Глава 23. Милана

Ну не могу я больше сопротивляться обаянию Марка и нашему взаимному притяжению. Та история с Полиной стала катализатором. Буквально разделила всё на «до» и «после». И, самозабвенно целуясь с Марком в ресторане, где у нас было довольно много свидетелей, я уже сознавала, что мне наплевать на прошлое, обстоятельства и многое-многое другое. Включая, конечно, и людей вокруг.

Я хочу быть с ним. Более того… Я уже с ним — Марк прав. Бессмысленно это отрицать.

И даже страшно — вдруг опять потеряю возможность вот так говорить с ним, чувствовать его прикосновения, поцелуи, возбуждение? Утопать во взгляде? Разве мне не хватило одного его раненного вида в больнице, чтобы всё в сознании перевернулось? Да даже раньше — после слов Макса о том, на что пошёл Марк ради меня…

Да, всё это довольно неожиданно превратилось для меня в потребность в нём и всё ещё выбивает из колеи, мне немого непривычно от таких перемен. Но с учётом всего, что происходило со мной за последние месяцы…

В общем, таким переменам я доверяю. И Марку в первую очередь.

Да, он по-прежнему мало говорит о прошлом, но я всё равно знаю его. Я так чувствую — да и хватает мне слов Макса, как и поступков Марка. Всему своё время, если что…

Поэтому в ресторане мы больше говорили обо мне, начиная даже с моего решения пойти на танцы. О моём благополучном детстве тоже, о том, как Марк уже начал работать с папой и о моих родителях в целом…

Об отношениях не говорили. Марк словно уже обозначил для себя, что они есть. И ставил меня перед фактом — взглядами, новой манерой говорить, поцелуями…

Мы так много целовались там, в ресторане. Мы это делаем и сейчас, когда Марк уже проводил меня до дома. И сжимает меня в объятиях возле подъезда так сильно, что даже немного больно. И голова так кружится…

Мне нестрашно, что родители могут нас увидеть. Или что кто-то из знакомых. Уверена, что папа с мамой уже давно как минимум догадываются, насколько мы сблизились с Марком. А если и нет — я готова им рассказать. Понимаю это чётко.

* * *

Но сейчас и не придётся… Вдруг вспоминаю, что их дома нет. Да, уже вечер, но папа с мамой собирались в кино на свидание. Родители всё-таки не так давно пережили целое потрясение — не только я. И, узнав, что у меня были свои планы по танцам, решили организовать что-нибудь и для себя.

Папа у меня вообще инициативный в этом плане. Часто радует меня и маму, устраивая нам отдых. А ещё это именно отец рассказал Марку, куда я собиралась… Значит, скорее всего, догадывался, что я задержусь.

— Родителей нет дома, — неожиданно для себя заявляю Марку, когда поцелуй разрывается.

Видимо, не только для себя неожиданно. Он аж застывает — улавливаю каждой клеточкой. Смотрит на меня, не мигая.

— Ты уверена? — спрашивает хрипло.

Я, конечно, сразу понимаю, о чём. Но почти растерянный Марк слишком умиляет и даже забавляет — ну настолько непривычно его таким видеть! А потому не сдерживаюсь, чтобы не поддразнить:

— Что их там нет? Да, на все сто.

Марк ухмыляется, качая головой. Потом издаёт тяжёлый прерывистый вздох, сильнее прижимая меня к себе. Сразу улавливаю его возбуждение…

И откликаюсь всем телом. Если он ещё раз спросит, уверена ли я, даже не сомневаюсь, что смогу дать прямой ответ.

Да. Только да. Ещё как да…

Но Марк и не спрашивает: снова целует меня, но на этот раз поспешно, смазано, тяжело дыша. А потом сразу тянет меня в сторону подъезда.

Что ж… После первого же свидания я сдаюсь. Сегодня ведь было оно?

