Глава 29

О господи…

Мне надо было догадаться. Кто тут из нас всех самый сумасшедший.

Бьёрн что – думает, он бессмертный?! Судя по всему, да.

Старуха очень быстро оправилась от первого шока, и в повелительном жесте взметнулись морщинистые руки. Мгновенно повинуясь приказу госпожи, стальные острия, окутанные голубоватой магической дымкой, сменили цель. Ею было теперь другое сердце. Спокойно бьющееся, судя по мимолётной улыбке превосходства, которую я увидела на губах у мужа. Тогда как моё готово было выпорхнуть из груди от страха за него.

- Это правда? – вкрадчиво проговорила королева, обращаясь ко мне. Её стража застыла в неподвижном ожидании следующего приказа.

- Чистая правда, - подтвердила я. – Простите, что не сказала сразу. Я испугалась вашего гнева. Мне нет прощения. Если хотите кого-то наказывать, наказывайте меня.

- Пусть попробует. Последствия не понравятся, - холодно проговорил Бьёрн.

- Магия невидимости… - белая как мел, Асура рассматривала моего мужа, как диковинного опасного зверя. – Столько слышала о ней, но никогда не сталкивалась!

В её глазах плескался страх, которого она не сумела скрыть.

И всё же она сама не воспользовалась ледяной магией для своей защиты! Я вдруг подумала, что королева асов лишь строит из себя великую. А на самом деле маг посредственный, и к старости, видимо, совсем растеряла умения, даже если они и были. Иначе уже бы применила. Когда речь о прямой угрозе, такие вещи происходят инстинктивно. Если есть что применять.

Зато над стражами в воздухе начинало формироваться знакомое облако. Снежные пчёлы. Сердце у меня окончательно ушло в пятки. Воспоминания об этом мерзком, леденящем кровь звуке хрустального перезвона будет преследовать меня, наверное, до конца жизни. Я тихонько взяла Бьёрна за руку. Он крепко сжал в ответ, невольно заряжая своей уверенностью.

- Кто бы ты ни был, темноволосый маг, ты явился в Гримгост без приглашения! – в голосе Асуры сочился яд.

Фенрир, хватая воздух раскрытым ртом и прижимая руку к груди, прохрипел:

- Это… Бьёрн из Ночных стражей! Старший… сын правителя Таарна. Их род владеет секретом магии невидимости… испокон веков.

Я подхватила:

- Так что Белый волк ни в чём не виноват! Пожалуйста, не мучьте его больше! Никто не смог бы помешать такому человеку попасть в Гримгост, если бы он захотел!

Бьёрн добавил:

- А я очень захотел. Посмотреть, кто и зачем украл мою жену! – В его жёстком голосе вдруг сталью зазвенела угроза. Так, что даже меня пробрало. Я редко видела его таким. И он не блефовал сейчас – моего всегда уравновешенного мужа и правда, кажется, довели до белого каления. - Но так и быть, я не стану от имени Таарна объявлять Гримгосту войну и обвинять в оскорблении моей чести. Если мы сейчас решим это маленькое недоразумение миром, и вы отпустите нас с женой восвояси. Так и быть, можете даже не извиняться. Я вижу, что вы не умеете.

Старуха начала медленно зеленеть.

А я боялась дышать, не то что вмешиваться. Когда в этой спокойной горе просыпался вулкан, мне становилось страшно. Ну разве же можно злить королеву?

Видимо, Бьёрн считает, что можно.

Фенрир с трудом выдавил из себя:

– Ваше… величество! Гримгост и так обескровлен после войны с йотунами. Мы не выдержим новой…

От сгустившегося на площадке напряжения дрожал и звенел воздух.

Королева растянула губы в мёртвой и жутковатой улыбке.

- Кто тут говорит о войне? Откуда Таарну знать, что случилось с этим наглым мальчишкой. Горы суровы и опасны. Многие путники не возвращались домой из путешествий в снегах.

У Бьёрна даже мускул на лице не дрогнул. Он приподнял бровь.

- Возможно, оттуда, что я отправил домой письмо, прежде чем отправиться сюда. С подробным описанием того, что случилось. И куда лежит мой путь в поисках драгоценной супруги. Таарн воевал и за меньшие оскорбления. И можете спросить у Империи юга, чем это обычно оборачивалось для наших врагов.

Вот теперь блефует.

Он совершенно точно блефует! Когда бы он успел отправить письмо, если мчался за мной с такой скоростью? И откуда, из леса?

Но с другой стороны, откуда Асуре это знать… я постаралась принять невозмутимый вид, чтоб поддержать игру.

На лице моей бабки отразились сомнения. И Бьёрн принялся развивать успех.

- Если бы я захотел, ушёл бы отсюда сегодня же ночью так же незаметно, как и пришёл. И жену бы зельем невидимости напоил, вы бы ни за что не сумели нас заметить и остановить.

Очередной блеф. У него же закончилось зелье, он сам сказал! Я ещё сильнее сосредоточилась на том, чтоб отражать лицом полную и безоговорочную уверенность в том, что каждое сказанное моим мужем слово – чистейшая, как родник, правда.

