиалом и попрошу для тебя руки его дочери. Пусть принцесса отправляется к нам, на Шейраз. Как прилетит, сразу свадьбу устроим.
– Нет, не нужно подвергать девушку опасности. Мало ли что может случиться по пути. Все же мир пока еще очень шаткий, вдруг кто-то вновь умыкнет принцессу. Лучше направить Шейраз навстречу Тиале.
– Мудро, – согласился отец. – Невесте останется совершить лишь короткий транзитный рейс в наш космопорт. Сближение платформ послужит доказательством наших серьезных намерений, и свадьба состоится быстрее.
Днем позже во дворце Тиалы
В голубой гостиной, предназначенной для отдыха и игр в небольшой компании, сегодня собралось совсем мало народа. Вьянна, Ледайла и я. Но при этом казалось, что заполнен весь зал, так много пространства занимали мои спутницы.
Это я в простом домашнем платье скромно сидела на удобном, но небольшом стуле, а мачеха разместилась на широком диванчике, разложив на всем сиденье объемные юбки, и обмахивалась огромным веером, периодически откладывая его на стоящий рядом с ней невысокий столик.
Ледайла, которая всегда и во всем старалась ей подражать, заняла соседний диван, и ее фигура, пожалуй, привлекала к себе куда больше внимания, чем пышный наряд Вьянны. По крайней мере, та часть тела, которая готова была вывалиться из слишком глубокого декольте атласного розового корсажа, особенно когда фрейлина наклонялась над стоящим перед нами игральным столом, чтобы перевернуть фишку.
Даже официальное объявление о свадьбе Найриса и Аррис не заставило фрейлину отказаться от прежних пристрастий в нарядах. Хотя, казалось бы, зачем привлекать к себе внимание, если ты находишься среди женщин, а мужчина, который тебе был интересен, уже женат?
Когда Найрис, после разговора с отцом, мне об этом сообщил, я искренне порадовалась, что хоть кто-то в нашей семье последовал велению сердца. Удивилась, конечно, и немного огорчилась, что они от меня так долго скрывали и не поделились тайной. Разумеется, было бы приятно узнать об этом еще на Адьяре. Но я не видела повода для обиды – у них были свои причины держать все в секрете, да и отец действительно имел право услышать обо всем первым. А вот Вьянна была в гневе: едва не разнесла свою комнату, отчитала ни в чем не повинную прислугу, разбила бутыли с редким огром из коллекции отца, разбросала документы в королевском кабинете и сорвала злость на муже, считая его виновником этого брака. Папа, который всегда и ко всему был настроен более терпимо и миролюбиво, с большим трудом ее успокоил, убеждая порадоваться за сына. Усмирить мачеху удалось только новым титулом Аррис. Как ни крути, а подруга-то не рядовая горожанка, а королева Адьяра и брак вовсе не неравный получается, а вполне династический.
Наверное, поэтому эффектный утренний выход Аррис из спальни Найриса в сочетании с показанными брачными татуировками Вьянна восприняла с осуждающим вздохом, но уже без воплей и истерики. Зато вид счастливых молодоженов потряс Ледайлу настолько, что она упала в обморок. А ведь я пыталась ее предостеречь от ложных ожиданий. Да и брат обещал, что честно с ней объяснится.
– Инили, ты меня вообще слушаешь? Я спросила, нравится ли тебе новое платье Ледайлы, – отчитала меня Вьянна, забирая со стола игровые карточки.
Я промолчала, лишь кивнула, не считая нужным развивать надоевшую тему. Мое мнение им безразлично, движет лишь желание похвалиться дорогими нарядами.
– И свой ход едва не пропустила, – в тон своей тете посетовала фрейлина. – Молчит, а мы ведь ничем ее не обидели.
– Она расстроилась, – вздохнула Вьянна, перемешивая фишки и заново раскладывая их на столе. – Брат устроил свою личную жизнь, а у бедняжки Инили разбито сердце. Принц Шейраза даже не соизволил с ней увидеться. И она не выполнила свой долг перед Тиалой. Думаешь, с таким легко смириться?
– Нелегко, – согласилась Ледайла. Заискивающе посмотрела на Вьянну и поделилась своими мыслями: – Но тут ведь многое от самой женщины зависит. Если выглядеть так невзрачно и скромничать… Инили, не обижайся, но перед тобой постоянно был пример шикарной женщины, а ты ему не последовала.
Мачеха одобрительно засмеялась, и довольная фрейлина принялась строить планы завоевания.
– А вот я бы не отступилась и добилась встречи! Полетела бы на Шейраз, а не вернулась на Тиалу. И все бы сделала, чтобы принц Темрин потерял от меня голову!
Мне на эти глупые фантазии было нечего ответить. Невозможно навязать себя, если мужчина к тебе равнодушен. Одни только влечение и страсть не заменят взаимопонимания в семье. А выставлять себя в чужом королевстве скандалисткой позорно.
Только у Ледайлы на этот счет было иное мнение, при котором деликатность отсутствовала в принципе. И поэтому, перевернув невыигрышную карточку и со вздохом положив обратно, она заявила:
– Знаете, раз уж я никому не нужна здесь, на Тиале, то согласна пожертвовать собой и ради блага нашего королевства стать невестой Темрина.
– Что ты, милая! Мы выберем мужа под стать тебе здесь, дома. Не унывай. А Найрис… Мой мальчик не самый лучший для тебя вариант. Разве тебе нужен бесхарактерный супруг? Ты достойна равного себе, такого же сильного духом.
