109

Когда мы вышли из портала – Макс весь в крови, Трэй – немногим лучше между нами с Мираной, получилось что-то вроде немой сцены: остальные-то вернулись нормально. И вот тут раздался грозный выкрик из-за спин участников турнира:

– Расступитесь! Там нужна помощь!

Ну конечно! Жанетта. Какое счастье!

У меня даже голова закружилась от облегчения: я вдруг поверила, что мы действительно выбрались и все закончилось!

Но когда она – и не только она, а еще два медика в синих «полевых» костюмах с носилками, и доктор, оказались рядом, Макс, который не потерял ни бдительности, ни настороженности, спросил:

– Что у вас тут происходит? Мы звали на помощь, но…

Медики укладывали Трэя на носилки Жанетте было не до объяснений, но она все же коротко бросила:

– Кто-то скорректировал работу артефактов. А пока наши иллюзоры искали, что случилось, начался пожар. Самое мерзкое, что никто не понял, с чего он начался: все были внутри штабного шатра. Кроме журналистов, но судя по новостям, они тоже ничего не поняли.

Макс кивнул и перестал тормошить Жанетту – она была слишком занята. А мы не выглядели смертельно раненными.

– А где Виль? – спохватилась я. – Вильгам Девиль? Он был здесь.

– Виль? Помогает в нашей палатке. У нас несколько травмированных ребят, а он умеет обращаться с бинтами и в обморок не падает.

На Виля похоже, его вообще трудно растрогать или прошибить. Но мне очень интересно было бы расспросить его о браслетах.

Мы с Максом переглянулись и вместе поспешили в палатку к медикам и магам. Надо было успеть, пока Виль оттуда не сбежал, узнав, что мы вернулись.

Потому что расстегнутые браслеты сами за себя говорят, что Виль заранее знал о планирующемся «усложнении» маршрута.

Виль увидел нас, и я просто-таки прочитала облегчение на его лице. Он отставил в сторону чашку с каим-то горячим питьем и поспешил нам навстречу:

– Зю! Макс! Я уже собрался бежать искать вас по маршруту!

Макс потешно выгнул бровь.

– Да ну?

А Вильгам вдруг посерьезнел, даже нахмурился:

– Ну да, прости, я идиот! Я тебе не поверил, решил, что ты просто не любишь принца и потому на него наговариваешь. И да. Я пошел к нему. И поговорил… немного. В предположительном ключе. О вас. И о вашей дуэли. И да, вынужден признать: ты был прав! Только он же никому ничего не сказал. Он сказал нам, что это будет веселый розыгрыш!

Он замолчал ненадолго. На нас с Максом не глядел. Потом мрачно добавил:

– Слышал, вы ребят спасли. Я не знаю, что бы стал делать, если бы на меня напали горгульи. А вы – молодцы! Не растерялись! Это очень… невероятно!

Мы стояли у входа в медицинскую палатку. Здесь по запаху сразу можно понять, что обитают медики.

Макс кивнул.

– Ты лучше скажи, что за история с браслетами?

– А… Он просто сказал мне подменить эти поганые браслеты. Были б они именные, я бы только ваши поменял, никто бы ничего не заметил. А вот… цитирую: «Как же я буду рад увидеть перекошенное лицо Аоля, когда он захочет отшугнуть тварь, а у него не получится!». Я тогда подумал, что принц просто не знает, что у вас проблемы с магией…

Виль запутался. Даже немного покраснел:

– Я хотел ему напомнить об этом, но он все прекрасно знал! Я сам слышал, как он потом рассказывал кому-то. А уж когда погасли иллюзии, тут до меня и дошло, кто тут воду мутит…