Глава 11

На минуточку!!!

На минуточку, чтоб его!!!

Я как всегда проснулась еще до колокола.

Проснулась и ничего не поняла.

Слишком темно и подушка какая-то жесткая, и…

...не подушка это вовсе, а Лагранж.

Мы лежали в обнимку, накрытые вторым покрывалом. Огоньков уже не было, а рассвет еще не успел толком забраться в чердачный люк.

Я уснула. Я уснула прямо тут! А этот коварный тип, вместо того, чтобы меня разбудить, накрыл нас покрывалом и задрыхся сам!

С трудом выпутавшись из тяжелых объятий, я рывком села и покрутила головой, пытаясь прислушаться к происходящему внизу и снаружи.

Боже! Который час? А если я все перепутала и колокол уже прозвенел? Вдруг я не услышала? Вдруг там уже полный коридор преподавателей вперемешку с воспитанниками, а мы тут! Что же делать?

— Лагранж! — я отчаянно потрясла парня за плечо.

Даниэль поморщился, что-то пробормотал неразборчивое, не открывая глаз и попытался схватить меня и утянуть обратно.

Я зашипела, извернулась, шлепнула по наглым конечностям и только тогда встрепанная светловолосая голова соизволила приподняться, сонно щуря глаза.

— Лали?..

— Ты почему меня не разбудил?!

— А должен был? — Он мотнул головой, протер глаза, а потом сел и с хрустом потянулся, и оставалось только порадоваться, что в это совместное пробуждение верхняя одежда на нем все же имелась. Бедные, бедные мои девичьи нервы…

Так. Стоп. Не отвлекайся!

— Да, должен был!

— Ну откуда мне было знать, что ты любишь просыпаться еще до подъема?

— Не сейчас! Ночью!

— Ах ночью… — протянул Лагранж и задумчиво взъерошил лохмы. — Зачем?

Зачем?!

Нет, вы посмотрите на него! Зачем!

Я вскочила, кое-как одернула одежду, пытаясь привести ее в подобие порядка. Что у меня на голове — лучше не думать, это страшно. Подлетела к люку, ведущему вниз.

И замерла перед ним в нерешительности. А если…

— Там никого нет. Еще рано.

Я обернулась. Даниэль сидел, пристрои локти на колени и смотрел на меня с улыбкой.

— Тогда я пошла, — буркнула я, отчего-то опять краснея. — Пока.

Потянула на себя крышку и принялась спускаться. На середине лестницы, когда моя голова еще торчала из люка, я все же взяла себя в руки и подняла глаза на парня, так и не сменившего позу.

— Спасибо за конфеты. И… за все.

И унырнула, не дожидаясь ответа.

Быстрее, быстрее, быстрее. Только бы добежать до себя и ни на кого не наткнуться!..

Даниэль

Когда серебристая макушка скрылась с глаз, а крышка люка хлопнула, отрезая меня от Невидимки и внешнего мира, я упал обратно на подушки и прикрыл глаза. Нет, доспать все равно бы не получилось — в своей очаровательной панике Лали растолкала, разбудила и подняла все, что можно было растолкать, разбудить и… поднять.

Какой уж тут сон.

Но и бежать куда глаза глядят, лишь бы подальше, как некоторые суматошные девочки, я не собирался.

Пока была возможность, хотелось полежать и растянуть это время до возвращения туда, в обычную жизнь, где нужно делать вид, что меня совершенно не волнует присутствие рядом одной седой девочки. Что мне не хочется с ней разговаривать. Что мне не хочется к ней прикасаться. Обнимать. Целовать. Тискать как смешную ворчливую плюшевую игрушку.

Ворчливую — но все равно мягкую.

Лали-Элалия…

Ладно, Даниэль. Полежал — и хватит. Тебе еще убирать следы несанкционированного пикника.

