Глава 21

Прежде, чем я обдумала абсурдность своего предположения, моя рука коснулась полыхающей головы.

— Эйден ведь где-то там? — умоляющее прошептала я, давясь от слез.

Зверь медленно прикрыл глаза. Моему воспалённому сознанию показалось, что это стоило расценивать, как ответ.

— Он жив?

Дракон немного приподнял голову и… кивнул.

А, ну теперь понятно.

Должно быть я умерла. И все это посмертные галлюцинации.

Пока я стояла в оцепенении, зверь оглядел кабинет и стал шумно вдыхать, привлекая мое внимание. Огонь, словно примагниченный чудным пылесосом, потянулся к дракону и стал послушно забираться тому под чешуйки.

— Вот это дааа… — пробормотала я.

Над головой что-то захрустело. Я подняла голову и только успела присесть, увидев, что ещё одна балка готова была обрушиться прямо на мою голову. Дракон вдруг оживился. Подавшись вперёд, он распахнул огромные крылья и укрыл меня ими. Я окинула спасительный купол взглядом, когда в просвете между крыльями появился внимательный глаз.

— В порядке. В порядке, — отмахнулась я, будто он действительно что-то спросил.

Ну что ж, если это загробный мир, то дружба с подобным зверем мне не помешает! Особенно если учесть, что он держит в заложниках моего мистера.

Дракон почему-то не выпускал меня из своего плена. Может и меня решил в заложники взять? Я услышала жуткий скрежет. И прикрыла уши, когда раздался грохот, будто что-то крупное сыплется на моего спасителя. Крылья распахнулись, и я оказалась… на улице.

Не целиком. Например, мои ноги все ещё стояли на обгоревшем дубовом паркете, а вот над головой ярко светило солнце. Пара стен и кусок крыши отсутствовали.

Недолго думая я решила уйти в более безопасное место, где могла бы определиться, насколько я жива и что сделать с этой зверюгой, чтобы она не только выпустила мистера, но ещё и никого не сожрала.

— Дубина, вызови Рэми! — мой голос срывался от крупной дрожи, одолевшей все тело.

— Как прикажете, — отозвался Бат.

Подперев стену в кухне, я пила воду, слушая мучительные гудки, в надежде, что младший брат Эйдена не потерялся так же, как старший.

Кажется, я сошла с ума.

Глядя на своё отражение в сверкающем чайничке, я потёрла тыльной стороной ладони нос, желая стереть сажу, но сделала лишь ещё хуже. Оценив все произошедшее и свой внешний вид в том числе, я глупо захихикала.

Похоже это нервное. Потому что мне явно было не до смеха.

— Слушаю! — наконец послышался ответ.

— Рэми… — выдохнула я, прекращая истерику, — как бы это сказать… тут, — я икнула и снова засмеялась, чувствуя, как по моим щекам текут слёзы. — Помоги… Тут ДРАКОН!

Тишина. Тишина. Тишина.

Возможно это всего три секунды, но я затаилась в ожидании, что он сейчас посмеётся и положит трубку.

— Ох ты ж еб вашу мать, — выдохнул Рэм. — Всё-таки вышел? А до Джея не дозвониться… Так-так-так. Ты главное не паникуй. Сейчас что-нибудь придумаю. Но на всякий случай, не подходи к нему близко.

— Рэм! Ты вообще меня слышал?! Дракон!!! Не кот какой-нибудь приблудился! Самый что ни на есть настоящий дракон!!! ДРАКООООН!!! — я увернулась от настойчивого зверя, который ходил за мной по пятам, продолжая крушить дом, и прямо сейчас щекотно дышал мне в ухо, заставляя снова по-дурацки хихикать. — Не могу не подходить… И, кажется он… ик… съел Эйдена, — заключила я. — Но утверждает, что мой мистер цел и невредим.

— Ты что, ещё и разговаривать с ним умеешь?

— Ну конечно! Я спрашиваю, а он кивает.

