Глава 27

Одеон Комната Вейлы пропахла травами, которые обычно использовали для успокоения или очищения душ умирающих. Люди верили, что они прогоняют омманов. Вздор! Мой зверь был возмущен тем, что этот аромат окружил мою бабушку. Наверное, кто-то из клана принес их, а Каралис не подумал возразить. Из-за этого воздух в помещении был тяжёлым. Вейла лежала на высокой кровати, её лицо казалось измождённым, но глаза, едва открывшись, встретились с моими. Она выглядела так, будто постарела на несколько лет. И это меня испугало. – Одеон, – её голос прозвучал хрипло, слишком слабо для старейшины, что это заставило меня остановиться. Я сделал несколько шагов вперёд, оставляя Лиссию и Каралиса позади. Тревога, которая захлестнула меня с момента, когда Каралис сообщил, что она очнулась, лишь усилилась. Это ведь правда она? Моя бабушка? Или это игра оммана, который поселился в ее теле? Душа обычного человека давно бы умерла из-за этого паразита, но у Вейлы был шанс – частичка сиры барсов в ней. – Вейла… – я остановился, не зная, с чего начать. Моё сердце билось слишком быстро. Она попыталась улыбнуться, но в ее измученной улыбке было больше горечи, чем радости. – Как ты? – Ты видишь, какой я стала, – её руки дрожали, когда она подняла их к лицу, словно впервые замечая. – Хорошо, что твой дед не дожил до этого момента. Я тяжело сглотнула. Одна из причин почему старейшин запирали в клане, так как мы, барсы, не знали, что случится если омманы захватят их – женщин, которым мы дали частичку нашей силы. – Омман, он… – Здесь. Во мне. Я чувствую его. Я напрягся. – Он остался внутри тебя? – голос сорвался, зверь внутри меня рванулся наружу, ощутив угрозу. – Да, – её глаза потемнели. – Теперь мы делим одно тело. Я не знаю, можно ли его изгнать. – Мы найдём способ, Вейла. Мы избавим тебя от этого существа. – Пообещал я, хотя даже не представлял, как это сделать. Она тяжело вздохнула, её грудь поднималась и опускалась с усилием. – Нет, Одеон, – она покачала головой, её взгляд был полон тяжести. – Он слишком глубоко. Это не что-то, что можно просто вырвать. Но я… я могу его сдерживать. Мои мышцы напряглись, и я инстинктивно шагнул ближе. – Ты уверена? – скепсис прорвался сквозь мой голос. – Если он овладеет тобой, то… – Я знаю, что поставлено на карту! – её голос стал громче, но тут же сорвался, и она опустила голову. Моё сердце дрогнуло. Я не привык видеть Вейлу в таком состоянии. Она всегда была непоколебимой, её сила вдохновляла всех нас. – Мы не будем торопиться. Тебе нужно время, чтобы восстановиться, – сказал я мягче. Но она покачала головой. – У нас нет времени. Я слышу его. Он говорит со мной. Он жаждет связаться с другими и не знаю, как долго смогу противостоять этому. Это не закончится на нашем клане, Одеон. Если мы ничего не предпримем, другие кланы станут следующими. Я нахмурился, а внутри всё кипело. – И что ты предлагаешь? – Мне нужно пойти с тобой на встречу с вожаками, – твёрдо заявила она. – Это исключено, – отрезал я, зверь внутри меня зарычал в знак согласия. – Одеон, – она посмотрела на меня с укором, – я старейшина. Они послушают меня. Если я останусь здесь, им будет трудно понять, насколько велика угроза. – А если он возьмёт верх? – возразил я, сжимая кулаки. Она слабо улыбнулась, будто в ней больше не осталось сил для настоящих эмоций. – Я смогу его сдерживать. У меня есть частичка силы, которую омман не понимает. Она защищает меня. – Это слишком рискованно. – Но возможно другого выбора нет, – вмешалась Лиссия, её голос дрогнул от волнения. Я обернулся к ней. Её глаза светились чувством вины, хотя я понятия не имел в чем она могла себя винить. Вся ответственность лежала на моих плечах. Неожиданно Вейла неявственно дернулась, словно прогибаясь вперед. – Омман? – Забеспокоился. Она кивнула, её лицо исказилось от боли. Сжала руки, а затем снова обрела контроль над собой. – Он борется со мной. Я чувствую его, его присутствие, его