- Но мы не стали этого делать. Фиолин не хотела бросать бабушку, не поговорив с ней. Так что цените наше доброе отношение. И давайте уже продолжим наш родственный завтрак и побеседуем о более мирных вещах. Например, о союзе с Таарном, которого вы так добивались. Я мог бы передать отцу ваши предложения на этот счет.

- Как великодушно с твоей стороны, щенок! – прошипела Асура. – На этом месте я, видимо, должна расчувствоваться? И забыть, что моя эта так называемая «внучка», которая так хотела попрощаться с бабушкой, самым наглым образом врала мне?! Да-а-а уж… видимо, грязная кровь в её жилах всё-таки даёт о себе знать. Никогда бы истинная наследница асов не опустилась до подобной лжи!

Я опустила глаза.

По лицу Бьёрна пробежала тень. Он на секунду исчез, а потом молниеносно проявился на два шага ближе к трону. Упал и разбился с жалобным звоном на сотни осколков ледяной стол. Так и не съеденный завтрак рассыпался по плитам пола. Я тихонько вздохнула. Вечно голодный ребёнок внутри меня невольно подсчитывал, сколько дней можно было бы протянуть на этой испорченной еде.

Королева отпрянула. Её губы задрожали.

А мой муж проговорил вкрадчиво, неуловимым жестом положив ладонь на гарду меча, что висел у него на поясе.

- Что ж. Не хотите по-хорошему, тогда по-плохому! Я мог убить вас этим утром, в любую минуту, если бы захотел. Да и сейчас – стоит мне снова сделаться невидимым, и у вас не будет спасения. Неужели вы думаете, что все эти клинки защитят? Может быть, лучше не стоит со мной ссориться? Меня уже начинает раздражать неласковый прием, оказанный Гримгостом. Как и ваши оскорбления в адрес моей жены. Осторожнее! Когда я заберу Фиолин, Гримгост рискует остаться без правителя вовсе.

Вот у кого инстинкт самосохранения, кажется, работал – так это у моей бабки!

Дёрнув бровью, она поджала губы и надменно посмотрела на Бьёрна. От холода её взгляда на крыше, кажется, стало ещё холоднее. Суровый северный ветер цеплялся в одежду, трепал волосы, колкими укусами снежной крошки колол чужаков, которые вздумали противиться судьбе и упрямо отстаивать своё право на счастье.

Но всё же королева небрежно взмахнула рукой, и хищные жала копий опустились. Стаи снежных пчёл растворились в воздухе, и я выдохнула.

Камень на моей груди пульсировал уже сильнее, чем моё собственное сердце. И раскалился так, что мне приходилось сжимать его ладонью, охватывая тканью одежды, чтоб не заполучить ожог. Он тоже помнит.

Фенрир, тяжело и хрипло дыша, встал на ноги.

Бросил на Бьёрна благодарный взгляд.

Мой муж неотрывно смотрел только на королеву. И пальцев с гарды меча убирать не торопился.

Я в очередной раз подивилась её самообладанию – Асура медленно опустилась обратно на трон и вольготно расположила руки на подлокотниках. Её как будто совершенно не волновала судьба несчастного стола и, по-видимому, не удавшегося завтрака. Впрочем, кажется, идея изначально была провальная.

- Значит, хочешь, чтоб я отдала тебе внучку? – задумчиво протянула она, барабаня сухими пальцами по ледяному подлокотнику.

Бьёрн вернулся ко мне и снова поймал мою руку, заледеневшую, как и вся я, от пережитого страха. Она стала греться в его широкой горячей ладони, как уставшая птица в гнезде.

Увеличив расстояние, мой муж показал, что согласен вернуться к переговорам. Атмосфера на площадке стала чуть расслабленнее. Мне показалось, даже стражники вздохнули с облегчением. Я была права – тут никто не радовался сумасшедшим приказам королевы. В здравом уме бы ни один местный не стал нарываться на новую кровопролитную войну. Из того, что я видела… асов осталось не так уж много. Если королева продолжит в том же духе, это может подорвать могущество Гримгоста навсегда. Я не собиралась оставаться в этом месте… но и не хотела его гибели.

Гримгост был как шкатулка с чудесами. Ни малейшего желания продолжать их разгадывать… но вдруг когда-нибудь кто-то сможет. Я бы хотела, чтобы в это место вдохнули новую жизнь. Он был как царство вечной зимы, всё глубже погружающей сердца асов в оцепенение. Хотела бы я, чтобы однажды сюда пришла весна.

- Вы слегка не поняли, - проговорил Бьёрн, украдкой поглаживая мою ладонь большим пальцем. – Не хочу – а забираю. Надеюсь, теперь между нами нет недопониманий и проблем с этим не возникнет.

Королева хмыкнула.

- Как я могу отпустить Фиолин, если она – единственная наследница престола? Я не имею права допустить, чтобы древний род королей прервался. Ты как наследник должен понимать такие вещи. Отпустил бы тебя твой отец, зная, что род правителей Таарна оборвётся с твоим уходом?

Вот же змея. Продолжает выворачиваться.

Бьёрн невозмутимо пожал плечами.