— Может у тебя просто галлюцинации? Не припомню, чтобы хоть один Страж снизошёл до кивка в сторону смертного…

Чтобы дом окончательно не рухнул, в ожидании Рэми я вышла в сад, и уселась на газон. Я видела по телевизору, как всякие дамочки выгуливают в парках своих питомцев. Вот и я…

Огромный дракон, как добродушный пёс носился вокруг меня за птичками, заставляя землю дрожать. Я невидящим взглядом уставилась перед собой, стараясь понять, что из всего произошедшего за этот длинный день реально.

Плечо саднит. Должно быть, стычка с садовником была настоящей. Взгляд лениво переполз на примятые кусты. Точно. Там он лежал.

Что случилось потом? В голове такой сумбур. А ведь должно быть ещё и пары часов не прошло.

Мой ручной дракон увлёкся и вдруг, расправив крылья, оторвался от земли, звонко щёлкая челюстями прямо перед хвостом какой-то неповоротливой птицы.

— Сидеть! — я вскочила на ноги, и, указав дракону на газон, помчалась за птицей сама, чтобы прогнать ее подальше, пока она не увела у меня дракона, создав ещё больше проблем.

— Развлекаетесь? — услышала я смех у ворот и повернулась. — Смотрю, вы уже познакомились.

— Рэмиии!

Я обнаружила, что непослушная животина увязалась следом за мной, и кралась попятам, пока я гоняла из-за него птиц.

— Эй! — заорала я, и снова указала на газон: — Я кому сказала: сидеть там! Ты так в город улетишь из-за этой живности, и что мне тогда делать?

— Эмм… Луч, Стражи — довольно серьёзные ребята. За такое обращение он тебя и испепелить…

Дракон потух. Опустил голову и побрел обратно на лужайку.

— …Ну, или молча покорится приказу смертного человечишки, — поджав подбородок, закончил Рэми.

— Раз уж ты приехал, — я жестом презентовала ему зверюгу. — Есть идеи? Как оттуда вытащить Эйдена?

— Да уж… Не стоило нам так долго играть с огнём. Так сказать — раздраконили! Это у него наверно от сексуального неудовлетворения, — засмеялся Рэми.

Я непонимающе взглянула на него:

— У дракона?

— Нет, благо, — зашёлся диким хохотом младший брат мистера. — У Эйдена. Знакомься: это его Страж! Он был запечатан долгие годы, видимо, поэтому теперь такой жизнерадостный!

Я бросила короткий взгляд на дракона. Усевшись на задние лапы, зверюга беззаботно гоняла мотыльков над розовым кустом. Заметив, что за ним следят, дракон опустил лапу и вновь принял виноватый вид.

— С-страж? Что?

— Видимо у вас ещё не дошло до близкого знакомства… В таком случае не буду обламывать Эйдену удовольствие объясниться самостоятельно. А с драконом, ну… могу его заморозить, — он пожал плечами, будто сказал что-то будничное.

Что-то, что я должна была понять…

— Что? — мозг отказывал воспринимать информацию.

— Вот так, — он вытянул руку вперёд и… из его ладони вдруг вырвался снежный вихрь.

Да какого черта тут происходит???

Лапы дракона оказались в ледяном плену. Зверь, недовольно зарычав, оскалился на Рэми.

— Теперь не поскачешь, дружище! — самодовольно ухмыльнулся младший брат Эйдена.

Страж в мгновение ока растерял своё дружелюбие и, выпрямив спину, снова воспламенился, превращая ледяные оковы в пар. Разъярённо глядя на Рэми, он зашагал в нашу сторону, заставляя шутника пятиться.

— Ты что же… боишься его? — изумилась я.

— У нас с ним не очень хорошая история. Это же я сдерживал его, пока Джей запечатывал. Похоже дракоша у Эйдена злопамятный. Да и поднабрался силушки в своём заточении.

