Глава 11

С самого утра, не успел ещё Немарр толком проснуться от принесённого ему такого живительного ароматного кофе, как в комнату почти ворвалась мадам Арлинда. Всего лишь после короткого стука. Чудно вышло бы, окажись он в этот миг, к примеру, без штанов.

– Доброе утро, мадам. – Он отвернулся, едва одарив её взглядом. Наверняка пришла оправдывать Иалину. Ничего нового. – Прошу прощения, но мне срочно нужно уезжать. Вы сможете высказать всё по возвращении.

Сегодня он собирался наведаться в замок вместилищ и разузнать кое-что у живущих там служительниц и стражниц, если придётся. На днях из королевской резиденции пришло известие о скорой свадьбе принца и приглашение на торжество по этому случаю. Это немного сбило планы, но лишь тем, что потребовало ускорить их выполнение. До нового выхода в свет он должен попытаться разобраться в том, кто же покусился на Иалину, пока она жила в мнимой безопасности. Чтобы быть готовым к возможной встрече с виноватым. Он не питал особых надежд на честность служительниц и собирался надавить, если потребуется.

Отставив в сторону пустую чашку, Немарр встал, показывая намерение и правда вот-вот уйти. Но мадам Арлинда встала прямо перед ним, привлекая к себе его рассеянное нынче внимание.

– Доброе утро, ваше сиятельство, – голос женщины прозвучал на удивление взволнованно. – Прошу вас, выслушайте. Много времени я у вас не отниму.

Он взял со спинки кресла жилет и надел его, посматривая на мадам. Редко когда она позволяла себе приходить вот так без спроса и предупреждения.

– Говорите. – Немарр медленно застегнул пуговицы.

– Сегодня ночью я увидела на коже Иалины необычный знак, – голос дуэньи снизился почти до шёпота.

Немарр так и застыл с сюртуком в руках. Не может быть. Наверное, ей показалось? Она же однодушная.

– Что за знак? Где?

– Под затылком, у линии волос, – она показала на себе. – Я, конечно, плохо разбираюсь в этом. И уже почти всё забыла из того, что знала. Но, по-моему, это символы драконьего языка.

– Вы уверены? – Немарр продолжил одеваться, стараясь не выказать волнения пополам с тревогой, которые вызвал её рассказ.

Конечно, на слово верить он не собирался: нужно проверить самому. Видят Прародители, он пошёл бы за этим прямо сейчас, но не знал пока, к чему это может привести и насколько его задержит. К тому же Иалина, верно, сейчас ещё спит после бурной, хоть и далёкой от любовной ночи.

– Да, я уверена. Видела своими глазами, – рьяно закивала мадам Арлинда.

Немарр оделся и поманил её за собой прочь из комнаты.

– Хорошо. Я вас понял, – бросил на ходу. – Только прошу вас, Иалине пока ничего не говорите. Я должен сначала увидеть его своими глазами.

– Конечно. – Женщина остановилась у лестницы и проводила его взглядом, пока он спускался.

Если знаки на коже Иалины дуэнье не померещились, это могло означать только одно: она двоедушная, хоть с детства считала себя обычным человеком. Только вот странно, что её дракон проявился в столь позднем возрасте. Обычно первые признаки, как и знаки на теле, обнаруживаются в самом раннем детстве и изредка – у девушек в момент их созревания.

Впрочем, они и проявились: только это был знак избранной Праматерью. Может быть, Она сумела как-то вытеснить дракона Иалины? Воистину, чем дальше, тем больше загадок находилось в этой девушке. Она и без того слишком много места занимала в мыслях, слишком сильно тревожила своей близостью. А тут он вынужден ещё и разбираться в её прошлом… Но любые попытки только запутывали всё сильнее.

Немарр вышел во двор и быстро сел в ожидающую его карету. Не то чтобы ему очень хотелось наведываться в замок вместилищ. С тех пор, как его прадед – большой почитатель Изначальных, рьяное поклонение им которому иногда переходило все границы – пожертвовал это имение Культу, де Коллинверты не слишком часто туда наведывались. Уже отец заметил, что вера двоедушных после исчезновения духа Праотца затухала всё сильнее с каждым годом и начинала обрастать политическими играми. Он ещё ездил на собрания, но делал это без особого рвения: просто чтобы не отпускать контроль полностью.