- Мой отец на такой случай постарался обзавестись целым выводком наследников. У них с матерью нас уже пятеро, и что-то мне подсказывает, что на этом они не остановятся. Так бывает, когда браки заключаются не по приказу родителей, а по любви.

Старуху аж перекосило.

Бьёрн всё-таки нанёс ей точный удар в самое больное место. Пусть и не мечом.

Он умеет быть жестоким, мой муж.

Бесстрастно проследив за сменой выражений на лице королевы, Бьёрн продолжил:

- Впрочем, понимаю вашу проблему. Так что, пожалуй, предложу компромисс. Фиолин я забираю в любом случае. Но… - он бросил на меня лукавый взгляд. У меня по спине побежали щекотные мурашки. Что он там ещё придумал, этот неугомонный?! – Если кто-то из наших детей в будущем захочет занять трон Гримгоста, я не стану препятствовать. Вы сами сказали, что внешностью наши с Фиолин дети в любом случае пойдут в асов. Так что вряд ли городу будет трудно принять такого правителя. Ну а вы, смею предположить, в ближайшие годы помирать всё равно не планировали. Так что дождётесь.

Та-ак.

Вот что значит, профессиональный воин.

Следующим же ударом меня тоже, сразу и в самое сердечко. На поражение.

Это что значит, мой дурацкий договор на одного ребёнка уже отправлен в мусорную корзину? Он… что же, хочет от меня много?.. И правда думает о нашем будущем вместе?

Синий взгляд на мгновение коснулся меня. С нежностью. С невысказанной просьбой – поговорим потом. Сейчас не время. Мы на поле боя. И он всё ещё не выигран.

Я собралась и постаралась сосредоточиться на лице королевы. Получалось не очень – оно почему-то всё время расплывалось.

Постукивания пальцев ускорились.

Асура молчала, и видно было, что предложение Бьёрна заставило её задуматься. Но она не собиралась сдаваться так просто. Поэтому тянула время и искала аргументы.

Снова вмешался Фенрир. Вот уж кому, судя по всему, слова Бьёрна понравились! Я прямо-таки прочувствовала в прозрачно-льдистом довольном взгляде: «плодитесь и размножайтесь, дети мои! Дядька Фенрир благословляет».

Смущённо уткнулась Бьёрну в плечо.

Фенрир принялся горячо убеждать королеву:

- Отличная идея, госпожа! Таарн – грозный сосед! Вы и сами о них немало знаете. Даже ваши предки не решались идти на них войной. Что сделает правитель Таарна, если узнает, что вы нанесли вред или оскорбили его наследника? Куда лучше заключить союз! Вы же сами когда-то искали этого союза! А что может быть прочнее, чем родственные узы?..

- Молчать! – рявкнула королева, не скрывая бурлящей внутри злости. И Фенрир дёрнулся, умолк, вскинул правую руку и прижал её к горлу, как будто его сдавил невидимый ошейник. - Ты ещё ответишь за свою дерзость! И не думай, что я всё забыла. К разговору о твоём поведении мы ещё вернёмся, пёс. А пока пошёл прочь! Не хочу тебя видеть.

Фенрир ничего не ответил. Гордо расправив плечи, медленно повернулся, и глядя только перед собой, медленно и с достоинством направился в сторону выхода с крыши. Только крылья носа подрагивали, и я могла представить, какую бурю усмирял он внутри. У меня кровью сердце обливалось от обиды за Волка. Он не заслужил такого унижения – при всех, при простых солдатах, при нас…

Но поравнявшись с нами, он вдруг подмигнул мне.

- Несмотря ни на что, вы всё ещё желанная гостья в башне Асвиндов, принцесса! Надеюсь, вы не станете держать на меня зла.

- Я буду вечно благодарна вам и вашей сестре, - прошептала я. – Ваше тепло согрело меня в этом холодном месте.

Льдистый взгляд смягчился на мгновение.

Белый волк коротко поклонился.

По дороге задержался на мгновение и положил руку на плечо Бьёрну. Мужчины обменялись короткими понимающими взглядами.

Наконец, мы с Бьёрном остались один на один с королевой, которая с раздражением следила за всем этим действом.

Я поняла по её виду, что увы, на этом ничего не закончилось.

Она откинулась на спинке трона, сложила кончики пальцев домиком и начала допрос.

- Где, кстати, вы познакомились с моей внучкой? Что это за странное место, рассадник невест, в которое как магнитом тянет наследников окрестных королевств?

Ох, мамочки. Кажется, это надолго.

Бьёрн улыбнулся и усадил меня на оставшийся целым ледяной стул. Положил руки мне на плечи оберегающим жестом. Ответил беззаботно:

– Уже не помню. Какая-то мелкая деревня, я был там проездом в своих путешествиях. Главное, что Фиолин туда больше не вернётся.

Мне показалось, что я слышу, как скрипят зубы королевы. Очередной человек ей дерзит и не желает сказать то, что она так хочет знать. Где же поселились мерзкие ваны после своего побега. Но давить на наследника Таарна она не решалась. Попыталась подойти с другой стороны.

– Как долго вы женаты с моей внучкой?

