Глава 10

Вдруг с улицы послышался какой-то странный шум. Звуки шагов, возгласы людей. Меня это насторожило.

— Что происходит? — я попыталась выглянуть в окно, но ничего, кроме ветвистых деревьев, не увидела.

— Здесь всегда так, — махнул рукой Бернард.

— Дейв меня ищет, — спохватилась я. Сколько уже сижу тут, попивая чай? Не меньше получаса. С Бернардом время летит быстро, я даже не заметила, как прошло время. А ведь Дейв не успокоится, начнет меня искать…или уже начал! — Нужно идти, — я встала и спешно направилась к двери.

— Ро, успокойся, — попытался угомонить меня ругару. — Ты раздета! Накинь хотя бы платок! И мои калоши, они сели уже давно, но тебе пойдет. Хотя бы ноги не отморозишь.

Точно! Я ведь одета совсем не по погоде. Наспех накинув на себя предложенные вещи, я быстро поблагодарила Бернарда и выбежала на улицу. Внутри меня все буквально кричало о том, что нужно как можно скорее вернуться. Дейва я так и не простила, но сообщить ему о своем местоположении необходимо. Зная его, могу предположить, что он весь город на уши поставит.

Бернард вызвался меня проводить. Я почти бежала, не замечая холода. Ругару просто шел рядом со мной немного ускоренным шагом. Холод практически не чувствовался, настолько сильно я спешила. Даже не знаю, что скажу Дейву, когда вернусь. Наверное, вообще буду молчать, но он хотя бы не будет переживать из-за моего отсутствия.

Скорее всего, здесь сказался осадок от моего прошлого поступка, когда я слиняла от него среди ночи. Помню, как тогда он вышел из себя и поставил на уши весь город. Сейчас нельзя допустить того же.

— Спасибо тебе, дальше я сама, — поблагодарила Бернарда за помощь, когда мы вышли на улицу, где располагался дом Дейва. Обняла ругару на прощание и побежала скорее к воротам. В доме горел свет, на дворе я не заметила явные следы присутствия здесь других людей. Началось.

Мы с Дейвом столкнулись буквально нос к носу у входных дверей. Я скинула невидимость, и охотник громко воскликнул:

— Ро?! — он схватил меня за руку и втащил в прихожую. Вид у него был ошалелый и потрепанный, а взгляд какой-то…безумный. Такое ощущение, будто Дейв немного не в себе. — Куда ты убежала?! — воскликнул он, тряся меня. — Ты хоть представляешь, что я тут пережил?! Где ты была, отвечай!

— он так кричал на меня, что соврать было попросту страшно.

— У Бе-Бернарда, — пробормотала я, загипнотизированная его безумным взглядом. Он так нависал и давил, что стало не по себе.

— У Бернарда! — хищно прищурился охотник. Надо было соврать. — И чем же ты занималась у Бернарда целых полтора часа?! — крикнул он.

— Ча-чай пила, — чуть не плача, отвечала я. Мамочки, какой же он страшный в гневе! — Всё…

— Поражаюсь, как легко ты ему доверяешь, — с издевкой процедил Дейв. — Мне не рассказывала о себе правду до последнего, молчала, уворачивалась, а ему веришь как себе! При том, что Бернард монстр, он опасен по своей природе, а ты все равно упорно бежишь к нему по любому поводу! Бернард то, Бернард это, Бернард переживает, Бернард не виноват! Может, ты насовсем к нему переедешь?! — Дейв кричал так, что у меня душа в пятки ушла. Никогда не видела его таким злым и выведенным из себя. Тем не менее, предложение переехать отозвалось во мне обидой.

— Если ты хочешь — перееду, — тихо ответила ему, не рассчитывая, что это повлечет серьезные последствия.

Но внезапно руки на моих плечах разжались, Дейв отступил на шаг. Вся его агрессивность и злость мигом улетучились, оставляя после себя обманчивое и опасное спокойствие.