– Вы думаете? – растерялась Ледайла, видимо, такая мысль прежде не приходила ей в голову.
– Конечно. И у меня уже есть кое-кто на примете. Ну не оценил тебя Найрис, это же не трагедия всей жизни. Мой сын все же мягкий, весь в отца пошел, – посетовала ласково, по-матерински, со вздохом. – Глупый! Выбрал себе мегеру, которая будет из него веревки вить. А ты не волнуйся, я твою судьбу устрою… И для Инили мужа тоже найдем.
Поразительная логика! Вьянне и Ледайле помыкать мужчинами можно и нужно, а Аррис вдруг нельзя. Они хотя бы понимают, что этими речами осуждают и себя, и свой образ мыслей тоже? И нечего навязывать мне жениха, я сама в состоянии решить, кто мне подходит. Вернее, не подходит никто, кроме Рияша.
– Не нужно, – возразила я. – Это мое личное дело, я не хочу с ним спешить. Может, я вообще замуж не выйду.
– Что ты такое говоришь? – опешила Вьянна, ведь новая попытка выставить меня вон из дворца грозила с треском провалиться. – Да как же можно принцессе остаться без мужа!
– Правильно, нельзя, – перебил ее громкий мужской голос.
Вошедший в гостиную отец выглядел на удивление довольным. Одарил меня ободряющим взглядом, будто я его единственная гордость в жизни, неспешно прошагал по ковру, остановился за спиной жены, склонился через спинку дивана и поцеловал ее в подставленную ему щеку.
– Я вам не помешал, надеюсь? – Он с любопытством осмотрел нераскрытые фишки, которых осталось совсем мало, и внушительную стопку парных на столе напротив Вьянны. – Ты сегодня превзошла себя, дорогая.
– Вот, учу девочек выигрывать… Представляешь, дорогой, Инили совсем расстроилась от всех этих приключений, о женихе даже слышать не хочет.
– Ну и напрасно. – Оставив жену, папа подошел ко мне и потянул за руку, вынуждая встать. Отвел к стоящему напротив стола дивану, чтобы усадить на него и самому сесть рядом. – Муж у тебя будет замечательный…
– Очередная сомнительная авантюра? – рассердилась я. – И кто на этот раз? Он хотя бы в курсе моего существования?
– Нет, милая, никакого обмана. Рейлар-шейраз прислал официальное письмо и попросил твоей руки для своего единственного сына.
Снова этот Темрин? Да что же судьба так упорно толкает меня именно к тому мужчине, которого я и в глаза никогда не видела! Да и он, кстати, тоже обо мне не имеет ни малейшего представления, раз не нашел времени встретиться с принцессой Тиалы. Пусть на моем месте и была Аррис, но факт остается фактом.
– Я ответил согласием, само собой, – продолжал отец. – От таких предложений не отказываются, это огромная честь. Надеюсь, ты не в обиде, дочка.
Ну вот, я теперь даже права голоса не имею и отказаться не могу. Неправильно идти против воли отца. Девушка, не способная нести ответственность за данные ею обещания, недостойна уважения. И не важно, что обязательства дал мой отец, а не я. В нормальных семьях родители прислушиваются к пожеланиям своих детей. Наверняка правитель Шейраза обсудил вопрос женитьбы с сыном и полагает, что отец невесты поступил точно так же, прежде чем давать согласие. Он и подумать не может, что меня поставили перед фактом.
К тому же… Может, мне будет лучше в чужом королевстве? В родном Вьянна и Ледайла не дадут спокойно жить, досаждая нравоучениями. Аррис и Найрис сейчас заняты друг другом и вряд ли смогут уделять мне так много времени, как прежде.
В Шейразе красиво, безопасно. Даже в облике компаньонки ко мне относились доброжелательно и учтиво. Значит, королева тем более будет окружена вниманием и уважением. А Рияш… Его мне при всем желании не отыскать. Бандит, наверное, скрывается и не пожелает возобновить сотрудничество с королем Шейраза. Скорее всего, Рияш вернется в свое родное королевство или по-прежнему будет вести рискованное существование в чужих. Я сама упустила шанс на счастливую жизнь с ним.
Под грузом этих аргументов я заставила себя кивнуть, а папа, погладив меня по руке, сказал:
– Платформа их королевства уже взяла курс на Тиалу, так что на подготовку к свадьбе времени у нас немного. Организация торжества – забота жениха и его семьи, а твоя задача вовремя прибыть в Шейраз и стать самой красивой в альянсе невестой. Не волнуйся, Вьянна поможет тебе подобрать достойный наряд.
От этих слов мне стало не по себе. Вьянна и наряд… это будет нечто…
В резиденции короля Шейраза, спустя еще несколько дней
По галерее, опоясывающей королевский дворец на Шейразе, Найрис шел, едва сдерживая нетерпение и волнение. Обязанность на нем лежала ответственная и почетная: прибыть первым и представлять интересы семьи невесты в королевстве жениха.
Обычно это право отца невесты, но король Тиалы решил, что сын справится лучше и проявит себя достойно, упрочив свою репутацию. Впрочем, это объяснение было официальным, на самом же деле все обстояло куда более прозаично – Ранниар-тиалу помешали последствия слишком бурного празднования, он в очередной раз нашел повод для радости и отмечал намечающуюся свадьбу. Вот и пришлось Найрису брать на себя эту миссию.
