Глава 2 Отбытие

Киаран

Когда мы с Ингерн планировали мой «брак», я ожидал другого. Другую. Деревенскую простушку, послушную бессловесную овцу в общении и бревно в постели. Ту, что не жаль будет выкинуть из своей жизни, когда запаса выкачанных сил станет достаточно.

И поначалу Этни Бранвен Гленуэ успешно оправдывала ожидания. Она казалась мне взбалмошной избалованной девчонкой, готовой раздвинуть ноги перед первым встречным — да, не тот изначальный портрет «деревенской овцы» и «синего чулка», но подобный тип женщин я тоже не слишком жаловал.

Я ошибался оба раза. Центром ее интересов стал я, подумать только. Даже для Ингерн главной была наша цель, это меня в ней и зацепило тридцать лет назад. Поразительно редко можно встретить человека с той же системой ценностей, с теми же вкусами. С тем, кто дышит одним воздухом с тобой. Ингерн именно такая — мое полное отражение. Мы мирились с недостатками друг друга, потому что знали их у себя. Но подруга никогда не смотрела на меня… так. Скорее, это я поначалу взирал на нее, как на богиню.

На самом деле, происходящее неудивительно для молоденькой девчонки, куда хуже моя реакция на это.

И как долго вся эта пьеса будет продолжаться? Очень скоро Этни узнает мою темную сторону, и при встрече ее глаза больше не будут сиять. Почему-то думать об этом неприятно. Нет, Кир, неужели ты увлекся этой горихвосткой? Да уж, бестией, вернее будет сказать. Тело предательски отреагировало на одну лишь мысль о повторении брачной ночи. Надо поскорее вернуться в столицу, Ингерн поможет выкинуть все эти глупости у меня из головы. Я должен брать силу — которая поражает своей щедростью по отдаче — и ничего больше. Иначе, чего доброго, надумаю остепениться, отречься от силы, от амбиций, и завести ораву вечно орущей голодной мелюзги, какой были мы с братьями (к слову, нищета их всех и сгубила, довольно рано). Хорошо, не голодной, моего состояния хватит на несколько поколений, но все остальное будет в избытке. Упасите темные боги!

Наверное, если бы моя магия не отметила резерв Этни, девчонка могла спокойно выйти замуж за нормального человека вроде того белобрысого. Хруст костяного пера под рукой на секунду выдернул из размышлений. Того смазливого молодчика хотелось придушить. Свернуть шею, как цыпленку. Чтобы даже не думал смотреть на мою жену. Да, временную жену, но то, как он на нее смотрел, заставляло пальцы гореть от желания пустить в ход магию. Или просто меч. Или кулаки.

Этни

Я проснулась со счастливой улыбкой на губах. В незнакомой комнате, и улыбка слегка поползла вниз. Но вот я заметила легкий кожаный плащ с гербом Кридхеду, и сердце вернулось на место. Плащ, накинутый на лосиные рога — сердце снова подпрыгнуло к горлу, но я заставила себя успокоиться. Неизвестно, что именно я видела вчера — вдруг это всего лишь бред воспаленного сознания, от волнения перед свадьбой?

Закуталась в теплое меховое одеяло, подтянув его к подбородку и вспоминая то, что совершенно точно случилось прошлой ночью. Тело откликнулось приятной чуть ноющей болью в мышцах, а внутри я до сих пор ощущала след присутствия мужа. Киаран…

Засыпая в заботливых объятиях, я чувствовала себя самой счастливой на свете, но сейчас сквозь свежую краску на полотне моей новой жизни проглядывала чернота. То ли оттого, что я встретила утро в одиночестве, то ли по какой другой причине, меня начали одолевать противоречия. Что странно — ведь дело сделано.

В прошлый раз зацвело засохшее дерево, что будет сейчас? Король нищих говорил придержать тайну при себе. А если о ней узнают? Если магистр и вправду чудовище, способное обратить благо во зло? Нет, я не смогу жить в вечном страхе. Я пойду к нему прямо сейчас и все расскажу.

… А если он и правда Зло, то, раскрыв себя, я сделаю только хуже — ведь он, по словам Его Подземничества, захочет использовать силу для убийства. Нет, даже подумать страшно, а представить невозможно.

«Но что ты знаешь о магах?»

Бекума могла бы мне помочь.