Хотя неважно, сколько мы с Марком в статусе пары. Наш путь к друг другу всё равно был настолько непрост, что не покидает ощущение долгожданности момента. И оно ведь моё…​

* * *

Войдя в квартиру мы в первую очередь избавляемся от обуви и верхней одежды. Каждый от своей. Друг друга пока не касаемся — хотя в лифте Марк словно не был способен от меня отлипнуть. Жадно и жарко обжимал, касался и попы, и груди, вообще очень развязно лапал. Но ведь и я тоже давала ладоням разгуляться. И волосы ему взъерошила, и куртку наполовину расстегнула, и даже по ширинке несколько раз проводила пальцами.

Зато теперь мы оба осторожные, сдержанные. Смотрим друг на друга. А ещё Марк оглядывает мой вроде бы обычный коридор, где кроме массивного шкафа с зеркалами и обувного длинного комода толком ничего и нет.

— Твой отец помог мне с покупкой квартиры, — неожиданно заявляет Марк. — Часть денег была у меня, часть — проценты из будущих доходов у него в компании. По десять буду отстёгивать за хату.

— Хорошо, — только и выдавливаю, не понимая, к чему Марк об этом сейчас.

Точнее, смутно совсем понимаю… Ну не о том же, чтобы нам жить вдвоём?

Мысли испаряются, когда он прижимается ко мне со спины. Горячий такой… Даже после прохладной погоды почти декабря на улице. Издаю шумный прерывистый вздох. Тут же чувствую его губы на себе.

Лёгкие нежные поцелуи мгновенно заставляют меня плавиться. От ушка по шее…

Откидываю голову Марку на плечо, давая больше пространства для поцелуев. Мне слишком хорошо, чтобы думать о приличиях. Хочу ещё и ещё…

Марк, судя по всему, тоже. Вжимает меня в себя сильнее, делая то самое движение бёдрами, которое чуть ли не заставило меня застонать там, на танцах… И теперь нам можно. Мне ни к чему скрывать, что мне нравится чувствовать Марка так.

Так же, как мне в кайф, что он запускает руку мне под кофточку, всё более несдержанно засасывая мне кожу шеи и наверняка оставляя там следы.

С меня срывается стон — так громко, что всё-таки немного неловко. Сильно прикусываю губу, но уже поздно — Марк явно слышал и всё больше распаляется. Удовлетворённо мычит мне в шею, яростнее засасывая, зализывая и вдыхая мой запах. И сильнее вжимается мне в попу стояком, сделав несколько пошлых движений, имитирующих секс.

— Подожди, — срывается с меня дрожащим полушёпотом.

— Разве мы торопимся? — парирует Марк, но всё-таки замирает.

Интуитивно чувствую, что остановится, если я попрошу об этом сейчас. Но ведь не хочу… Не для этого я его позвала. У меня другая мысль бьётся в голове и тормозит слегка.

Вернее, их две.

— У нас ведь… Нет презервативов? — Боже, краснею, как школьница, говоря это.

Чувствую, что да. Щёки пылают. Хорошо, что я не к Марку лицом сейчас.

— Могу сгонять, — вздыхает он. — Или прерваться… Выбирать тебе.

Вообще я действительно доверяю Марку на все сто и не сомневаюсь, что вовремя прервётся. Но Боже… Во-первых, мы только начинаем встречаться и здравый смысл подсказывает, что нужно нормально предохраняться. А во-вторых…

Есть ведь и другая мысль, которая меня смущает и стопорит.

На мне совершенно обычное разное нижнее бельё. А ещё я только неделю назад ходила в салон на эпиляцию. Может, есть где подправить… И заодно душ ещё раз принять. А отпрашиваться для этого в ванную как-то неловко.

У Марка такой богатый сексуальный опыт, что наверняка избалован эстетикой. А смотрит на меня так восхищённо… Не хочу хоть в чём-то разочаровать.

