Глава 14.

— Почему так долго?

Не успеваю войти в ванную комнату — в лицо бьёт ледяной, жесткий голос. Кожу лица нестерпимо печет. Клянусь, я чувствую себя так, словно получила обморожение последней степени.

— Извините, — виновато опускаю голову вниз.

— Глаза на меня.

Меняю положение головы, ибо должна подчиняться своему владельцу, а потом вдруг замечаю, что в комнате слишком светло. Нет ни свечей, ни интимной полутьмы. Сегодня в спальне и в ванной комнате горят все светильники.

Нервный холодок неприятно проносится вдоль позвоночника.

Что-то не так…

Ноги не желают идти. Интуиция во все горло кричит:

“Беги прочь! Без оглядки, со всех ног”.

Я игнорирую этот крик, потому что бежать всё равно некуда. Иду на верную гибель с надеждой, что меня пронесет.

Возможно, я просто себе накручиваю.

В комнате горят все светильники, но Айдаров выглядит хоть и с суровым, но непринуждённым. Он не догадался. Как мать и говорила! Сейчас он думает только членом. Он не станет ко мне присматриваться, выискивая какой-то подвох во внешности, поведении, настроении. Потому что у него стояк. Рустам голоден и жаждет секса как дикий жеребец!

Айдаров как господин всего мира вальяжно раскинулся в большой джакузи. В одной руке сжимается стакан, наполненный светло-коричневой жидкостью. Там также плещутся несколько кубиков льда.

Сильные, накачанные руки с твердыми бицепсами раскинулись на бортике ванной, а выпуклую, идеально гладкую грудь, омывает горячая вода, пахнущая лавандой.

Склонив голову на бок, черноглазый демон меня внимательно изучает. Его глаза сверкают и горят, излучая энергию дикого секса. От этого понимания жарко сводит нижнюю часть живота, Соски вытягиваются, превращаясь в иголочку. С каждым малейшим движением неприятно трутся о ткань халата.

— За опоздание ты заслужила порку, девочка. И еще кое-что, — нагнетает обстановку опасной паузой. — Сегодня я поимею твою попку во всех смыслах этого слова.

Боже…

Только не это!

— Задницей на меня садись.

Дергаю поясок на халате, позволяя нежной ткани соскользнуть вниз. Я полностью голая. На мне нет даже крохотных трусиков.

Ловлю взглядом довольную, но в то же время коварную ухмылку Рустама, когда он впивается в моё тело своими ненасытными глазищами, и сердечко ускоряет ритм.

Подхожу ближе. Придерживаясь рукой за бортик, послушно залезаю в воду, повернувшись спиной к мужчине. Забираюсь прямо к нему на колени, от страха прикрываю глаза.

Не успеваю занять комфортную позицию, как вдруг сразу же чувствую его толстую и длинную мощь. Я была права. Член мужчины стоит в полной боевой готовности, прижавшись к моему бедру.

Низ живота мучительно заныл, маленький клитор запульсировал от отчаяния, получить желанное удовольствие.

В прошлый раз мне понравился секс с миллионером. Даже слишком… Я очень хочу повторить всё то, что испытала тогда. Тело помнит. Жаждет. Становится наркоманом острых ощущений, которые ему дарит настоящий профессионал. Опытный доминант и любовник. Восхитительный бог секса.

— Можно в-выключить свет?

— Зачем? — голос становится еще более грозным.

— Так больше нравится…

— Нельзя. Плевать, что тебе там нравится, потому что мои желания превыше всего! Сегодня твой хозяин желает трахаться при свете. Мнение женщин в моей семье не учитывается. Сегодня я буду наблюдать за тем, как ты меня трахаешь. Хочу видеть все четко и ясно.

С силой кусаю губы, тут же чувствую вкус металла — губа слегка лопнула. Похоже, у Айдарова не очень хорошее настроение. И это плохо.

Слышу странный звон стекла, напрягаюсь.

Что он собирается делать?

Я втягиваю шею в плечи, кукожась.

Думаю, сейчас начнет меня бить за опоздание.

— Расслабься. Немного экспериментов не помешает.

Вопреки паническим мыслям, на мои худенькие лопатки опускается горячая ладонь. Айдаров давить ладонью сильней, я немного расслабляюсь и прогибаюсь в пояснице, выпячивая назад пышную попку. Затем он ведет ладонь сверху вниз, замирая на ягодицах. Щедро начинает их мять и сжимать, усиливая жар и пульсацию между ног.

