Глава 42

Я отвожу взгляд и остаток обеда стараюсь отвлечься, вникая в разговоры друзей, лишь бы не думать о Рэйверте. 

После обеда, как и всегда, иду на площадку для индивидуальных тренировок, где меня уже ждут магистр Лэнс и магистр Черрнингтон.

Проходя через дворик внутри академии, чувствую на себе Его взгляд. Это ощущение ни с чем не перепутать. Так смотреть может только Он...

Кожу покалывает, а холодные мурашки отравляют тело ознобом. Сердце лихорадочно бьётся в груди, пытаясь найти ответы на главный вопрос: что мне делать дальше? Остановиться? Оглянуться?

Но Рэйверт освобождает меня от решения. 

Взмах сильных демонических крыльев обдает холодным пронизывающим порывом ветра. Я зябко ежусь и сильнее кутаюсь в мантию.

Шелест крыльев над головой, и я ускоряю шаг.

Хотя глупо бежать. Но облегчать задачу Драмору я не стану.

Сложнее всего, оказывается, бороться с самой собой. Отчаянно хочется остановиться, обернуться, взглянуть на него. Поймать его внимательный, проницательный взгляд. Зарыть обиду глубоко. Поговорить...

– Лина, – требовательный тон Рэйверта звучит хлеско, и я собираюсь с шага. Он приземляется передо мной, складывает кожистые крылья за спину. 

Наверняка он уже видел свое имя в Гонке в качестве моей цели. 

– Как это понимать? – недобро сузив взгляд, произносит Рэйверт. Делает шаг ко мне, нависает. Смотрит на меня сверху вниз, не моргая.

– Это лишь эксперимент, – невинно улыбаюсь, ощущая, как быстро бьётся сердце в груди. 

– Я тоже не против экспериментов, – усмехается вдруг Драмор, – но в пределах спальни. Такие эксперименты, как устроила ты, мне не по душе. Отмени Гонку. 

Привстав на носочки, ладонью опираюсь о каменные мускулы на груди демона. И там, под ладонью, отчаянно пульсирует демоническое сердце. В унисон моему – быстро-быстро. 

– Боишься проиграть, Рэйверт? – мягко на ухо ему шепчу.

– Чего ты хочешь этим добиться?

– Справедливости. 

В изумрудных глазах вспыхивает опасная смесь жажды, азарта и ярости.

– Ты хочешь шоу, малышка? Будет тебе шоу, – холодно бросает Рэйверт, бережно перехватывает мою ладонь и отводит в сторону. – Сегодня вечером на поле для тренировок по межакадемическим битвам. Не опаздывай, я этого не люблю.

Конечно, мне очень хочется, чтобы Рэйверт спросил о моей ставке, поговорил со мной. Просто поговорил! 

Но вместо этого он отпускает мою руку и просто уходит.

Так, словно не было признаний между нами. Словно не он заваливал весь коридор возле моей двери цветами, записками и вовсе не он сидел ночью перед моей дверью, ожидая разговора.

А я в тот момент не была готова с ним говорить. Обида от его ставки всколыхнулась в груди с новой силой.

Сжав зубы, лишь бы не дать воли эмоциям, я мысленно считаю до десяти и направляюсь к магистру.

И впервые за долгое время мне вдруг становится не по себе.

Неужели все так и закончится у нас с ним? Весь путь был полон недосказанности, недопониманий, умалчивания. И вот сейчас... Все закончится? Когда, казалось, мы только начали открываться друг другу.

***

Каждый мой шаг сопровождается звуком взорвавшегося фонаря на тренировочной площадке.

Я знаю, что здесь сейчас на трибунах почти вся академия собралась. Я слышу их разговоры, одобрительные свисты, слышу шуршание упаковок перекусов. 

Все они жаждут посмотреть на битву человечки с белой энергией и будущего правителя Тартароса.

Темный вечерний небосвод уже украшает россыпь звёздочек-бриллиантов. Они горят непрерывно, лишь иногда мигая, как перегоревшие лампочки.

В академии уже давно погас свет, кроме одного-единственного окна: ректор всегда задерживается в своем кабинете. Возможно, даже ночует.

Шаг и новая вспышка, яркая, ослепляющая. Она заставляет всех присутствующих щуриться и закрывать глаза ладонями. Все это увидеть мне помогает обузданная, укрощенная белая энергия, которая тонкими нитями окутывает практически все тренировочное поле.

Шаг и взрыв фонаря. Звон разбитого стекла, хруст осколков под подошвой ботинок.

Шаг – и яркая белая вспышка с треском пронзает небосвод.

Она озаряет местность, и на мгновение становится светло, как днём. 

Холодные порывы зимнего ветра хлещут в лицо, но мне не холодно. Меня согревает мой дар. 

Честно признаться, я не знаю, что я собираюсь делать. Но если Рэйверт решил не сдаваться, то и я не стану. Я больше не та слабая человечка, впервые переступившая порог академии Теней.

– Ещё не поздно отказаться, малышка, – я слышу его голос, низкий, хриплый, спокойный. 

Мотаю головой слишком упрямо. На мгновение хочется, чтобы Рэйверт передумал. Наверное, я от него тоже где-то в глубине души жду, что он поступит как Грэмсворт.

Медлю с атакой. Ощущая внутреннее напряжение, не свожу глаз с изумрудных омутов напротив. Он слишком далеко, чтобы распознать его эмоции.

Тщательно создаю энергетический ярко-белый светящий шар на ладони. Искры опадают на землю, выжигая искусственную траву под ногами.

Прикусываю губу и... Отметая все сомнения, резко отправляю шар в демона.

