Глава 16. Милана
Убираю Марка из чёрного списка. Колеблюсь с тем, что ему написать…
Ведь пошлёт с вероятностью в кучу процентов.
Да и как я вообще обрисую ему всю эту жесть? Прикреплю запись, которую скинул мне Глеб?
«Нам очень нужно поговорить, — начинаю так, и тут же хмурюсь. Уж с такой формулировкой меня точно пошлют. — Случилось кое-что серьёзное, что заставило меня пересмотреть твоё предложение», — отправляю, тут же закрыв глаза.
Сердце сразу разгоняется по ударам. Формулировка у меня, конечно, такая себе, почти деловая — но уверена, что Марк сразу поймёт, о чём я…
Он ведь этого буквально жаждет. По глазам видно. Да что там… За версту чувствуется. Даже с моим отсутствием опыта не могу не улавливать.
А я… Я серьёзно пойду на это?
Одна только мысль об этом прошибает на дрожь. И таким волнением вдруг накрывает… Это ведь будет мой первый раз.
С Марком.
Боже мой…
Я боюсь этого. Боюсь ему сдаться и отдаться — так запросто потерять себя можно, что я уже почти сделала там, на построении во время учебной тревоги. Было так горячо и стыдно…
После моего упорно сопротивления Марку я буквально растопчу свою гордость, отдав ему девственность таким образом. Не говоря уж о том, что я ни разу не готова. И это всё даже унизительно… Я всегда относилась к сексу не как к товару, а как к акту близости между любящими людьми.
Но разве я имею какие-либо права на сомнения, когда с моими родителями непонятно что происходит? Когда папа доверяет ублюдку, который готов его убить ради своих целей? Отец в больнице и явно в тяжёлом состоянии, под контролем продажных нелюдей, а не врачей. Сложно представить себе, что это за больница такая, но, похоже, у Андрея есть связи везде. А что сейчас с мамой, я вообще даже не представляю…
Я должна их как минимум предупредить. Дать им послушать эту запись — и сделать это вживую, потому что велик риск, что все их звонки и прочие способы связи под контролем врагов. Папа явно подозревал что-то такое.
Я должна выбраться из этой академии. И наверняка Марк знает, как. Просто так он мне помогать, очевидно, не будет.
Пока не отвечает… И не читает сообщение. Сердце на мгновение останавливается, когда вижу, что в последний раз онлайн он был как раз когда я его заблокировала.
Я, конечно, не знаю, как часто Марк сидит в интернете, но неожиданно мощной тревогой окутывает. Я у него не в ЧС, это точно — сообщение ушло. И уведомление о нём наверняка пришло на телефон. Неужели Марку это больше совсем не интересно?
Буквально сегодня меня этим своим «должен быть я один» припечатывал. Или его так оскорбила блокировка?
У меня нет ни времени, ни возможности гадать. Надо знать наверняка. Благо, ключ от нашей с ним совместной комнаты у меня есть — даже если Марк мне не откроет, сама смогу войти.
* * *
"Я чуть задержусь, надо уладить вопрос с пропущенными парами. Меня сейчас заметил препод, который сегодня у группы вёл", — на ходу придумываю объяснение для Андрея.
Посылать его сейчас куда подальше всё-таки рискованно. Хоть и тянет. Не представляю, как ему в глаза смотреть буду без ненависти…
Надеюсь, не понадобится. Сделаю всё, чтобы договориться с Марком сейчас. От этого зависит уже далеко не только моё благополучие.
Руки дрожат, когда поднимаю одну из них в кулак, чтобы постучать в знакомую дверь. Надеюсь, Марк сейчас там…
Слышу покашливание сзади. Чуть не дёргаюсь от неожиданности, а сердце бухает вниз. Но всё-таки разворачиваюсь…
Знакомый синеглазый брюнет. Тот самый, кому я зарядила пощёчину в один из первых моих дней в этой академии. Друг Марка, выполнявший его задание и потому нагло пристававший ко мне. Макс.
— Глеб сказал, что ты пришла на последнюю пару и тебя там оскорбляли, — неожиданно заявляет он. — Ты извини, я не думал, что ты сегодня вообще придёшь. Поэтому собирался действовать потихоньку и с завтрашнего дня.
— В смысле? — только и выдавливаю непонимающе.
Тут, блин, каждое его слово с толку сбивает! Ещё и извиняется…
— Марк просил проследить за тобой тут. Обеспечить отсутствие буллинга. Но сделать это так, чтобы никто не понял, что ты теперь под моим покровительством. Потому я собирался поодиночке с ребятами твоей группы толковать и доносить до них, чтобы вели себя нормально.
А теперь я даже слово выдавить не могу. Очень неожиданно, что Марк всё равно решил побеспокоиться за моё благополучие здесь. Видимо, чтобы не пострадала его репутация, собирается делать это через Макса.
Хотя… Разве не все в этой академии знают, что они друзья?
Вопросов по-прежнему больше, чем ответов. Хотя от такого настроя Марка в любом случае теплеет в груди. Возможно, мне не казалось, и за прошлый месяц мы хоть немного нашли общий язык? Не сказать, чтобы прям подружились, но, похоже, ему не наплевать на меня.
Не только в том самом плане…
— А Глеб? — всё-таки заговариваю я, вспомнив, что тот Максу рассказал о приёме, который ребята устроили мне.
— С ним Марк договорился, чтобы сообщал мне об обстановке вокруг тебя, — поясняет Макс. — И запись про Андрея тебе включить. Ты пока постарайся перед эти ублюдком делать вид, что не в курсе. Марку нужно время решить твои проблемы там, за воротами.
От шока только и могу, что прислониться к той самой двери, в которую стучала. Решать мои проблемы? За воротами?..
Я и так выпала в осадок от того, что Марк не только не провоцировал мою травлю, но и предпринял шаги по её искоренению. А тут ещё такое!
— Он… Ушёл из академии?
— Уйти отсюда маловероятно, — мрачно усмехается Макс. — Но Марк сбежал, да. Причём довольно быстро. Поговорил со мной и Глебом и кинулся решать дела. Просил передать, чтобы ты не делала глупостей и ждала. Что, мол, проблем у тебя тут не будет, ситуация гораздо серьёзнее ваших тёрок, так что прошлое в прошлом.
— Но зачем ему это? — не выдерживаю, а сердце ускоряет темп.
— Не поверишь, я задал ему тот же вопрос, — хмыкнув, бросает Макс. — В ответ только «так надо». Похоже, запал он на тебя. А ты это… Лучше не с Андреем живи. Соседку тебе верну. Придумаем что-нибудь, как этому ублюдку преподнести твою очередную рокировку. Благо, у нас он не ведёт, ко мне зайти вряд ли осмелится — пусть думает, будто Марк ещё в академии. Если узнает, что убежал, может о чём-то догадаться и тогда ХЗ, как будет действовать. Поэтому ты лучше с ним притворяйся, типа всё нормально, но живи отдельно.