Я встал, потянулся всем телом, скручиваясь и потягиваясь одновременно, так, что напряглись все мышцы, и связки, кажется, затрещали. Расслабился. Скрутился-вытянулся в другую сторону, замер на несколько секунд, прислушиваясь к ощущениям в напряженном теле. Расслабился.

Ладно, будем считать что за зарядку сойдет утренняя уборка.

Уносить отсюда одеяла я, пожалуй, не буду — живет во мне надежда, что они еще не раз сослужат нам с Невидимкой добрую службу. Даже если и не такую, как мне хотелось бы (ох, как хотелось!). Просто спрячу и замаскирую следы.

Все. За дело.

К завтраку Лали уже привела себя в порядок и взяла в руки, рядом со мной снова сидела Невидимка — спокойная, безучастная, незаметная. Вчера она открыто нервничала из-за моего финта с переменой мест, наверняка чувствовала, что себя выдает и нервничала от этого еще больше. Но когда стало понятно, что никто не связал меня с ней — успокоилась.

У меня навыка сливаться с окружающей обстановкой не было. Даже не глядя, я ощущал ее присутствие рядом всем телом, и оно жгло. Приятно, но жгло.

Зря я дал ей обещание — находиться рядом и делать вид, что ничего нет, это пытка.

А не давать — тоже было нельзя.

Наверное, было бы разумным вообще перестать появляться на занятиях, а пересекаться только в свободное время.

Да, это было бы правильнее всего.

И ей спокойнее, и мне.

Подумал я, и, как идиот, все равно потащился на рунную магию.

До выходных оставалось меньше двух дней, а из-за Мирей с ее дурацким зельем, у меня на трое суток отобрали мою личную Невидимку!

Впрочем, руны я знаю так себе, а мистер Рок весьма толковый специалист, так что эта глупость хоть как-то оправдана. Расширяю кругозор!

— ...к следующему занятию вам необходимо будет подготовить лабораторную работу группами из трех человек. Не начинаем переглядываться, я распределю вас сам. Работа серьезная, имейте в виду, что оценка за нее будет занимать особое место в ведомости. Первая группа — Хэмптон, Эриндейл, Лагранж. Вторая группа…

…!

Крис, сидящий впереди, обернулся, перекинув локоть через спинку стула и смерил меня надменным взглядом. Я ответил ему вздернутой бровью — чего пялимся?

И я готов был спорить на что угодно — Лали в противоположном углу испытывала сейчас острейшее желание побиться головой о парту. А потом партой об меня.

Ну, прости, седая девочка, кто ж знал!..

Хорошо, что она хотя бы не в курсе, насколько сильна глубина наших с Эриндейлом друг к другу чувств. А то бедной девочке совсем поплохело бы.

По окончания занятия Крис направился прямиком к Лали, аккуратно убирающей принадлежности в сумку. Глухое раздражение плеснуло внутри, но я его быстро задавил и тоже приблизился.

— Встретимся в пять, на четвертом этаже учебного крыла, займем одну из аудиторий для учебных занятий. Мне нужен самый высокий балл за эту работу, Невидимка.

— Да, конечно, — Элалия не смотрела ни на меня, ни на него, сосредоточенно закрывая сумку. — Только… надо чтобы вы оба были. Мистер Рок часто меня проверяет, если узнает, что я делала работу сама, то все получат незачет.

— Понял, Лагранж? — бросил мне Крис. — Не опаздывай.

“Мне какое дело до ваших оценок?” — бросил бы я, если бы это была не Лали. А так пришлось только запихнуть поглубже злость.

Пока мы с Эриндейлом играли в гляделки, седая девочка прошмыгнула мимо нас в коридор.

— Вот вам и Невидимка, отхапала себе сразу два лакомых кусочка! — звучали оттуда смешливые голоса.

— Да ладно, она не сама, Рок ее просто любит вот и решил вознаградить за прилежность!

— Хм, Лали, а ты меня по рунам не подтянешь как-нибудь экспрессом?..

Дьявол.