— Тогда собирай свои вещи и уходи из моего дома, — прозвучало отчетливо и намного спокойней прежнего, но эти слова вонзились в мое сердце как кинжал. Я пошатнулась, не веря, что слышу это. Дейв не пожелал больше со мной общаться. Он обогнул мою фигуру и ушел из дома, хлопнув дверью.

Я стояла, как громом пораженная. Казалось, это все нереально, это какой- то глупый сон. Он выгнал меня? Дейв? Я попыталась сделать шаг, но ноги вдруг отказались держать свою хозяйку. Хватаясь за стену, я сползла вниз. В горле встал ком, дышать стало больно, грудная клетка разрывалась от недостатка воздуха. Я сделала очень глубокий вдох и попыталась дышать нормально.

В голове без конца звучал голос Дейва: «Собирай вещи и уходи!». Он не хочет меня видеть, не хочет знать, не хочет, чтобы я жила в его доме. Как же больно… Моя душа распалась на миллион осколков. Дейв буквально уничтожил меня, разбил сердце и отнял все надежды.

Оставаться в его доме не было сил. Все здесь принадлежит ему, он — хозяин всего. Казалось, даже стены этого дома выдавливают меня, вторят ему. Я бросилась в свою спальню и принялась спешно собирать вещи. Схватила первую попавшуюся сумку и принялась кидать в неё свою одежду, которой успела разжиться здесь в последние месяцы. Несколько платьев, белье, пара платков, щетка для волос, ленты… У меня оказалось на удивление мало вещей. Все они влезли в небольшую тканевую сумку.

Пока собиралась, рыдала в голос. Все здесь стало мне родным, и уходить совсем не хотелось. Я уже привыкла, что этот дом в каком-то смысле и мой тоже, ведь завтра мы с Дейвом должны были пожениться. Теперь никакой свадьбы не будет, и от осознания этого факта хотелось кричать в полный голос.

— Ро! — Варх материализовался рядом со мной и беспокойно заметался. — Ты чего удумала?! А ну бросай это все! Он же сгоряча ляпнул! Ты куда собралась-то?! — кот ходил вокруг меня и старательно заглядывал в глаза Мне же было стыдно показывать ему свое зареванное лицо.

— Ты все слышал. Он выгнал меня, — севшим голосом ответила я.

— Да он уже пожалел о своих словах, Ро! — убеждал меня Варх, смотря умоляющим взглядом. — Останься, прошу тебя! Не пори горячку! Успокойся! Ро, дорогая, ну, хотя бы ради меня останься!

— Варх, он выгнал меня! — воскликнула я, потеряв контроль над собой. Снова грудную клетку обожгла боль.

В истерике я схватила свою сумку и бросилась в коридор. В гостиной лежало мое подвенечное платье. Я разложила его на кресле, чтобы ничего не помялось и не испортилось. Белоснежное, как первые снег, оно так мне и не досталось. Я не надену эту красоту, не буду символом нежности и невинности.

Дейв никогда не назовет меня своей женой.

Я не знала, как унять эту истерику. Понимала, что нахожусь не в себе, но вся эта ситуация так поразила меня, что справиться с эмоциями было просто невозможно. Мне было ужасно больно от разрыва с Дейвом и страшно от осознания, что идти-то, по сути, и некуда. Есть лишь Бернард, но и может отказать мне в приюте.

— Не уходи! — чуть не со слезами в голосе выл Варх, не отставая от меня. — Пожалуйста, Ро!

Я видела: он искренне хочет, чтобы я осталась, но, к сожалению, это невозможно. Противиться воли Дейва не может даже его домохранитель.

Этот дом будто обжигал меня. Безумно хотелось послушаться Враха, остаться, но голос Дейва упорно звучал в голове: «Собирай свои вещи и уходи!». Он ясно дал понять, что я больше не желанный гость в его доме. Мне здесь не место.

Я выскочила на улицу, не слушая мольбы Варха. У меня никого больше нет. Я никому не нужна. Одна надежда на то, что Бернард позволит немного пожить у него.

