Глава 5. Глава клана Фениксов
Рэйнэн
Золотистый бульон с жирной пленкой и явным мясным ароматом меня настолько поразил, что я не смог сдержать стона удовольствия. И пусть, мне пришлось сделать вид, что не заметил оговорки своего «хозяина», или, правильнее сказать, «хозяйки», но я уловил ее реакцию на невольный звук.
Каждой клеткой своего тела.
Ее вспотевшие ладошки, расстегнутую пуговицу. Жаркий и слегка безумный взгляд.
Сглотнул суп, ощущая как в штанах снова тяжелеет. Я был рад ее оговорке. Теперь, все постепенно становилось на место. И телосложение мальчика, и моя на него реакция. Подумать только, я почти смирился с влечением к парню! Хотя, это не являлось чем-то сложным, учитывая, что я впервые почувствовал вожделение. И ревность. И… разочарование в том, что ко мне в ванную пришла старуха, а не пацан.
- Мне нужно проветриться, - выдавила девчонка и вылетела из комнаты, едва ли услышав озадаченный вопрос служанки.
- Куда вы?..
Женщина махнула рукой.
- Вечно эти Фениксы сходят с ума. Трудно держать под контролем огонь. Но тебе ли не понимать, грозовой демон? – хитро глянула на меня Ралит слепыми зрачками.
Я предпочел дальше поглощать суп. Откуда старая птица знала так много решил не спрашивать. Она, похоже, из тех женщин, что набираются жизненного опыта, а потом тычут его в глаза собеседнику как игольницу с торчащими из нее узкими «ушками». Кичась, и немного гордясь собой. А еще обладают легким налетом превосходства перед оппонентом.
Очень быстро тарелка опустела. И я почувствовал себя лучше. Домашняя жидкая еда – то, что нужно ослабленному от голода организму. Я буквально ощутил, как поломанное ребро шевельнулось, вставая на место. Все-таки регенерация демонов – это нечто. Осталось дождаться, когда отрастет язык. Непонятный обрубок во рту меня раздражал, и тем более, не позволял есть нормальную пищу. Здесь была одна проблема.
Капитан корабля отрезал плоть особым образом. Таким, какой практиковал на остальных рабах. Кинжалом с ядом василиска. Это очень затрудняло восстановление. Но я уже мечтал, что однажды скажу ей что-то… своей новой хозяйке.
Однако и поведение ее меня немного настораживало. Зачем притворяется парнем? Может быть, она просто боится мужчин?..
Мысль не успела толком оформиться, когда в комнату зашла она, в образе мальчишки аристократа. Похоже, она успокоилась. Щеки уже не горели красными пятнами, и жилет снова был застегнут на все пуговицы до самого горла.
- Идем, Рэйнэн, - произнесла приказным тоном она.
Я встал. Какая же она мелкая! Едва ли до плеча достанет своей макушкой. Не буду ехидничать на тему того, откуда она знает имя. Кстати, эта загадка занимала меня больше всего. Единственный способ – чтение мыслей, но я не слышал, чтобы птицы обладали подобным даром. Хозяйка полна секретов. Впрочем, как и я.
Кожу под шеей обожгло покалыванием. Она применила толику принудительной магии. Случайно или нарочно – не ясно. Я скривился, но побрел за девушкой, стараясь смотреть куда угодно, только не на нее.
Слишком притягательный силуэт маленькой фигурки сразу заставлял мои мысли мчатся в безумном страстном русле, а я не хотел ее лишний раз пугать и выдавать довольно острую реакцию на присутствие девушки рядом.
Но чем дальше мы шли, тем заметнее становилась перемена в поведении хозяйки. Ее красивые брови нахмурились, зеленые глаза горячились от волнения, кулачки сжимались и разжимались от бури чувств, сейчас кипящих внутри нее.
- Сейчас будет лестница. Прости, но мы должны подняться на самый верх, в кабинет отца, - она критически осмотрела меня. – Вижу, тебе стало получше. Слава Великой Птице.
Мы поднимались по винтовой загогулине вверх. Как причудливо этот народец строит свои дома! На Рогатом Континенте все квадратное, грубое. А здесь – нежные округлые формы, высокие башни, широкие пролеты и вид из окон… потрясающий. Куда пустыне моей родины тягаться с изумрудными лугами и просторами, с этими холмами и скалами вдалеке. Сквозь бойницы можно было увидеть детали местности, в которую меня занесло.