Шаги принца гулко отражались от стен, когда ботинки ступали по гладкому каменному полу закрытых коридоров дворца, и вновь становились приглушеннее, едва приходилось идти по покрытым коврами ступеням лестниц.
Нарядные придворные учтиво кланялись, служащие дворца гостеприимно распахивали перед делегатом двери, сопровождающие из числа назначенных шейразцев шли позади, стараясь не отставать. Но все они остались ждать в приемной, в кабинет короля Шейраза Найрис вошел один.
Он ждал официального приема, торжественных слов, соответствующих моменту, и оттого напряжение было запредельным. Дышалось с трудом, сердце не желало биться спокойно, а мышцы были словно не свои. И тем сильнее стало его удивление, когда Рейлар-шейраз просто шагнул к нему, чтобы обнять, и с располагающей искренностью приветствовал:
– Как же я рад, что такая приятная новость послужила поводом для встречи!
– И я рад. Спасибо, – стушевался и растерянно ответил принц. Все заготовленные заранее фразы напрочь вылетели из головы. – Невеста занята предсвадебными хлопотами и прибудет завтра, – все, что вспомнил.
– Знаю, знаю, – засмеялся король. – Мой сын тоже решает неотложные дела и беспокоится ничуть не меньше. Не нужно так волноваться и смущаться, мы же теперь родственники.
Он радушно подтолкнул будущего родственника к объемному креслу, сам занял соседнее, повернутое к нему под небольшим углом. Поправил белый китель парадного мундира, осмотрел в меру нарядный темно-зеленый с серебряной отделкой костюм своего гостя, одобрительно улыбнулся и сказал:
– Вы молодец, Найрис. Пошли на риск, спасая альянс. И ваша сестра удивительная и прекрасная девушка. Светловолосая, изящная, решительная… Я счастлив, что у моего сына такая невеста, а у подданных достойная королева.
Слова приятные и тон доброжелательный, только у Найриса по спине прошлась волна озноба. Он думал, что король как-то узнал правду и предложение делал настоящей Инили, а выходит, что не в курсе? Рейлар-шейраз уверен, что Аррис это Инили, а когда увидит на свадьбе совсем другую девушку, будет скандал.
Чувствуя, как от лица отхлынула кровь от страха и тревоги – насколько адекватно воспримет правду король? – не видя выхода, но ясно понимая, что признаться необходимо именно сейчас, Найрис сжал кулаки и отчаянно произнес:
– Девушка, которую вы приняли за Инили, не принцесса Тиалы. Это компаньонка моей сестры – Аррис. Она заняла ее место, желая обезопасить принцессу, когда на корабль напали адьярцы, а признаться вам не было возможности. Простите за вынужденный обман. Компаньонка тоже проявила себя достойно. Она не из-за корысти притворялась.
– Хм, надо же… – Король хоть и удивился, но оценил по достоинству и желание сберечь жизнь принцессы и честность Найриса. – Похвальное и дальновидное решение. Иногда лишь с помощью маскировки можно противостоять обстоятельствам. Знаете… – Рейлар-шейраз загадочно улыбнулся и тоже поделился секретом: – Мой сын тоже часто использует подобные ухищрения. И вы, хоть и полагаете, что с ним не знакомы, уже неплохо его знаете, правда, под именем бандита Рияша. Сами понимаете, спецоперация обязывала.
Найрис опешил. Нашел в себе силы лишь кивнуть – нужные слова будто испарились, а к горлу подкатил тугой комок предчувствия очередной волны неприятностей. Ведь они с Аррис так нелестно отзывались о Рияше, называя его бандитской рожей. Не доверяли, показывая свое презрение к безродному адьярскому перебежчику, который слишком много о себе возомнил.
«Тебе нужны полезные знакомства», – накануне заявил отец. А как после общения, которое с самого начала не заладилось, можно найти общий язык? Разве принц Шейраза забудет об унижении, когда Найрис угрожал его испепелить? Принц ужаснулся, представляя масштаб трагедии. Что случилось бы, не останови его тогда Аррис? Рейлар-шейраз возненавидел бы убийцу сына, и ни о каких династических договоренностях не было бы и речи. Инили тоже не сумела бы простить брата, ведь она влюбилась в Рияша…
– Вот только что же теперь со свадьбой делать? – растерянно произнес король. – Получается, я должен переформулировать предложение и отправить его родителям нынешней королевы Адьяра.
– Аррис не может выйти замуж за Темрина, – в отчаянии перебил его Найрис. – Я ее люблю. И мы женаты. Вот, смотрите…
Он засучил рукав камзола, оголяя руку, и показал брачную татуировку.
– Ну и дела… – нахмурился и покачал головой Рейлар. – Сын расстроится. Ведь он симпатизировал вашей… жене.
– При чем тут Аррис? – поразился Найрис. Вопросительно смотрел на Рейлара-шейраза, не видя в его поведении иронии или притворства, и наконец догадался: – Так сын вам не сказал! Все не так! «Рияш» от моей сестры ни на шаг не отходил, защищал. Меня к ней ревновал, а вы говорите, расстроится!
– Ну и дела… – повторил король, в изумлении поднимая густые пепельные брови и надувая щеки.
Найрис ожидал от него суровой нотации, ведь Рейлар все узнал последним. И даже не от собственного сына. Отец Найриса, Ранниар-тиал, несомненно, обиделся бы на отпрыска за подобную скрытность. Найрис о свадьбе с Аррис даже сестре не говорил до того, как скажет отцу. Однако Рейлар лишь натужно выдохнул и засмеялся, хлопнув себя по колену.