И вновь та же дорога. Сонные дома, холод и ночь. На этот раз я успела одеться потеплее, но сейчас этого почти не замечала. Внутренняя боль сжигала меня изнутри. С трудом мне удалось отыскать дорогу к тому участку леса, где располагался дом ругару. По дороге мне не встретилось ни одного человека. Все как будто вымерли.

В доме Бернарда горел свет, создавая странное впечатление. Маленький домик, окруженный хвойным лесом, наводил страх, но вот огоньки в окнах создавали уют и придавали месту странное очарование. Я неспешно приблизилась и замерла на пороге. Неожиданно в голове всплыл наш с ним разговор там, в далеком зимнем лесу. Помнится, тогда Бернард сказал мне, что вскоре я приду к нему со своими вещами и буду просить приюта.

Снова душу обожгла боль. Он ведь все знал, все предвидел, а я лишь легкомысленно отмахивалась. Никогда бы не подумала, что Дейв сможет вот так меня выгнать, одну на холод, практически среди ночи. Оказывается, я совсем его не знала.

Занеся руку, набралась храбрости и постучала в дверь. Нужно запрятать свою гордость куда подальше. Кроме Бернарда я никого и не знаю в этом городе, больше мне никто не поможет. Если ещё и он выкинет меня на улицу, я просто сойду с ума.

Дверь со скрипом открылась. Бернард изумленно уставился на столь позднюю гостью. Ещё бы, ведь совсем недавно он сам проводил меня домой. Наверное, видок ему открылся ещё тот: заплаканное лицо, наспех накинутая одежда, растрепанные волосы. Уходила от него я совсем другой.

— Ро? — пробормотал он, рассматривая меня с ног до головы. — Что случилось? Почему ты в таком виде?

— Он меня выгнал, — прошептала я, смотря в пол, — а больше мне некуда пойти.

— Заходи скорее! — ругару практически втащил меня внутрь своего жилища, в тепло. — Что произошло? — он забрал у меня сумку и принялся стягивать верхнюю одежду.

— Говорю же, выгнал, — безжизненным голосом отвечала ему, не сопротивляясь. Бернард как куклу раздел меня и подвел к небольшой деревянной кровати, на которой он, должно быть, спит.

— За что? — допытывался ругару, беря меня за плечи.

— Приревновал к тебе, не поверил, что мы просто пили чай…

— Идиот, — выдохнул Бернард, закатывая глаза. — Он тебя не бил?

Этот вопрос звучал так по-дурацки, что я подняла на него хмурый взгляд. Дейв, конечно, не подарок, но не до такой степени.

— Что мне теперь делать? — спросила скорее себя, чем его. У меня не осталось сил плакать и рыдать в голос. Я чувствовала себя слабой и опустошенной.

— Ты не в себе, — констатировал Бернард, осматривая мое лицо и заглядывая в глаза. Он стал и начал что-то готовить у столика. Я почему-то вспомнила о Паше и меланхолично подумала, что Дейв остался не один. Когда в подвале живет пингвин, жизнь точно не будет скучной. Жаль, конечно, что этого милаху придется оставить там, но иного варианта нет. — На, выпей, — Бернард сунул мне в лицо горячую чашку с ароматным мятным чаем.

Я пригубила напиток и медленными, осторожными глотками выпила его. Ругару сидел рядом и осторожно поглаживал меня за плечи, успокаивая.

— Что мне теперь делать? — причитала я, отпивая из кружки. — У меня никого нет.

— Есть я, — возразил Бернард. — Есть община, есть целое королевство твоих подданных. Все будет хорошо.

— Мне страшно. И больно. Я не думала, что он… — зевнула во весь рот, — так со мной поступит.

— А ведь я предупреждал, — напомнил мне ругару. — Ты помнишь, что я говорил? Дейв — сложный человек, такого развития событий следовало ожидать. Не переживай, ты ещё юная, маленькая, все у тебя ещё будет.

Мои глаза вдруг начали слипаться, будто их клеем смазали. Помню, как Бернард забрал у меня кружку и начал укладывать меня в кровать.