Оттуда же веяло свежим кристальным воздухом, без намека на вонючие серные испарения с демонических источников. Разве может жизнь существа измениться за одно мгновение так сильно?
Я подыхал. Мучительно и долго сражался с собственной регенерацией. А сейчас… готов благодарить Богов-Близнецов за встречу с ней, этой маленькой госпожой.
Она нервно отбросила тяжелую деревянную дверь, заходя в кабинет главы клана Фениксов.
- Вран! Наконец-то! – крякнул степенный мужчина за большим столом. Он и сам был довольно внушительных размеров. Но не сравнится ни с одним демоном в расцвете сил.
Мой отец бы даже не поместился в этом кресле, учитывая хвост и крылья. Поэтому проклятый суровый народ предпочитал камень во всех его видах. Рубленные, выточенные из холодной породы стулья и кресла, которые невозможно сдвинуть с места. Сальные светильники в горных коридорах, суровый климат. Меня снова чуть было не унесло в тяжелые воспоминания, когда девушка подала голос.
- Папа, - кивнула она, - это Рэйнэн. Невольник, который спас меня на переходе. Без клятвы.
Рыжий мужчина сразу посмотрел на меня долгим взглядом. Тяжелым. Напомнил моего родителя. Такой же деспотичный тиран, хоть и претворяется перед остальными кем-то другим. В долголетнем рабстве есть один плюс – начинаешь разбираться в людях, с первого взгляда определяя кто перед тобой. В случае мальчика-аристократа я слегка запутался по понятным причинам, но здесь… осечка невозможна. Передо мной сидел совершенно точно жестокий мужчина с холодным сердцем.
- Благодарю, что защитил моего сына, раб, - наконец сказал он. – Прежде, чем мы перейдем к дальнейшим обсуждениям, прошу принести клятву на крови. Ничего сказанное здесь не должно выйти за пределы моего кабинета.
- Он не может говорить. Языка нет, - предупредила хозяйка.
Взгляд ее отца изменился. Из просто тяжелого стал презрительным, глаза главы клана Фениксов покрылись зеленой изморосью.
- Опять ущербного приволок? Не припомню, чтоб в последние времена бывали удачные покупки. Зачем он тебе?
- Многие бывшие рабы сейчас работают на наш клан, - процедила сквозь зубы девчонка, упрямо вытягивая острый подбородок вперед. Из-под берета выбилась черная прядь. Интересно, какого цвета ее волосы? Тоже напоминают по оттенку вороньи крылья?
- Скорее просто питаются за счет клана. Разве что за исключением Джоррека, - признался мужчина, скрестив руки на груди. – Этот одноглазый дракон успешно служит на стене. А вот что будет с этим тощим подобием мужчины сложно сказать. Думаю, ничего хорошего.
- Папа, давай отложим эти разговоры на потом? Кажется, у тебя имелась более веская причина вызвать меня сюда?
- Верно, - кивнул мужчина, и вытащил из ящика стола бумагу. – Здесь стандартный договор.
Девушка взяла лист тонкими пальчиками и пробежалась по нему глазами.
- Не правда. Где строчка о возможности обретения свободы? – резко спросила малышка, буравя отца копией его же глаз.
Свобода? Да она шутит! Откуда в рабском контракте взяться таким условиям?.. Я не смог скрыть изумления и озадаченно взглянул на хозяйку, но она лишь отмахнулась, нависнув над столом отца. В пылу спора, пытаясь что-то доказать, девушка стала выглядеть еще красивее. Сейчас я видел особо остро, насколько она миниатюрная и хрупкая, но при нарочитой мужиковатости, в ней прослеживалась мягкая женственность. И бедра, хоть и узкие, но вполне заметные, покатые плечики, каких не бывает у парней. Крепкие округлые ягодицы. Я сглотнул. Нет-нет. Рэйнэн, успокойся. Сделал глубокий вдох едва ли улавливая нить разговора, в котором решалась моя судьба.
