Глава 9. Честный разговор

Эдир вар Тов

Пламя внутри ревело раненным зверем. Оно рвалось наружу, чтобы окружить собой Ису и защитить от всего, включая нас с братьями — столько раз за всего один день мы успели довести её до грани между спокойствием и истерикой или даже обмороком.

Хотели действовать мягко, осторожно, подходить к нашей цели обдуманными шагами. Но как можно было надеяться на наше здравомыслие, когда вот она — самая желанная, такая маленькая и нежная, беззащитная без наших меток, — сидит и доверчиво смотрит в глаза без опаски? Как держать себя в руках, когда с каждой минутой всё сильнее хочется схватить на руки и уволочь сначала в наш мир, потом замок, а там уже и в покои, где будем только мы и она?

Я вообще удивлён, насколько осторожны в своих словах и действиях братья! Они-то! Те, кто славиться своим безрассудством и дикостью? Увидь их сейчас кто из родни — не признали бы, а друзья с академий и университета и вовсе заподозрили наших врагов бы в подмене.

Нежный и спокойный Радир? Лёгкий на подъём и улыбки Янир? Да что уж там! Я и спокойный, рассудительный? Скажи нам кто-то, что одна встреча с Исой сотворит с нами такое, мы бы просто обратили его в нежить. Точнее сначала хорошенько потрепали живого, помучили, убили, а только потом воскресили, чтобы дать исправиться и покаяться.

Но что есть, то есть. Всё же вот уже несколько лет Раиса была нашей общей тайной, мечтой и суженной. Ещё с того момента, как отец вызвал нас, едва ставших совершеннолетними, вступивших во взрослую жизнь, в свой кабинет и показал в кристалле связи малышку, маленькую девочку, бегущую навстречу своему отцу, вернувшемуся с работы.

Уже тогда задорные хвостики и бесхитростная улыбка покорила нас, что уж говорить о счастливом блеске больших глаз. Мы просто онемели и смотрели на это светлое чудо, боясь моргнуть. Вот уж и насмехался над нами тогда дед, зашедший проверить — почему в кабинете сына вдруг всё стихло?

Конечно, мы, в которых ещё бурлила дикая, едва пробудившаяся кровь предков, ворчали, отнекивались от случившегося, закрывались у себя в комнатах, как в далёкие времена детства. А сами в это время собирались в самом дальнем углу библиотеки, чтобы через кристалл дальнего наблюдения ещё хоть немного посмотреть на неё.

Что нас тогда так привлекло в малышке Раисе? Мы не могли дать однозначный ответ, но всё внутри нас желало знать о ней каждый момент её жизнь, её мыслей, её мечтаний.

А когда отец сказал, что было решено объединить наши семьи… кажется, мы потеряли контроль над силами, впервые со времён младших классов закрытой академии магии для мальчиков. Разнесли часть дома, ослеплённые счастьем.

Удивительно, но даже от деда не досталось, не то, чтоб и от отца. Мама же вовсе довольно посмеивалась, припоминая мужу его момент «счастливого подрыва» половины родового поместья, когда она сказала, что согласна принять его круг…

О предки, чего нам стоило не дать затрещать стенам этого временного дома, когда Иса сообщила о решении стать нашей уже завтра! И ослеплённые радостью скорого соединения с ней, мы едва не допустили ошибку, поторопились, рассказывая всё, что стоило непосвящённому давать дозированно, осторожно.

Напугали, ошарашили, едва не загубили то малое доверие, что зародилось между нами. Пришлось срочно оставлять её одну, чтобы дать помыслить, прийти в себя. Отвели в библиотеку и оставили в уже подготовленном укромном уголке в окружении подушек, вкусностей и книг. Ну и под присмотром, конечно.

Сами же укрылись в специальном подвальной комнате, чтобы выпустить бурлящую силу и эмоции. Благо стены, сделанные из специальной породы-поглотителя, так что дом выстоит, даже не дрогнет.

Раньше мы и придумать не могли, для чего её вообще построили в этом доме, в этом мире. А сейчас радовались предусмотрительности предков.

— Если так пойдёт и дальше, — рыкнул Радир, чьи глаза горели кровавым огнём из-за чёрной завесы силы, окутавшей всё помещение, — мы сорвёмся раньше, чем сможем дотерпеть до слияния.