Дракон явно не собирался останавливаться. А жалкие попытки Рэми заморозить гигантского ящера, защищённого полыхающей чешуйчатой броней, не только не увенчались успехом, но и вовсе разозлили зверя ещё сильнее.

— Хватит! — заорала я, когда дракон в очередной раз вдохнул, чтобы окатить Рэми пламенной волной.

Зверь неудачно выдохнул, и кажется, подавился огнём. Закашлялся?

— Может тебе ещё по спинке постучать? Сядь уже на место! А ты! — я грозно воззрилась на Рэми. — Не беси животинку! А то я уже жалею, что позвала тебя! Лучше расскажи, как вызволить мистера?

— Ну, в этом деле мы ему не помощники. Мы — бессмертные, Лучик. Архонты. А Страж — часть нашей сущности. Поэтому нам придётся подождать, пока Эйден разберётся с проблемами у себя в голове, — видимо желая меня впечатлить (как будто всего, что случилось раньше, было недостаточно), Рэми взмахнул руками, и на нас посыпались хлопья снега.

Лето. Снег. Бессмертные. Дракон.

Непонятно, как мне удалось сохранить рассудок до этого. Но теперь мое сознание отказывалось участвовать в происходящем…

«Все что с ней случилось — из-за меня… — Эйден бился эфемерной субстанцией в голове своего Стража. — Что я сделал с этим чистым ангелом? После того, как я посягнул на ее тело, она… пришла ко мне. Молила о помощи! А я… не только не спас ее, но и обвинил в воровстве! Чертовы часы! Будь они прокляты… Я должен был благодарить за спасение! Просить прощения за то, что натворил! А я лишь унижал. Заставил покорно смотреть, как развлекаюсь с другими женщинами… после всего… И она молчала. Даже когда горела в моем огне! Хотя должна была желать мне смерти! Но ни одним чувством, ни малейшей эмоцией не проявила этого. Я не имею права даже приближаться к ней!»

Теперь Высший знал, что существует боль, сильнее той агонии, что истязала каждую клетку его тела в лесу. Сейчас от Архонта оставалось одно лишь сознание, но оно словно полыхало в адском котле.

«Блядский вертолёт! О не должен был падать на ее пути! Тогда бы я не появился в ее жизни и не растоптал бы хрупкое создание…»

Он лишь на секунду представил, что их с Ив встреча никогда не состоялась, и от того, импульсы, представлявшие сейчас собой все естество Архонта, стали ещё болезненнее.

«Но ведь, ее единственное желание… чтобы я был рядом. Почему?! Почему она хочет, чтобы чудовище, из-за которого ей пришлось столько пережить, оставалось рядом?! Я не могу… не должен…»

В воспоминаниях всплыл разговор с доктором:

— А ты сомневаешься?

— Больше ни секунды.

«Точно… больше никаких сомнений. Я все исправлю! Я понял! Пусти меня, чертов Страж! Больше не сомневаюсь!»

Глазами дракона Эйден увидел, как на девушку, стоявшую рядом с Рэми, посыпался снег. Ив прикрыла глаза и… упала.

«Нет! Нет! Доигрались, идиоты! Вы напугали ее! Выпусти же меня! Я должен ей помочь!»

Однако дракон не торопился отпускать разгорячившегося Архонта. Вместо этого, он позволил Высшему увидеть… свои воспоминания.

…Ветви многовековых деревьев мелькали перед глазами. У корней, измученный агонией и ведомый нестерпимым голодом Архонт. Желая заполучить как можно больше энергии, грубо впивается грязными пальцами в смертное тело. Накрывает нежные губы жестким поцелуем, пугая свою спасительницу. Ее страх вызывает боль в груди…

Увлечённый красочными картинками, представшими мысленному взору, Эйден немного успокоился. Он принялся анализировать подаренную Стражем информацию:

«Значит вот оно что… Я полез целоваться к ней при первой же встрече. Напугал. А ты хотел защитить, Страж. Но калейдоскоп ее эмоций настолько насыщенный, что мое сознание, изможденное истощением, не справилось. Я отключился, не позволив тебе преодолеть барьер. И, видимо, из-за попытки вмешаться, часть воспоминаний осталась у тебя».