С трудом оторвав взгляд от наглой эриндейловской рожи, по которой так и хотелось съездить кулаком, я тоже вышел.

Ладно, по граблям разгуливать не будем. Занятия отменяются, займусь-ка я лучше до пяти своей отработкой. Глядишь под чистку школьного оборудования и нервишки поуспокоятся…

Но какая тварь, а?

“Мне нужен самый высокий балл, Невидимка!”

Приказным тоном. Она тебе обслуга? Нужен — иди и учи!

Сел на шею безответной девочке и ножки свесил. А еще мужиком себя считает.

Тьфу.

Пожалуй, это будет самая сложная в моей жизни лабораторная работа…

И вовсе не потому, что я плохо разбираюсь в рунной магии.

Элалия

Учебный процесс в Горках — занятие крайне всесторонне образовательное. На рунной магии, например, я выяснила, что вчера в столовой у меня был вовсе и не инфаркт даже. Инфаркт у меня сегодня.

А я еще так гордилась тем, что за завтраком чувствовала себя относительно спокойно. Мелькнула даже крамольная мысль, что это может даже и неплохо, что он рядом сидит. Во-первых, смотреть на меня ему так сложнее, а во вторых…

Тепло все же как-то от этого.

Приятно. Куда приятнее смотреть как Мирей строит ему глазки, нежели как она на нем висит и чуть ли не залезает на колени. И за широкими плечами меня в моем углу еще меньше видно.

Сплошные плюсы словом, и чего я переживала?

А потом пришли они — мистер Рок с его оригинальными распределениями и инфаркт.

Ну почему именно он, мистер Рок? Ну вы же меня с ним видели и подозревали страшное! Вы бы только знали, как я оправдываю ваши худшие опасения! Зачем в одну команду ставить, и толкать способную ученицу в бездну разврата и все такое?

А если еще Крис к нему цепляться начнет?..

На самом деле я хорошо знала преподавателя и догадывалась, какой логикой он руководствовался. Полагаю, он тоже знал, что Крису нужен этот балл, и что я его на него вытяну. А Лагранж со всем его багажом в рунах почти ни бе, ни ме, зато к новым знаниям тянется, и лучше пристроить его к кому-то толковому, чтобы польза была.

Но мне от этой логики было не легче!

На четвертый этаж к пяти часам я плелась как на каторгу.

16.1

Оба парня были уже там, подпирали стены по разные сторона коридора и делали вид, что они друг для друга предметы интерьера.

При моем появлении, Крис кивнул и зашагал к третьей учебной.

— Там свободно, я проверил, — бросил он через плечо.

Поравнявшись с Даниэлем, я улыбнулась ему, немного смущенно, а он задел костяшками пальцы моей руки, на короткое мгновение подцепив мизинец своим мизинцем.

В животе остро и сладко екнуло, по нервам ударила очередная порция адреналина, сердце панически заметалось в грудной клетке, напоминая что оно в инфаркте и ему столько адреналина вредно!

Но в аудитории, когда мы сели за широким удобным круглым столом, вытащили рабочие материалы и учебники, обложились ими, я почти успокоилась.

Все хорошо. Сейчас я все быстренько сделаю, ткнув мальчиков носами в важные моменты для запоминания, на случай если мистер Рок будет проверять, и мы разбежимся.

Все хорошо.

Даниэль изучил задание, задумчиво поскреб лоб.

— Тут четыре задачи, по одной на каждого и одна сводная, из результатов трех. Лали, ты какую берешь?

Э… все четыре? Серьезно, это же куда быстрее и проще и по времени и по затраченным усилиям!

Нет, ну, конечно, если ему так хочется погрызть гранит науки, пусть ковыряется.