— Согласен, — тьма содрогнулась под силой моего голоса. — Но могу предложить лишь артефакты для сдерживания выброса сил, ведь запереться здесь до свадьбы и перехода под наше небо мы не можем.

— Я посмотрю в своих запасах, — согласился со мной средний, — где-то у меня был и поглотитель, подобный тому, из которого сделаны эти стены. Его можно разделить на троих. Будем носить с собой до слияния.

— Хорошо, — кивнул, принимая вариант, как пока самый подходящий. — Думаю, может хватить до него, но не дольше. Если не сможем начать слияние после завтрашнего ритуала, то просто уничтожим здесь всё.

— Предлагаю уйти сразу же, как только она даст согласие быть нашей, — от последнего слова Рада всё вокруг содрогнулось под очередной вспышкой силы. Кажется, брат представил — какого будет приживать её к себе, соблазнять, ласкать в реальности, а не во сне.

И тут я понял, что не слышу прежнего рыка и ярости Яна, старавшегося прийти в себя методом «голова-стена», всё его присутствие словно сошло на нет. У меня всё тело как кипятком обдало — так стало страшно, что он не сдержался и рванул к ещё ничего не подозревающей сейчас Исе.

— Ян!! — я вложил всю силу в голос, едва сам удерживая себя на месте, чтобы не броситься следом. Радир тоже был готов, только не пришлось.

— Да здесь я, — вполне себе спокойно и мягко ответил брат, находившийся буквально у нас за спинами. И был он в своём человеческом виде, к тому же вполне спокойным и чем-то увлечённым.

Присмотревшись, понял, что брат всё это время был с нами лишь частично. Большая его часть сейчас наблюдала за нашей невестой через его фамильяров — о чём говорили его глаза, ставшие словно сделанными из жидкого золота.

Собственно, таким мы его уже привыкли видеть, ведь Ян, после представления нам Исы, как будущей супруги, довольно часто присматривал за ней подобным образом. Присматривал и защищал… не без нашей помощь, конечно, — долго держать связь с фамильярами довольно затруднительно поначалу и с непривычки. Но так мы платили за то, чтобы был в курсе, как она там, когда не могли увидеть её сами другими методами и способами.

— Иса, — выдохнул с придыханием Радир, тоже заметивший действия нашего младшего.

— Она уже почти полностью успокоилась, — с гордостью преподнёс нам новость тот. — И чай с вкусностями тут не при чём. У неё гость.

— Гость? — тёмное пламя заструилось по венам от мысли, что кто-то может быть сейчас рядом с ней, когда как никого мы не приглашали. — Нарушитель?

— Нет, — усмехнулся Ян, а потом очень удивил нас: — Лакри. Кажется, один просочился из нашего дома в этот мир, почувствовав скорое прибавление в нашей семье. И наша девочка очень понравилась ему.

Вот это новость! Чего-чего, а такого точно не ожидали. Даже интересно стало взглянуть на это самим. Только как бы силу свою обуздать поскорее, чтобы не спугнуть ни малышку, ни мелкого хитреца-нарушителя?

* * *

Раиса Теряшина

В полной тишине библиотеки сиделось невероятно комфортно. Правда, комфорт был только внешний. Внутри же у меня была просто невероятная пустота. Оглушённая, я смотрела в стеллажи напротив и не видела ничего перед собой. Единственное, что понимала, — где я нахожусь и как сюда попала.

Мозг честно пытался стереть или хотя бы накинуть завесу неверия на сказанное братьями, но что-то глубоко внутри сопротивлялось этому. И пока шла эта борьба, ничего больше меня не занимало. Разве что, я отмерила, что обустройство укромного уголка в обители книг успешно завершено.

Диван был удобным и весь обложен подушками. Невысокий столик у ног можно было использовать для еды или книг, а что-то вроде приставного столика отлично подходило для напитков или отложенной истории. Так же тут присутствовали два торшера по обе стороны от дивана для более удобного и приятного рассеивания света.

Глазами ухватилась за интересную ножку одного из них. Она была из искусно изогнутого в странные фигуры металла, вершиной которого был плафон с лампой. Свет тёплый оттенков, что поможет глазам меньше уставать во время чтения. Вот только я не видела выключателя ни у плафона, ни на ножке. Даже проводов не было.

