Глава 3 Опера

Я уткнулась носом в подушку, еще хранившую запах Киарана, и окончательно проснулась. Футляр-кулон с пергаментом пульсировал легким теплом.

«Береги себя, моя дорогая, пока я на службе».

Поскреблась непрошенная мысль — точно ли на службе? Видимо, пока мы не покинем черный город, мне никогда не избавиться от тревог.

И чтобы унять часть из них, необходимо наведаться в лавку госпожи Хольм.

Сестры были рады составить мне компанию, а Гвер быстро написала записку и отправила с уличным мальчишкой. Видимо, уйдя со званого ужина, я многое пропустила. Ну и хорошо — меньше свидетелей.

Господин Флинн по первому слову вызвал уже привычного нам Баэдана, и тот, материализовавшись во дворе дома — внутри, как когда-то пояснял Киаран, мог появляться только хозяин — деланно тяжело вздохнул и состроил забавную гримасу.

У Баэдана была большая семья, и большую ее часть составляли сестры, кузины и племянницы. Думаю, поэтому муж и приставил к нам именно его.

— Жаль, с Арданом было бы веселее, — как-то сокрушалась Гвен о своем краснолицем, — твой супруг словно нарочно нас разлучает.

— Блюдет твою нравственность, — поправила я, отметив разумность решения Киарана.

Весь путь до лавки я с трудом заставляла себя вслушиваться в трескотню сестер и поймала себя на мысли, что… боюсь.

Боюсь изменений, которые могут повлечь за собой новые знания. Кто и когда стал счастливее от лишних знаний? То-то же.

— Миледи Этни! — Эле чуть ли не за руки втащила меня в «подсобку», — я так рада, что Вы вернулись! Не беспокойтесь, чай ненадолго усыпит Ваших сестер.

— Ч-что?!

— Ну, нам же необходимо спокойно поговорить, — девица ничуть не растерялась и выглядела уверенной в своей правоте.

— Миледи, — Айна Хольм повела себя куда выдержаннее, но на ее лице тоже читались радость и облегчение.

— У меня есть, что вам рассказать.

— Садитесь, садитесь, — хозяйки под обе руки подвели меня к уютному диванчику в крошечном пространстве между сундуками и манекенами.

— Чая не нужно, — заранее отказалась я — а то мало ли, — помните, мы говорили о камнях. Я знаю, где мой муж их держит.

— Да быть того не может, слава светлым богам!

Айна шикнула на дочь, и я продолжила.

— Это тайник. Я попала туда случайно, и с тех пор он поменял местоположение.

— Если Вы были рядом с камнями, то есть одно заклинание… оно может привести Вас к ним. 

Я неверяще уставилась на хозяйку лавки. Неужели все так просто?

— Научите меня ему.

— Оно запечатано в артефакте, воспользоваться им сможет любой. Нужно лишь сжать его в кулаке и представить все до мельчайших подробностей.

И вот на этих словах величайшее воодушевление, поднимавшееся во мне, значительно схлынуло.

— Камни заключены в магические клетки, их не взять голыми руками. И из тайника не выйти. Я не знаю выхода.

— Его Подземничество предполагал нечто подобное, — Айна вздохнула и как-то по-мужски уперлась ладонями в колени, — мы посоветуемся с ним. Пока ничего не предпринимайте, леди Этни. Я подам Вам весточку с новым заказом, или с каталогом моделей… Благодарю, что решились и пришли.

— Не за что благодарить, так бы поступил любой. Из-за камней погибает город. Скажите, — я нашла глаза госпожи Хольм, — кто вы? Орден борцов за справедливость? Или… вроде жриц милосердия, тех, что организовывают бесплатные обеды?

— Я ждала, когда Вы спросите, — женщина так же внимательно изучала меня, отмечая малейшую реакцию на лице, — его Подземничество — истинный король и наследник. Айргедмар был лишь вторым в очереди на престол, когда старый король скончался. Занять трон должен был молодой сын, но обманом и шантажом его вынудили покинуть столицу. А народу объявили о скоропостижной смерти, так что бразды правления отошли брату почившего короля.

— И вы тайно боретесь за власть… — внезапно потеряв голос, просипела я.

— Не совсем. Его Подземничеству не нужны ни трон, ни почести, он помогает народу незримо.

— Но издав с десяток новых указов, скажем… он мог бы сделать для народа больше. Закрыть шахты, да мало ли чего!