Сам Немарр оставил в замке своих соглядатаев и посещал лишь самые важные ритуалы несколько раз в год. Да только они не вызывали в душе никакого экстаза и восхищения. Всё чаще они походили на спектакль. Но то, что замок вместилищ рисковал превратиться и вовсе в бордель для аристократов, было совсем уж из ряда вон. Если появился один охотник, за ним потянутся и остальные. Того и гляди, Изначальная совсем оскорбится надругательством над телами девушек, и последние нити связи с прошлым оборвутся. Тогда медленно ползущий в пропасть мир драконов ухнет туда камнем.

Под такие невесёлые мысли Немарр после полудня добрался-таки до одного из бывших имений де Коллинвертов. До сих пор оно напоминало о великом прошлом их рода. Изображения Изначального в мозаике пола и фресках на стенах и потолке – почти всё, что осталось от обрывков былого могущества. Рисунки – и Немарр. И если изображения Праотца драконов были у всех на виду, то подробности о своей сущности он предпочитал хранить в тайне. До поры.

Почти у самых ворот его встретили стражницы. Порой страшного вида женщин вполне можно было принять и за гладко выбритых мужчин, если не знать их пол заранее.

– Доброго дня, ваше сиятельство, – отрапортовала одна, будто шла сейчас смена караула. – Мы проводим вас.

Он не стал напоминать, что здесь может ходить когда угодно и где угодно. Без особого разрешения. Похоже, многие уже забыли, чьей милостью живут в этом замке. Но из-за скверного расположения духа Немарр просто опасался излишне нагрубить, а потому смолчал, позволив мужеподобным стражницам проводить себя внутрь.

Со служительницей Валлой, что опекала Иалину всё время, что та здесь пробыла, он договорился о встрече заранее. И предупредил, чтобы она никуда не выезжала до их разговора. Надо сказать, эта женщина проявила немалую хватку во время служения Культу, и именно её прочили в новые настоятельницы, как только нынешняя уйдёт с этого места по собственной воле или попросту умерев.

Немарра проводили до небольшого кабинета – шесть на шесть шагов – и наконец оставили без надзора. Служительница Валла подняла на него взгляд от книги, что лежала перед ней на столе, и улыбнулась. Достаточно, надо сказать, холодно.

– Здравствуйте, ваше сиятельство. – Она встала и подошла, а только после этого наклонила голову в почтении.

– Здравствуйте, мадам…

Немарр даже на миг задумался, как правильнее будет её назвать. Ну, не мадемуазель же? Не по возрасту, хоть замужем эта женщина явно никогда не была.

– Я, признаться, весьма удивлена вашим визитом. Никогда не замечала вас среди покровителей. Вы нечасто баловали нас своим вниманием.

Служительница не вернулась на своё место, а села в кресло чуть в стороне, у окна, жестом предложив садиться напротив неё. Похоже, у всех дам здесь мужские замашки.

Немарр окинул её взглядом, не пытаясь скрыть лёгкой насмешки, но повиновался.

– Здесь и без меня было кому оказывать внимание вместилищам. А последней – особенно, – проговорил он спокойно, наблюдая за реакцией Валлы. – Но теперь я жалею, что многое упустил из виду.

– Прошу пояснить все намёки, ваше сиятельство. – Служительница осталась совершенно невозмутимой. – Чтобы между нами не было недопонимания.

– О, мне, напротив, кажется, что вы всё прекрасно понимаете, – он улыбнулся, чуть прищурившись, и наконец заметил, как непоколебимое выражение лица её слегка смазалось. – Совсем недавно мне довелось узнать очень неприятные секреты о пребывании здесь последнего вместилища… Кстати, нового, я так полагаю, до сих пор не появилось?

Валла едва заметно сглотнула и покачала головой.

– Мне об этом ничего не известно. Стало быть, нет.

– Это очень тревожный признак, не находите? – Он слегка наклонился вперёд, продолжая сверлить её пристальным взглядом. – Впрочем, вернёмся к главной теме. Так вот. До меня дошли слухи, весьма надёжные, что с вашего попустительства кто-то из покровителей покусился на невинность девушки. Хоть это – вы прекрасно знаете – строжайше запрещено.

– Гляжу, вы сразу перешли к обвинениям, – голос Валлы вполне натурально сверкнул обидой. – Я всегда заботилась об Иалине. И то, что вы говорите сейчас, новость и для меня тоже.