— Нет, это неправильно, — попыталась сонно возразить я. Все же спать в кровати чужого мужчины — это неприлично, так нельзя. Однако, Бернард и слушать ничего не хотел. Он легко подавил мое слабое сопротивление и заставил лечь на бок. Помню, как перед полным провалом в сон ругару накрыл меня одеялом. Я ещё с грустью подумала, что так быстро заснуть невозможно, и он, должно быть, подмешал мне что-то в чай.

БАХ! БАХ! БАХ!

Я подскочила на постели, сонно озираясь по сторонам. В печи горел огонь, тускло освещая жилище Бернарда. Сам хозяин дома стоял в центре комнаты. Поняв, что я проснулась, он обернулся и приложил палец к губам, призывая меня молчать.

— Исчезни, — шепнул он. — Не выдавай себя.

За окном — непроглядная ночь, а в дверь кто-то ломится. Это нельзя назвать стуком. Удивительно, как от таких ударов деревянная дверь до сих пор цела. Поздний гость без стеснения лупил в неё кулаком что есть силы. А сила, надо заметить, была, и не маленькая.

— Я знаю, что она здесь! — раздавался снаружи разъяренный голос Дейва. — Открывай! — и снова череда страшных ударов в дверь.

Я мгновенно исчезла, а ещё заодно вскочила с постели и притаилась в углу. Не хватало ещё, чтобы в таком состоянии он заметил меня. Чего явился, спрашивается, если сам же меня выгнал?

Бернард отпер засов, и разозленный охотник тут ж ввалился в комнату, обводя все помещение грозным и каким-то обеспокоенным взглядом.

— Я знаю, что она здесь! — уверенно заявил Дейв, оборачиваясь к ругару. — Ро, выходи! — приказал он, но я лишь сильнее вжалась в угол.

— Она не пойдет с тобой, — в пример Дейву, Бернард выглядел на удивление спокойным и уравновешенным. Он чувствовал, что находится на своей территории и полностью контролирует ситуацию. — Она боится тебя.

— Не смей говорить за неё! — осадил его охотник, зло полыхнув глазами. — Ро, не майся дурью. Выходи и пойдем домой.

Я заметила, что моя верхняя одежда убрана с вешалки, да и вообще, в помещении практически нет никаких следов моего пребывания в доме. Наверное, Бернард успел все убрать, пока я спала. Только незастеленная постель напоминала о том, что кто-то в ней спал, и, судя по бодрому виду ругару, это не он. Дейв тоже заметил примятую простынь и очень опасно прищурился.

— Ро, проявись! — потребовал он. — Я знаю, что ты здесь!

— Дейв, она не пойдет с тобой, — пытался донести до него Бернард. — Розелла остается здесь, а тебе лучше уйти. Ты разбудил девочку, а она и так не в себе.

— Значит, уже знаешь, — кивнул Дейв, имея в виду осведомленность ругару о моем происхождении. — Отлично. Тогда ты должен понимать, что принцессе опасно здесь оставаться.

— Ты её выгнал, — напомнил Бернард, красноречиво выпрямив спину и сложив руки на груди. — Она не вернется к тебе.

— Это не тебе решать! — охотник грозно указал пальцем в сторону ругару. — Ро, хватит! — крикнул он в пустоту. — Выходи, пойдем домой! Хватит валять дурака!

— Ты её пугаешь, — напряженно намекнул Бернард. Я видела, что Дейв не столько зол, сколько напуган. Он явно боится того, что не может меня контролировать.

— Так пусть проявится! — охотник начал ходить по комнате и ощупывать все углы, стулья, даже кровать проверил. Хорошо, что я затаилась в углу между печкой и стеной. Сюда он пока не добрался.

— Прекрати! — терпение Бернарда лопнуло, он перестал стоять столбом и подлетел к Дейву, хватая его за плечо и разворачивая к себе. — Она не хочет идти с тобой! Ты выгнал девочку одну на холод! Не стыдно?! А теперь ещё хватает наглости приходить сюда и требовать вернуться?! Это тебе что, собака комнатная?!