Зацепившись за это, я вдруг поняла, что ни у одной лампы в доме не увидела проводов, но будучи вся в переживаниях, даже не придала значения. И вот теперь, заметив, опустила взгляд на пол, чтобы там увидеть провода, вдруг внутри ножки спрятаны, но нет, там их тоже не было.

Я едва не подскочила от желания схватиться за металл и поднять лампу, убедиться в том, что мне показалось, что просто мой мозг решил поиграть на основе того, что сказали братья Вартовые. Но рука так и не дотянулась, застряв на полпути от тихого «мирк». За ним последовало «скряб-скряб-скряб» и снова «мирк» где-то у меня в ногах.

Нет ноги поднять, ведь крысы и мелкие зверьки в домах у лесов вроде нормальное дело, я нагнулась посмотреть и обомлела. На меня в ответ смотрело четыре огромных изумрубных глаза с вертикальными зрачками на немного приплюстнутой мохнатой мордочке с пуговкой-носиком в центре.

— Мирк! — повторило создание, осторожно приподнявшись на задних лапках, а передними уперевшись в мои ноги. — Мирк-мирк! — клинья крылышек, прижатых к спине, дрогнули, а две хвоста заходили ходуном.

Чёрный комочек был таким маленьким, что смести его рукой в испуге было бы очень легко, но я боялась даже двинуться. Нет, это был не страх укуса или быть оцарапанной. Это был страх собственного сумасшествия после всего сегодня случившегося.

— Это просто котёнок, — пролепетала я, на силу прикрывая глаза, чтобы прогнать детали глюка. Даже откинулась обратно на спинку дивана. — Котёнок!

Малыш запрыгнул мне на колени, заставляя открыть глаза. Эх! Видение ни капли не изменилось, только на мордочке появилось выражение озадаченности. Он даже головку в бок наклонил, и тогда я заметила ещё и парочку маленьких рожек.

Сама не знаю зачем, но подняв руку, погладила странного котика, получив довольную трель в ответ, а не мурчание. Что же это такое?

— Ты кто? — вырвалось у меня, сама же при этом старалась потрогать сначала крылышки, потом хвостики и даже рожки на предмет того, что они не настоящие.

Вдруг какой шутник решил так посмеяться и поиздеваться над маленьким животным, после прочтения одной из книг библиотеки или услышав наш с братьями разговор. Что бы я тогда сделала? Побежала бы искать женихов, но нужно было бы быть уверенной в зверствах и своей адекватности наверняка. Но сколько бы я их не тискала, по ощущениям были настоящими. У меня даже сердце замерло от догадки.

— Лакри? — совсем шёпотом спросила даже не себя, а малышка. Малыш тут же отозвался своим «мирк» и начал потираться о руки, чтобы выпросить больше ласки. — Н-но как… такое не может быть!

Но вот он! Передо мной, на моих коленях ещё и весьма осязаем. Ещё и доволен жизнью.

Смотрю на него и ощущаю, как внутри зарождается спокойствие, а ещё то странное чувство чуда, сказки, волшебства, что твориться на моих глазах. Как в детстве, когда заметил фокусника и увидел его мастерство, принимая его за чистую монету.

И это не шло ни в какое сравнение с тем камнем-определителем.

Сама не поняла, как начала смеяться чисто, облегчённо. Радуясь вместе с малышом. Он тоже словно излучал всем своим видом счастье. И вообще вёл себя как самый обычный котёнок, только более понимающий.

Но вдруг он вскочил с моих ног на пол, чуть отошёл к выходу из укромного алькова и словно прислушался к чему-то. Вскоре послышались шаги, и в арке прохода появилась голова Яна. Он смотрел с интересом, но больше на маленького защитника, чем на меня.

И правда, едва младший из братьев появился в нашем поле зрения, лакри вздыбил шёрстку, расправил крылышки и оскалился.

— Ой-ой-ой, какие мы грозные, — посмеиваясь ответил на запугивание Ян, а потом уже спросил меня: — Ужин вот-вот подадут, может перенести его сюда?

— Зачем? — удивилась я этому предложению, не понимая его.

— Ты здесь так хорошо устроилась, да и защитника нашла. Вдруг не пустит с нами, — и весело рассмеялся на свою же шутку.

— Защитника? — не могла не переспросить.

— Лакри одной стаи очень привязываются к членам одной семьи, этот малыш из тех, что живёт рядом с нашей семьёй очень давно. Видимо, ему захотелось поскорее с тобой познакомиться, что не утерпел, а, увидев, привязался, решив защищать, — пояснил мужчина, заодно подтвердив, что перед нами действительно лакри, а не более серьёзная галлюцинация, чем просто видение.