Она бы нашла нужные слова, чтобы успокоить, заверить в беспочвенности подозрений.

— Нежишься в постели? — вот уж кому не занимать бесцеремонности. Гвендолен и Гвервил влетели в покои, как наглые воробьи в окно. Даже не постучавшись!

— Кто вам позволил войти? — мои брови поползли вверх.

— Ты, Этни, конечно, теперь леди Кридхеду, — младшая подбоченилась, — но мы все еще твои сестры.

— Но это вас не оправдывает! — поведение сестер стало последней каплей, я повысила голос, что случалось крайне редко, — а если бы я была здесь… не одна?

— В полдень? — Гвен плюхнулась на одеяло с одной стороны, Гвер с другой, благо места хватало в избытке, — да и его магичество занят во дворе, только что видели.

— Постойте, сейчас… полдень?

— Последующего дня, — обеспокоенно ввернула Гвервил.

— Ты продрыхла полтора суток, — подтвердила Гвендолен, — магистр запретил тебя тревожить, но теперь тревожимся мы. Неужели он настолько зверь в постели?

— Гвен! — старшая бросила укоризненный взгляд, — пойду скажу слугам, что ты уже проснулась. Пусть подготовят ванну.

— А что делает Киаран? — не укладывалось в голове, как я смогла настолько отрубиться. Только сейчас заметила, что на мне свежая сорочка. Он заботится обо мне.

— Со своими магами готовит портал для телепортации.

— К-какой еще телепортации?

— Для перемещения в столицу, — раздувшись от важности, пояснила Гвендолен. Наверняка ее лично просветил краснолицый ухажер — или кто он ей? — милорд сказал, что дорога нынче опасна и утомительна. Все-таки тебе очень повезло с мужем, — сестра мечтательно закатила глаза, — ему не жаль бесценных запасов маны — то бишь, энергии. И все ради нашего комфорта.

Ничего себе! Я не знала, как реагировать на эту новость — с одной стороны, тяготы пути обойдут нас стороной, а с другой, мы совсем скоро покинем дом. Возможно, надолго.

Когда сестры наконец ушли и предоставили меня умелым рукам служанки, появилось время задуматься еще над одной вещью — похоже, я поняла, как именно маги берут резерв у своих суженых. Интересно, после наших совместных ночей я постоянно буду спать по полтора суток? Впрочем… даже если бы на восстановление потребовались недели, я бы не смогла отказаться от близости магистра.

Сама природа предназначила нас друг другу — кто я, чтобы спорить?

— Миледи, — экономка деликатно постучалась, — Вам подарок от супруга.

— Входи.

Дождавшись моего кивка, женщина переступила порог, неся перед собой внушительную корзину, наполненную… костями — гладко обтесанными временем, принадлежащими, вероятно, какому-то крупному животному. Торчащими из земли.

Я с трудом сдержалась, чтобы не завизжать и не отскочить в сторону.

— Убери это!

— Простите, конечно, если Вам не нравятся эти цветы… — экономка была смущена.

— Цветы?

Теперь растерянной была я. И правда цветы — причем не сорванные и даже не срезанные, а те, что можно пересадить куда угодно. Редкие — я не знала их названий.

— Спасибо. Передай милорду Кридхеду, что подарок потрясающий.

И правда — удивительный. А когда я нагнулась вдохнуть аромат, разглядела свернутую записку, перевязанную красной лентой — символом любви.

«Милая Этни, спасибо за прекрасную ночь».

Светлые боги, я схожу с ума. Мой дорогой муж сделал мне подарок, а я снова не владею собой и своим собственным разумом.

Метнулась к чернильнице и вывела на пергаменте, что носила в золоченом цилиндре на шее — «Спасибо богам за то, что ты у меня есть».

«Ты даже не представляешь, какое ты сокровище, Этни», — последовал ответ почти сразу — наверное, Киаран умеет это делать мысленно, ведь не может он носить перо с чернильницей при себе постоянно?

Я счастливо закружилась по комнате, пока не упала на тщательно застеленную кровать — напрасный труд бедных служанок — и раскинула руки.

Потом легла на живот, устроив пергамент перед собой.

«Хочу узнать, как называются эти цветы».

Корзину экономка предварительно поставила на прикроватный столик, поэтому сейчас нежные бутоны и яркие соцветия были как раз напротив моего лица.