Вспышка, и новые слайды возникли в разуме Эйдена:

…Непроглядная ночь. Миниатюрная брюнетка, словно сказочный мираж, возникла перед Высшим под грохот водопада. Архонт был весьма убедителен. Манипулировал напуганной девушкой. И она поддалась ему…

«Я не принудил ее силой? Она согласилась… Сама взяла мою руку. Но я сделал ей больно, и тогда она попыталась вырваться. А я не позволил, и ею завладел ужас. Ты же, словно чувствуя немой зов о помощи, снова попытался преодолеть барьер, но уже скоро отступился, успокоенный волной ее удовольствия…»

Эйден расслабился, в надежде, что это все. Однако дракон медлил. Уже через секунду Архонт увидел новое воспоминание:

…Спальня Высшего. Его кровать. Руки ласкают тонкую фигурку. Эйден упивается удовольствием от пробуждаемых его действиями эмоций…

«Вот как?! Но раз ей было хорошо, какого черта ты украл у меня это воспоминание?»

В ответ молчаливый Страж, показал Архонту продолжение:

…Испугавшись горящего взгляда Высшего, девушка попыталась высвободиться. Однако Эйден явно не намерен был ее отпускать…

«Я понял. Снова был груб. Напугал ее. Я осознал… Ты спрятал в своей клетке те воспоминания, в которых отчаянно старался вырваться на свободу, чувствуя, что Источнику грозит опасность… Я признаю каждую свою ошибку. Я все исправлю, и позабочусь о том, чтобы тебе больше не пришлось вмешиваться. Отпусти меня. Я ведь нужен ей».

— Мистер!

Я распахнула глаза и попыталась сесть. Комната закружилась. Прохладные руки, обхватив мои плечи, уложили меня обратно на подушки.

— Спокойно. Тебе нужно отдохнуть.

— Рэми! Как он? Почему ты здесь? А как же дракон? Если он улетит, то я больше никогда не увижу… — я насупилась, чувствуя, что мои слова прозвучали, как полнейший бред. — Мне ведь не приснилось? Где я?

— В гостевом домике. Тебе придётся пожить здесь, пока дом восстановят…

— Мне? А где же будет жить мистер? В драконе?

Рэми засмеялся, и отвернулся от меня.

Похоже, я действительно брежу.

— Я же говорил, что ты зря переживаешь! Видимо Луч больше боится не тебя, а за тебя…

С кем он говорит?

Мне потребовалось приложить усилие, чтобы приподняться на локтях. За спиной Рэми, опиравшись на дверной косяк, стоял мой мистер.

О, слава богу!

С виду цел и невредим. Правда, судя по выражению лица, чем-то очень взволнован. Руки, сложенные на груди, выдавали некую неуверенность в себе. Будто он не решался подойти ближе.

— Хозяин… вы в порядке?

Отделившись от косяка, он неторопливо направился к кровати:

— Рэм, вызови доктора Мартина. И попытайся выйти на связь с Джеем. Может понадобиться его помощь. Я не уверен, что Гарри не стал свидетелем нашего представления, так что присмотри за ним.

Когда за Рэми закрылась дверь, мистер опустился на край кровати.

— Хочешь поговорить?

Я закивала головой, заставляя комнату вновь прийти в движение. Словно в замедленной съемке хозяин подался вперёд. Взял подушку и подсунул мне под спину. Я во все глаза глядела на него. Живой!

— С чего же нам теперь начать… — задумчиво протянул он.

Я неосознанно потянулась к нему, и, обвив широкий торс руками, уткнулась носом в его шею. Послышался облегчённый выдох, скорее напоминавший стон наслаждения.

— Ты что же… совсем не боишься меня?

Я покачала головой. Тёплые руки легли на мою спину.

