Глава 14

/Дарио/

— Так и будешь мной любоваться или что-нибудь сделаешь? — Мария всплеснула руками, продолжая сверлить меня ворчливым взглядом.

Будто не она подверглась похищению и следом нападению. Всё-таки мужчина снимал штаны явно не для того, чтобы переодеться. Я конечно, маг смерти, но вовсе не злой человек. Однако этим похитителям достанется знатно. Причём, не только в жизни, но и в смерти.

— Я просто рад видеть тебя живой и невредимой.

Привычным движением снял концентру с пояса. Усыпляющее заклинание направилась к только поднявшемуся на ноги мужчине. Тот завалил на землю и захрапел.

— Как ты? Тебя не ранили? Сильно испугалась? — внимательнее присмотрелся к девушке.

Снова не нашёл никаких повреждений. Разве что, потерялся плащ, да платье порвалось и испачкалось. Но это сущие мелочи.

— Не ранили. А чего боятся? — она криво усмехнулась. — До тебя этим похитителям далеко, — она вскинула подбородок.

Но не укрылась её некоторая нервозность. Всё-таки испугалась.

— Конечно, куда им до меня? — я снял с себя сюртук и аккуратно накинул его на плечи Марии.

— Воу, это что забота? — нахмурилась она. — С тобой всё в порядке? Голова не кружится? Лихорадка не беспокоит? — поинтересовалась с наигранным участием.

— Пойдём уже, язва. Нужно до темна добраться до замка, — перекинул руку через хрупкие плечи и повёл её к карете.

Какая она всё-таки маленькая. Зато характера на десять таких.

Мария задумчиво молчала и сидела на облучке, пока я грузил бессознательных похитителей в карету. К сожалению, вернуться в замок тенями не представлялось возможным. Я бы ещё мог перенести Машу, но ещё двоих потерял бы по дороге. Точнее, нашлась бы особенно голодная тень. А у меня были иные планы на злоумышленников.

— Расскажешь, что случилось? — предложил, присаживаясь возле Маши.

Давненько я сам не правил каретой. Я бы сказал, с детства, когда отец позволял мне сидеть возле кучера. Любознательный мальчишка, каким был я, интересовался всем.

Кони недовольно всхрапнули, но тронулись. И вскоре разогнались на ровной дороге. Вечер сегодня стоял безветренный, тёплый и спокойный. Солнце почти полностью скрылось за горизонтом, окрасив небо в алые оттенки. Если бы не обстоятельства, вынудившие к прогулке, она могла бы обрести флёр романтизма.

— Я гуляла по городу. Налетели эти. Прижали к лицу вонючую тряпку. Очнулась уже в карете. И попросилась пописать.

— Он пытался тебя изнасиловать?

— Он начал приставать, я ему подыграла, он и побежал, теряя штаны, — она наигранно беспечно рассмеялась.

— Ты, что?!

— Не тебя же мне ждать, — Мария закатила глаза. — Пришлось импровизировать.

— Как раз нужно было ждать меня, — процедил, стиснув в недовольстве челюсть.

— Правильно. Только злобному магу смерти можно обижать несчастного мага жизни, — язвительно пропела она и прямо посмотрела в мои глаза.

Я опешил от её слов. Даже растерялся.

— Что? Удивлён? Давай, расскажи, что давно хотел поведать эту тайну, но не находил слов и повода.

— Повод действительно не находился. Как и причины, — подстегнул коней ускорить бег. — Раз всё знаешь, то подумай, в каких отношениях состояли наши предки. Жизнь и смерть — вечное противостояние. Мы кровные враги. Точнее, были врагами.

— А теперь мы должны стать супругами. Для чего, Дарио?

— Чтобы положить этому противостоянию конец. Всё предельно просто.

— Сколько ещё ехать до замка? — поинтересовалась она, резко меняя тему.

Зелёные глаза впились в моё лицо пронзительным взглядом, не обещающим ничего хорошего. Впервые я видел в их глубине клубящуюся в Марии магию. Впервые я опасался её, ведь не врал. Мы кровные враги, так сложилось много веков назад. И всё равно, даже зная, что может произойти, даже осознавая это, я не желал Марии зла. Это я понял с кристальной ясностью именно в эти мгновения.

— Около часа, — ответил, стараясь скрыть свои истинные чувства.

— Значит, у тебя час, чтобы подумать и прийти к верному решению. Ты или сегодня рассказываешь мне всё или я начинаю ставить ультиматумы.

Наверное, впервые с нашего общения она была так серьёзно настроена. Мария кивнула и отвернулась, устремив взгляд к дороге. И остаток пути прошёл в молчании. Мы оба думали. Кажется, об одном и том же. Что же принесёт нам следующий разговор?