— Девочку? — Дейв зацепился именно за это слово. Лицо его искривила недобрая ухмылка. — Эта девочка завтра станет моей женой. Мы поругались, сказали друг другу лишнего, с кем не бывает! Не вставай между нами, — он скинул руку Бернарда со своего плеча и обратился ко мне более спокойно и адекватно: — Ро, я был не прав. Пойдем домой. Пожалуйста.

Нет. Я не произнесла этого вслух, но все мое существо вопило: «Нет!». Нельзя идти с ним, нельзя поддаваться на эти эмоциональные уговоры. Бернард прав, Дейв относится ко мне как к собаке. Захотел — выгнал на мороз, а потом передумал и потащил за поводок обратно. Я не согласна на такие отношения. Либо мы на равных, либо каждый по отдельности.

— Вот видишь, она не хочет, — пожал плечами Бернард. — Уходи. Придешь, когда успокоишься и подумаешь.

— Я не уйду без неё! — уверенно заявил охотник, зыркнув в друга глазами. — Ро, я тебя умоляю, вернись!

— Она не хочет к тебе возвращаться! — повысил голос ругару. Похоже, ему надоел этот цирк. — Покинь мой дом!

— Я уйду только вместе со своей невестой! — гаркнул в ответ Дейв.

— Розелла, — вдруг обратился ко мне Бернард, продолжая смотреть на своего друга злым взглядом, — если ты хочешь пойти с ним, просто проявись. Если хочешь остаться у меня, то стой где стоишь.

Я замерла, всем существом понимая, что сейчас нужно принять важное решение. Если уйду с Дейвом сейчас, то Бернард уже никогда не примет меня обратно. Могу ли я допустить такое? Охотник уже не раз демонстрировал, что привык принимать решения в одиночку, не советуясь со мной. Одна его выходка с требованием выкупа у Изидора чего стоит! А ведь он даже не раскаялся и не считает, что поступил неправильно. Что ещё я должна буду стерпеть? Что еще он учудит, не слушая никого вокруг? Нет, в данный момент вернуться к Дейву я не могу. Нам нужно пожить отдельно.

Охотник начал озираться по сторонам, ожидая увидеть меня, но быстро понял, что я не собираюсь к нему возвращаться. На несколько секунд его лицо исказила гримаса боли, но он быстро подавил свои эмоции, надев на лицо странную пугающую улыбку.

— То есть ты хочешь сказать, что теперь она будет жить здесь? — спросил он у Бернарда, опасно подавшись вперед. Я не очень хорошо в этом разбираюсь, но что-то мне подсказывало, что вот такая поза у мужчин означает подготовку к драке.

— Она так хочет, — не без удовольствия ответил ругару.

— Девочка, — нервно процедил Дейв, — будет жить в доме монстра. Звучит как дурацкая сказка.

— Здесь её хотя бы не обидят, — уверенно произнес Бернард, — и не выгонят.

— Но зато её могут съесть, — в том же тоне отвечал ему Дейв. — Неужели Ро предпочтет быть съеденной, чем жить со мной? — он обвел комнату вопросительным взглядом, явно адресовав его мне. — А? Персик? Ты их как ешь? — вдруг обратился он к Бернарду. — Заживо или сначала убиваешь? А мясо маринуешь? Ты её живую маринадом намажешь или сначала придушишь?

— Заткнись… — ругару начал по-настоящему злиться. Он, всегда спокойный и рассудительный, вдруг приобрел сходство с диким животным. Черты его лица не изменились, но глаза вспыхнули пугающим алым огнем. Это выглядело невероятно жутко и страшно. Теперь я отчетливо увидела: передо мной настоящее чудовище, подлинный монстр из страшных сказок. Однако, Дейв не впечатлился и продолжил доводить его:

— А готовить будешь или так, сырую сожрешь? Разрежешь на части и будешь обгладывать кости одна за другой? Или сначала сваришь? А может, порубишь на фарш и испечешь пирог?!

Бернард потерял контроль над собой и резко схватил Дейва за горло, прижимая здорового взрослого мужчину к стене. Ещё через секунду он одной рукой (!) оторвал его от пола и поднял. Охотник начал хрипеть, синеть, задыхаться, и я больше не смогла стоять в стороне.