– Да ну? А не принимаете ли вы кшанрад? Похоже, у вас проблемы с памятью, – Немарр хмыкнул. – Вы за кого меня держите? Я не пытаюсь докопаться до вашей вины. Я и так знаю, что она есть. Потому как отдать девочку кому-то из мужчин могли только вы. Возможно, с разрешения настоятельницы тоже. И поверьте, уже из-за этого вы не подниметесь здесь выше служительницы. И молитесь хоть Единому, хоть Праматери, которая оставила уже эту прогнившую обитель. Но это вас не спасёт.

– Так чего вы от меня хотите? – похоже, Валла наконец вернула себе хоть часть самообладания, которое ещё недавно стремительно таяло с каждым словом обвинения.

– Имя. Всего лишь. Такая малость за право не оказаться на улице.

Немарр сунул руку за пазуху и вынул оттуда листок со списком имён. Протянул его женщине. Та пробежалась по нему внимательным взглядом, и на губах её вдруг мелькнула улыбка.

– Что это? Подозреваемые?

– Можно и так сказать. Некоторых я уже вычеркнул. Вам осталось только указать мне на нужного человека. Можете даже не говорить вслух.

– Я ничего вам не скажу. – Служительница протянула список обратно. – И знаете, почему? Потому что вы здесь уже ничего не решаете. Нет, вы способны сделать так, что меня не будет в замке. Этого вашего права я не могу оспорить. Но что касается остального… Время де Коллинвертов ушло. И уходит время драконов, как это ни печально.

– Я бы мог затеять очень интересную дискуссию с вами на это счёт. – Немарр вновь убрал листок за пазуху. – Но, к сожалению, у меня нет на это времени. Я надеялся на ваше благоразумие и чувство самосохранения. Но, видно, оно вам чуждо. А потому прошу дать мне журнал, где отмечаются все визиты покровителей по дням. И все важные события.

Валла стиснула зубы. Видно, надеялась, что он о ведении записей не знает или не вспомнит. Другой вопрос, с какой тщательностью все визиты отражались на страницах журнала. Но взглянуть не помешает.

Служительница встала и прошла к высокому стеллажу у противоположной стены. Провела кончиками пальцев вдоль корешков стоящих на одной из полок книг и вынула одну, в тёмном кожаном переплёте.

– Пожалуйста, – Валла даже улыбнулась, протягивая её.

Немарр пролистал страницы, почти не глядя до последнего месяца перед праздником Нового Круга. Одни и те же имена, причём визиты совсем не частые. Некоторых отмести можно было сразу: он был слишком хорошо с ними знаком. А другие привлекли больше внимания, собственно, по той же причине. Вот и граф Корвин де Роверти, к слову, один из главных охотников за молодыми девицами самого разного происхождения. Почему бы ему не оказаться тем самым?

Только одно имя удивило и немало обеспокоило его: Анри де Леварье. Виконт, оказывается, посещал замок накануне праздника, но Немарр не мог припомнить, чтобы сообщал ему об этом. Похоже, с племянником предстоял ещё один не слишком приятный разговор, хоть поверить в его вину, более того, даже представить, что такое могло случиться, он не мог.

Для вида пролистав ещё несколько страниц, Немарр вернул журнал служительнице. Он не стал больше ничего с ней обсуждать: бесполезно. Только попрощался так вежливо, как это вообще могло быть возможно, и ушёл. Жаль, что он не мог назначить для Валлы достаточно веского наказания. В чём-то она была права: он не имел здесь теперь такой власти, как раньше. Однако женщина могла с уверенностью позабыть о перспективе стать настоятельницей.

Разговор со стражницами, что несли дозоры в замке все обозначенные дни посещений, тоже ни к чему не привели. Похоже, они и правда ничего не знали. В конце концов, они подчинялись слову служительницы, а та могла отправить их куда угодно и в какой угодно момент.

Назад Немарр вернулся только к ночи, изрядно голодный – в замке его, видимо, в отместку, покормили весьма скудно, – да ещё и злой. Опасаясь, что пустой живот скажется на разговоре с племянником, он сначала поужинал, не встретив за столом никого. А уж после, разместившись в своём кабинете, вызвал к себе Анри.