В неё тут же, без секундной задержки полетел ответ:

– Счастливые люди не замечают течения времени. Мне кажется, уже целую вечность. Уже не представляю, как жил без неё.

Я тихонько вздохнула и накрыла руку на моём плече своей ладонью.

Провались она пропадом – зависть одинокой и злобной старухи! В эту самую минуту я была так счастлива, что появилось ощущение, будто мы с Бьёрном одни тут. И нет никого вокруг, и безжалостный взгляд не пытается проникнуть нам в головы, и хищное железо не ждёт одной лишь команды своей жестокой королевы, чтоб продолжить смертоносный танец.

Я подумала, что непременно устрою мужу собственный допрос после. Что из того, что он говорит, сказано для отвода глаз, а что – на самом деле так? Спать не смогу, пока не узнаю.

- Тогда почему у вас нет детей? Или я чего-то не знаю? – вкрадчиво проговорила Асура, в упор глядя на меня.

Мысль о так и не завершённой консумации обожгла и плеснула жаром.

Жаль всё-таки, что Фенрир не пришёл попозже этим утром.

Если она узнает, что мы этого не сделали, объявит наш брак недействительным. И откажет Бьёрну в праве забрать меня – ту, кого уже считала своей собственностью.

Мне вдруг до ужаса надоело чувствовать себя собственностью. И бессловесным предметом разговора.

Я должна помочь мужу! Сколько можно прятаться за его широкой спиной? Хотя спина шикарная, что уж тут говорить… но сейчас не об этом.

Давай, Фиолин! Если ты не научишься себя отстаивать, за тебя никто не научится. Поэтому как бы страшно ни было…

Я с достоинством поднялась с места и снова встала плечом к плечу с Бьёрном. Вздёрнула подбородок и твёрдо сказала королеве:

- Это не ваше дело! Бабушка. Дети появятся, когда их пошлют нам боги.

Вернее, в моих мыслях всё звучало твёрдо. Когда я придумывала эти слова. Прозвучало… дрожащим голосом и почти что жалобно. И всё-таки – для меня практически подвиг.

На королеву я малодушно решила не смотреть. Тем более, что судя по молчанию, не только я от себя не ожидала такой смелости.

Предпочла посмотреть на Бьёрна. Встретила его одобряющий взгляд и чуть-чуть расслабилась. Как выяснилось, рано. Потому что в глазах моего мужа заплясали чёртики. Он снова поймал мою руку и поцеловал кончики пальцев.

- Но мы работаем над этим, - продолжил он мою мысль таким соблазнительно-бархатным тоном, что я решила, наверное рановато встала. Ноги стремительно превращались в желе. – И обещаю вам, миледи, - я постараюсь, чтобы у Гримгоста было из кого выбирать правителя!

Я снова не удержалась и покраснела.

На что старуха немедленно отреагировала, вцепившись в меня, будто клещ:

- Как-то моя внучка подозрительно много смущается для замужней женщины!

Бьёрн пожал плечами.

- Просто я слишком талантливо её смущаю, - он подмигнул мне. - Каждую ночь.

Ох, небо… я изо всех сил старалась не краснеть и вести себя как солидная замужняя женщина, которую уже нельзя смутить намёками на постель. Но если б мне ещё хоть кто-то помогал в этом моём светлом начинании!

Вместо этого Бьёрн медленно стёк пристальным синим взглядом по моему телу вниз.

- …по нескольку раз.

Я крепко зажмурилась. Чтоб не видеть того, что пылало на дне чёрного зрачка.

Миссия окончательно провалена. Гореть начали уже не только щёки, но и кончики ушей, и… много какие места ещё.

Я в очередной раз совершенно забыла про свою чокнутую бабку. Слишком талантливо Бьёрн меня смущает, правильно всё сказал. Ну и естественно, Асура начала ещё больше злиться от подобного невнимания к своей особе.

- Складно болтаешь! – прошипела она. - Но что-то во всём этом мне не нравится. У меня нюх на ложь. А вы, ребятки, совершенно точно не говорите мне всей правды!

Она принялась сосредоточенно о чём-то раздумывать. Тягостное молчание повисло на площадке.

Если это был такой ход, чтоб мы попытались оправдаться и тем самым выдали себя, то ход не удался. Бьёрн молчал и стоял невозмутимо, расправив плечи, как будто не он был сейчас один против стольких копий. А я невольно заражалась его уверенностью.

Видно было, что Асура никак не может решиться. Она не привыкла отступать. От одной мысли о поражении её начинает корёжить.

Бьёрн ждал всё так же спокойно и терпеливо, как будто нимало не сомневался в том, кто в этой ситуации выйдет победителем.

А я… не была так самонадеянна. Кидается чаще всего загнанная в угол гадюка.

И я стала отчаянно пытаться найти какой-то довод, который бы склонил чашу весов в нашу пользу.

Главное, чтобы сейчас старуха выпустила нас из когтей! А там поглядим. Бьёрн предусмотрительно сделал оговорку «если захотят» в отношении наших детей. Так что если не захотят, то и их она не получит. Лишь бы сейчас…

Я лихорадочно искала ещё аргументы.

Старухе ведь плевать на чувства других? Её не разжалобить чувствами. Нужно давить на корысть!