— Магия, — очень тихо, почти не слышно вырвалось у меня, но младший жених, что удивительно, услышал, ответив:

— Да, Иса. Там, откуда мы родом, есть магия. Ты всё правильно начала понимать, и знаешь, я даже рад, что малыш появился так быстро: он помог тебе принять эту мысль, вселил спокойствие в тебя. Не внушил, не переживай, — быстро добавил, заметив моё хмурое лицо. — Они предпочитают искреннюю заботу и разделение тревог, чем поглощение и подавление.

— А есть и такие? — спросила ради интереса, а получила утвердительный кивок.

— Кстати, могу так тебе совет: дай ему имя. Он к тебе уже привязался и будет только рад имени, которое ты ему дашь. В их стае это очень повысит его авторитет.

Услышав его слова, малыш прекратил шипеть, весь подобрался и подбежал ко мне, чтобы тут же состроить умилительно-просительную мордашку. Он даже топтался на месте от нетерпения, а я смотрела на эту прелесть и действительно понимала, что чем больше смотрю на него, думаю о нём, тем легче укладываются мысли в голове и принимается то, во что сложно и почти невозможно поверить.

— Пусть будет Алекс, — вдруг подумалось мне. — Общее сокращённое от Алексея и Александра.

— Помощник и защитник, — быстро уловил ход моих мыслей Ян. — Ну что, малыш, примешь такое значимое имя?

— Мирк! — счастливо подпрыгнул комочек, гордо расправив крылья.

— Думаю, он счастлив, — рассмеялся мужчина на такое проявление эмоций. — Так, имя дали, теперь идём ужинать. Ты, наверняка, уже проголодалась. За едой обсудим всё то, что тебе бы захотелось.

— Вы, правда, пришли из другого мира? Мира магии? — не знаю, почему, но это вырвалось само. Хотелось узнать это здесь и сейчас, не откладывая. И как бы малыш не влиял на меня, такое принятие было слишком личным.

— Да, Иса, — вполне спокойно отреагировал он на моё нетерпение. — И мы расскажем об этом подробно все вместе.

А ведь, верно, его братьев не было с ним. Всё ещё работали?

Мой бегающий взгляд отлично показал мужчине, кого я ищу, поэтому, видимо, он ответил:

— Они присоединятся к нам уже в столовой, — при этом звучало это так довольно и почему-то загадочно, что так и подмывало ещё чего спросить. Но пора было идти. Да и живот вдруг вспомнил, что обед был, оказывается, давно.

Пока шли в столовую, малыш по-детски косолапо ковылял следом за нами, стараясь не отставать. При этом выглядел таким довольным и счастливым, вызывая лишь улыбку.

Вопреки словам Яна нас никто не ждал. Слуги тоже ушли, выставив на стол всё, чем нас собирались кормить. Вот только расстроиться или заволноваться даже не успела, как сильные и горячие руки окольцевали мою талию, а к спине прижалась чья-то грудь.

Шагов до этого не было, поэтому всё внутри дрогнуло от испуга. Алекс же сразу подскочил, зашипел и бросился в нашу сторону, но вторые руки подхватили его поперёк тела и подняли в воздух. И раз поднял его Радион, то за спиной у меня был Эдуард. От осознания этого аж выдохнула.

— Иса? — озадачился старший.

— Напугал? — хмуро на это отреагировал Рад. Удивительно, но в его руках Алекс обмяк и довольно зажмурил глазки.

— Просто было неожиданно, — покачала головой, стараясь вернуть дыхание и успокоить сердце. Только оно и не собиралось замедляться до нормы. Его очень тревожила и смущала такая близость. И сердце старшего из братьев тоже не было спокойным. Оно с силой билось в его грудь, чтобы достучаться до моего.

— Тогда давайте приступим к ужину, а то Иса голодна, но хочет с нами поговорить, — предложил двигаться к столу Ян. Он со средним с довольством смотрели на нашу позу и моё явно красное лицо.

— Что же такое хочешь узнать? — с хитринкой в глазах поинтересовался Радион, усаживаясь на своё месте.