Тот пришёл очень скоро, хоть по его лицу не читалось никакой радости от встречи. Скорей всего, он просто хотел покончить со всем побыстрей. Немарр жестом указал на кресло у камина напротив своего и, не спрашивая, налил в бокал вина и для него тоже. Ничего крепкого пить не хотелось. Он и так чувствовал себя последние дни разбитым. Порой хотелось снова обратиться к Теоре, но, как бы то ни было, остатки разума ещё не покинули его. Де Коллинверт понимал, что сейчас просто необходимо выждать какое-то время после кшанрада. Иначе в следующий раз будет гораздо хуже.

– Не знал, что ты входишь в число покровителей для вместилищ Изначальной, – заговорил Немарр, сделав короткий глоток. – Давно?

Не стоило начинать издалека. Лучше сразу переходить к делу. И эффект от столь прямого вопроса сразу отразился на лице Анри. Он не испугался, не смутился, нет. Только зыркнул коротко и зло. Как будто дракон до сих пор до конца его не отпустил. Возможно, так оно и было. Ему по сей день сложно контролировать его. Но последняя встряска наверняка была полезной.

– Я не покровитель, хоть и был там несколько раз, – буркнул он в ответ и залпом выпил почти всё вино. Сморщился от терпкого вкуса.

– Почему я об этом не знаю?

– Разве это так важно? – Анри передёрнул плечами.

– Ты же понимаешь, что сейчас важно всё. – Немарр громко поставил бокал на столик. – Девчонку кто-то уложил в постель. Причём использовали, скорей всего, кшанрад, чтобы она ничего не вспомнила. Мне не хотелось бы, чтобы это был ты.

– Почему? – племянник вдруг усмехнулся.

И сразу стало понятно, что просто хочет позлить, довести до кипения, даже если ни в чём не виноват.

– Потому что, ваша милость, за нарушение правил Культа, какой бы символический характер они ни несли, следует вполне настоящее наказание. Я уже не говорю о позорном пятне на репутации. – Немарр внимательно оглядел насмешливое лицо виконта. – А вы и так едва не уничтожили её, когда попытались сбежать с Иалиной. Я понимаю, ей всё равно. Она простолюдинка. Но вам… Вам ещё жить с этим и воспитывать наследников, я надеюсь.

– А вы-то прекрасно живёте с сомнительной репутацией и без наследников, – хмыкнул Анри.

Немарр сжал пальцы на подлокотнике кресла, удерживая жгучее желание просто отвесить виконту хорошую оплеуху. Может, в голове что-то встанет на место.

– Я отжил большую часть своей жизни. А у вас всё впереди. Вам ещё продолжать род драконов. А если Иалина сумеет найти…

– Я не хочу об этом слышать!

– Поглядите, какие нежности! – Немарр громко рассмеялся, перехватывая первенство в колкостях. – Откуда такое чувство собственности к девице, которую вы знаете всего ничего? Что же, мои подозрения насчёт вас можно считать обоснованными?

– Можете считать всё что угодно. Я не могу оправдаться перед вами, если моя фамилия значится в вашем чёрном списке. Как и вы пока не можете доказать мою вину. Как это ни печально. – Анри неспешно встал. – Но что действительно правда – это мои чувства к Иалине. Зря вы свалили всё на моего дракона. Хоть и правы тоже: он хочет её. Как и ваш. Не правда ли?

Он направился было к двери.

– Стоять! – догнал его приказ. – Я вас не отпускал. Потрудитесь всё же объяснить, зачем вы ездили в замок. Даже если это не имеет отношения к Иалине.

Виконт вздохнул, но на место не вернулся, только слегка повернул голову, бросая взгляд искоса.

– Я ездил туда по просьбе матери, – сказал вполне уверенно, ни на миг не задумавшись. – Она просила меня посмотреть документы, по которым замок был передан в распоряжение Культа.

Немарр поставил бокал на стол и сложил руки на животе. И чего же все вокруг хотят отхватить от него кусок пожирнее?

– Значит, моя сестрица решила прибрать замок к рукам? Ей мало оставленного отцом наследства?

Ответа на эти вопросы, в общем-то, не требовалось. Анри это понял, но всё же бросил напоследок:

– Об этом вам лучше поговорить с ней.

Виконт наклонил голову, прощаясь, и с достоинством ушёл.