— Мне все равно, а ты какую хочешь? — дипломатично выдавила я, понимая, что от меня ждут ответа, Лагранж задумался, и я решилась подсказать: — Самая простая — вторая. Тебе нужно будет только понять принципы взаимодействия классических рунических комплексов группы “вода”, согласно им сделать выводы о том, какой результат дадут представленные сочетания, убедиться в своих теоретических выкладках, сделать пометки о разночтениях, если таковые возникнут, а затем составить собственный комплекс с требуемым в задаче результатом. Про принципы информация вся есть здесь…

Я взяла Лагранжевский учебник и торопливо прошелестела страницами до нужной главы. Потом взяла собственную методичку из дополнительной литературы.

— И здесь хорошо информация подана. Конкретных описаний сочетаний ты нигде не найдешь, собственно, поэтому это и задача. Но тут правда ничего сложного, просто теория и немного логики.

— Хорошо, — кивнул Даниэль, забирая у меня обратно литературу.

Я чуть-чуть улыбнулась, радуясь, что тут все прошло гладко, и тоже принялась за работу. Почти принялась.

— Эриндейл, а ты?

Ну заче-е-ем?..

— Что я?

Крис, уже успевший, пока мы переговаривались, создать вокруг себя видимость активной работы, вольготно откинулся на спинку стула и, вытянув ноги, изучал потолок, размышляя чем бы заняться, чтобы не сильно скучать. На вопрос Даниэля он сначала вскинул брови, а потом почти сразу изобразил на лице активное понимание:

— А, задачи! Я, в отличие от тебя, Лагранж, не собираюсь усложнять Невидимке жизнь своими косяками. Это ей потом проверять, исправлять, состыковывать… кому оно надо?

Я буквально шкурой — пупырышками на руках и мелкой дрожью по позвоночнику ощутила, как Даниэль напрягся.

Не надо! Взмолилось все внутри. Пожалуйста, не надо! Все нормально, и это действительно проще.

— Любопытно, что будет с твоим высшим баллом, если Рок узнает, что ты ни хрена не делал.

Внутри екнуло уже совершенно ни разу не приятно.

— С чего бы это? — наигранно удивился Крис. — Я работал в поте лица, Лали подтвердит. Правда, Лали?

Два взгляда скрестились на мне. Один — выжидающий, второй… растерянный, пожалуй. Кажется, такого хода от Эриндейла кое-кто не ожидал. Я не выдержала и уткнулась в книгу:

— Давайте уже работать, чтобы до ужина успеть…

В аудитории воцарилась относительная тишина. Шуршали страницы книг, черкали по бумаге карандаши и ручки, поскрипывал стул, на котором покачивался Крис, развлекающий себя игрой в настольный теннис со стеной — вместо шарика магический сгусток света, вместо ракетки ладонь. Даже если преподаватель зайдет, ничего криминального — разве нельзя сделать маленькую паузу, чтобы разгрузить закипающий от ваших рун мозг?

Казалось бы, все тихо, но спокойно мне не было. Я косилась на Даниэля, и понимала, что в нем закипает злость. На Криса. Но и на меня, наверное.

В конце концов, это из-за меня за Эриндейлом осталось последнее слово.

Не думаю, что он надеялся на то, что я выступлю с ним единым открытым фронтом. Но, наверное, он просто не ожидал, что мои методы взаимодействия с местным социумом вступят в конфликт с его методами.

Что все будет так сложно.

Я пыталась сосредоточиться на задании и полностью отгородиться от происходящего, но не получалось. Глаза почему-то щипало.

Когда я передала Крису часть записей, чтобы он занес их в свою работу, Даниэль проводил это действие таким взглядом, будто хотел закопать Эриндейла в песок с головой голыми руками.

— Тебе помочь? — спросила я, чтобы переключить его внимание.

Парень сначала машинально мотнул головой, а потом вдруг повернул ко мне свою тетрадь.

— Все верно?

Я подсела поближе.