— Не надо! — бросила к ним, проявив себя, и схватила ругару за твердую как камень руку. — Отпусти его, прошу тебя, Бернард! Пусть идет!

Удивительно, но он меня послушал и ослабил хватку, поставив охотника обратно на пол.

— Пошел вон из моего дома! — прорычал Бернард, схватил синего, не пришедшего в себя Дейва, за шкирку и как щенка выбросил во входную дверь. Я лишь смогла увидеть, как он упал на сырую землю и пытался отдышаться. Ругару с силой захлопнул дверь и отошел в сторону. Резким движением он распахнул небольшой шкафчик и вытащил оттуда пузатую бутылку. Если я не ошибаюсь, в таких обычно хранят коньяк.

Бернард налил себе рюмку и залпом выпил её, затем ещё одну. Я находилась в состоянии шока, испугалась этой их маленькой драки до дрожи в коленях. Забыв о приличиях, подошла к ругару, налила себе стопку и опрокинула её в себя. Обжигающая жидкость привела в чувство. Рот и горло приятно опалило, оставляя после себя сладкую кислинку. Бернард удивленно посмотрел на меня, неодобрительно хмыкнул и спрятал бутылку обратно, от греха подальше.

Я не боялась его. Ругару спрятал свои пугающие алые глаза и теперь выглядел как обычный человек. Лишь смущение в его глазах и виноватый взгляд напоминали о вспышке гнева. Я не могла осуждать его за эти эмоции. Дейв говорил ужасные вещи, за такое любой бы ему врезал. У меня кровь в жилах стыла от того, что я услышала. Убийство, маринование человеческого мяса… Б-р-р! Поверить не могу, что Бернард способен на такое.

Судя по звукам, Дейв смирился с моим отказом возвращаться и ушел. Что ж, так оно и лучше. Не знаю, как нам теперь общаться, но если бы он начал ломиться в дверь, у меня бы началась истерика.

— Не бойся, я тебя не съем, — зачем-то сказал Бернард, отворачиваясь. — В тебе слишком мало мяса, одни кости.

— Что?! — воскликнула я возмущенно. Его слова ни капли не напугали меня, только обидели. То есть единственная причина, чтобы меня не есть — это мое телосложение?!

— Ну, это я так, чтобы ты не пугалась, — пожал плечами он, виновато посмотрев на меня.

— А ты ел людей? — задала я вопрос, на который давно хотела получить ответ.

— Три раза, — сразу ответил он, ничуть не смутившись, но продолжая смотреть в сторону. — Двое убили моих родителей, а третий изнасиловал в лесу девочку твоего возраста. Ещё есть вопросы?

— Извини, — с болью выдохнула я, положив руку на широкое плечо. — Я не знала.

— Все нормально, — пробормотал он. — Я никогда тебя не трону, не переживай.

— Я тебя и не боюсь, — с улыбкой ответила ему. — Спасибо, что приютил. Если бы не ты, пришлось бы ночевать на улице.

— Иди спать, принцесса, — устало выдохнул Бернард. — Отдам тебе свою кровать, так и быть. Сам буду спать на печи.

— Если тебе неудобно, то не нужно, — тут же напряглась я, потому что в голосе ругару проскользнуло едва заметное сожаление. — Я могу спать на печке. Мне неудобно занимать твою кровать.

— На печке жарко, — предупредил он.

— Я волнуюсь за Дейва, — призналась я, покачав головой. — Как он себя поведет? Не натворит ли глупостей?

— Все будет нормально. Такие, как он, понимают лишь язык силы. Побесится, поживет сам и вернется, это я тебе гарантирую. Но случится такое событие уж точно не сегодня. Всё, отбой.

Спать в одежде неудобно, и я смущенно попросила Бернарда отвернуться, пока я переодеваюсь. Ужасно неудобно, но делать нечего. Я быстро накинула ночную рубашку, забралась на подготовленную постель на печи и заснула.