Немарр вздохнул, откидываясь на спинку кресла. Как и можно было подозревать, никакого признания от племянника не случилось, кроме того, что Мажери возжелала вдруг нагреть руки на тепле, что исходило от загнивающего Культа. И оставалось только надеяться, что больше признаваться виконту попросту не в чем. Теперь до свадьбы принца нужно успеть поговорить с графом. И, может быть, из его поведения что-то понять. Дело это представлялось всё более гиблым, но он не мог бросить его так. Не мог оставить Иалину совсем без защиты. Как и другие вместилища, если они ещё будут.

С Корвином де Роверти их никогда не связывала дружба. И даже приятельских отношений не получилось за всё то время, что они были знакомы. Граф всегда казался человеком хоть и надменным, но достаточно трусливым. Он любил бить исподтишка и строить тайные козни. А вот вывести его на прямой разговор почти никогда не удавалось.

Для Немарра не было большим секретом, что Корвин мечтал занять его место: поближе к королю. А уж моральная сторона того, чем в случае удачи придётся заниматься, его, видно, не слишком беспокоила. Это для де Коллинвертов она была чем-то вроде бремени, которое приходилось нести из поколения в поколение. Они всегда старались оставаться беспристрастными и справедливыми. Мало кто знал, что некоторые драконы всё же были спасены от выжигания, если случаи их выглядели сомнительными. Но об этом предпочитали забывать, называя де Коллинвертов палачами.

И потому Немарр старался ни о чём из содеянного не сожалеть. Лишь одно не отпускало его даже через много лет: то, что случилось с Теорой. Но она сама так решила. Хоть это и служило слабым оправданием для себя самого.

Немарр засиделся допоздна, вспоминая то, что с ним было за все годы, что он знал себя двоедушным. Незаметно опустел графин, но хмеля в голове не прибавилось: с кшанрадом ничто не может соперничать, всё равно что пить воду. И потому можно спокойно наслаждаться изысканным вкусом. И за размышлениями обо всех событиях, что хоть как-то трогали его в последнее время, он понял, что появление Иалины буквально взорвало его размеренное существование. Расцветило особыми красками. Ему было интересно наблюдать за ней. Разговаривать с ней, с отрадностью в душе отмечая, что она, хоть и по-юношески порывиста и любит опрометчивые поступки, но вовсе не глупа. Нравилось провоцировать её. Поднимать бунт в ней, хоть это и приносило порой изрядные проблемы. Она будоражила его – и с этим сложно было спорить.

Пожалуй, прав Анри: он слишком поддавался голосу своего дракона, который чуял в Иалине нечто, чего сам понять не мог. Он заигрался, и это могло окончиться плохо не только для девушки, но и для него самого. Но как бы то ни было, а по ладоням от желания немедленно коснуться её побежало даже лёгкое покалывание. Нет, видимо, слабое опьянение всё же давало о себе знать: мысли принимали совсем неприятный оборот.

Немарр встал, сбрасывая обволакивающее тепло, исходящее от камина, и вялость от меланхоличных раздумий. Ещё немного побродив по комнате, он наконец лёг спать.

А с самого утра направил графу де Роверти приглашение на аудиенцию: всё ж сам ехать к нему не хотел. Лучше играть на своей территории. Но, к большому разочарованию, в тот же день из его имения пришёл вежливый ответ, что его милость находится в отъезде по срочным делам и появится лишь к свадьбе его высочества. Что ж, неприятная неожиданность, но отнюдь не смертельная. Деваться всё равно некуда. Придётся ждать венчания принца, чтобы встретиться с графом, – а там, может, застать его врасплох неудобными вопросами. Если кто-нибудь заботливый не расскажет кому о недавнем визите в замок вместилищ.

А пока Немарр обратился к не менее насущным делам: из отдалённого фамильного имения уже давно приходили скверные вести о неурожаях, что случались уже не первый год и с каждым новым летом становились всё более явными. С его лесопильни тоже привозили письма с дурными вестями: лес и правда умирал. Деревья всё чаще поражали болезни, они иссыхали. Да и болота наступали откуда ни возьмись, хоть Лейна давно уж изрядно обмелела. И что самое паршивое, Немарр знал, как победить все эти напасти, но приближался к цели слишком медленно.