- Послушайте, бабушка! – проговорила я вдруг с жаром, так что и Асура, и Бьёрн оба уставились на меня. – Я считаю, что вам непременно надо соглашаться на предложение моего супруга! Потому что моего ребёнка от наследника Таарна получить для Гримгоста намного выгоднее, чем меня саму. Это будет очень хорошая сделка!

Даже Бьёрн посмотрел удивлённо. А старуха и вовсе воззрилась на меня в полном недоумении.

- Что ты имеешь в виду, объяснись?

Я воодушевилась и принялась развивать так внезапно пришедшую в голову мысль.

- Ведь я пустышка! Во мне ни капли магии! Ох, простите, вы не знали, бабушка? Я не успела вам сказать. Мне очень жаль, что я позорю этим древний и славный королевский род асов! А вот мои дети от такого одарённого мага, как Бьёрн, наверняка будут тоже одарёнными магами и унаследуют его способности.

Я невольно снова посмотрела на Бьёрна в ожидании одобрения и поддержки.

И… поразилась. Его взгляд стал вдруг каким-то отрешённым, непроницаемым. Он словно замкнулся в себе.

Я запнулась. Поняла вдруг. Он же мне тоже не говорит всей правды.

Я до сих пор не знаю, в чём изначально была цель его путешествия.

И я не понимаю, почему при словах о том, что наши дети унаследуют его магический дар, он реагирует так, будто… ему это неприятно.

Старуха фыркнула.

- Не может быть, чтоб от моего сына родилась пустышка, он был сильнейшим снежным магом! Если разбавить нашу драгоценную кровь всеми этими невидимыми штучками Таарна, линия снежной магии на королевском престоле может быть утеряна. Гримгост не может такого себе позволить.

- И всё же это так. Я не могу колдовать, - убитым голосом ответила я. И вовсе не тоска по несуществующему дару была тому причиной. Нельзя тосковать по тому, чего никогда не знал. Но вот реакция Бьёрна… сердце сжало дурное предчувствие.

Барабанная дробь пальцев прекратилась.

- Решено. Завтра я покажу тебя Вёльве! Пусть колдунья посмотрит и оценит твой магический потенциал.

Я очнулась от дурных мыслей и бросилась возражать:

- Но у меня совершенно точно никогда ни капли магии не было! У меня ни разу не получалось колдовать, сколько себя помню!

Старуха смерила меня цепким взглядом.

- Возможно, что-то блокировало твои магические способности. Вот и поглядим. Вёльва скажет всё, как есть. Если найдёт блок – снимет. И вот тогда я ещё раз хорошенько подумаю. Не смей мне больше возражать! Завтра в путь. А пока мне нужно отдохнуть. Вы все меня порядком утомили.

Бьёрн молча поклонился, сжал мои пальцы и потянул к выходу с площадки. Его странная сдержанность и молчаливость только добавили дров в костёр моих переживаний.

Королева жестом отправила стражу сопровождать нас. А потом Асура небрежно добавила:

- Лягу-ка я поспать, пожалуй. Мне нужна свежая голова после бессонной ночи. Завтра утром пошлю за вами. И к слову! Надеюсь, вы не станете делать глупостей и пытаться бежать под покровом ночи, как воры. Фиолин предстанет завтра перед провидицей. И точка. А если вдруг моя стража утром обнаружит пропажу наших дорогих гостей… кому-то сильно не поздоровится. Например, моему драгоценному слуге и его непутёвой сестрёнке. Я вижу, вы неровно дышите к псу. Мне кажется, вас расстроит, если с ними случится какая-нибудь… маленькая неприятность. Ступайте!

Она откинулась в кресле с довольной улыбкой и устало прикрыла тяжёлые веки.

Асура всё-таки добилась того, чтобы последнее слово осталось за ней.

Бьёрн смотрел мрачно, как напоённая снегом свинцовая туча.

- Идём, любимая! Тут стало слишком холодно. Так, что даже дышать невыносимо.

От этого слова, «любимая», которое вырвалось у него так буднично, я ощутила такое острое счастье, что стало больно дышать.

Что бы ни ждало нас завтра… мы справимся! Если он продолжит звать меня так.

И почему-то в этот миг показалось, что противостояние с королевой асов будет далеко не самым трудным испытанием.

Долгий спуск с башни окончился сюрпризом.

- Принцесса, через большой зал нельзя! Вам придётся направиться к восточному выходу из дворца! – учтивый придворный сперва запнулся, увидев чужака, но быстро восстановил душевное равновесие. Надел снова маску ко всему привычного царедворца и с поклоном, подметя краем бледно-голубого плаща пол, заставил нас свернуть в боковой коридор.

Мы с Бьёрном переглянулись. На всякий случай я инстинктивно прижалась ближе. Так было спокойней.

Придворный долго вёл нас лабиринтами переходов. Королевский дворец изнутри напоминал стеклянный муравейник.

И всюду попадались спешащие асы с озабоченными лицами. При виде темноволосого незнакомца рука об руку с принцессой и в сопровождении королевской стражи многие останавливались и долго смотрели вслед. Но затем торопливо продолжали путь.