– Ну и дела! – уже в третий раз повторил, довольно улыбаясь и вытирая слезы, выступившие от смеха в уголках глаз. – Ну, дети… Так он сам не в курсе? И она не знает? Любопытно…
– Вы ему скажете? – решился спросить Найрис, беспокоясь за счастье сестры. Он ведь только теперь сообразил, как удивительно удачно все сложилось. И вспомнив, какой грустной и потерянной Инили вернулась во дворец, только сейчас связал это с Рияшем, то есть Темрином. А потому ему не терпелось связаться с сестрой и обрадовать новостью, сдерживало только присутствие короля.
Но Рейлар принял иное решение.
– Нет. И к вам, Найрис, у меня будет просьба: не говорите ни Темрину, ни Инили о нашем разговоре.
– Вы хотите… – Найрис заволновался, но спорить не решился. – Да, конечно.
– Завтра они сами обо всем узнают. Если эти двое столько времени не могли признаться, так выждать один день не проблема. Пусть на свадьбе им сюрприз будет. Не сбегут же они друг от друга, отменив торжество?
– Такого не случится, – согласился принц. – Они оба слишком ответственные. Если уж как бандит и компаньонка не сбежали, бросив королевства и свои обязанности, значит, как принц и принцесса тоже этого не сделают.
– Приятно, что мы понимаем ситуацию одинаково, – одобрил его слова король. – И вы сами столь же ответственны. Кстати… – Он задумался, видимо что-то припоминая. И вспомнил: – А ведь вы теперь муж королевы Адьяра!
– Да, и это избавило меня от конфликта с семьей из-за неравного брака, – по-своему расценил его напоминание Найрис.
– Нет, я о другом, – возразил Рейлар. – Вы – король Адьяра, друг мой. И я не вижу причин, по которым я был бы вынужден отстранить вас от управления вашей платформой.
– Моей? – Найрис поперхнулся, изумленно глядя на короля.
– Именно вашей, – засмеялся Рейлар. – Надеюсь, вы не планировали избежать этой ответственности?
– Вы хотите, чтобы я основал новую правящую династию? А как же Тиала? Это же моя родная платформа…
– У Тиалы есть правитель, и мы способны мириться с известными нам недостатками – в конце концов, своими обязательствами перед альянсом ваш отец не пренебрегает. Не имеет смысла что-либо менять. А вот в Адьяре никто не справится с проблемами лучше, чем вы.
Найрис с облегчением вздохнул. К его родителям у Шейраза претензий нет, они проживут спокойную жизнь, смогут родить и воспитать преемника… И все бы хорошо, да только принц чувствовал за собой еще одну вину. Это отец беспечно отмахнулся от проблемы, а у короля Шейраза может быть иное мнение.
– Но я упустил советника Левьера-даграла! Не должен был оставлять его без личного надзора. Вряд ли это может доказать мою дальновидность как политика.
– Критический взгляд на свои поступки – это хорошо, – одобрил Рейлар. – А еще на ошибках учатся, верно? Так что будем считать, первый урок усвоен. Приступайте к своим обязанностям, Найрис-адьяр. После свадьбы мы сделаем соответствующее официальное заявление.
– А как же коды доступа? Аварийный режим истощает ресурсы платформы. Я не смогу ограничить доступ к механизмам и не хочу, чтобы королевство развалилось в прямом смысле этого слова.
– Левьер-даграл не имел нужных возможностей вернуть слаженность системе управления. А у вас они есть. Наши специалисты изучат настройки и со временем смогут подобрать оптимальный вариант.
– Новые коды? – пораженно уточнил Найрис.
– Почему вас это так удивляет? Мы имеем особые технологии, но не кричим о них на каждом шагу. Любое вмешательство оправдано только в случае крайней необходимости. Мы не применяем радикальных мер против адекватных правителей и нормально функционирующих платформ. Попрошу вас сохранить это в секрете.
Вот с таким грузом тайн и ответственности на плечах Найрис и вышел из кабинета правителя. Сопровождающие встретили его в приемной, проводили в апартаменты и исчезли, пожелав гостю хорошо отдохнуть, выспаться, чтобы чувствовать себя бодрым и полным сил на завтрашней церемонии.
В каюте тиальского корабля, в которой принцесса готовится к прибытию на Шейраз
– Инили, немедленно открой! – раздалось из кулона подруги. И тут же, видимо решив, что приказа недостаточно, мачеха принялась колотить в дверь каюты, материал которой хоть и был прочным и звуконепроницаемым, но на такой напор точно не был рассчитан – панель отчетливо содрогалась.
Жаль, что у Вьянны есть возможность связаться с нами. Без кулона она могла бы орать под дверью сколько ей заблагорассудится – мы бы ее не слышали.
– Не нужно ко мне входить, – попросила Инили. – Я сама выйду, когда буду готова.
Это правильно. С Вьянной по-другому нельзя. Хорошо, что Инили все же пересилила свою деликатность и не пошла на поводу мачехи. Вот только обидно, что не во всем она так решительна.
– Напрасно ты вообще ответила на ее звонок, – пробурчала я, критикуя принцессу. – Отключи хоть на время связничок. Тебе вчерашнего представления в салоне было мало?