— Да, лучше сходи, — выдавливаю тихо, мысленно благодаря его за то, что ответа ждал, а не продолжал действия, которые могли бы отключить нас обоих от реальности.

— Только обратно меня потом впусти, — ухмыляется Марк, вот только чуть напрягается при этом.

Будто и вправду допускает, что могу этого не сделать…

* * *

— Я даже дверь оставлю открытой, чтобы наверняка, — тоже усмехаюсь.

— И будешь ждать меня возле неё?

— Я разденусь в ванной и выйду оттуда. А там уж где пересечёмся, — набравшись смелости, шепчу, коснувшись губ Марка своими.

Улавливаю его сбившееся дыхание…

Убеждаюсь, что это лучшая идея. И в порядок себя привести успею, и нижнее бельё необязательно будет ему демонстрировать. Только себя…

А фигура у меня хорошая. С этим сомнений нет.

Марк жарко и жадно целует меня, сразу глубоко и сжимая мне попу при этом — а только потом выходит. Я ещё несколько секунд как отрешённая стою на подкосившихся ногах, в себя прихожу.

Сердце лихорадочно тарабанит в груди… Ну вот и всё. Сегодня я впервые сделаю это. С ним. С Марком.

С мужчиной, которого я… Да, люблю. Не так уж сложно это признать хотя бы перед собой.

Много времени ванная не занимает. Я выхожу оттуда полностью обнажённая как раз когда и вправду не запертая мной дверь открывается, впуская Марка с несколькими пачками презервативов.

— Столько мы не успеем использовать, — смешком перебиваю волнение, которое всё-таки окутывает от этого внимательного пронзительного взгляда Марка, которым окидывает моё обнажённое тело. — Родители всё-таки придут ближе к ночи…

— Я планирую забрать тебя себе, — хрипло заявляет Марк, и, не оборачиваясь, на ощупь закрывает дверь на замок.

А ведь не уточняет, в каком смысле планирует меня забрать… На сегодняшнюю ночь? Навсегда?

Звучит как второе. И этот взгляд…

Не успеваю ничего ответить, потому что Марк резко сокращает между нами расстояние и вовлекает меня в новый поцелуй. На удивление плавный и тягучий, дразнящий, от которого волна по уже голому телу прокатывается жаркая.

И как током бьёт, когда Марк касается моей обнажённой спины, медленно и плавно гладя её, но перемещаясь и ниже… А другой рукой — выше, обхватывает мне грудь, в то время как его губы скорее нежно сминают мои, расслабляющим поцелуем. Таким ласковым, что невозможно не уловить отношение Марка ко мне. И к происходящему тоже…

Сердце сжимается от избытка эмоций, я полностью растворяюсь в моменте, уже совсем не беспокоясь ни о чём.

Обхватив Марка за шею, жмусь ближе, не стыдясь своей наготы. Первой углубляю поцелуй, чуть постанывая в его губы. В ответ меня чуть шлёпают по попе, тут же гладя, а потом сжимая ту. И опять новая жаркая волна…

— Надо в спальню, — шепчу, когда наши губы всё-таки разъединяются. — В мою… Только минутку, — высвобождаясь из объятий Марка, берусь за телефон.

Я не сомневаюсь, что родители сегодня придут ближе к ночи, но решаю перестраховаться. Попросить их об этом и заодно тем самым уже закинуть удочку по поводу изменившихся отношений с Марком. Так что прямо на ходу набираю сообщение: «Вы не могли бы задержаться? Я просто пригласила в гости кое-кого…»

Этот кое-кто хмыкает, видимо, увидев написанное. Ухмыляюсь в ответ. А потом и папин ответ ещё больше разряжает обстановку: «Скажи этому кое-кому, что в таком случае завтра рабочий день начнётся с двух. Раньше я не оклемаюсь».

— Крутой у тебя папа, — довольно подмечает Марк, садясь на кровать и усаживая меня к себе на колени.