«Возьми их с собой, когда откроется портал на столицу. А вечером я все расскажу, — словно наяву звучал колдовской голос, — вот только сомневаюсь, что мне удастся долго говорить о цветах».

От простых слов, от взгляда на эти аккуратные буквы стало жарко.

«Собирайся, Этни, через четверть часа мы отбываем».

Оказалось, за время моего сна расторопные служанки уже собрали сундуки с платьями и самыми необходимыми вещами — всего два, все остальное нам с сестрами купит магистр. Из случайно подслушанного разговора отца и Киарана я поняла, что девочки поступают под его попечение.

— Этни, — как всегда степенно подошла мать, едва я появилась в большом зале, — ты помнишь наш разговор? Присматривай за ними, — она кивнула на притихших Гвендолен и Гвервил в окружении компаньонок для отправления в столицу, — ты теперь замужняя женщина, и я полагаюсь на твое благоразумие. Девочкам нужно найти приличных женихов и оградить от возможных искушений.

Снова про искушения. Боги. У меня никогда не хватит духу сказать, что младшая уж точно по уши во всех, известных человечеству. Поэтому я молча кивала, в сотый раз слушая о том, как важно придерживаться этикета и ни в коем случае не опозорить благородный и древний род Гленуэ.

— Благодарю за напутствие, матушка.

Я коснулась губами протянутой руки, затянутой в перчатку, следом за мной подошла Гвервил и последней — младшая Гвен. На нас были почти одинаковые оливковые платья и накидки потемнее, а с волосами, уложенными тугим венком на один манер, мы были удивительно похожи. И я теперь среди них за старшую. Мой статус замужней женщины позволял ручаться за сестер, даже брать опеку в случае чего — это уже объяснил подошедший отец.

— Да хранят светлые боги Ваши годы, батюшка, — испуганно прошептали мы трое, — и Ваши, матушка.

— Будь счастлива, Этни, — отец казался старше своих лет и не мог скрыть печали. Я потянулась было за Даром, но ощутила такие крохи, что использовать его незаметно не представлялось возможным. Не может быть, он пропал?! Или тоже восстанавливается, как резерв? — пора идти.

Провожать нас высыпал весь замок. Во внутреннем дворе, где не так давно проходила тренировка на мечах, по центру возвышалось самое странное сооружение из всех, что я когда-либо видела. Семь кособоких камней стояли по кругу и испускали едва заметное жемчужно-белое свечение. Это же откуда притащили такие булыжники? Не иначе как постарались горные великаны, если они, конечно, существуют. Да я, похоже, нервничаю.

Отец, чеканящий шаг впереди, остановился, и мы с сестрами вышли из-за его спины. Киаран! Я увидела мужа вместе со свитой, точнее, узнала по росту — маги стояли по периметру в мантиях с опущенными капюшонами, полностью скрывающими лицо, и воздетыми руками. Именно от их рук шла серебристая дымка и тянулась к камням, вблизи уже не казавшимися настоящими. Все они были порождением магии.

— Заходите, — без излишней вежливости обронил Киаран, и я догадалась, что процесс поддержания портала весьма энергозатратный. Вспомнилось, как легко магистр воплощался из воздуха, но тут, наверное, все другое — и перенос людей, вещей, и немалое расстояние.

Слуги внесли те самые два сундука и мою корзинку с цветами, перепуганной стайкой толстых уток сгрудились компаньонки, и я решительно вошла первой. Мягкий свет омыл волной, не ослепляя. Я боялась, что мгновенно куда-то перенесусь, неведомо куда, и потом никогда не найду ни мужа, ни сестер. Но пришлось затолкать этот страх подальше.

Гвервил и Гвендолен вошли гуськом, кутаясь в плащи, и тотчас схватили меня за руки. Наверное, столичные маги насмехались над провинциальными простушками, не видевшими ничего сложнее балаганных фокусов. Если и так, мне было все равно. Мысль коснулась меня, не нанеся вреда — неужели я и правда взрослею? И «замужняя женщина» — не просто статус? Или дело в том, что я почувствовала себя в ответе за кого-то?

Маги зашли последними, и камни закружились в бешеном хороводе, слившись в единый круг. Небо над головой стремительно меняло краски, а потом все остановилось. Не было ни камней, ни сияния, только изысканная плитка под ногами и парадная дорожка к… новому дому.