На середине пути нам встретился отправленный Мортимером отряд всадников. Не скажу, что я опасался нападения. Мага смерти сложно убить. И это не пустые слова. Многие пытались, когда умер мой отец, а бремя управления графством рухнуло на мои плечи. Наш род владеет лакомым куском земли, каждый из соседей желал бы им обладать. Но все выжидали. Знали, что род Мерро находится в упадке. Однако, вскоре всё должно было измениться. Девять месяцев до этого знаменательного события. Почему-то от этих мыслей и так не самое радужное настроение испортилось окончательно.

Замка достигли без происшествий. Там я поручил ожидающей прислуге отвести Марию в её покои и позаботиться о ванной и ужине для неё. А сам проследил за тем, чтобы похитителей отвели в подвалы. Мужчины пришли в себя. Однако, я не стал с ними общаться. Оставил в тишине тёмных подвалов с полным осознание того, что их ожидает. Ночи роящихся в голове страхов бывают эффективнее любых пыток.

***

После всех дел я сразу направился к Мари. Поздний ужин уже завершился. Невеста нашлась в спальне. Мария освежилась. Переоделась в шёлковую ночную сорочку и халат изумрудного цвета. Волосы слегка вились после водных процедур. На коже алел румянец. Мария выглядела соблазнительно, с этим бы не стал спорить ни один мужчина. Она сидела на кровати, закинув ногу на ногу и сложив ладони на колене. Зелёные глаза, потемневшие до цвета малахита смотрели точно в мои.

Она ждала меня…

— Надеюсь ты пришёл, чтобы рассказать правду.

— Разве правда тебе неизвестна? — я прошёл к ней и демонстративно поставил на прикроватную тумбочку два стакана и скальпель.

— Мне многое неизвестно, — фыркнула она, скользнув ленивым взглядом по выставленным предметам. — Например, в чём смысл этого брака? Зачем тебе ребёнок от меня?

— Жизнь и смерть должны объединиться, чтобы принести благо этим землям.

— Ещё начни говорить стихами, — Мария зло встряхнула головой и поднялась с кровати.

Между нашими телами оставались жалкие полметра. Я смотрел на неё сверху вниз, но Мария не тушевалась и выглядела воинственно, если не сказать больше.

— Я больше не дам тебе крови. Пока не расскажешь в чём дело, не жди от меня сотрудничества.

— Это неразумно, Мари. Ты же знаешь…

— Ты не просишь дважды. Помню, слышала. Но и я умею упираться рогом. Давай, вперёд, забирай кровь силой.

Она скрестила руки на груди. Кожа Марии начала испускать мягкий свет, а глаза посветлели до оттенка молодой зелени. Конечно же она мне не соперник. Я мог подавить её, забрать то, что так отчаянно нужно. Но… я не хотел ломать её. Любая на её месте, та же Жаклин, не посмела бы перечить, опасалась бы последствий после первой же демонстрации силы и пыталась бы наладить общение. Точнее, большинство девушек моего мира обрадовались бы возможности войти в род Мерро. Мария была другой. Шла напролом, проверяла границы дозволенного и не собиралась идти навстречу, пока не выяснит причины. Признаться, несмотря на ограниченность во времени и столкнувшие нас обстоятельства, мне это нравилось.

— Завтра я снова еду в город, — проговорила моя невеста, так и не дождавшись от меня никаких действий.

— Это неразумно и опасно.

— Можешь отправиться со мной в качестве охраны, — насмешливо заявила она. — А теперь… Дверь там. Спокойной ночи.

— У нас мало времени… — начал было я, но Мария перебила.

— Тогда тем более пора мне всё рассказать, — она махнула рукой, указывая на смежный проход между нашими спальнями. — Нужна моя кровь — объясни.

— Я тебя понял, — произнёс на выдохе и отвернулся.

Душой владело злое веселье. Бестия показала длину своих клыков, а мне предстояло решить, что с этим делать. Пожалуй, Мортимер прав и пора раскрыть перед ней карты. Возможно, применение силы было бы менее жестоко.

— И Дарио, — догнали меня её слова, прежде чем я закрыл за спиной дверь, — верни мой Гримуар.

Я не ответил, вошёл в свою спальню и захлопнул дверь. По центру комнаты материализовался Мортимер. На лице призрака застыла мрачная улыбка.

— Не считаешь, что ты слишком мягок?

— Она — мать моего будущего ребёнка, — пожал я плечами.

— И что будешь делать?

— Дарить подарки дорогой невесте. Пожалуй, начну с алтаря света.

***

День начался рано. После утренних процедур я переоделся и отправился будить Марию. Девушка мило сопела, раскинув руки и ноги в стороны. Похоже, даже такая большая кровать не способна вместить весь размах её личности. Котяра спал у неё в ногах. При моём появлении приоткрыл один глаз и вновь заснул. Похоже, они поладили. Раньше он был ласков только с Мадлен. А нам с Мишель доставались надменные взгляды.