Кажется, здесь не привыкли задавать вопросы по поводу королевских приказов. А чеканящая шаг за нами по пятам стража Асуры без лишних слов давала понять, кем санкционирована такая странная процессия.

Но всё-таки. Что за суета?

Я не удержалась и спросила сопровождающего:

- Что-то случилось?

Он отёр пот с высокого лба, украшенного обширными залысинами.

- Ничего серьёзного… но происшествие неприятное. Треснули сразу две колонны в Зале королевской доблести! Опасаются, что трещина пошла выше, в перекрытия этажей.

Зал королевской доблести… это где йотуны? А название-то какое! Небось моя бабка выбирала. Кому, как не ей? «Королевская доблесть»… доблесть простых воинов, видимо, не подразумевалась.

Я невольно поёжилась от воспоминаний о зале, который произвёл на меня очень сильное и гнетущее впечатление.

- Может, вы по ошибке ещё живых йотунов в колонны засунули? И они теперь пытаются выбраться?

- Йотуны – мертвее некуда, поверьте, ваше высочество!

Я не сразу поняла, что вот это странное обращение – «ваше высочество» - это он мне. Я раньше такое только в сказках читала. Про принцесс. А придворный меж тем, не замечая моего смущения, продолжал:

- …что-то не то со льдом! Ума не приложим, что! Лучшие маги ворожили этот лёд. Он прочнее стали, принцесса! Уф-ф… вот и пришли! Теперь прямо до конца, и вы на площади. – Он снова отёр лоб. – Позволите идти, Ваше высочество?

Он замолчал – а мне понадобился незаметный тычок Бьёрна локтем мне под рёбра, чтоб я осознала, что придворный ждёт моего разрешения.

- Позволяю! – ответила я, и стушевалась окончательно. У Бьёрна подрагивали губы. Кажется, он едва сдерживался, чтоб не начать надо мной ржать. У меня пока что не очень получалось это, как его… повелевание.

Ледяная стена расступилась перед нами, и мы вышли из полутёмного коридора на площадь.

В утренний час множество асов спешили по делам, и на Бьёрна то и дело косились с опаской. В своей чёрной как ночь одежде, с тёмными волосами – он выделяется в этом царстве снега и льда, словно чёрный ворон среди голубей. Но задавать вопросы никто не решался.

Я взяла мужа под руку. Любопытных взглядов стало ещё больше.

Бьёрн шепнул мне тихо на ухо, пока мы пересекали площадь:

- Что, и тут уже начались разрушения?

Об этом я как-то сразу не подумала. Что «и тут».

Я отвела глаза.

Вот и ещё одна причина поскорее покинуть Гримгост! Не хочу, чтоб из-за моего проклятия дворец сложился как карточный домик, подобно моей старой избушке в Долине.

Королева была права. Я и впрямь не говорила ей всей правды. Может, у меня самой магии и нету… но странные магические события окружают меня. Может, Вёльва сможет разобраться? Я поняла, что жду встречи с прорицательницей с немалым трепетом.

Стража следовала за нами до самой башни Асвиндов. Мы с Бьёрном рассудили, что в отсутствие других приказов королевы, мы имеем полное право вернуться под гостеприимную крышу Белого волка. Солдаты шли по пятам, но не приближаясь. Смотрели из-под шлемов настороженно, я буквально спиной чувствовала напряжённые взгляды.

У самого входа в башню Бьёрн вдруг остановился и резко развернулся.

Солдаты крепче сжали древки копий. Тот, что был ближе к нам, совсем молодой, побледнел, так что на его почти прозрачной коже резче обозначились веснушки.

Бьёрн смерил каждого внимательным взглядом и проговорил тихо:

– Расслабьтесь, ребята! Я вас не трону. Если будете вести себя с умом… и свой пост займёте у ворот башни. Внутрь соваться не обязательно. Я всё равно никуда не денусь. Вы слышали королеву, и она права. Я не хочу, чтобы ваша чокнутая правительница причинила вред… - он осёкся, и мне показалось на мгновение, что скажет своё привычное «Псине». – Белому волку, - с уважением произнёс Бьёрн.

Стражи переглянулись.

Веснушчатый, набравшись храбрости, выпалил:

- Под предводительством господина Фенрира мы ходили в горы к йотунам! Генерал сам не ел, а отдавал нам последний кусок, когда мы голодали. В одиночку сдерживал троих йотунов, чтоб могли отступить остатки войск в битве при Трёхглавой скале! Благодаря ему я смог вернуться к матери! Я… у неё единственный сын. – Парень переглянулся с остальными и добавил. – Раз наш генерал доверяет вам, то мы тоже.

Бьёрн прищурился. Ещё один солдат, старше, лицо которого наискосок пересекал безобразный шрам, добавил совсем тихо, и в голосе его была горечь:

- Если бы не приказ Её величества, мы никогда бы не подняли оружие на того, кто заменял нам отца.

Бьёрн помолчал минуту, а потом спросил:

- Как тебя зовут, солдат?

Тот вытянулся в струнку и назвался:

- Витольд! – а потом, поколебавшись, добавил: - Ваша милость.