Ответить не даёт: чуть прикусывает мне нижнюю губу, потом тут же засасывает, зализывает, а потом только отпускает из плена своих губ. Правда, чтобы тут же углубить поцелуй… Поддаюсь, заёрзав у него на коленях и с удовольствием ощутив стояк.

Мне всё-таки это в кайф… И можно всё свободнее проявлять это, тем более что родители точно ничего не обломают. Всё улажено: нас не беспокоят, презервативы есть, а мой вид Марку более чем нравится. И ему можно даже ничего не говорить — я знаю наверняка.

Мне его трогать тоже нравится, как и смотреть на него. Хочу ещё и ещё… Тяну его футболку, и Марк меня сразу понимает. Чуть отстранившись, помогает мне снять её. И вот я уже вижу обнажённый шикарный торс… Но с небольшими шрамами и царапинами по нему. Некоторые явно свежие, а некоторые уже почти зажили. Да уж, очередное свидетельство непростого прошлого… А ведь Марк уже раздевался передо мной в наш первый день знакомства, но тогда я слишком смутилась, да и больше обратила внимания на татуировку.

Я и сейчас скольжу пальцами именно по ней, хотя и вниманием больше к шрамам прикована. Знаю же, что ничего мне о них Марк не расскажет по-прежнему. Он вообще ограждает меня от прошлого… При это уверенно строя будущее. Мне остаётся только довериться?

— Впереди птица с раненным крылом, — шёпотом проговариваю про татуировку.

— Ущербная, да, — ухмыляется Марк. — В подростковом периоде больше парился по своему происхождению, увидел эту картинку, захотел набить. Типа она всё равно во главе и за собой других, полноценных, ведёт. Сейчас мне уже похер на это всё, но татуху оставил.

Ну вот… Хоть какие-то слова о прошлом. Много, на самом деле, выдающие. Сердце сжимается…

Ничего не говорю, только глажу Марка по этой татуировке, потом по шрамам, и по прессу вожу пальцами. Он смотрит на движения моих рук, сильнее сжимая меня в своих. Пересекаемся взглядами… И Марк тут же с особенным напором разворачивает нас к кровати, укладывая меня. Тут же набрасывается поцелуями-засосами на шею, ниже, до самых ключиц… Чуть кусает. Целует. Сжимает в ладонях грудь, соски пальцами чуть оттягивает… Как дорвался до меня.

* * *

— Ма-арк, — само срывается у меня почти стоном.

Замирает при звуке своего имени. Ухмыляется, подняв голову так, чтобы касаться моего уха губами.

— Я реально не понимаю, каким таким чудом не трогал тебя раньше, — шепчет, обдавая жарким дыханием.

Моё от этого разом сбивается, но при этом громче становится. Уносит и от его слов, и от действий, и от всё более охватывающих ощущений. Его жадность отзывается во мне, и вот мои руки уже опускаются ниже, к поясу его брюк…

— Снять их? — хрипло спрашивает Марк, чуть прикусив мне шею.

— Да-а, — отзываюсь, хотя и хотела сделать это сама.

Но вряд ли смогу. Пальцы всё сильнее дрожат, как и всё тело. Хотя это очень приятная, отзывающаяся сладким томлением в теле, дрожь.

Марк неохотно отстраняется от меня, в считанные секунды избавившись от штанов и трусов заодно. Я бы так не смогла… Наверняка неуклюже бы тянула.

Зато теперь мы оба голые, и я даже успеваю разглядеть его член. Красивый, как и сам Марк. Весь его облик олицетворяет силу и мужественность, хотя ему и двадцати пяти ещё нет. А уже столько опыта и надёжности…

Марк быстро оказывается снова надо мной, нависая между моих разведённых ног, которые одним резким движением поставил в таком положении. Мы соприкасаемся в самых интимных местах, мы обнажены и чувствуем друг друга кожа к коже, но он при этом продолжает меня целовать. Не приступает к главному…

А я и в нетерпении, и в неге одновременно. Мы так соприкасаемся, что словно уже всё происходит. Разве что не стону ему в губы, плавясь от того, как всё более несдержанно Марк целует. Так и улавливаю, что опять пытался проявить выдержку, расслабляя меня более невинными действиями перед главным — а сорвался.