Кто-то ведь должен начать... Во имя того, чтобы весь этот сущий кошмар с Гонками и прочим закончить.

Драмор уворачивается лениво, раскрыв крылья. Держит руки в карманах брюк и смотрит на меня пристально.

Он считает, что я лишком слаба? Не видит во мне противника? Это неприятно. И вновь обида на Рэйверта за его спор на мои чувства вспыхивает внутри. 

Не поговорил. Сдался быстро... Он ведь мог настоять на разговоре со мной!  

Но могу ли я его винить в том, что, запирая дверь, я мечтала о том, чтобы он ее выбил? Чтобы обнял, чтобы пообещал все исправить. Я бежала от него в надежде, что он догонит. А он... Он просто отступил. 

Направляю ещё один шар из белой энергии и вижу, что Рэйверт даже не пытается увернуться.

Я не могу сделать ему больно!

За секунду останавливаю искрящийся шар перед его лицом.

Жар приливает к моему лицу, адреналин бушует в крови, и сердце набатом отстукивает где-то в горле, пульсирует в висках. Я словно вся пульсирую от волнения, адреналина и негодования.

Шар рассыпается белыми искрами...

А Драмор делает то, что, наверное, будут ещё долго обсуждать. 

Он медленно, не спеша, опускается на одно колено и... Склоняет голову.

Шум разговоров на трибунах моментально затихает. В повисшей звенящей тишине я лишь слышу стук собственного сердца и свое дыхание.

Рэйверт приподнимает голову и впивается в меня победным взглядом.

Но по его взгляду я все равно ощущаю, будто бы на коленях сейчас я.

Во рту пересыхает моментально, и дыхание спирает.

Несколько долгих секунд, а может быть, и минут тишины, в которых мы с демоном играем в гляделки.

И я слышу шелест крыльев, шорох на трибунах, небольшой гул и лёгкий топот.

Стоит повернуть голову, и мурашки проносятся по коже.

Они все...

...все без исключения на трибунах последовали его примеру.

Они все преклонили колени. Как сделал Рэйверт!

Серьезно? Они уважают меня за то, что передо мной на колени встал сам Рэйверт Драмор?

Сердце опускается вниз и подскакивает к горлу, ускоряя и без того быстрый темп.

Сглатываю, не в силах отвести взгляд от трибун. 

– Я достаточно на коленях, как считаешь? – Рэйверт нарушает тишину первым. Заметив мой растерянный взгляд, оскаливается.

Я растерянно киваю. Обхватываю себя за плечи и просто смотрю на Рэйверта. Мне хочется кричать. Хочется выть оттого, что даже сейчас он не изменяет себе. Не пытается поговорить со мной, разобраться, всё исправить! Будто всё так... Как и должно.

И в то же время я ощущаю странное облегчение. Оттого, что я могу хоть что-то изменить. Оттого, что больше никто не станет целью в этой чудовищной Гонке между темными.

– Хорошо, – произношу я негромко. – Только, пожалуйста, встань. Мне не по себе.

Рэйверт неспешно выпрямляется, отряхивает брюки на колене... И всё это с таким видом, будто это он сделал нечто рядовое, обыкновенное. Что не стоило ему и усилий.

По мере того, как он сокращает между нами расстояние, медленно, с грацией хищника, шорох на трибунах даёт понять, что темные тоже уже на ногах.

Я неотрывно слешу за каждым его шагом. За его приближением ко мне. И, когда Рэйверт нависает надо мной, он упирается своим лбом в мой. Слегка бодает...

– Я не могу сказать словами. Но я говорю действиями, Лина. Ты должна была это понять.

Что я должна была понять? 

Его теплое приятное дыхание на моих губах слегка щекочет. Запах мужского парфюма, такой родной и сводящий с ума, заполняет нос... оседает на каждой клеточке моих лёгких. Заполняет меня всю без остатка и навсегда, кажется, остаётся со мной.

Но то, что следующим говорит мне Рэйверт, выбивает у меня из-под ног почву. И я бы пошатнулась, но демон бережно удерживает меня, скользя широкой горячей ладонью по моей спине. 

– То, что я тебя люблю. Да. Именно так. Я. Тебя. Люблю. Я не умею защищать так, как это делают благородные драконы, – усмехается мрачно Драмор. – Методы моей защиты спорны, грубы, болезненны. Но по-другому я не научился ещё. Я научусь, ладно? Обещаю, малышка. И я положу весь Тартарос к твоим ногам.

Кажется, я перестаю дышать. Ровно до того момента, пока в его пальцах не вспыхивает золотое кольцо с крупным черным драгоценным камнем.

– И ещё вот это, – он тут же усмехается. – Только попробуй мне отказать, моя маленькая человечка. Будь уверена, рядом с тобой ни один другой мужчина не выживет. Я позабочусь об этом.

И меня обдает холодом, а затем и вовсе бросает в жар от захлестнувших меня странных противоречивых эмоций. 

– Ты...

– Серьёзен как никогда.

Все, что вокруг, сливается воедино. Становится одним размытым фоном. Ничего не значащим, тусклым. И в свете фонарей моего внимания – Рэйверт Драмор. 

Сердце колотится так, будто сейчас выпрыгнет и покатится вниз по траве, прямо к его ногам.

– Ты выйдешь за меня, – не спрашивает, а констатирует факт.

– Ты уверен, что я хочу этого? – приглушенно спрашиваю, отчаянно борясь со страхом, что мне всё это снится.

– Захочешь со временем. – Он без лишних слов берет мою ладонь в свою и надевает на мой безымянный палец перстень. 

Драгоценный металл приятно холодит кожу, но тут же нагревается, даря странное ощущение теплоты в душе. Так, словно весна начинается в моем сердце...