- Я давно сжег тот убыточный контракт, сынок, - издевательски подчеркнул последнее слово рыжий тиран. – И пообещал себе, что не позволю тебе заключить больше ни одного такого подобия на рабскую вольную. Сначала отслужи пару лет, а потом обрети свободу? Ну уж нет. Клану Фениксов не выгодно платить жалование работникам, когда можно просто кормить раба.
- Но папа! Рэйнэн неплохой боец, он сможет быть моим телохранителем вместо Седрика. Лекари сказали, что ранение оказалось слишком серьезным. К тому же, он демон, а не человек, а значит будет рядом долгие годы, - она разложила меня по полочкам. Мило стоять и слушать как тебя обсуждают подобно товару, но, не в первый раз.
- Он не похож на того, кто умеет драться. А демон или нет, мне плевать, - снова холодный презрительный тон. А потом суровый, проницательный взгляд на меня. Он не просто смотрел. Он залезал под кожу и пробирался под кости, волосы, заливался в кровь и исследовал мельчайшие капилляры. – Я дам ему твой договор, если докажет, что годен для службы. Через недельку пусть дерется с Джорреком. Приду посмотреть.
Девушка кивнула.
А для меня взгляд отца сказал о многом. Он любил свою дочь. И волновался за нее. Поэтому не спешил подпускать непонятного раба ближе. Тем более назначить личным охранником. Я мог это понять. Но надеюсь, и он прочитал в моем взгляде достойный ответ.
Я за нее порву любого.
В комнате запахло грозой. Хозяйка обеспокоенно обернулась на меня.
- Тише, Рэйнэн. Уверена, ты надерешь задницу грозе нашей заставы, - она залихватски махнула кулаком в воздухе.
«Конечно, если хочешь свободы»… - шёпотом пронеслась невысказанная фраза.
- Что ж, приступим к принесению клятвы. Можно проговаривать мысленно, невольник. – Он специально игнорировал моё имя. Для этого мужчины я был пустым местом. Никем. Даже не грязью под ногами. Невесомой пылью в чистом воздухе Птичьего Континента.
- И ты снимешь с него кандалы, - вставила хозяйка.
- Хорошо, - проскрипел сквозь зубы глава клана Фениксов, - только смотри, чтоб не случилось как с тем, здоровым. Иначе, видит Великая Птица, я запрещу тебе это невыносимое «хобби».
О чем он говорил? Девушка напряглась.
И она не только поджала губы, но и покрылась едва заметным румянцем. Который, возможно, не увидел ее отец, однако я наблюдал за каждым ее вздохом, за трепетом ресниц, и за малейшими изменениями. Сразу понял, что тема связана с чем-то очень интимным.
- Я думаю, обойдется без таких приключений, отец, - выдавил «аристократ», буравя взглядом рыжего Феникса.
- Надеюсь, - мужик глянул на меня долгим нечитаемым взглядом. О чем он думал? Понятия не имею. Но вскоре, рука главы клана потянулась к выдвижному ящику стола и показала на свет небольшую металлическую фигурку огненной птицы. – Это наследие нашей богине. В любом клане хранится и передается из поколения в поколение подобная вещица. Металл способен распознавать ложь и создавать магические нерушимые узы. Если нарушишь клятву, сгоришь в пламене Фениксов, причем не от нашей руки, а от длани Великой Птицы, понял?
Я кивнул. Будто у меня был выбор. Я избавлюсь от кандалов и смогу прикоснуться к госпоже, если она позволит. Хоть бы пальцем дотронуться до нежной кожи...
- Положи ладони на крылья, и мысленно повторяй за мной, - приказал мужчина и я последовал его указаниям.
Металл статуэтки холодком пробрался к самым костям. Я скривился, глядя на свои пальцы. Тонкие, угловатые. Не такая ладонь должна защищать девчонку. Но я сделаю все, чтобы это исправить.
- Клянусь в верности клану Фениксов с Птичьего Континента. Во славу Великой Птице обещаю, что не причину вреда никому из прямых потомков главы рода. Я не применю ни магию, ни слово против них. Ни ядом, ни кинжалом ни любым другим способом. Не нарушу психического или физического здоровья Фениксов. Я ознакомлен с информацией о том, что случится в случае неисполнения клятвы, - голос мужчины вибрировал, окутанный мистическими нотками.