— Это только кажется, — госпожа Хольм невесело усмехнулась, — думаешь, Айргедмар всем заправляет? За ним стоят десятки советников, сотни придворных, у каждого из которых деньги и земли. Каждый шепчет в уши, каждый чего-то хочет взамен на преданность. А ковен магов… Добрая половина власти в их руках. Теоретически переворот возможен, но королевство утонет в крови, и руки Его Подземничества будут связаны. Воистину, не было бы добра без лиха. Кто знает, какой бы марионеткой он стал бы на месте Айргедмара!

И с таким жаром говорила… модистка.

— Если он и правда… истинный наследник… — мне все еще было сложно принять эту мысль, — что он делал в Гленуэ?

— Так ждал Вас, — госпожа Хольм взглянула так, будто я сморозила глупость, — отправился, как только узнал, что Вам суждено стать женой магистра. Признаться честно, мы надеялись лишь влиять на него через Вас, а оказалось, в Ваших руках исключительный дар. Это судьба, моя милая, ничего не бойтесь.

Эле тем временем поставила перед нами заварник и кружки — я и не заметила, когда она успела отлучиться за чаем.

— Я не боюсь. Разве что… совсем другого, — отпила глоток — чай совершенно нормальный, слава светлым богам, не как в прошлый раз.

— И чего же? — Айна понизила голос вслед за мной.

— Меня преследуют ужасающие видения, — на одном выдохе я вкратце поведала о «снах», — я очень боюсь, что это существо до меня доберется.

Похоже, мне удалось выбить хозяйку из колеи. Я — их надежда на спасение города, а тут появляется угроза, которая может снова поменять расстановку сил.

— Но Ваш супруг отрицает опасность, — наконец, вымолвила Айна и добавила себе под нос, — надо рассказать обо всем Его Подземничеству. Значит, так, — она сжала мое запястье, — держитесь, моя милая. Во-первых, запомните, не ночуйте в одиночку. Если магистр на службе — позовите сестер. Придумайте что угодно, но не оставайтесь одной. Пока мы не знаем, что это за напасть, нужно быть осторожными. Что сказал Вам голос в первом видении, «не разбуди его»? — она задумалась, словно бы схватила мысль за хвост, но та ускользнула, — Во-вторых, продолжайте хранить тайну. Теперь, думаю, нет нужды объяснять, на что способен Ваш супруг. И ничего не предпринимайте, пока не получите весточку.

…Вернувшись к сестрам, потиравшим глаза и лениво осматривающим наряды, я испытала противоречивое ощущение. С одной стороны, я сбросила с плеч немалый груз и получила поддержку, направление… а с другой… я словно все больше отдалялась от мужа. Как в том сне, когда его силуэт уменьшался на противоположном берегу. И от этого огромная заноза входила прямо в сердце.

Пришлось что-то похватать для вида — не возвращаться же с голыми руками, но на выходе меня ждало новое потрясение.

Перед лавкой, с корзинкой свежей выпечки, стоял золотоволосый Ангсар Сеарт.

— Это еще что такое? — одними губами шикнула я на сестер, — кто из вас отправил ему записку? Неужели ты, Гвер?!

Подобную отнюдь не невинную шалость можно было ожидать от младшей, всегда ходящей по грани между «можно» и «нельзя», но чтобы старшая… Однако именно она отправляла уличного гонца.

— Этни, нет! Я ничего такого не хотела! — так же одними губами взмолилась сестра, — я отправила записку его старшему брату, мы с ним там мило общались на званом ужине… Понятия не имею, почему пришел другой!

А вот я догадывалась — кто-то совершенно не дружит с головой.

— Миледи, миледи, миледи… — расшаркивался золотоволосый красавец, приблизившись, — господин маг… Не сочтите за дерзость мое желание повидаться. Братец получил сообщение от Вас, прекраснейшая Гвервил, но намедни он слег с простудой и пожелал, чтобы я загладил его вину от невозможности встретиться с самыми красивыми леди Иргендвона.

У меня сейчас челюсти сведет от этого сиропа. И парень действительно казался мне привлекательным? Но пудрить мозги он умел. Надо же, как все провернул — и явился не ко мне, а как бы ко всем, и выставил себя чуть ли не благодетелем, а вовсе не навязчивым поклонником.

— Булочку? — каждой из нас пришлось взять по одной, только Баэдан уклонился от угощения под предлогом занятых рук — сестрички постарались на славу, чтобы он как следует отработал свой хлеб.

Постепенно напряжение сошло на нет — Сеарт и правда лишь вел непринужденную беседу, ничем не выделяя меня.

— А вы когда-нибудь были в Иргендвонской Опере?