— Доброе утро, дорогая, — я прошёл к окну и распахнул шторы, позволяя лучам солнца озарить комнату.

На безмятежном лице невесты появилась страдальческая мина. Морщась, она приоткрыла глаза.

— Каждый раз надеюсь, что ты мне только приснился, — пробормотала она, схватила подушку и прикрыла ей лицо.

— И очень зря. Лучше растрачивать чаяния на более реальные вещи, — я прошёл к её кровати и развалился рядом с ней.

Постельное бельё пропиталось ароматом её кожи и теплом тела. Мария выглядела забавно в своих попытках спрятаться от света солнца, что я не смог сдержать улыбки.

— Что тебе нужно в такую рань? — выглянула она из-за подушки.

— У нас много дел, Мари, вставай.

— Решил признаться во всех грехах и боишься не успеть до вечера?

— Нет, сегодня мы создадим алтарь света.

— Правда?! — Мария отбросила в сторону подушку и приподнялась на локте.

Пытливый взгляд впился в моё лицо, выискивая любые признаки лжи. Но я ни разу не врал ей, только недоговаривал. Она коснулась моей щеки кончиком пальца, даже слегка дёрнула бороду.

— Вроде настоящий, — пробурчала.

— К тебе в кровать приходят другие мужчины? — вопросительно приподнял бровь.

— Вдруг это Морти прикалывается, — хмыкнула она. — А что, в замке есть другие живые мужчины? Ты решил угодить невесте и привёл мне любовника? — хитро прищурилась.

— Нет. И не будет. Я уже говорил, никаких любовников, — улыбка сошла с моего лица.

Ведь знает, что эта тема меня злит. Признаться, я сам виноват, оставил Жаклин. Но я к ней привык, надеялся, что она немного поможет Маше. Однако, как оказалось, моя любовница не устраивает Мадлен. А её мнение в этом вопросе для меня решающее.

— Вставай, Мари, — тоже перекатился на бок, опершись на перину локтём.

Наши лица оказались на одном уровне. И я не стал отказывать себе в соблазне коснуться заалевшей щеки Марии.

— Иначе я решу, что это предложение провести в постели больше времени.

— И как Жаклин тебя терпит? — закатила она глаза.

Однако от меня не укрылось её смущение. Мария энергично перекатилась к краю и соскочила с кровати. Сорочка на мгновение задралась, демонстрируя стройные ноги.

— У нас с ней схожие вкусы.

— Дай-ка угадаю. Вы оба любите тебя?

— Любим искусство. Жаклин потрясающе рисует, играет на трёх инструментах и прекрасно поёт.

— Женился бы на ней.

— Жаклин скоро покинет замок. Оставить её было ошибкой, — и я поднялся с кровати, внимательно следя за реакцией Марии на мои слова. — У тебя удобная кровать, кстати. Надо почаще здесь валяться.

— У тебя есть своя, — насупилась она, сузив глаза. — Я начну запираться.

Мария устремилась в сторону купальни, временами бросая на меня через плечо хмурые взгляды. Ведь прекрасно уловила намёк в моих словах. Наверняка, гадала, шучу я или говорю серьёзно. На самом деле, я и сам не знал.

— Зачем? Тебе же понравился тот поцелуй.

— Маньяк, — припечатала она и закрыла за собой дверь.

Довольный состоявшимся разговором, я отправился в её гостиную, где горничная накрывала на стол. Привык, что Жаклин собирается не особо быстро и приготовился ждать. Однако, Мария появилась буквально через пятнадцать минут. Волосы собрала в высокий хвост широкой лентой, надела дорожное платье синего цвета, а сверху набросила плащ. Ни духами, ни косметикой не озаботилась, но с её природными данными в этом нет необходимости. А меня она никогда и не пыталась очаровать.

— Как мне нравится твой кофе, — заявила она, присаживаясь напротив меня. — Точнее, кофе — единственное, что мне в тебе нравится.

Сразу подтянула к себе тарелку с блинами и принялась быстро завтракать, проигнорировав мой прищуренный взгляд.

— Давай, рассказывай. Что ты задумал?

— Я же сказал, создадим алтарь света. В госпитале.

— Это поможет больным? — впервые с пробуждения она говорила серьёзно.

— Хуже в любом случае не будет.

— А потом?

— Твоя инициация. Этого же хочет Гримуар?

Мария не донесла блинчик до рта, опустила его. Взглянула на меня задумчиво и немного неуверенно.

— Если честно, я думала, что начинаю сходить с ума и этой тётки на самом деле не существует.

— Нет, Мортимер ощущает присутствие ещё одной подобной ему сущности.