Ну так и я вовсе не против…

Стону в голос, уже нисколько не стесняясь этого, когда его губы касаются моей груди. Марк каждую часть моего тела целует и трогает так, словно именно до неё очень долго хотел добраться. До меня всей…

Языком толкает один сосок, чуть лижет, засасывает, а второй пальцами гладит по кругу. Столько приятных ощущений… Непривычных, ярких, несущих по телу жаркие волны удовольствия. И сосредотачивающихся внизу — там, где мы с Марком соприкасаемся.

— Ты… Я… — еле дышу, даже не способная в мыслях сформулировать то, что стучит в висках.

— Сейчас? — хрипло спрашивает Марк, каким-то образом всё равно поняв.

И ведь прав… Я уже от одного только трения между нами всё более влажная становлюсь, а между ног сокращается и изнывает. Даже мне, неопытной, хватает понимания, почему. Уверена, что и Марк это чувствует — зацеловать меня всю может и потом. Как и я его…

Эти мысли всё сильнее гонят кровь по венам.

— Да, — то ли выстанываю, когда его рука ложится мне между ног, то ли отвечаю на вопрос.

— Тут ещё какое да, — со смешком шепчет мне в ухо Марк, собирая пальцами влагу у меня между ног и чуть толкнув один внутрь. — Расслабься полностью.

За презервативом тянемся одновременно. Соприкасаемся руками, на что я чуть неловко смеюсь.

— Сама хочу надеть, — поясняю почему-то почти шёпотом.

— Ещё скажи, что ртом, — ухмыляется Марк. — Девственница моя…

К лицу приливает кровь — наверняка я краснею. Воображение услужливо рисует картину, как я это делаю…

— Потом, — не глядя, говорю, осторожно разрывая упаковку.

— Конечно, — довольно подмечает Марк, судя по всему, не сводящий с меня взгляда. — Столько всего успеем ещё… Ты даже не представляешь, сколько у меня по тебе нереализованных фантазий скопилось.

Прикусываю губу, доставая презерватив. Каждое его слово будоражит и смущает одновременно. Как и то, что мне предстоит.

Но под пристальным взглядом Марка не хочется мяться, тем более, учитывая, как он смотрит… Вроде бы и не касается меня больше, но как будто да. По всему телу как искорки покалывающие, приятные до одури.

Усмехаюсь, протягивая к Марку руку. Сам берёт её в свою, ставя на член, смыкая там мои пальцы. Кожа к коже получается, хотя я всё ещё держу презерватив.

— Так кончить сразу можно, — ухмыляется Марк, а его голос звучит ещё более сипло. Взгляд теперь там, где мои пальцы…

Набираюсь смелости, веду ими вверх и вниз, прежде чем зафиксировать латекс на крупной головке. Марк помогает раскатывать его, а я сильнее сжимаю ноги, потому что между них всё сильнее пульсирует от неожиданно мощного предвкушения.

Такой горячий… Большой. И трогать приятно. А как будет чувствоваться внутри?

Вот он уже в резинке, а мы с Марком снова встречаемся взглядами. Тону в блеске, который вижу в его глазах. Сильнее ёрзаю на постели, сразу подаваясь, когда меня укладывают обратно. И ноги раздвигаю на этот раз сама.

Марк дышит более шумно, когда снова занимает нужное положение. Несколько долгих секунд смотрит на меня, гладя по волосам и чему-то качая головой. А потом ныряет одной рукой между нашими телами, направляя член ко входу.