Пока он пытался разобраться с новыми-старыми делами так, чтобы обойтись без отъезда, подкрался и день бракосочетания его высочества. Немарр и не вспомнил бы о нём, да накануне вечером о том напомнил Гарсул. Они сидели с ним за партией в шахматы. Игра не ладилась. Из сильных фигур, кроме короля, у де Коллинверта осталась только ладья, и это не обещало ничего хорошего: следующим ходом шевалье наверняка собирался поставить ему мат.

– Вы сегодня на редкость рассеяны, ваше сиятельство, – проговорил тот скорее с участием, чем с насмешкой, когда размышления Немарра над наименее постыдным исходом партии начали затягиваться.

– Да, сейчас у меня не самый лучший настрой для шахмат. – Он поднял было руку, чтобы переставить фигуру, но передумал.

– Зато успокаивает, – хмыкнул Гарсул. – А то в последнее время вы редко похожи сами на себя. Это странно. Неужели всё дело в этой девице?

– Может, и в ней.

Немарр коротко поднял на него взгляд. И с чего шевалье вдруг заводить разговоры об Иалине? Кажется, раньше он не слишком рвался обсуждать что-то, с ней связанное.

– Порой мне кажется, вам было бы лучше, не появись она в этом доме. – Шевалье вперился в шахматную доску, будто на ней что-то вдруг поменялось. – Судя по всему, отец Мерред так и не рвётся больше встречаться с ней. А между тем Верховный жив себе. Не здоров, да, но и в таком состоянии может протянуть ещё долго. На снадобьях из драконьей крови. Парадокс, не находите?

– Вы клоните к тому, что Иалина перестанет быть полезной раньше, чем Мерред станет Верховным? – Немарр облокотился на стол и соединил пальцы рук перед собой.

– По-моему, эта возможность проступает перед нами всё отчётливее.

Гарсул вопросительно посмотрел исподлобья, как будто ждал больших откровений. И от этого раскрывать что-то в разговоре с ним сразу расхотелось. Он и так донимал своим скептицизмом с первого дня, как Немарр принялся за воплощение плана по возвращению Источника. И не проникся хоть каким-то доверием к нему до сих пор.

– Иалина появилась в этом доме, и с этим уже ничего не поделаешь. Нам нужно ждать. А насчёт отца Мерреда… Сразу было известно, что с ним просто не будет. Но Иалина говорила мне о том, что его уже гложут вполне себе человеческие страсти и желания. Так что после церемонии всё должно проясниться.

Немарр наобум переставил одинокую пешку, лишь бы уже закончить партию. Шевалье удивлённо дёрнул бровями и выставил навстречу ферзя.

– Вам мат, ваше сиятельство.

* * *

Отложенная необходимость выяснить, что за знак увидела мадам Арлинда на шее Иалины, не давала покоя до самого утра. Но с рассветом Немарр всё же заставил себя подняться, чувствуя, как от каждого шага буквально раскалывается на части. В груди шипастым змеем ворочалось ощущение того, что нынче дракон будет буйствовать сильнее обычного. Он всегда вёл себя так в храмах Единого. Уж неизвестно, что ему там не нравилось: то ли скопление жрецов, то ли смутное и обманчивое ощущение близости Источника… Но так или иначе, необходимость сегодня пробыть там так долго, как будет длиться венчание принца, вносила в настроение хорошую долю недовольства.

Немарр спустился в кабинет, открыл небольшой сейф и нашарил прохладный флакон. Вздохнул, встряхнув в нем всего несколько оставшихся крупиц кшанрада. Он и хотел бы обойтись без них, но сегодня лучше подстраховаться.

Много позже, уже сбросив самую сильную эйфорию, он привёл себя в надлежащий вид и даже вышел в столовую к завтраку, но, кроме Гарсула, неизменно строгого и мрачного, и мадам Арлинды, никого там не увидел. Мелькнуло даже подозрение, что Анри снова нашёл способ встретиться с Иалиной у него за спиной, но дуэнья поспешила развеять его сомнения.

– Мадемуазель занята сборами на церемонию и позавтракает у себя, – проговорила после приветствия.

Немарр кивнул, не собираясь никак это комментировать. Но в этот самый миг его обуяло жгучее нетерпение поскорее увидеть девушку: наверняка она будет выглядеть ослепительно. На неё и так можно было любоваться каждый день – конечно, если она желала хоть на миг показаться на глаза. А тут и вовсе бесконечная услада для взора. Как раз то, что нужно, чтобы немного поднять настроение перед отбытием в храм.

