Глава 71

Ева

Сердце стучало где-то в горле пойманной птицей, виски пульсировали, а нутро скрутило от ужаса. Я часто и неглубоко дышала, боясь издавать хоть какие-то звуки, и мои мысли метались от того, что нужно как-то помочь Олегу, к вариантам того, каким образом предупредить Адама. Но стоило мне подумать об этом, как мужчина, вжимающий оружие мне в ребра, выхватил из моих рук рюкзак, перекидывая его на переднее сидение мужчине, сидящему справа от водителя. Увидев это, напряглась еще сильнее, лихорадочно соображая, как быть дальше. Но человек на пассажирском сидении отключил мой смартфон и быстро достал из него симкарту. И прежде чем я даже успела понять, что он делает, тут же сломал ее.

Вот и все. Теперь Панкратов точно не сможет отследить меня. Оставалась надежда на телефон Олега, но я предполагала, что его гаджет обезвредили еще до того, как угнали автомобиль. Едва заметно двинула рукой, надеясь проверить хотя бы пульс у своего охранника, но похититель щелкнул предохранителем, и у меня волоски на шее встали дыбом от ужаса, прокатившегося волной по телу и сковавшего мускулы.

— Последнее предупреждение, — тихо, но уверенно проговорил похититель, обдавая меня дыханием с запахом табака и ментоловых конфет, вызывая приступ тошноты.

Не знаю, страх ли это или нетерпимость к элементарному нарушению личного пространства, но мне стало мерзко оттого, насколько близко ко мне находился этот ужасный незнакомец. Теперь Адам на фоне этих монстров казался самым приятным и приличным человеком.

Хотя, если вдуматься, то я не смогла бы ответить на вопрос, что хуже: похитить человека или оклеветать, при этом намеренно лишить его свободы. На чаше весов, взвешивающих тяжесть данных преступлений, какое окажется тяжелее? Я не могла сказать. Но вот убийство это самое жуткое из возможных злодеяний. Об этом я бы ответила не раздумывая, ведь с этой мыслью меня воспитывали родители.

Мой мозг будто намеренно отгораживался от причин, по которым меня похитили, и старался не думать о том, куда меня везут и что сделают. Мое внимание занимало лишь крупное бездыханное тело мужчины рядом с собой. Мужчины, который один из немногих не позволял себе в мою сторону неподобающих выпадов и даже презрительных взглядов, мужчине доброму и неиспорченному.

— Могу я проверить его пульс? — не получалось играть по навязанным правилам, в то время, когда я не знала, что именно произошло с моим охранником.

— Пульс? — хмыкнул похититель рядом. — Глупо проверять то, чего нет, — холодно добавил он, а у меня в глазах помутнело от его ответа.

— Что это значит? — на выдохе спросила.

— Это значит, что тебе пора заткнуться! — рявкнул на меня пассажир с переднего сидения.

— Он мертв? — уже не могла остановиться до тех пор, пока не проясню ситуацию с Олегом.

— Заткни ее, — продолжал рычать с переднего сидения напарник того самого майора.

— Просто ответьте, да или нет! — на меня накатывала истерика при мысли, что из-за меня умер человек. И не просто какой-то там абстрактный незнакомый мужчина, а тот, с кем я проводила много времени, разговаривала, шутила. Тот, кто пытался несколько минут назад открыть мне глаза на ловушку и спасти.А теперь он что? Его больше нет?

Боже! За что?!

— Просто заткни ее! — человек с переднего сидения кинул что-то в руки незнакомца, сидящего рядом со мной.

К этому моменту я уже ничего не видела. Слезы застили глаза мутной пеленой, а в горле застряли рыдания. Все это неправда. Просто страшный бесконечный сон. Я скоро проснусь и все закончится.

Но нет. Прикосновения к моим рукам оказались очень реальными, как и скотч, которым обмотали мои запястья, предварительно заведя руки за спину.

Мужчина, сидящий сбоку, обхватил меня за щеки, разжимая челюсти и засовывая в рот какую-то тряпку и следом заклеивая рот все той же серебристой лентой.

— Так-то лучше, — усмехнулся новый водитель, а я задыхалась, не в силах сделать вдох из-за жидкости, скопившейся в носу, и ощущения сдавленности в груди.

Оплакивая Олега, я проклинала собственную беспечность и упрямство, как и Панкратова, потакавшего моему желанию видеть папу в любое время. Теперь же я считала, что он слишком снисходителен к моим капризам, в то время как должен был проявить настойчивость и как минимум уберечь одну жизнь.

Выживу ли я после этой поездки, я не знала, как и мотивы этого похищения. Ведь похитителями могли оказаться кто угодно, начиная от папиных недоброжелателей и заканчивая теми, кто хотел навредить Адаму. Но если это действительно связано с ним, то они сильно промахнулись. Ведь я для Панкратова не более чем очередной каприз, ради которого он не станет переворачивать город вверх дном. Да что там город! Он скорее обрадуется моему исчезновению. К чему ему такая проблемная любовница, выставляющая какие-то нелепые условия и мечтающая о большем, чем просто статус содержанки.

Погруженная в мысли, я не заметила, как машина свернула в промзону и затормозила посреди какого-то амбара. Вокруг суетились люди. Меня вытащили в полумрак, толком не давая осмотреться и открывая багажник старого седана. Я лишь успела проводить взглядом машину Адама, зарычавшую мотором и скрывшуюся из поля зрения.

— Залезай, — кто-то грубо толкнул меня к багажнику, запихивая внутрь и перевязав ноги, после чего захлопывая крышку сверху, словно крышку гроба.

Окружившая темнота замкнутого пространства, запах пыли и затхлости внезапно пробудили все органы чувств, заставляя внимательно прислушиваться к звукам снаружи. В машине хлопнули дверцы, кажется, обе сразу. Кто-то приглушенно переговаривался. Заурчал мотор, и транспорт тронулся с места.

Сердце пробивало дыру в грудной клетке, а пульс зашкаливал. Теперь, когда я осталась в полном одиночестве и меня увозили в неизвестном направлении, мне по-настоящему стало страшно за себя. Затаившись, я долго прислушивалась к звукам в автомобиле. Но ничего, кроме веселой попсовой музыки и редких мужских смешков, не получалось расслышать. Вскоре мне показалось, будто я слышала звук взлетающего самолета. Машина затормозила. Снова стук дверей, и крышка багажника распахнулась. Зажмурилась, ослепленная искусственным светом. Сощурившись, старалась рассмотреть похитителей, но не успела. Тот, кто выдернул меня наружу, сразу же закинул к себе на плечо, словно резиновую куклу. Я болталась вниз головой напротив задницы незнакомого мужчины и видела, как у него сбоку болтается автомат. Ужас от осознания того, что все гораздо серьезнее, растекся по венам, пропитывая собой и лишая возможности даже пошевелиться.

Похититель взбежал вверх и сунул меня между громадными ящиками на пол, а сам уселся на скамейку напротив и демонстративно взял в руки автомат. Я посмотрела на своего охранника, равнодушно взирающего на меня, и только потом обнаружила по соседству еще несколько связанных девушек и еще двоих вооруженных мужчин. И теперь хотелось кричать от первобытного страха, но меня будто парализовало, и я не могла выдавить даже бесполезного мычания.

Через какое-то время люк самолета закрылся и зарычали турбины. Меня затрясло от паники и охватившего ужаса. Это в самом деле происходило со мной. Меня похитили и увозили в неизвестном направлении в грузовом отсеке самолета.