Заполняет меня одним резким глубоким движением, на что я вскрикиваю. Да и Марк издаёт сиплый полустон, замирая во мне. Такое непривычное распирающее чувство…

Боль не отталкивает. Наоборот, только добавляет остроты и реальности происходящему. Я действительно делаю это с Марком. Мы вместе… Полноценно.

Притягиваю его к себе ближе, поддаётся, целует. Неспешно начинает двигаться внутри, продолжая целовать меня: не всегда в губы, то в щёки, подбородок, виски…

* * *

Сама двигаюсь вместе с ним, чтобы перестал сдерживаться. Чувствую же, что да, Марк деликатничает со мной. Не хочу, чтобы ограничивал себя. Мне в любом случае будет хорошо…

Меня даже от одного факта, что я делаю это с ним, уносит неожиданно мощно. Знала бы, что так будет, уж точно бы не боялась, когда зажимал меня у стены.

Марк чуть увеличивает темп, отстранившись от меня так, чтобы опираться об руки и смотреть мне в лицо. Вот только какое там мне его взгляд выдерживать. Ощущения такие яркие, что то и дело закрываю глаза, выгибаюсь, стону. Один раз даже делаю это, глядя ему в глаза, и обоих от этого накрывает…

Марк тут же ускоряет темп, буквально втрахивая меня в кровать. А я стону ещё громче и протяжнее, хватаясь за его плечи и явно оставляя там следы ногтей. Как же он… Буквально все самые чувствительные точки во мне задевает. Я уже и не здесь, комната уплывает, оставляя только нас с ним во всём мире.

— Люблю тебя… — срывается у меня где-то между стонами.

Слышу это как со стороны. И тут же ощущаю, как Марк кончает, снова и снова сокращаясь внутри меня. Так остро это чувствую, что и сама следом испытываю оргазм. Да-а-а, это именно он. Волна одна за другой накатывает, лишая способности даже мыслить.

Запредельное удовольствие…

Реальность не сразу возвращается. Сначала очертания потолка, потом и моей комнаты… Тут же ищу глазами Марка: убирает использованный презерватив, ловит мой взгляд, идёт ко мне. Обнимает, укладывает себе на плечо.

— И давно так? — спрашивает слишком уж довольно.

Настолько, что сразу понимаю, о чём…

Сердце тут же ускоряет темп. Марк уже признавался мне в любви, причём первым, а я отреагировала грубовато. Поэтому неудивительно, что следующее признание было у меня. Но всё равно чертовски волнительно.

Мои первые такие серьёзные и важные слова… Я словно ничего важнее никогда и не говорила. Дело ведь уж точно не столько в ощущениях во время первого секса. И спихивать всё на них я точно не смогу, ведь поняла это до того, как мы с Марком оказались в постели.

— Не знаю, — не сразу отвечаю, придвигаясь ближе. — Не думала об этом. Столько событий навалилось… Наверное, особенно чётко я осознала это, когда увидела тебя с Полиной. Хотя нет, — тут же возражаю самой себе. — Когда впервые пришла к тебе в больницу и увидела тебя раненным.

— Это когда ты сказала, что поцеловала меня только из благодарности? — ухмыляется Марк.

— Да-да, именно тогда, — смеюсь ему в шею. Потом вдыхаю запах, тут же засмущавшись собственного жеста, на который Марк меня крепче прижимает к себе. — А ты когда осознал?

— Что люблю тебя? — он уточняет с такой лёгкостью, а у меня по телу уже мурашки бегут вслед за движениями его пальцев, поглаживающих меня. — Да я всегда это знал.

Что-то сомневаюсь я… Учитывая, что первое время Марк проявлял ко мне исключительно плотский интерес. И тот не сразу.

Вот только спорить всё равно не хочется. Хочется чуть ли не кошечкой к нему ластиться.

Это я и делаю с такой же лёгкостью, которую до этого демонстрировал только он в наших взаимодействиях. А Марк поднимает мою голову к себе и утягивает в поцелуй. Медленный, согревающий, но даже такой он получается многообещающим.