Сестры дружно покачали головой, и все взгляды устремились на меня — как на единственную, кто проигнорировал вопрос.

— Нет, никто из нас не был, лорд Сеарт.

— А хотите? — голубые глаза молодого человека блестели, — если поспешим, то успеем на совершенно удивительное зрелище. 

И теперь мне предстояло решить. Как старшей по статусу, как ответственной за сестер.

А у девочек глаза уже загорелись.

— Я слышала про Оперу на званом ужине! — воодушевленно шепнула Гвер.

— А я на балу! — отозвалась Гвен, но и наполовину не так высокомерно, как ей хотелось.

Я оглянулась на Баэдана — он делал вид, что пересчитывает кудрявые облака на наколдованном небе.

«Если мой муж не против, я бы дала свое согласие» — вот ответ примерной жены. Но тут меня снова будто темные боги за локоть дернули. Киаран изменял с другой женщиной, а я всего лишь хочу устроить сестрам приятный вечер. Стоит ли говорить, что от мужа мы бы вряд ли получили разрешение?

А о том, что вполне можно пойти в его компании, вместо Сеартовской, мне в голову не пришло.

— Мы почтем за честь.

Баэдан снова никак не отреагировал — он шел за нами до самого экипажа, как обычный безмолвный носильщик.

Когда мы с Сеартом отступили на несколько шагов от остальных, я тихо проговорила:

— Благодарю за вчерашний подарок, но впредь прошу воздержаться от подобных жестов. В обществе они могут быть восприняты превратно.

— Простите, леди Этни, но я понятия не имею, о чем Вы.

— А как же… — я собралась было горячо спорить, но вспомнила, что кадку прислали анонимно. Именно поэтому я не могла ее отослать, равно как и отправить благодарственное письмо, — если это и вправду не Вы, то прошу прощения.

— Извинения приняты, — с легкой улыбкой Ансгар предложил локоть, и мне было неловко отказаться.

В целом, он и правда вел себя так, словно решил просто подменить брата. Уделял внимание всем, никак меня не компрометируя. А в экипаже сидел на одной скамье с Баэданом, даже не пытаясь приблизиться ко мне.

— А вот и здание Оперы, — еще на подъезде к огромному дворцу с лепниной пространство взрывалось радостными выкриками, смехом и парящими огоньками.

— Мы попали в сказку, — на удивление синхронно промолвили сестры, раскрыв рты.

Но настоящие чудеса поджидали внутри. Расположившись в уютной ложе, мы наблюдали удивительное зрелище, как и обещал Ансгар Сеарт.

Не мешая постановке, а скорее дополняя, блондин рассказывал о ее истории, о сюжете, который лег в основу. А порой остроумно комментировал те или иные нюансы, попутно вводя в курс дела. Я, забыв обо всем, взирала на него с распахнутыми глазами и охотно смеялась, когда Сеарт шутил.

К слову… сюжет повествовал о темном маге, пожелавшем стать богом. По ходу действия он использовал в своих целях светлую жрицу, а в финале, когда сестры не сдерживали слез, маг остался в погибшем мире один. Среди пепла и пламени*.

Меня прошиб холод.

Это всего лишь опера, но некую аналогию проследила даже я.

— Зачем Вы позвали нас именно на это представление? — прошипела, склонившись к лицу Сеарта, — не делайте из меня дуру.

— Не понимаю, о чем Вы, — казалось, совершенно искренне удивился Ангсар, — Вам оно не понравилось?

— Вы прекрасно понимаете, о чем я, лорд Сеарт.

Пот прошиб во второй раз — если он рассчитывал на эффект, то должен был знать о моем Даре.

А вдруг… Ансгар и правда ни при чем? Нет, чтобы ассоциировать меня с несчастной жрицей, достаточно и моего положения жены при маге.

Я сжала запястье молодого человека так, что на нем, должно быть, останутся отметины, и прошипела:

— Какую бы игру Вы ни вели, прекратите, или сильно пожалеете.

— Этни! — Гвен ткнула локтем под ребра, и я отскочила от Сеарта, потирая бок.

— Что такое?

— Там… — она одними глазами указала на соседнюю ложу, и дальнейшие объяснения не потребовались. Облокачиваясь локтями на деревянный бортик и глядя прямо на меня, стоял Киаран.

Поймав мой взгляд, муж обошел заграждение и неспеша приблизился — словно ничего странного не произошло. Они с Баэданом обменялись какими-то знаками, и я поняла, кто нас сдал. Вот и бессловесный конвоир!

— Лорд Кридхеду… — Ансгар склонился чуть ли не до пояса, бледные руки парня начали подрагивать.