— Сочная… Немного позже ей займусь. А пока прокачу твою узенькую дырочку на своём члене.

Я опять слышу звон стекла, догадываясь, что это кусочки льда стучат по стакану. Наверно Айдаров допивает виски. Но я не могла предположить такое… Что он выльет на мою спину остатки виски, а потом пройдётся по распаренной коже языком.

— Уф…

С моих губ слетает тихий стон.

Сначала я дергаюсь от холода, но потом становится слишком горячо, когда мужчина накрывает то место, на которое плеснул виски, своими пухлыми и горячими губами.

Он сминает губами нежную кожу, оставляя засос, после чего, как наглый кот, проводит языком между лопаток, вылизывая мою спинку.

— М-м…

И это наказание?

Ох… я готова испытывать такое наказание каждый день.

Айдаров не позволяет мне опомниться, ведь он цепляет пальцами один кубик льда из стакана и кладет его на мою спину.

— Ой! — дергаюсь.

— Тш-ш… Это всего лишь лед.

Моя кожа вся до миллиметра покрывается острыми пупырышками.

Господи, во рту пересыхает.

Я пляшу на лезвии ножа и ловлю адреналин, когда мужчина включает свою бурную фантазию и испытывает её на моем теле.

Рустам проводит кубиком льда от лопаток до ложбинки между попки, чуть наклоняя меня вперёд. Дойдя до попки, проталкивает кусочек льда между половинками, задевая анальное колечко.

— Сожми его.

Я едва дышу.

Но сжимаю…

Льдинка уменьшилась в размере и от горячей воды, омывающей моё тело, скоро растет.

— Хорошая девочка, — Айдаров награждает меня шлепком по бедру, затем вытягивает вперёд ноги и широко их разводит. — Седлай меня сверху. И трахай.

— Прямо в воде?

— О, да.

Несмотря на стыд и неуверенность, я собираюсь действовать по наитию. Боюсь пробудить в Айдарове дьявола! Это уже наш с ним третий секс, но я всё еще стесняюсь. Правда, с каждым разом становлюсь всё смелей и смелей, потому что привыкаю и подсаживаюсь на порочные ласки мужчины, как на наркотик.

Раздвигаю ноги, слегка приподнимаюсь. Киской ищу пухлую головку, слегка подмахивая бедрами, но никак не могу насладиться на набухшую плоть. Рустам мне помогает. Придержав член за основание, он направляет его внутрь меня и с легкостью погружается почти до самого основания.

— Ох-х-х…

Я издаю тяжелый, надрывистый стон, стон радости, когда принимаю в себя удивительного гиганта.

— Да! Какая узкая, сладкая девочка. Теперь двигайся. Сама на мне катайся. Поскачи немного!

Моя дырочка скользит вниз по члену, доставая до основания. Потом опять возвращается вверх. С каждым новым толчком и скольжением мою плоть изнури словно что-то разрывает и распирает.

Он очень плотно во мне сидит.

Стенки лона жадно сжимаются вокруг толстого органа, поэтому я уже готова кончить. Всего лишь спустя пару осторожных движений. Качнув еще раз бедрами, я услышала хриплый стон Рустама. Бросив взгляд через плечо, заметила, что он укусил свои губы и закатил глаза, блаженно расслабившись в бурлящей, мраморной чаше. Он приподнял свои бедра навстречу и погрузился в меня максимально глубоко.

— Ускоряйся.

Я набираю скорость.

Движение вверх, потом вниз.

Быстрее, резче.

Вода плескается в разные стороны, пока я скачу на члене Айдарова. Рустам оживает. Он запускает руку между моих ног и находит в складках клитор. Нажимает большим пальцем на твердый комочек нервов. Я лишь сильнее выгибаюсь и выдыхаю очередной, тягучий стон, ни в коем случае не прекращая скачки.

— Тебе нравится? — спрашивает он, усиливая давление на клитор.

Я молча киваю, кусая губы.

— Скажи это! Ты слишком тихая.

— Да! — вскрикиваю, почти получая оргазм, но Рустам вовремя убирает палец, чтобы схватить меня за мокрые волосы и притянуть к себе ближе.