Я покорно повторил все за ним, вполне искреннее. Статуэтка блеснула золотом, ожидала и взмахнула крыльями, снова застыв.
Глава фениксов довольно улыбнулся.
- Может быть, ты не так безнадежен, невольник, - пробормотал он. – А теперь приступим к обсуждению нападения. Рассказывай, Вран.
Хозяйка в двух словах объяснила ситуацию, но я был с ней не согласен. Все же глаза демона видят дальше и четче, поэтому я взял бумагу и принялся подробно описывать нападавших.
«Их было двое. Оба с арбалетами, в черных одеяниях. Глаза закрывали козырьки от солнца, что говорит о том, что они не привыкли к такому яркому свету. Болты имели черное оперенье, и нападающие не стеснялись прохожих, чувствуя себя на острове рабов довольно уверенно. Скорее всего, они подкупили стражу, или имели с ними договоренность. А еще… Они целились в моего хозяина.»
Показал написанное Фениксу, тот пробежался по строчкам.
- Интересно… но не утешительно. Напоминает диверсию изнутри. И вывод Врана о том, что стрелявшие принадлежат оппозиции очень правильный. Я не говорил, но подобные нападения происходят по всему Континенту. Однако еще ни разу они не имели в своей цели убийство. Что ты сделал им, воронёнок?.. – холодными, но не лишенными родительской любви глазами, рыжий мужчина посмотрел на мою хозяйку.
- Понятия не имею. Я почти не выхожу, не считая моего…увлечения.
- Точно. И кто-то очень хорошо о нем осведомлён, не находишь?
Девушка промолчала. Мужчина встал, подошел к окну, посмотрел на просторы своей земли.
- Твоя мать хочет, чтобы ты поехала к Воронам. Она считает, что там ты будешь под надежной защитой, в отличие от южных земель.
- Что?! – девушка вскочила. – Но папа… Что за глупость?!
- Пара недель на сборы, Вран. Этот вопрос не подлежит обсуждению. Риана вышла из грязного, холодного места, и многое получила, согласившись на мои ухаживания. Однако, только в высоких скалах Воронов ты будешь в безопасности, и клан этот подчинен нам как ни один другой. В том числе и из-за родственных связей. А учитывая твой второй облик… У тебя много шансов стать своей среди чернопёрых. Да и там, твой дядя и двоюродный брат будут рады окружить юного родственника защитой…
С каждым словом отца спина девушки горбилась все сильней. Будто в нее втыкали невидимые ножи. Я физически ощущал ее эмоции. Боль. Негодование. Предательство.
- С собой возьмешь Джоррека, слепую сову, и этого… - он кивнул на меня. – Если хочешь, захвати еще служанок. – Жду от твоего нового подобрыша успехов. Иначе избавлюсь как от котёнка, понял?
Девушка кивнула, уже начиная плакать. Тихо. Без единого всхлипа. Желание подойти к ней и утешить остро кольнула кончики пальцев. Хотя бы сквозь этот дурацкий плотный жилет. Коснуться и вдохнуть воздух возле ее волос. Знаю точно, у нее есть свой аромат.
Почему Феникс так обращается со своей дочерью? Я свел брови на переносице и принялся буравить широкую спину недовольным взглядом. Но мужчина либо не почувствовал его, либо настолько привык к подобному, что никак не отреагировал.
- Свободны. Через неделю хочу увидеть спарринг беловолосого и одноглазого.
Девушка отвернулась. Но схватила со стола отца ключ и быстро открыла мои кандалы, освобождая запястья. На мужчину у окна она не смотрела.
Я потер запястья, расправил плечи. Непривычно. Столько лет с этой цепью между ладоней. Не вспоминай, Рэйнэн… Не смей вспоминать. Самое болезненное. Самое застарелое. Предательство. Потянулся к магии, надеясь, что после снятия оков появятся хоть какие-то крохи, но нет. Тщетно.
- Идем, - кивнула мне. Ее глаза цвета свежей луговой зелени были влажными от невыплаканных слёз. Но стараясь поддерживать мужской образ, она пыталась не показывать эмоций. Глупая.
Я уже давно раскусил тебя, малышка… И пойду за тобой куда угодно. Хоть к Воронам, хоть на Рогатый Континент к самим демонам.