— Лорд Сеарт, — спокойный кивок, — благодарю, что составили компанию моим свояченицам и жене. Теперь я сам о них позабочусь.

— Конечно, конечно… — зачастил блондин и быстро откланялся. Глядя ему в спину, Киаран начертал сложный символ.

— К сожалению, этот молодой человек не оправдал моего доверия. Отныне он лишается исключительного права на обход «Морока неузнанности».

Баэдан всем своим видом выражал молчаливое согласие, сестры хлопали глазами, слабо понимая, о чем идет речь, а я осознала, как легко и изящно Киаран избавил меня от навязчивого поклонника, а себя от головной боли. Никаких скандалов на людях, ни одного лишнего слова, чистое достоинство.

Однако по мере приближения к дому я все больше боялась сгущавшейся тишины — той самой, что перед грозой. Перебрасываться фразами становилось все более неловко, и мы с сестрами перестали, просто сложив руки на коленях — как провинившиеся ученицы.

Молча разошлись по своим комнатам, и я ждала, что с минуты на минуту явится муж, мечущий гром и молнии. Но скрипнула дверью, заставив вздрогнуть всем телом, и внутрь тихонько просочилась Нихасса.

Она замерла, глядя куда-то в угол, и я проследила за ее взглядом. Собака увидела кадку… со сгнившим, почерневшим саженцем. Искореженным, как от пожара.

И тут я не выдержала — из глаз хлынули слезы. За что страдает город? За что страдает земля и все, что на ней… уже не растет? Мы втроем — грустная собака, погибшее дерево и я — казались троицей мучеников, страдающих от произвола Великого Магистра.

Ладно, все это длилось не более минуты, но я выплакалась, и стало легче.

Тогда же я заметила уставшего и словно бы даже изможденного мужа, прислонившегося к дверному косяку.

— Ну что, Этни, ты наигралась? Счет 1:1. Или не так, — он двинулся ко мне, — ты победила. Ты заставила меня лезть на стену от ревности, довольна? — я молчала, не понимая, к чему он ведет, и только сердце вылетало из груди — от будоражащей смеси легкого страха, возбуждения (в данном случае не физического) и простой радости, что Киаран рядом.

— Молчишь? — муж коснулся моей ноги выше колена и двинулся выше, обхватывая бедро поверх юбок, — и как тебе новый поклонник? Занятный рассказчик, да?

Он видел нас в ложе.

— Не буду лгать.

— И кого же ты сейчас хочешь, — пальцы мужа сжались сильнее, — может, его?

Светлые боги, да как он не понимает, что Сеарт не затрагивает ни единой струны так, как это делает Киаран.

Вторая рука заскользила по внутренней стороне бедра, присбирая юбки кверху. Нет, нет, слишком стыдно показать, что уже готова, «как сучка к случке», так говорят у нас в Гленуэ, стоит ему погладить, ущипнуть или шлепнуть.

Я тяжело дышала, напрочь забыв Сеарта и все, что разделяло наши берега.

Киаран водил подушечкой большого пальца — там, где все собралось в тугой комок неудовлетворенного желания, а его горячие губы одновременно касались шеи.

— Знаешь, — прошептал он на ухо, — за все, что ты чудила с малышом Ансгаром, мне так хочется нагнуть тебя как следует и, — на ягодицу обрушился обжигающий удар, — хорошенько наказать. Мне даже кажется, что ты делала это специально, чтобы получить свое.

Он заставил упереться ладонями в стену и мягко развел ноги в стороны, что не вязалось с остальными его действиями.

Что ж, пусть так. Как угодно, лишь бы чувствовать его на пределе ощущений. Неспешное бряцанье ремня казалось пыткой. И вот наконец тяжелая ладонь на моей спине, прогибая ниже, а другая вводит в меня член.

Вопреки угрозам, Киаран нежен. Первые секунды. Совсем скоро хриплые выдохи сменились протяжными стонами, а стоны — вскриками.

За пару дней мы истосковались друг по другу так, словно не виделись год, и сейчас праздновали встречу. Какие бы недомолвки не стояли между нами, сейчас не было мага, разрушающего столицу ради некой цели, и его жены, вынужденной шпионить за собственным мужем.

Были наши тела — две части единого целого.

И только утром, отчаянно краснея, я поняла, что мы шумели на весь дом — привыкнув не сдерживаться в тайной комнате. Но когда Киаран поцеловал меня в висок, даже это перестало волновать. Я была счастлива.

*Отсылка к «Последнему испытанию» А. Круглова и Е. Ханпиры