— Ты охуенно красива… — шепчет в ухо, лизнув мочку.

Очередная волна дрожи проносится вниз к пяткам, заставляя пальчики на ногах подгибаться.

— За такую вкусную игрушку никаких денег не жалко. Я рад, что женился на тебе. Ты не только классно меня трахаешь, но я уверен, родишь мне красивых наследников.

Резко замираю.

Последняя фраза меня тормозит.

Соответственно, возбуждение слабеет.

— В чём дело?

— Ничего, — махнула головой.

— Тогда двигайся. Я хочу кончить глубоко в тебя…

Подавив нехорошие мысли, я снова ускоряюсь. Делаю несколько сильных, финальных прыжков, сжимая член максимально сильно, потом наслаждаюсь изумительной вспышкой оргазма.

Рустам кончает вместе со мной, выплёскивая глубоко внутрь меня сперму. В воде ее не видно, конечно же, но я уверена, что её слишком много. Можно было наполнить два таких стаканов, из которых мой порочный любовник пил виски десять минут назад.

Получив оргазм, мы довольно обмякаем в объятиях друг друга. Рустам разворачивает меня лицом к себе, укладывая на грудь.

Я опьяневшая, разомлённая. Награждаю его своей улыбкой… В эту секунду я ни о чем не думаю. Просто смотрю на него пьяными глазами, любуюсь как произведением искусства. И совершаю непоправимую ошибку…

Моя ладонь скользит по могучей груди, поглаживая мощные, бугристые мышцы, а он… переводит взгляд на мою руку и замечает ЭТО.

Последующие минуты проходят как в какой-то остросюжетной, замедленной съемке. Взгляд миллиардера наполняется жуткой тьмой, когда он буквально впивается им в мою руку, точнее в мой палец. Тот самый чертов палец… с порезом.

Он жестко хватает меня за руку, сжимая запястье, и издает нечеловеческий рык:

— Ну что, Мия! Повеселилась? А?!

Резко дергаю руку назад, ничего не выходит. Только больнее становится от нечеловеческой, безжалостной хватки. Ведь он сжимает мою руку так, словно это моя шея, которая вот-вот и хрустнет.

— Что? Нет! Я не… я… М-Мия, — мотыляю головой, отстраняясь.

— Как забавно! То у тебя есть порез на пальце, то его нет, да?

Еще сильнее кисть давит.

Боже, нет!

Нет. Нет. Нет!

Только не это…

Он… догадался.

— Н-не понимаю о чём вы.

— Не прикидывайся дурой! Я знаю, что это ты… Мия.

Поздно врать.

Мои глаза, переполненные страхом, выдают меня с потрохами.

Как помойного котенка, Айдаров выдергивает меня за волосы из ванной и швыряет на коврик. На мощных ногах поднимается следом, вытягиваясь в полный рост.

Он кажется мне диким, озлобленным существом, мало напоминающим человека. К тому же, огромным великаном, возвышающимся надо мной, ущербной песчинкой, вестником приближающегося Апокалипсиса. Я словно проживаю последние минуты своей жизни, ожидая самого страшного в мире наказания.

— Одевайся, дрянь! Живо!

Переступает через меня брезгливо, набрасывая на себя халат.

— Послушайте, я… я могу всё о-объяснить!

Он игнорирует любые мои оправдания, быстро зовет охрану:

— Гриша!

Я едва успеваю набросить халат, как в комнату влетает охранник.

— Мать твою! Найди живо этих прошмандовок!

— Кого, господин? — в недоумении таращит глаза Григорий.

— Вторую близняшку и их мамашу!

— Минута, господин.

— Суки…

Он резко ко мне оборачивается. Глаза дьявольские, жуткие мне выносят смертный приговор. Душат, пытают, убивают! На расстоянии… Пока еще на расстоянии. Но осталось недолго.

Сделав два широких шага, Айдаров хватает меня за шею, втаскивает в комнату и бросает на диван.

— П-пожалуйста…

Молить о пощаде бесполезно.

Он же не человек.

Сейчас он — демон.

Безжалостный и беспощадный.

Вышедшее из себя мировое зло.

Я слышу, как гремит железо….

Моя жизнь словно обрывается, и я падаю в ад, когда Айдаров выставляет вперёд пистолет, направляя дуло на меня.