130

А закончилась лесенка тенистой площадкой под деревьями, тоже в огоньках: кафе. Здесь стояли столики с белыми скатертями, играла легкая музыка (через микропортал транслировалась из какого-нибудь концертного зала), на столах стояли букетики сирени.

Гостей было немного. Мы, и еще ребята из какой-то академии, в темно-серой, немного мрачной форме. Впрочем, сами они мрачными не были – играли, создавая над столом иллюзорных персонажей и заставляли их как-то взаимодействовать. Когда я пригляделась, то увидела, как крошечный огненный петух дерется с водяной кошечкой и каждый раз, клюнув ее или толкнув, отскакивает с шипением, испуская над собой белый пар. А кошке – хоть бы что! Кошки, это жидкость, все знают! Попробуй поцарапать жидкость!

Макс позвал официанта, и специально попросил, чтобы кофе нам принесли в стаканчиках, как будто на вынос. Да-да, и пирожное, которое светится.

Хотя, днем свечение вряд ли будет видно. Официант, впрочем, не удивился: привык к чудачествам приезжих.

Когда он ушел, Макс попробовал вызнать, о чем мы там шептались с распорядителем, но я отнекивалась: обещала же! Только поклялась, что это никак не касается ни его самого, ни возможной дуэли с принцем.

– Когда пойдем к Арене? – с деланным энтузиазмом спросила я. На самом деле мне никуда не хотелось. Хотелось сидеть вот так, за чистенькой скатертью, смотреть, как в кронах путается Варласское теплое солнышко. Греться в его лучах. Согреваться от одного факта, что Макс сидит напротив, шутит и что-то рассказывает.

Но что-то надо было спросить, и я спросила.

Макс пожал плечами:

– Если хочешь, можем прямо сегодня. Завтра начнутся тренировки. И будет уже не до прогулок по городу. Ты как, готова к турниру?

– Не знаю… если будет так же весело, как в отборочном туре, то почему бы и нет!

Принесли десерт.

Оказывается, все было продумано! Здесь это чудесное пирожное подавали под черным колпаком. Стоило приложить ладонь, и в колпаке образовывалось окошечко, в которое можно заглянуть и убедиться, что пирожное действительно слабо светится. Тесто – желтым, крем – белым, джем – пурпурным…

Есть его расхотелось, захотелось узнать рецепт волшебных красок…

Кофе, впрочем, пахло одурительно. Макс протянул мне ложечку и сам убрал колпак. Без колпака тарт казался совершенно обычным.

– Давай, ешь!

Макс смотрел на меня, как заботливая нянюшка, даже щурился.

Пришлось попробовать… и… а разве было пирожное? И куда оно делось? А может, мне просто показалось?! Удивительно нежное, пахнущее мне неведомыми, но ароматными фруктами. В меру сладкое и воздушное… как же оно быстро кончилось!

Я начала искать глазами официанта, чтобы попросить еще одно, но Макс меня отвлек.

Он поймал мою руку и заставил посмотреть на себя:

– Софи, ты не ответила. Там, на башне. Я знаю, что не надо было… напоминать о неприятном, но я не могу тебе врать. И ты знаешь, что так может быть.

Вот если сейчас скажу «нет», то я точно знаю, что будет дальше. Дальше он кивнет, и мы больше просто никогда этой темы не коснемся. Выиграем турнир… постараемся. Может и правда, получится остаться в Варласе. Но так и будем до конца – хорошими приятелями.

От этой мысли снова стало тоскливо. Ну почему снова должна я решать? Чего сложного было б просто взять меня в охапку и утащить в дремучую пещеру, и там оставить навсегда. Только разрешать иногда друзьям заглядывать в гости… и Алексу.

А если скажу «да». Что будет? Отец в обморок грохнется, это понятно. Все-таки, судя по всему, Макс в юности у профессора Мэилле выпил много крови.