— Да, отлично. Вот тут только ты неправильно трактуешь. Видишь, здесь руна перевернута, а значит…

Скрипнула дверь, мы дружно вскинули головы. Мистер Рок сначала окинул нас взглядом, потом молча обошел стол по кругу, заглянув каждому через плечо, похмыкал одобрительно и ушел. Когда за ним закрылась дверь, я облегченно выдохнула…

Крис с довольной рожей выдернул из учебника мой листок, с которого списывал, художественно украшая страницу зачеркиваниями и помарками.

— Не забудь только в тетради как в прошлый раз, — машинально напомнила я.

И тут же над ухом прозвучал полный ядовитого раздражения голос:

— То есть ты мало того, что трус и лодырь, так еще и тупица?

— Чего-о? — лицо Криса вытянулось, он мгновенно перетек из расслабленного положения в боевое.

— Того! — презрительно плюнул Лагранж. — Как только у таких достойных людей, как твои родители, выросло такое ничтожество. Не удивительно, что они тебя сюда сослали.

У меня сердце рухнуло в пятки. В глазах Криса полыхнуло бешенство, а с этим бешенством зазвенели стекла и тоненько задрожал стол под моими пальцами.

— Молчал бы ты про моих родителей Лагранж, — процедил он ледяным тоном. — Моя мать по крайней мере себя не травила, чтобы только не видеть своего выродка.

Даниэль на запугивающие акции не разменивался и ударил без предупредительных сотрясаний мебели.

Я взвизгнула, когда магический удар отшвырнул Эриндейла назад, но каким-то чудом он устоял на ногах, увернулся от второго удара, принял на щит третий…

Отскочив как можно дальше, я вжалась в стену, вытаращив глаза. В висках стучала паника — и на этот раз я бы по собственной доброй воле позвала преподавателей, но дверь — на противоположной стороне боевых действий.

Удивительно, но бой шел почти бесшумно, один раз только прогрохотал стул, который Крис попытался швырнуть в Даниэля, чтобы отвлечь его внимание. Сверкали вспышками щиты, искрили столкновением силы. И все это в сюрреалистичной тишине…

“Хватит! Перестаньте!” — крик неожиданно осел в горле хрипом.

Еще вспышка — щит Криса звонко лопнул, вспоротый заклинанием как ножом. Новый — в буквальном всмысле выбит из рук — парень вскрикнул и затряс поврежденной кистью.

Удар — его швыряет в стену.

Удар — подбрасывает в воздух, впечатывает в камень.

Удар — голова безвольно мотнулась, из носа течет кровь. Еще одна попытка колдовства рассыпается искрами.

Удар…

“Он его так убьет”.

Мысль в голове такая ясная, четкая. И одинокая.

Больше мыслей нет.

Я оттолкнулась от стены и отчаянным рывком, в три прыжка влетела между Даниэлем и пришпиленным к стене, как мотылек, Крисом.

Удар.

Кажется, в последний момент, Лагранж что-то все же успел сделать, и заклинание прошло по касательной, ударив в плечо и рука мгновенно мерзко онемела до кончиков пальцев. Я пошатнулась, но даже не упала.

— Ты дура? — рявкнул Даниэль, и за яростью в его голосе мелькнул испуг.

— Это я-то дура?! — ощерилась я в ответ, чувствуя, что...

Что...

Что вот-вот зареву, что мне плохо, что с меня хватит, хватит, хватит!

— На себя посмотри, придурок! Какого беса ты с цепи сорвался? А если бы ты его убил?! — меня трясло от пережитого страха, и я орала на Даниэля, впервые за долго время орала — и не могла остановиться.

Магический карцер. Не на пару-тройку дней — на долгие месяцы разбирательства. Выпускают — только на обследования к магам-психологам. И если становится совсем плохо. Но потом возвращают. Дознаватель, адвокат, раз в неделю — один из родителей. Обоих сразу нельзя. Другие визиты запрещены.

Рассказы Адриана всплыли в голове болезненно остро, невыносимо.

От этого его даже отец бы не защитил — от разбирательства!