Насилу вырвались из этого свадебного кошмара. Даже вспоминать неприятно. Вот там грудной, низкий и неприятный голос Вьянны то и дело резал слух. А от противных духов королевы можно было запросто задохнуться. Усиливало раздражение присутствие той назойливой фрейлины, которая соблазняла Найриса. Она всячески старалась подражать Вьянне и в манерах и в стиле одежды.
– Инили, как тебе этот наряд?
Сама вырядившаяся в необъятных размеров кринолин, королева Тиалы, высоко подняв над полом вешалку, гордо демонстрировала очередной трофей, откопанный на бескрайних просторах крупнейшего свадебного салона Яра – платье с широченной юбкой, огромным вырезом на спине и ничуть не меньшим, хоть и закрытым сеткой, на груди.
– Мне не нравится, – отказалась невеста, лишь мельком взглянув на наряд. Она не желала снимать платье, которое выбрала и успела примерить самостоятельно, пока мачеха была занята поисками. Нормальное, нарядное, удобное. Атласное, изящного кроя, с аккуратными длинными рукавами и струящейся юбкой. Сложно представить что-то лучше и симпатичней. Променять его на этот сетчатый расфуфыренный ужас? Они в своем уме?
Я ободряюще сжала руку Инили, намекая, что отступать нельзя. Тем более когда тебе настойчиво подсовывают всякую дрянь.
– Как же? Посмотри, как он к лицу Ледайле! – Вьянна в подтверждение своих слов приложила наряд к фрейлине. – Красавица! И тебя украсит куда эффектней этого невыразительного тряпья. И наверняка дешевого, – непримиримо заявила Вьянна, прикладывая вешалку с платьем к Инили. – Примерь!
Я рассердилась. У девчонки и так настроения нет, а они лезут со своими хотелками. И не дают собраться по-быстрому, а меня уже достал этот салон.
– Так пусть Ледайла в нем замуж и выходит! – возмутилась я, выручая принцессу. И мстительно добавила: – Если она в него влезет.
Платье на самом деле, хоть и было объемным, вряд ли вместило бы в себя выдающиеся прелести фрейлины.
– Это настоящая изысканность и роскошь, – наставительно процедила Вьянна. – Впрочем, тебе, Аррис, этого не понять. В своей среде ты не видела иных, достойных подражания идеалов.
– Роскошь? – хмыкнула я. – Таких «идеалов» в моем районе хоть отбавляй. В каждом баре по десятку. Но я не хочу быть похожей на развратную девицу. И Инили не дам уродовать!
– Что ты себе позволяешь! – взвилась Ледайла. – Я не такая!
– Да неужели? – притворно удивилась я. – А кто вешался на шею Найрису в парке? Ты лезла к женатому мужчине. Тебе плевать на приличия.
– Ты забыла мои наставления? – поразилась Вьянна поведению своей подопечной. – Напрасно ты предлагала себя, когда все потеряно.
Пока я пререкалась, подруга успела оплатить платье. Служащие магазина спешно убрали неугодные варианты. Нам оставалось только пройти в следующий зал с обувью.
Однако на этом нравоучения и придирки не закончились, они повторились и за обедом и за ужином, Найрис виновато на меня смотрел, пытался сгладить явную антипатию матери, которая усиливалась, когда король, которому я определенно понравилась, вел себя со мной вежливо и выражал симпатию.
Ну и семейка! Как с ними можно жить и остаться в своем уме? Даже мне сложно, хотя я привыкла к придиркам мамы. Можно понять, когда родители поучают своих детей, но навязывать собственное мнение всем без исключения – это чересчур. Воспитывать меня Вьянна не имеет никакого права. Да и Найриса тоже поздно учить жизни. Он взрослый парень, женатый. Пытается и ей угодить, и меня не обидеть, разрываясь между любимыми женщинами.
Нет, с этим надо будет что-то делать!
– Аррис, ну как? Тебе нравится? – отвлек от раздумий голос Инили.
Она еще спрашивает! Сразу видно, что из принцессы получилась идеальная невеста: нарядно и со вкусом одетая, с аккуратной прической и накрашена симпатично. В общем, нет излишеств, но перед этой будущей королевой альянса хочется почтительно склониться в поклоне.
– Очень хорошо, – одобрила я. – А тебе?
– Не знаю… – Принцесса тоскливо посмотрела на себя в зеркало. – Красиво, но… Ничего не хочется. Настроения нет.
– Значит, появится, – приободрила я. – Давай не расстраивай свою помощницу. Зря она, что ли, тебе красоту наводила.
Молодая девушка-стилист довольно улыбнулась и, чтобы не мешать разговору, собрала свои инструменты и деликатно вышла за дверь. Я поспешила заблокировать вход. Не хватало нам еще Вьянны для полного счастья.
– Инили, ты чего переживаешь? – принялась я допрашивать подругу, помогая аккуратно сесть на стул, чтобы не помять платье.
– Для Рияша я бы хотела быть самой красивой, а для Темрина… – Инили аккуратно сложила руки на коленях, и стало отчетливо заметно, как дрожат ее пальцы. – Я же его никогда не видела! А если он мне не понравится? Или я ему не понравлюсь? Или…
– Это ты брось! Ты красивая, а с твоим мягким характером найдешь общий язык с кем угодно. Отец у него симпатичный, вряд ли сын будет страшный. Ты плохого не подумай, но я тебе завидую. У тебя будет нормальный мужчина на свадьбе, а мне пришлось выходить замуж за жуткую образину, испепеляющую взглядом и скрипучую, как развалина. Я же не знала, что внутри королевской оболочки твой брат. Представляешь, что я тогда чувствовала?