Бьёрн приподнял тёмную бровь и внимательно посмотрел на стража:

- А ты уверен, Витольд… что вам нужна королева, которая такой чёрной неблагодарностью воздаёт по заслугам своим верным вассалам?

Я подивилась обескураженным лицам стражников. А ещё больше – тому, что Бьёрн вообще такое сказал. Он что тут, дворцовый переворот затеял?!

Но нет, кажется, ему хотелось только посеять зерно сомнения. Поэтому развивать мысль дальше он не стал.

- Подумайте об этом на досуге, - проговорил мой муж, а потом взял меня за руку и решительно потянул в сторону башни Асвиндов.

Проход во льдах призывно распахнулся сам, словно нас там ждали.

Стражники послушно остались снаружи и за нами не пошли. До меня доносились отголоски их тихой беседы. Судя по всему, им будет что обсудить этой ночью – столько впечатлений принёс визит таарнца в Гримгост. Интересно, какие всходы даст посеянное Бьёрном зерно?

А в башне нас и правда ждали.

Ледяная завеса сомкнулась за нашими спинами, отсекая дневной свет, который едва просачивался сквозь неимоверной толщины голубоватые валуны, из которых сложена была родовая твердыня Асвиндов.

Фенрир устало поднялся со ступенек прозрачной лестницы, едва завидя нас. Фигура в белом обозначилась в полумраке массивной глыбой. Волчьи глаза горели фосфоресцирующим пламенем и слегка меня пугали. От Волка исходило ощущение готовности к бою. Не с нами, и то хорошо.

- Я уж думал, больше вас не увижу.

- Как видишь, мы вырвались из цепких лап этой вампирихи, - сдержанно ответил Бьёрн. – Но в целом ситуация так себе.

- Что сказала старуха? Отпускает?

- Не сказала ни да, ни нет. Тянет время. Хочет для начала убедиться, что у Фиолин нет магии. Возможно, тогда отпустит.

Фенрир нахмурился.

- В случае с этой старой ведьмой, «возможно» - крайне ненадёжная основа для надежды.

- Что есть, - пожал плечами Бьёрн.

Волк посмотрел сумрачно. Помолчал пару минут, а потом вздохнул.

- Уходите этой ночью. Я прикрою. У меня одна только просьба будет – сестру мою захватите с собой.

- Нет! – воскликнула я. Сердце сжалось и заколотилось быстрее. Всем своим существом я ощущала, что ни в коем случае нельзя соглашаться на этот план. Кажется, Волк-таки твёрдо решил самопожертвоваться! Самому невидимая удавка на шее не позволит уйти. Но ради нас и будущего сестры он готов остаться. Даже если это означает для него неминуемую смерть.

Такую жертву я принять была не готова.

Хватит с меня… того… что когда-то кто-то… уже умер за меня.

Сознание заволокло дымкой.

«Маленькая Фиалка… не бойся…»

На плечо легла горячая ладонь, я вздрогнула и очнулась. Камень на шее жёг нежную кожу и пульсировал.

Кажется, я почти вспомнила. Но воспоминание снова ускользнуло. Только тёмный силуэт кого-то высокого и сильного. Гулкий низкий голос. Ощущение тепла и абсолютного доверия.

Мне захотелось плакать.

Бьёрн, сжимая моё плечо, проговорил тихо, не сводя с меня внимательного взгляда.

- Волк, если ты решил самоубиться, то давай как-нибудь в другой раз. Мы никуда не идём, у нас тут ещё одно важное дело. Появился шанс оживить воспоминания Фиолин. И её магию заодно. Королева собралась завтра утром отвести нас к какой-то местной гадалке.

- Вёльве?!

- Ну да. Она так и сказала.

Волк, нахмурившись, проговорил:

- Хреново, что старуха решила тащить вас туда. Что-то мне это не очень нравится! Уж лучше бы послушались и поступили по-моему.

- Где это?

- Источник Мимира.

Источник Мимира… Название полоснуло болью по сердцу и одновременно окутало теплом. Что-то важное, невыносимо родное связано было для меня с этими словами. Я снова почувствовала себя так, будто на моих глазах повязка, которая вот-вот спадёт. Я жаждала этого и боялась одновременно.

Положила руку на грудь, чтоб унять пульсацию камня. В моей ладони он согрелся и успокоился. Камень, как и я, отреагировал странно на это название. А Фенрир меж тем продолжал пояснять, я с трудом могла концентрироваться, чтоб вслушиваться в смысл его слов.

- …священное место на самой границе земли йотунов. Фактически, часть их долины, отвоёванная нами. Именно за него лилась кровь асов столько лет. Сейчас Источник временно на земле Гримгоста, и на нём поселилась Вёльва – говорит, там волшба лучше выходит. Но понятия не имею, как долго будет продолжаться хрупкий мир. Йотуны затаились в глубине чёрных ущелий, но не сдохли окончательно. А в последнее время я чую, что-то зреет в Запретных горах. Я бы на вашем месте сейчас не стал туда соваться. Так что давайте-ка, ребятки, - лучше, как я говорю, ноги в руки и дуйте восвояси…

Бьёрн посмотрел на Волка с прищуром:

- Ты погоди зубы заговаривать! И хватит уже талдычить одно и то же. Или хочешь услышать прямо – мы тебя, дурака, тут оставлять одного не собираемся? Ну, услышал. Давай теперь дальше по делу!