— Ты все ещё хочешь, чтобы я был рядом.

Я молча кивнула.

— Что ж… — он медлил, будто собирался сказать мне что-то очень неприятное. — Я расскажу о себе. А затем спрошу снова. Если ты поменяешь решение, я пойму.

Его слова прозвучали с надломом, и я подняла голову, желая увидеть лицо своего мистера. Хмурится.

— Не нужно! — отрезала я. — Рэми сказал достаточно. Вы — бессмертный. Ваша сила — огонь. Страж — дракон. Мне все понятно! Если разговоры об этом причиняются вам боль, то я не хочу ничего слушать.

Похоже все это правда. На лице мистера не осталось и следа от рваной раны.

Он явно удивился:

— Значит, даже зная все это… ты не боишься?

— Боюсь…

Он попытался отпрянуть.

— Боюсь, что когда вы узнаете всю правду обо мне, прогоните прочь.

— Не прогоню. Я уже…

— Ой! — отойдя от первого шока, я, наконец, вспомнила, что все ещё должна притворяться парнем.

Ощутила, что бинт на груди заметно ослаб, норовя сползти и отстранилась.

— Секундочку. Мне нужно… — «спрятаться».

— Снова тошнит?

Я кивнула, и мистер поднялся на ноги, помогая мне выбраться из кровати.

— Ты больше не можешь тянуть с этим, Эйден, — строго сказал доктор Мартин. — Я должен ее осмотреть, но она не дается ведь! Если не можешь ты, это сделаю я!

— Нет-нет! Я сам. Сам.

— Тогда поторопись! На первый взгляд она в порядке, но девочка могла серьезно пострадать при пожаре. А боясь выдать себя, не решится никому рассказать. Последствия такой халатности могут быть фатальными!

— Я понял…

— А ребёнок? Необходимо провести полное обследование, — не унимался старик. — Раз уж ты разобрался с идентификацией, значит…

— О чем вообще речь? — удивился Рэми, до этого молча подпиравший барную стойку посреди гостевого домика. — Ты что же, разгадал, что она девушка? И давно?

Эйден бросил подозрительный взгляд на брата:

— Сукин сын, так ты все знал? Поэтому с самого начала подкатывал к ней яйца!

— Мне Джей сказал! — Рэми примирительно поднял руки. — Велел тебе ничего не говорить! А Дубина все испортил.

— Не понимаю о чем речь, — отозвался искусственный интеллект, которым был оснащён и гостевой домик.

— Так вот зачем ты удалил информацию о ней? — Эйден был зол, однако старался не показывать этого, чтобы брат успел рассказать, как можно больше подробностей, прежде чем… начнёт гореть. — Бат докопался до истины?

— Конечно, разве ты не от него узнал? Стоило ей сдать кровь, как он тут же разведал о ней все. Мы с Джеем как-то забыли это учесть. Я подумал, ты поэтому сам не свой. Так она беременна? От кого?

— Какое отношение к этому имеет Джей?

— Так это… с его подачи она притворяется. Он вроде заключил с ней какую-то сделку. Подробностей не знаю, но он говорил что-то об эксперименте.

Эйден стиснул кулаки:

— Верни моему помощнику память и проваливай! С вами, братцы, я ещё позже потолкую…

— Не хочешь прежде узнать ее настоящее имя? — Рэм как обычно не упускал возможности развлечься.

Эйден скрипнул зубами и прорычал:

— Она сама мне скажет! Пошёл прочь, пока я не организовал тебе личный ад!

— Ну, вот и раскрылись причины, — послышался голос доктора. — Конечно, с такими братьями, и врагов не надо! Я, пожалуй, тоже пойду, Эйден. Работа не ждёт. Разберись с этим. Только будь осторожнее: беременные, знаешь ли, очень впечатлительные. Лишний стресс может отрицательно сказаться на ребёнке. С них и так достаточно. Я вернусь позже. И оценю ее состояние.