– Ты поступила очень мужественно и ответственно, – согласилась Инили и вздохнула. – Но ты смелая, а я трусиха.
– Ты? – изумилась я. – А кто в одиночку вел наш корабль? Кто не испугался жуткого короля Адьяра в центре управления? Кто с этим бандитом оставался в одной комнате?
– Я не сказала Рияшу правды, – упрямо тряхнула головой девушка. – Испугалась, что родители мне не позволят быть с ним, а я не смогу их убедить.
– А если бы сказала? – рванула я в наступление, а то она сейчас себя накрутит до такой степени, что расплачется. – Где гарантии, что он, узнав, что ты принцесса, не воспользовался бы этим? А? Ты уверена, что он тебя любил по-настоящему? Он тебе об этом сказал? Нет? Вот и прекращай себя доводить! Мужчина, если он любит, свою девушку никому не отдаст! Украдет, сбежит с ней, будет рядом, несмотря ни на что.
– Аррис, может, он не хотел, чтобы я жила в плохих условиях? Чтобы мой неправильный выбор никто не осуждал? Решил, что со временем моя любовь пройдет и я начну его ненавидеть за испорченную жизнь?
– Может… – закатила я глаза к потолку. – Ты его сейчас зачем защищать пытаешься? Чтобы окончательно свихнуться от жалости к нему и самой себе? Или чтобы все бросить, сорвать свадьбу и сбежать к этому адьярскому оборванцу?
– Нет-нет, я… Я даже не знаю, где он… – Инили опешила, кажется, мне удалось направить ее мысли в правильное русло.
– А раз нет, – поспешила я закрепить результат, – тогда вставай и идем к шлюзу. Прибытие скоро. Твой кулон сейчас взорвется от непринятых соединений.
Немногим позже, на центральной площади королевства-защитника
Главная площадь Шейраза кардинально отличалась от площадей других королевств. Находящаяся на удалении от дворцового комплекса, как, впрочем, и от основной городской застройки, она занимала огромное пространство и при этом органично вписывалась в парковую зону. Разделенная на секторы, сходящиеся в центре, вымощенная разноцветным камнем и по периметру окруженная маленькими скамейками, эта площадь была в большей степени местом отдыха и развлечений, чем пространством для размещения транспорта или произнесения торжественных речей. Центром композиции являлся эффектный фонтан, струи которого обычно поднимались едва не до самого купола.
Сейчас вода в нем была отключена, а над чашей установили высокий помост с аркой для новобрачных, задрапированный плотной серебристой материей и изысканно украшенный живыми цветами.
В ожидании прибытия невесты шейразцы оживленно переговаривались – пространство площади заполнялось неразборчивым гулом и мелодией, в которую вплетались выкрики-поздравления. Музыканты, расположившиеся на краю площади, улыбались, переглядывались и усиливали звук, но заглушить эмоциональные порывы присутствующих были не в силах.
Впрочем, король Шейраза реагировал на них доброжелательно, хотя и полагал, что поздравления преждевременны и должны звучать после церемонии. Он вообще пребывал в хорошем расположении духа, в отличие от своего сына, у которого на лице за все это время не появилось даже намека на улыбку.
Одетый в темно-синий мундир с белыми вставками, подтянутый, строгий, Темрин-шейраз больше напоминал готового руководить боевой операцией командира, чем счастливого жениха, с нетерпением ожидающего свою прекрасную невесту.
Похоже, что именно его и пытались приободрить гости или намекнуть своему королю, что пора бы это сделать. Однако Рейлар-шейраз, который прекрасно понимал состояние сына и гордился его поступком – ведь Темрин ради блага альянса расстался со своей любимой, – вносить ясность не спешил. Встреча с желанной невестой станет достойной наградой за его ответственное и непростое решение.
Темрин же вообще ничего не замечал – ни громкие голоса, ни музыка не отвлекали его от мрачных мыслей. В душе принца творилась неразбериха – он запоздало вспомнил, что Ари была компаньонкой принцессы, значит, возможно, ее возьмут на Шейраз. Каково ему будет ее видеть? И каково Ари узнать об обмане Рияша, который на самом деле принц? Об этом он не подумал, когда давал согласие отцу. И сейчас боялся и одновременно желал увидеть Ари среди приглашенных.
Тем временем делегация Тиалы, которая наконец прибыла из космопорта, медленно двигалась к площади через парк. Ступив на каменную плитку, невеста, окруженная своими сопровождающими, замерла, словно забыла, что по протоколу должна идти к помосту. Пошатнулась, запнувшись, Найрис ее подхватил, взяв под локоть, и девушка, опустив голову, послушно продолжила путь.
Темрин же этой заминки почти не заметил, он пристально всматривался в лица тех, кто прибыл с принцессой. Разочарованно и вместе с тем облегченно вздохнул, не заметив любимой в толпе тиальцев. Наверное, Ари все же прислушалась к совету Рияша и решила начать самостоятельную жизнь. Это правильно, незачем ей бегать за принцем и принцессой. Пора заняться своей судьбой, а не чужой.
Отбросив ненужные сейчас мысли, принц наконец-то заставил себя посмотреть на невесту. Белое атласное платье, руки, сжимающие букет из мелких кремовых цветов, серебряное ожерелье, охватывающее открытую шею, потому что темные волосы подняты в изящную прическу…
Темные?! Но принцесса же светловолосая! И фигура у нее совсем другая!