Ян тоже занял своё, а вот Эдуард отказывался двигаться, продолжая держать меня и стоять на месте. Конечно, мой порыв двигаться был замечен, но даже так не отпустили. Подняли на руки, понесли к месту, но не расставались, решив сесть на мой стул, усадив при этом к себе на колени.

— Эд, — буркнул младший, — Исе нужно спокойно поесть, так ты её только сильнее смущаешь.

— Разве? — обдал жаром он моё ухо, чуть склонившись.

Пришлось кивнуть, потому что смущение действительно было сильным, а так и кусок в горло просто не пролезет.

— Жаль, — ещё ближе оказались его губы, которые тут же оставили свой след за ушком.

Но больше дразниться Эдуард не стал. Осторожно поднял меня, встал, усадил обратно на стул, сам же сел на своё место. При этом его глаза смотрели только на меня, поэтому я, не в силах оторвать глаз в ответ, вновь приметила странное свечение его радужки.

— О чём же всё же хочешь узнать? — спросил Радион, приступая к еде, едва я взялась за вилку.

Ещё одно примечание: они начинают есть только после того, как начну я. Опять какое-то правило их семьи? Скорее всего да.

— О магии, — ответила я, стараясь нарезать свой стейк. — Вы сказали, что в этом, безмагическом мире, вам трудно. Значит, вы из другого, где её в избытке.

— В избытке — это громко сказано, — хмыкнул Эд, перехватывая мою тарелку и начиная нарезать моё мясо куда ловчее. — Даже там есть места, куда она не может проникнуть, да и пользоваться ей могут не все.

— Но как вы оказались здесь?

— Наша семья уже несколько столетий в этом мире, точнее ходит между ним и нашим, — взял слово Радион. — Мы своеобразные хранители врат, соединяющих их. Но если мы защищаем их чаще с той стороны, то ваша семья — с этой. Такое своеобразное сотрудничество.

— Моя семья? — сказать, что я удивилась, значит умолчать.

— Твой отец и дедушка, а до них другие мужчины вашего рода, — пожал плечами Ян. — Но только вступая в совершеннолетие. Собственно, скоро и твой брат займёт место защитника. Но пока он не может, мы старались защищать врата, но силой одной семьи, тем более пришедшей с той стороны, это практически невозможно. И врата стали нестабильны. Это одна из причин, почему всё это происходит.

— Это? — только и могла вымолвить я.

— Понимая, что врата станут нестабильными, едва твой последний взрослый родственник мужчина уйдёт за грань, пока младший не вошёл в силу, было решено ускорить объединить наши семьи раньше, — честно признался Радион. — Мы должны были встретиться чуть позже. Начать ухаживать, подготавливать тебя к будущему и правде и может за год-два получить твоё согласие на брак. Но обстоятельства не всегда можно предсказать.

— Дедушка умер раньше совершеннолетия брата, — поняла я часть сути. — И вам пришлось ускорить события.

— Можно и так сказать, — кивнул Ян.

— Но как поможет стабилизировать состояние врат наша свадьба?

Почему-то я верила каждому их слову, даже не допуская мысли, чтобы засомневаться. И слушала с замиранием, почти забывая есть. Поэтому мужчины часто делали паузы и многозначительно поглядывая в мою тарелку, чтобы не останавливалась.

Вот только последний вопрос их как-то напряг. Но ответили мне всё же честно:

— Если бы не будет стабилизации, то они закроются, а все, кто живёт в этом мире из нашего, просто умрут. Мы бы могли, конечно, перевести всех, но ушли бы следом, но пришлось бы оставить тебя… — начал Ян.

— Мы не смогли бы, а следовательно, остались бы тут, — продолжил Радион.

— Либо ушли бы на год, но умирали бы без тебя уже по ту сторону, — закончил признание Эдуард.

— Стоп-стоп-стоп! — вскочила я на ноги, не в силах совладать с эмоциями. — Как это умерли? Почему год? Не понимаю.

Братья переглянулись, словно спрашивая друг у друга, что им на это ответить. Точнее, ответить-то ответили бы, правду при этом. А вот кто и как эту правду мне преподнесёт — это сейчас и решалось. Решили, видимо, что старшему будет легче, поэтому Эд и начал:

— Как мы уже раньше и сказали, наш мир полон магии. И многие его жители могут ей пользоваться. Вот только, Иса, там другой мир. И мы не говорили, что там живут люди. Люди есть только в этом мире…

Сама не поняла, как села обратно на стул.