мысли. Я сжал кулаки, чувствуя, как внутри меня вспыхивает гнев. Моей бабушке приходилось переживать кошмар наяву и все из-за моей наложницы и того, что я не распознал предательство. – Ты борешься, – сказал я, – и ты сильнее, чем он. Вейла горько усмехнулась, её улыбка была искажена тоской. – Я сильна, но не вечна, Одеон. Моя сила удерживает его, но это только вопрос времени. Он использует меня как сосуд и боюсь в один момент моя душа покинет это тело. – Если бы я действовала иначе… если бы лучше защищала её… предугадала… – голос Лиссии оборвался, как будто сказать это вслух было слишком тяжело. – Это не твоя вина, моя пара, – твёрдо сказал я, но она лишь опустила глаза. Её зверь не доверял Вейле. Я чувствовал, как напряжённость исходила от него, но сама Лиссия не могла сопротивляться радости от того, что старейшина очнулась. Вейла повернулась к ней, её голос был мягким, почти материнским: – Ты сделала всё, что могла. Я горжусь тобой, Лиссия. Но если мы не будем действовать сейчас, – продолжила она, – это станет катастрофой для всех. Я должна пойти с вами. Я всё ещё колебался, не решаясь согласиться. – Ты же старейшина нашего рода, – повторил я. – Тебе запрещено покидать свое крыло. – Этот запрет был создан как раз во избежание подобной ситуации. Чтобы омманы не смогли захватить тело старейшины и узнать секреты барсов. Уже слишком поздно быть осторожными, не считаешь? Пришло время нарушить запреты. Если я останусь в своём крыле, это будет ошибкой. Они должны увидеть меня, услышать моё предупреждение. – Мы должны предупредить остальных вожаков, – согласился Каралис с бабушкой. Я посмотрел на него, затем снова перевёл взгляд на Вейлу. Её слова прозвучали убедительно, но я не знал, насколько они исходили от самой Вейлы. Мой барс был настроен подозрительно. Я закрыл глаза, на мгновение погружаясь в себя, прежде чем принять решение. – Если мы сообщим об этом, они могут не поверить, – рассуждал Каралис. – Они такие же заносчивые, как и ты, брат. – Спасибо, брат, – рыкнул в сторону Каралиса, но тот просто пожал плечами. Вейла покачала головой, её голос стал слабее. – Я – ваше доказательство. Если вы доставите меня к вожакам, я смогу рассказать, но… в этом есть доля риска. – Какая? – напряжённо спросила Лиссия, её зверь затаился в тишине, но я чувствовал его готовность к прыжку. – Если омман почувствует угрозу, то попытается захватить меня полностью. Я сжал зубы, моя челюсть напряглась. – Мы найдём способ. Мы не позволим ему победить. Мы вылечим тебя. Вейла закрыла глаза, её голос стал едва слышен: – Я не боюсь смерти, моя дорогой, но я не хочу уйти вот так. Мне будет стыдно посмотреть вашему дедушке в глаза, ведь он оставил мне заботу о вас и клане, а я не справилась. – Вейла… – теперь сорвался мой голос, а Каралис отвел взгляд. – Тогда нужно спешить и подготовить все к дороге, – проговорила моя пара. Мне нравилось какой решительной она стала. Сильная. Смелая. И это не заслуга зверь. По крайней мере не полностью. Эти качестве были в ней с нашей первой встречи, но наличие барса внутри нее, позволило им вырваться наружу. Я обернулся к Каралису. – Мы отправимся к ближайшему вожаку, а параллельно пошлем весточки остальным, заставив и их навестить его. Лиссия, ты останешься со мной и Вейлой. Каралис, собери людей, которым мы можем доверять. – Уже иду, – коротко ответил Каралис, его глаза горели решимостью. Когда дверь за ним закрылась, я снова повернулся к Вейле. – Мы не оставим тебя одну. Мы разберёмся с этим, вместе. – Спасибо, Одеон, – Вейла кивнула, её глаза блестели от эмоций. – Но будь готов… к худшему. Я не ответил, лишь молча поклялся самому себе, что не позволю худшему случиться. Однако мой барс знал, что это начало конца. Никто еще не выживал, после того как им овладел омман. Чудо, что душа Вейлы осталась в теле, она пришла в себя и могла с нами говорить. Но я боялся, что скоро ее мечта встретить своего суженого осуществиться.