Темрин едва не задохнулся, поняв, что перед ним стоит вовсе не та худенькая отчаянная командирша, которая взяла его в заложники. А когда невеста подняла голову и на него взглянули широко раскрытые, полные изумления карие глаза…
– Ари… – выдохнул тихо, не веря тому, что видит.
– Рияш… – едва слышно сорвалось с губ девушки.
Впрочем, даже скажи они это громче, никто бы не услышал, толпа настойчиво давала понять, что с нетерпением ждет начала церемонии. А опомниться и прийти в себя новобрачным не дали родственники. Найрис отпустил локоть сестры и подтолкнул ее к жениху, а король Шейраза ткнул в бок своего неожиданно проявившего удивительную робость сына.
Нетрудно догадаться, какие чувства владели Темрином, когда он приобнял невесту и бережно повел к алтарю. Какие мысли не давали покоя Инили, когда она положила свою руку рядом с рукой того, о ком уже и не мечтала. И с каким волнением они оба следили за неторопливым лучом свадебного лазера, рисующим на их запястьях брачные татуировки.
Покинув помост, они выслушали поздравления гостей, краткие и сдержанные – от придворных, и пространные и взволнованные – от родственников. Нарядно украшенная платформа увезла гостей и молодоженов во дворец Шейраза, скользя на небольшой высоте над улицами, заполненными жителями – теми, кто не смог прийти на площадь.
Подданные продолжали веселые гуляния на улицах королевства – дворец не вместил бы всех желающих разделить радость Темрина и Инили, – а в банкетном зале собрались родственники и придворные.
Как и помост, украшенный цветами и задрапированный серебристыми тканями, зал выглядел нарядным, торжественным, но воспринимался легко и не создавал угнетающей официальной атмосферы. Несмотря на внушительное число гостей, здесь не ощущалось тесноты, а праздничные одежды не сливались с обстановкой.
С удовольствием пробуя свадебные угощения и ухаживая за женой, Темрин не забывал уделять внимание и новым родственникам, с которыми у него или не было возможности встретиться ранее, или же обстоятельства их знакомства оказались крайне своеобразными.
Королева Тиалы показалась ему неприятной особой – слишком много было в этой женщине притворства и желания показать себя в лучшем свете. И он был рад, что не придется с ней часто встречаться.
Король Тиалы, хотя имел своеобразные привычки и потому в первую очередь поспешил проверить, насколько хорош местный огр, выставленный на банкетный стол, искренне радовался за дочь, и его непосредственность вызывала у Темрина улыбку.
Подруга Инили, безбашенная Аррис, которую он так долго считал настоящей принцессой Тиалы, как выяснилось, все же способна была держать себя в руках. Несмотря на удивление, подарила Темрину доброжелательный и насмешливый взгляд, словно не испытывала никакого смущения от их недавних приключений и даже подмигнула, намекая, что не у одного него были секреты.
Принц Тиалы, который сидел рядом с ней, с явным беспокойством посматривал на нового родственника. Причины скованности понять было несложно – Найрис хоть и знал правду в отличие от остальных, но никак не мог определиться, как ему вести себя с принцем Шейраза. Он беспокоился, ожидая претензий или недовольства.
Но ничего подобного не произошло. И не могло произойти. Пусть Темрин не испытывал к нему огромной симпатии, но ради спокойствия Инили был готов оставить разногласия в прошлом. К чему конфликты, если они теперь одна семья?
Разумеется, больше всего и Темрину и Инили хотелось наконец поговорить без опаски, что очередной гость прервет их беседу поздравлениями. Но, не желая проявлять неуважение к приглашенным, жених и невеста терпеливо ждали, когда активность гостей пойдет на спад и они займутся не только молодоженами и блюдами на столе парадного зала, но и развлечениями в соседних помещениях. А когда выдался удобный момент…
– Сбежим? – заговорщически предложил Темрин.
Осознание того, что произошло в действительности, запоздало дошло до мужчины, и теперь принц уже не чувствовал былой растерянности – потрясение стало не таким сильным. Ему хотелось увести Инили и остаться с ней наедине. Сейчас он куда больше ощущал себя Рияшем, чем Темрином.
– А они точно не заметят нашего отсутствия? – привычно проявила деликатность невеста, душой которой хоть и владело сильное волнение, но совсем иного рода. Разговор, о котором она размышляла все это время, подбирая уместные фразы и слова, больше не казался настолько важным и необходимым. Ей хотелось иного – чтобы он ее поцеловал, как в тот раз, когда нес по ночному Адьяру.
Темрин не разочаровал Инили, вместо ответа подхватив свою жену на руки. И на смотровой площадке, с которой открывался изумительный вид на город, они вовсе не восхищались красотами и не вели обстоятельных бесед, они просто целовались, позволив себе быть самими собой и наконец отпустив на волю все чувства и желания, которые так старательно сдерживали все это время.
Если среди гостей находились те, кто тоже был не прочь полюбоваться видами Шейраза с высоты, то они деликатно уходили, не желая мешать. Вот только Инили их появление все равно замечала.
– Они все ходят и смотрят, – пробормотала, в замешательстве спрятав лицо на груди мужа, когда очередной нарушитель их уединения приоткрыл и торопливо закрыл ведущую на площадку дверь.
– Тогда найдем другое место, куда не зайдут, – широко улыбнулся Темрин. – Или ты хочешь вернуться за стол?