Едва покончив с завтраком и выразив всем пожелание как можно скорее увидеть их в карете готовыми выезжать, Немарр направился в покои девушки. Сейчас самый удобный случай, чтобы взглянуть на неё со всех сторон, хоть и придётся для этого воспользоваться не совсем честными уловками. Но другого способа заставить Иалину показать стройную шейку без подозрений с её стороны в голову не приходило. Потом её, скорей всего, постигнет немалое разочарование. Возможно, она снова разразится негодованием и обидой. Но отойдёт. Ей некуда деваться.

Поднявшись на нужный ярус замка, Немарр медленно вошёл в комнату Иалины, издалека оглядывая собранную к торжеству девушку. Она стояла у зеркала, внимательно оценивая плоды трудов служанок. Но с такой жемчужиной тем не пришлось слишком стараться. Для неё и тонкой оправы достаточно, чтобы позволить сиять своим собственным великолепием. А потому изысканно сдержанное платье цвета нежных розовых лепестков, отделанное кружевом и изящными камеями на оборках, было самым уместным для Иалины. Не перетягивало на себя внимание и выгодно подчёркивало её красоту.

Бринда суетливо присела в реверансе, увидев маркиза, и быстро ушла, повинуясь приказному взмаху руки.

– Как бы его высочество не принял вас за собственную невесту и не женился по ошибке. – Немарр остановился за спиной девушки, оглядел её шею, но та оказалась прикрыта выпущенными из причёски локонами. – Поистине вы затмите даже его будущую супругу.

Иалина коротко оглянулась на него и повела чуть оголённым плечиком, с которого уже почти сошли следы ожогов. «Истинное чудо», – сказал бы кто-то, кто плохо знал двоедушных. А он теперь прекрасно понимал причину её скорого и полного выздоровления. И заключалась она вовсе не в снадобье из драконьей крови.

– Можете не рассыпаться в комплиментах, – бросила девушка холодно. – Я не верю вашему лицемерию.

Это укололо. Хотя, конечно, он виноват сам.

– А чему вы готовы поверить? – шепнул Немарр, слегка склоняя к ней голову. Она пахла так дивно: молодой сиренью. Как будто та продолжала цвести на её коже.

– Что бы вы ни делали и ни говорили… – начала было Иалина, но осеклась, когда он провёл ладонью по её обтянутой атласным корсажем спине.

Отшатнулась, мгновенно вспыхнув румянцем на щеках. Она могла отпираться, сопротивляться и принимать самый негодующий вид, но он знал, что его прикосновения вводят её в совсем недвусмысленное смятение.

– Я говорю, что вы прелестны. – Немарр взглянул на неё через зеркало. – И в этот миг я совершенно искренен. Можете спросить других мужчин, и они подтвердят мои слова.

Он обхватил её ладонями за талию, такую тонкую, наверняка даже и без корсета. Скользнул на живот и вверх с мягким нажимом. Девушка совсем растерялась и смутилась. Немарр невольно упёрся взглядом в ложбинку её часто вздымающейся груди.

– Оставьте меня, – взмолилась Иалина.

И вопреки всему слегка откинула голову, когда он согрел дыханием её кожу. От осознания, может быть, невольного желания девушки в голове становилось пьяно. Немарр не собирался слишком усердствовать. Всего несколько отвлекающих прикосновений – и просто на миг откинуть волосы с её шеи и убедиться, что мадам Арлинде не показалось. Или показалось. Но он мысленно проклял себя самого и невероятную, дурманную притягательность Иалины. Притиснул её спиной к своей груди и прижался губами к шёлковому плечу. Чуть прикусил, испытывая дикое желание сдёрнуть эти роскошные, но пустые, скрывающие истинную красоту тряпки.

– Ваше… – девушка задохнулась. Попыталась оттолкнуть его лицо рукой, но он поймал хрупкое запястье пальцами, слегка сдавил и прижал к пышной юбке.

– Тише, – шепнул, прерываясь. – Давайте позволим себе эту маленькую слабость.