При мысли о том, что с ним, с Даниэлем, все это могло случиться, что его могли запереть в безмагической клетке, отчаяние захлестнуло меня с новой силой, и прорвалось болезненным криком:

— Ты хоть иногда можешь соображать, где находишься?! Здесь тебе не Королевская Академия!

Даниэль слушал меня с каменным — каменеющим! — лицом. Молча.

И только в последний момент брезгливо бросил:

— Да уж. Здесь не Академия.

Развернулся и ушел, не потрудившись грохнуть дверью о косяк — он ее даже не закрыл и от порыва ветра та закачалась на петлях протяжно поскрипывая.

Я осталась стоять, хватая ртом воздух. Сжимая кулаки. Кулак. Левую руку так еще и не отпустило, она болезненно ныла, покалывая иголочками.

Идиот!

Я зло притопнула ногой, тряхнула волосами. Внутри бурлило и кипело.

Но только когда сзади раздался какой-то сдавленный звук шевеления, я вдруг вспомнила, что в аудитории мы были не одни.

Обернулась.

Рухнувший на пол Крис кое как принял сидячее положение. Вид — измочаленный, кровь носом. Он вызвал у меня прилив не жалости, а глухого раздражения.

— В медотсек? — сухо осведомилась я, понимая, что голос звучит совсем не так, как раньше.

Эриндейл ожидаемо отрицательно мотнул головой.

Раздраженно сдув волосы с лица, я приблизилась, опустилась рядом на колени. Вскинула руки. Тело действовало само. Я как будто со стороны наблюдала, как кто-то очень похожий на Лали Хэмптон проводит диагностику, убеждается, что ничего смертельного Лагранж сделать все же не успел, запускает необходимые исцеляющие заклинания. Уверенно. Четко. Без сомнений. Без сбоев.

И только когда мой арсенал медицинских навыков был исчерпан, нахлынуло опустошение. Нужно было подняться, собрать вещи, уйти к себе. Лабораторную никто не отменил, да и помимо нее и другие задания есть…

Я продолжала сидеть, сложив руки и уставившись в пол.

Пока не почувствовала на себе чужой пристальный взгляд.

Подняла голову.

Крис смотрел на меня так, будто впервые в жизни увидел.

Я опустила ресницы, отворачиваясь. Сил не было даже на то, чтобы бояться и переживать, что он там подумал.

Эриндейл медленно поднялся.

— Спасибо, — прозвучало откуда-то сверху, я только кивнула, но Крис все равно не торопился уходить. — Лабораторку завтра доделаем?

— Я сделаю, — равнодушно отозвалась я.

А он все равно стоял над душой.

— Как твоя рука?

Я заторможено посмотрела на левую ладонь, сжала и разжала пальцы — отпустило. Я даже не заметила когда.

— Нормально.

— Дай посмотрю, — он тронул меня за плечо и я дернулась, отстраняясь.

— Не надо, все нормально. Иди.

Крис тем не менее постоял еще несколько мгновений, словно хотел что-то еще сказать. Но потом все же собрал свои вещи и ушел, слегка прихрамывая.

Только тогда я тоже поднялась, чувствуя себя так, будто сейчас развалюсь на кусочки. Подошла к столу, беспорядочно затолкала в сумку книги и тетради. Перевела взгляд на вещи Даниэля, оставшиеся лежать на столе.

Надо ему отнести.

Губы затряслись.

Дура.

Ты хоть сама соображаешь, чего ты ему наговорила?

Все же нужно было не так сказать!

Не “ты его чуть не убил”, а “что с тобой было бы, если”. И не “тут тебе не Академия”, а “соизмеряй силы, ты забыл, что тебе тут равных нет”. И вообще все не так. Я же за него, дурня, испугалась. Хоть драку он и первый начал, это Крис сделал подлость. Сказал. Нельзя так про смерть матери, это гадко и все равно что удар под дых.

Я аккуратно сложила принадлежности Даниэля в сумку. Свою повесила на плечо, его — сгребла и прижала к груди и медленно побрела в свою комнату.