– Нет, не хочу, – призналась Инили.
Вновь подхватив жену на руки, принц шел по длинным коридорам и анфиладам комнат, которые все никак не заканчивались. Опустил свою драгоценную ношу на пол, только перешагнув порог спальни, двери в которую услужливо распахнули оберегающие покой молодой семьи стражники.
Просторная светлая комната, оформленная в голубых и золотистых тонах, показалась Инили очень уютной. Разумеется, в ней не нашлось места излишествам, свойственным женским будуарам. Кровать не имела балдахина и резных украшений – была просто застелена объемным атласным покрывалом. Мягкий серый ковер на полу, мебель из светлого дерева, выполненная в строгом классическом стиле, хоть и с очень красивой отделкой. Сразу было понятно, что к обустройству комнаты приложил руку мужчина, но это не портило приятного впечатления.
Нежно, едва касаясь, Темрин потянул ткань, обнажая плечи жены. Вспомнив о застежках, пробежал пальцами по спине, размыкая фиксаторы, выполненные в форме перламутровых шариков. Инили охнула и невольно смутилась, когда платье с мягким шелестом упало к ее ногам, а она осталась в тонкой нижней сорочке – качественной, но простой и очень целомудренной, которую посчитала более удобной. Выбирая белье, она не стремилась понравиться незнакомому ей мужчине, который станет ее раздевать. А может, и вообще не станет – вряд ли Темрин, будь на самом деле с ней незнаком, сразу захотел бы провести ночь с навязанной супругой. Да и она бы попросила дать ей время к нему привыкнуть. А вот знай девушка о личности жениха заранее, наверняка надела бы что-нибудь более красивое и изысканное.
– Ты такая…
Темрин, не находя слов, не отрывал взгляда от жены, которая смущалась все сильнее и потому пробормотала:
– Невзрачная?
– Неискушенная, – совсем иначе воспринял мужчина. – И мне это так нравится. Хотя… – Он ласково погладил подушечками пальцев руки девушки – единственную часть тела, не закрытую тканью, и не менее нежно провел ладонями по талии и спине, прижимая супругу к себе. Добрался до заколок, удерживающих волосы, и снял, освобождая пряди из красивой, но строгой прически. – Хотя я был бы не прочь это изменить, – шепнул на ухо, зарываясь носом в рассыпавшиеся по плечам волнистые локоны.
– У меня ничего нет… – растерялась Инили, сообразив, что даже если ее багаж уже доставили из космопорта, все равно в нем не найдется ничего подходящего.
– Зато у меня есть.
Темрин с явной неохотой выпустил жену из объятий. Подойдя к одному из встроенных шкафов, распахнул створку и подтащил ближе задвинутую в самую глубину полки сумку.
Инили невольно ахнула, узнав тот самый багаж, с которым путешествовала и который остался на Адьяре. Темрин забрал вещи из квартиры Рияша. Зачем? Он же не знал, что Ари – это она.
– Хотел сохранить на память о тебе, раз уж я такой глупец, что потерял тебя и даже не попытался выяснить причины твоего молчания. Не узнал о семье, решив, что у тебя никого нет, раз ты так привязана к принцессе. – Мужчина ответил, хотя она и не спросила вслух. Он прекрасно понимал, о чем сейчас думает девушка. – И я тут нашел…
Принц вновь вернулся к сумке, порылся в ее недрах и вытащил из неприметного кармана маленький сверток золотистого цвета. Улыбнулся, потому что прекрасно знал, что в нем – успел полюбопытствовать, когда ностальгировал по потерянному. Закрыв шкаф, шагнул к жене, округлившей глаза от изумления, и протянул ей сверток.
– Это ведь твое?
– Да… То есть нет! То есть… – Инили ловила ртом воздух, с трудом подбирая слова. – Мачеха подсунула, чтобы я тебя… соблазнила.
– Ну хоть за это я смогу ей сказать спасибо, – по-доброму рассмеялся Темрин. – Наденешь? Для меня.
Пунцовая от смущения, девушка кивнула, забирая то самое невесомое белье, которое когда-то вызвало в ее душе столько негодования. Сейчас белые кусочки кружева воспринимались иначе.
Тогда гнев был связан с намерением Вьянны выгодно представить принцессу Тиалы, словно товар на витрине, надеясь броской и завлекательной оберткой привлечь мужчину. А сейчас Инили самой хотелось быть соблазнительной и желанной для любимого.
Темрин с нетерпением ждал, когда его жена появится из гардеробной, и успел за это время снять мундир и надеть халат. Он бы без него обошелся, но смущать еще больше и без того потрясенную молодую супругу ему не хотелось.
Впрочем, своему прямому назначению что халат, что кружевной комплект служили совсем недолго, в итоге оказавшись на полу. А молодожены…
Они уже не заботились о приличиях, даря друг другу ту любовь, которую чудом не потеряли, от которой едва не отказались, чуть не разрушив собственную мечту ради блага других.
Правильно ли ставить на чаши весов судьбы всех звездных королевств и искренние, сильные чувства двоих? В масштабе политики выигрывает первое, а в смысле личных отношений нет никого дороже любимых. Но разве может идти речь о благополучии подданных, если не будут счастливы их правители? Кто скажет наверняка, как обрести гармонию между долгом и любовью? Только судьба, вмешиваясь в происходящее, расставляет все на свои места. И после всех испытаний и волнений одаряет достойной наградой тех, кто заслуживает счастья.