«Что за история с другим рабом?» - написал, пока она собиралась с духом за тяжелой дверью кабинета отца.
- Ты задаешь слишком много вопросов, - осадила хозяйка. – Теперь нужно показать тебя лекарям, я не хочу ехать к Воронам без достойного защитника.
Я согласно наклонил голову. Где-то глубоко внутри мне польстила эта ее позиция по поводу защиты. Отрицать то, что ее ко мне тянет – по меньшей мере наивно, по большей – сущая глупость. Она неосознанно хочет, чтобы именно я стоял за ее спиной, когда придется отправиться в эти их гнездовья чернопёрых. Не хочет рассказывать? Не хочет показывать нежную ранимую женскую сущность? Ничего. Я подожду. Даже если на это ожидание уйдет не один десяток лет. Насколько мне известно, птицы живут долго. Почти столько же, сколько демоны.
Она совершенно правильно сказал отцу, что я смогу быть рядом долгие годы. Видел я Седрика. Старик неплох. Но он человек, и не сравнится по реакции ни с одним смеском. Удивительно вообще, что он так долго служил на Фениксов, да еще и в таком качестве. И как «Вран» остался невредим. Хотелось бы узнать настоящее имя хозяйки…
Мы проследовали по коридорам в соседнюю башню. Я с любопытством осматривался, запоминая входы и выходы, переходы и расположение комнат. Мало ли с какой угрозой придется столкнуться, а я боюсь потерять единственную в этом мире девушку, которая вызывает в моем теле и душе такие реакции.
Она шла молча, занятая тяжелыми размышлениями. Черная прядь снова выбилась из-под берета. Руки так и чесались поправить ее, но я давно привык отказывать себе в любых желаниях. У рабов их нет.
Где-то стоял соблазнительный дух готовящийся пищи. Пахло хрустящей булкой и мясом. Он поднимался снизу, с кухни и залетал в открытое окно. Но мы шли дальше. В царство цветов, ароматных свечей и мыла. Крахмал. Тепло. Спальное крыло прислуги.
В одном из коридоров пахло целебными мазями и спиртовыми растворами.
- Осмотрите его, вы свободны? – хозяйка перешла сразу к делу, стоило нам зайти.
Безволосые лекари в белых хламидах подплыли ближе.
- Свободны… - тихо сказали они хором. Близнецы, судя по телосложению – мужчины. Длинные шестипалые руки сразу протянулись ко мне. Целители с Круглого Континента. Слышал о таких. Их могли позволить себе только самые богатые семьи. А еще говорили, что на Круглом Континенте живут самые близки потомки Богов-Близнецов.
Неестественными и чуждыми казались эти двое в своем любопытстве. С белесыми глазами, в которых едва ли нашлась хоть крупинка какого-либо цвета. Со странным наклоном лысых голов.
- Сколько травм… - сипло проговаривает один, едва касаясь меня пальцами. Хозяйка внимательно наблюдает за их действиями со стороны.
- Сильная регенерация. Демоническая кровь спасла тебя не однажды, раб. Лет тридцать истязательств, не меньше?.. – он смотрит на меня пытливым взглядом. А я могу смотреть только на нее. В ее глазах нешуточная обеспокоенность. Это так… горячит кровь.
- И его кровь стала просыпаться, брат. Не так ли?.. – один из лекарей шагнул ближе, я было рефлекторно отстранился, но не тут-то было. Цепкие ладони обхватили лицо и заглянули в самую суть.
- Да-а-а… - с фанатичным азартом пропел второй. – Похоже ее прежде что-то сдерживало. Ребро почти срослось, но вот язык… здесь потребуется немного нашей силы. Через дней шесть должен отрасти.
Щеки стало неприятно покалывать. Обрубок по рту заледенел до острой боли.
- Тише-тише. Яд василиска сложно вытравить. Он остается в теле на долгие годы.
Когда они закончили, я скорчился, тяжело дыша. И все же я правда почувствовал. Что кусок мяса, прежде болтавшийся почти неуправляемой культей, наконец, шевельнулся по моему желанию. Слабо, с жуткой болью.
Но братья уже отошли.
- Седрик там, можешь с ним поговорить, - тихо сообщил один из целителей хозяйке.
- Спасибо. Я навещу его завтра, - грустно улыбнулась она.