Волк осклабился в широкой улыбке.

- Фиолин чем-то угрожает посещение этой вашей гадалки? – не обращая внимания на реакцию Фенрира, продолжил Бьёрн. Ну что за странные люди эти мужчины… неужели так сложно признать, что нашли в лице чужака и вчерашнего врага отличного верного друга? И закончить на этом препирательства. Но им, кажется, по-другому неинтересно!

Волк оборвал его:

- Вёльва – не гадалка! Она старая и мудрая женщина. Служит уже третьему поколению правителей Гримгоста. Ей вся эта возня подковёрная вокруг придворных интриг до одного места. Королеве по большому счёту не подчиняется, всегда была сама по себе. Вряд ли она способна навредить принцессе. Но от Асуры можно ждать любой выходки. Что ещё она говорила? Как-то намекала, в чём подвох? Не может быть, чтоб она не придумала какой-то подлянки!

Бьёрн посмотрел на меня как-то странно. В полумраке башни, стены которой сочились холодом, мне вдруг стало совсем жарко. Капля пота медленно поползла по спине под платьем. Горячая ладонь с плеча переместилась мне на талию. А в голосе мужа потекли мурлыкающе-медовые нотки:

- Старуха подозрительно настырно интересовалась, как долго мы с Фиолин женаты. И почему у нас до сих пор нет детей. Кажется, подозревает, что мы ещё не консумировали брак.

Настырная рука на талии потянула меня ближе и прижала к затянутому в чёрное, твёрдому, умопомрачительно пахнущему телу. Муж смотрел подозрительно довольно, учитывая ситуацию, в которой мы находились. Я тут с ума схожу от тревоги за завтрашний день, за него самого, за Фенрира с его сестрёнкой, за прорицательницу, за погибшие воспоминания, за… а он обниматься лезет, да ещё и улыбается, как кот при виде сметаны!

Я рассердилась и постаралась отодвинуться. Руки не пустили.

Фенрир глянул на нас, хмыкнул и очень серьёзно ответил:

- Вот это плохо. Сам понимаешь, что неконсумированный брак недействителен. А я со своим нюхом безошибочно чую, как от куколки за версту разит девственностью.

Я вспыхнула, словно головёшка. Воскликнула возмущённо, пытаясь одновременно спихнуть с себя наглые руки, которые прижали меня уже сразу обе и принялись по-хозяйски поглаживать живот:

- Хватит обсуждать такие вещи, как будто меня рядом нет! Я в-вообще-то тут стою, если вы не заметили!

Руки не обратили на мои трепыхания ровно никакого внимания, продолжая своё чёрное дело.

Фенрир точно также не обратил никакого внимания на мои вопли, и продолжил будничным тоном обсуждать с Бьёрном мою девственность. Убью обоих!!

- У Асуры, конечно, моего нюха нет. Зато есть сверхъестественное чутьё на слабые места других людей, в которые можно ткнуть, чтобы сделать больно.

Бьёрн посмотрел на меня и вздохнул:

- Да уж. Никакого нюха тут не надо. У неё на лице написано. Краснеет как маков цвет каждую минуту и до сих пор жмётся от меня.

Новоявленные лучшие друзья переглянулись с каким-то странным мужским взаимопониманием. Мне это совсем не понравилось.

Фенрир осклабился ещё шире.

- Так и быть! Покараулю здесь. Ни один комар мимо не пролетит. Если ситуация накалится, предупрежу. Сестру я уже отправил вместе с котом прогуляться подальше, до кладовых. Пяти минут тебе хватит?

- Доиграешься, Псина! – рявкнул на него Бьёрн, сверкая глазами.

- Ну хорошо, хорошо, так и быть! Десять!

Бьёрн, багровея, кинул быстрый взгляд на меня.

- Малышка, ты уверена, что тебе так уж сильно дорога шкура этого придурка?

Я уже совсем потеряла нить беседы. Да о чём они вообще? Что за мания на пустом месте устраивать ссору?!

Фенрир примирительным жестом поднял обе ладони.

- Да хорошо, хорошо! Пошутить уж нельзя. Должно же быть у меня хоть какое-то развлечение в награду за хлопоты. Валите уже! Сил больше нет смотреть на это безобразие. Можете ни о чём не переживать до утра.

- Другое дело, - проворчит Бьёрн.

- А меня не просветите? – возмутилась я. - О чём речь вообще?!

Но тут ойкнула и умолкла.

Когда Бьёрн вместо объяснений вдруг подхватил меня на руки.

- С радостью просвещу, сердце моё! В подробностях и как следует. Как только скроемся от чужих слишком наглых глаз. Пойдём!

- К-куда это?

Чертята в синем взгляде не просто появились, вынырнув из тёмного омута зрачка. А принялись меня увлечённо осматривать, как будто решали, с какого боку приняться, чтобы окончательно взять в плен.

Бьёрн бодро потащил меня по лестнице наверх.

- Как это, куда? Консумировать.