Девушка склонила голову на бок, медленно забросила блин в рот, прожевала, не сводя с меня хмурого взгляда.

— Что ты задумал, Дарио? Ещё вчера отказывался рассказывать правду, запрещал поход в город. А теперь собираешься устроить мою инициацию, что бы это не значило. В чём подвох?

— В самой правде. Поверь, сладкое неведение приятнее.

— Выбираю красную таблетку.

— Что?

— Правду, горькую и жестокую. Хватит с меня недомолвок.

— Хорошо. Тогда по плану, госпиталь, алтарь, инициация, если успеем. Вечером всё обсудим. И ты решишь, давать ли мне кровь для последнего зелья или нет.

— Последнего? — голос её стих, а в глазах появилась настороженность.

— Последнего, — подтвердил я и улыбнулся. Осознал, что желаю поскорее развеять этот запрет. И не только из-за необходимости скорее пройти брачный ритуал. — Мы сможем друг к другу прикасаться. Так часто, как захотим.

Маша насмешливо фыркнула, но промолчала. Лишь чересчур резкий взмах руки выдал её некоторую нервозность.

Завтрак завершился быстро. Мария спешила и не намеревался задерживать нас без повода. Мы покинули её комнату и зашли в мою. Там я надел лёгкое пальто, взял Гримуар и приготовленные для Марии ремень с ножнами для концентры.

— Мне нравится прогресс в наших отношениях, — пропела она, когда я передал ей книгу, припоминая произнесённую не так давно мной фразу.

— Это только начало, — заверил её.

Продолжая перебрасываться колкими, но большей частью безобидными фразами, как мне казалось к общему удовольствию, мы покинули замок через главный вход и вышли к подъездной дорожке. Карета была готова и ожидала нас. Здесь же конюх удерживал моего коня. Я намеревался отправиться верхом.

Однако, и этот день не собирался оставлять нас без сюрпризов.

Карету на полном скаку объехал всадник на белом коне, остановился в паре метров от нас и спешился. В мужчине я узнал Пьера Мирель, старшего брата Жаклин. Только разборок с их родом мне не хватало. Да и сама она явно ожидала его, и появилась сразу же.

— Пьер, дорогой! — воскликнула она, выбегая на ступени.

Жаклин предстала в красивом платье из голубого атласа. Заново отрощенные волосы блестели, уложенные в простую причёску. Однако достигнуть брата она не успела. Её опередили.

— Здравствуйте, — перед мужчиной возникла Маша. — Меня зовут Мария, а вас?

— Пьер, — опешил он, взглянув на девушку. Мельком улыбнулся, оценив её прелести, приосанился и протянул ей руку. — Пьер Мирель, тьера, к вашим услугам.

— Очень приятно, — хихикнула она, позволяя ему поцеловать свою ручку.

Я скрипнул зубами от нахлынувшей злости, стиснул ладони в кулаки, но стоически промолчал. Мария не знает правил поведения нашего мира, нужно помнить об этом.

— Ох, надо же, какие у вас глаза голубые. И конь белый. А главное, нет бороды. Класс. Мне нравится. Вы часом не принц?

— Граф, — снова растерялся Пьер.

— Тоже отлично, — заверила она его, похлопав по плечу. — Мм, мускулы.

— Пьер, — напомнила о своём присутствии не менее растерянная Жаклин.

А потом решительно прошла и оттеснила Машу. Пользуясь возможностью, я схватил невесту за руку и привлёк к себе.

— Не смей прикасаться к другим мужчинам, — прошипел ей на ухо.

— Почему это? — неискренне удивилась она. — Вообще, ты конечно, оперативно. Но в следующий раз уточняй все требования к кандидату, а не только внешние данные. Вдруг он ковыряется в носу или слушает русский рэп. Что мне тогда с ним делать?

— О чём ты? — спросил раздражённо, ведь заноза продолжала бросать в сторону Пьера призывные взгляды.

— Так разве ты не для меня его позвал? Блондин, голубые глаза, гладкие щёчки и белый конь.

— Нет, — коротко выдохнул, пытаясь смирить ярость.

Даже не знаю, чего хотел больше, разбить слишком красивое лицо графа Мирель или скорее увезти Мари. Меня жутко бесило то, как она смотрит на него, как прикасается к нему. Вообще, бесила вся эта ситуация!

— Нет? Ну, будем считать, нам повезло. Тебе — Жаклин, мне — красавчик Пьер, — в зелёных глазах искрились смешинки, пухлые губы кривились в усмешке.

Мари ловко освободила ручку и рванула к брату и сестре Мирель.

— Пьер, милый, а вы не хотите с нами в город?

— Мари, — рыкнул и бросился следом за распоясавшейся невестой.

Если она ещё раз к нему прикоснётся, спалю Пьера и развею прах по ветру, вопреки своей доброй натуре!