Осторожно, чтобы не напугать её ещё больше, провёл по нежному кружеву корсажа, а после – самыми кончиками пальцев – по открытой части груди, чувствуя, как колотится её сердце. Мелкие, словно пыль, капли испарины заблестели между её ключиц. Мысли в голове потекли совсем вяло. Немарр уже позабыл, зачем пришёл сюда. А уж тем более о том, что вовсе не собирался позволять себе подобных вольностей. Тонкой струйкой холода по краю разума зазмеилось отрезвление. Но пока медленно, неохотно.

Немарр открыл глаза и взглянул в зеркало. Иалина отчаянно цеплялась пальчиками за его руку на своей талии. Её приоткрытые губы алели от прилившей крови, просто требуя прильнуть к ним поцелуем, опущенные веки подрагивали. А он с совершенно безумными глазами стоял позади, и взгляни кто сейчас на него – ничуть не засомневался бы в чудовищной силе его вожделения.

Ещё не до конца совладав с собственным телом, Немарр провёл ладонью вверх, к шее девушки, обхватил изящный подбородок, очертил пальцем нижнюю губу, любуясь тем, как его прикосновения находят мгновенный отклик. Как тесно прижимается она бёдрами, как изламываются её брови и прорезается между ними тонкая морщинка. Нет, всё же хорошо, что на ней так много слоёв ткани, – иначе всё это уже закончилось бы на кушетке. И может, потом, овладев ей, он понял бы, что сделал. Но, видимо, ничуть не пожалел бы о том.

Немарр несколько раз моргнул, пытаясь сбросить охвативший его дурман. Стараясь продолжать всё так же неспешно и ласково, он слегка тронул локоны Иалины за ушами, скользнул по шее и осторожно отвёл волосы в сторону. Светлые, почти прозрачные росчерки и правда бледнели на её коже. Не знаешь, что искать, – не заметишь. Немарр всмотрелся ещё, не веря, что видит это собственными глазами: совершенно чёткий знак Изначальной. Не временный, под левой грудью, какой появлялся у вместилищ, означая, что Она находится в их душе. А под затылком – говорящий о том, что Она теперь занимает и её разум. Другими словами, владеет ею полностью.

Иалина почувствовала, что его поведение изменилось. Она напряглась и даже снова попыталась вырваться.

– Наигрались? – её голос стал слегка хриплым.

И от звука его внутри снова колыхнулась опавшая было волна жара. Немарр подавил желание удержать её – отпустил.

– Я просто доказал вам, насколько вы прекрасны, – он попытался придать интонациям своего голоса как можно больше невозмутимости. – И что совершенно не лгу вам, когда об этом говорю.

– Очень интересный способ. – Низко опустив голову, девушка принялась оправлять оставшееся совершенно идеальным кружево корсажа. – Вы… Вы…

Похоже, она не могла подобрать достаточно сдержанных слов, чтобы охарактеризовать его.

– Простите меня, – сам от себя не ожидая, уронил Немарр.

И ему – невероятно! – и правда стало совестно за всё, что он только что устроил. Девушка кусала губы, явно пытаясь удержать слёзы стыда. Ведь она отвечала на его ласки. Отвечала с пылом и наверняка не воспротивилась бы, пожелай он большего. Означало ли это, что она хотела его на самом деле? Или всему виной то, что она теперь – Изначальная? И чувствует того, кто сокрыт в нём самом?

Иалина подняла на него блестящие глаза.

– Надеюсь, когда я сделаю всё, что вам нужно, вы наконец оставите меня в покое, ваше сиятельство. А теперь прошу уйти и дать мне привести себя в порядок.

Он коротко провёл ладонью по лицу и отвернулся. Быстро вышел и направился к лестнице, на ходу размышляя над тем, что узнал. До сих пор не верилось. И что делать теперь со всем этим, Немарр, к стыду своему, пока не понимал. Отец к такому его не готовил, и он сам не надеялся на то, что полное возрождение Праматери когда-то случится на самом деле. Да ещё и в юной девчонке. Только Изначальная, похоже, совсем определилась с тем, в каком теле ей остаться. Но хорошо ли это? Не будет ли это опасным для Иалины? Не убьёт ли её?

Голова буквально разрывалась на части. И то, что кто-то пожелал присвоить себе девушку, когда она жила в замке вместилищ, приобретало теперь совсем другой смысл. Как и то, что её хотели принести в жертву.

Все эти вопросы требовали скорого разрешения. Тянуть больше некуда.