Глава 17

Немарр едва вынырнул из мутного забытья, когда открылась дверь и в комнату, где его оставили почти без охраны, только со скованными за спиной руками, кто-то вошёл. Он поднял голову и прищурился, пытаясь сквозь полумрак разглядеть вошедшего. Удалось не сразу, а вот сила его драконьей сущности считалась мгновенно. После близости с Иалиной он теперь чувствовал двоедушных гораздо острее. Словно прозрел. Вот только без неё ему становилось всё хуже. Нужно было выпустить дракона, чтобы прийти в норму: тот буквально пожирал его изнутри.

– Так-так, – протянул граф де Роверти, подходя ближе. – Сам Немарр де Коллинверт. Правду сказать, я и не думал, что когда-то увижу вас на месте осуждённого.

– Еще скажите, не мечтали об этом.

Он хмыкнул. Корвин встретился с ним взглядом и на миг, показалось, оробел. Неужто по нему теперь так отчётливо видно, что он – Изначальный? Иначе откуда эта явная опаска на лице графа?

– Мои мечты гораздо более скучны. – Корвин пододвинул один из стульев ближе и сел напротив, не переставая пристально оглядывать Немарра. – И я никогда не желал вам смерти. Но тут меня никто не послушает. К сожалению, пожелания его величества насчёт вас весьма чёткие.

Немарр встряхнул головой, откидывая упавшие на лоб волосы. Граф вздрогнул. Это становилось даже смешно. Конечно, можно было обратиться драконом и, разворотив стены этой части замка на камни, сбежать. Но пока его цель заключалась не в этом. Он хотел узнать всё о планах Корвина и короля. Если таковые были.

– И чего же желает его величество? – Немарр слегка пошевелил немеющими руками.

– Король приказал выжечь вас, а уже после – казнить.

Только за один оттенок злорадства в голосе графа уже хотелось сожрать. Нет, сначала разорвать на куски, а уже после сожрать.

– Не припомню, чтобы приговорённых к казни двоедушных сначала выжигали. – Немарр слегка наклонился вперёд, насколько позволяли скованные руки. – Что за игры вы ведёте?

– Я не собираюсь обсуждать с вами приказы его величества, – Корвин пожал плечами. – К тому же вам это никак не поможет.

– А вы никогда не задумывались, ваша милость, что будет с вами, когда вы сядете на моё, простите, не такое уж тёпленькое место? – Немарр снова откинулся на спинку. – Думаете, от этого вас обласкает великая милость короля? Как бы не так. Он будет держать вас на поводке, как ручную зверушку. Опасную, которая может покусать. Он будет бояться вас и ненавидеть. И в итоге избавится и от вас тоже, прикормив рядом с собой другого двоедушного. И раз за разом близость драконов к короне будет становиться всё более номинальной. Вы считаете, что рвётесь к власти. Укрепляете свои позиции. Но это не так. Без Источника вы так и будете слабеть.

– Довольно мрачные пророчества, – граф дёрнул уголком рта. – И мне жаль, что вы заканчиваете свою жизнь на столь минорной ноте. И всё же скажите, зачем вы признались? Зачем послали королю письмо? Ведь виконта де Леварье вы не уберегли полностью. Его выжгли, а значит, дракон его для вас потерян.

– Несмотря ни на что, у меня на Анри большие планы, – Немарр улыбнулся. – Думаю, его жизнь ещё сложится хорошо.

– Знаете, я всегда считал вас безупречным драконом, – показалось, с долей сожаления в голосе граф покачал головой. – Вас ни разу не поймали на обращении, хоть вы и обращались. Я-то это понимаю. Вы знатного рода и сильного духа. Таких среди нас становится всё меньше.

Немарр только усмехнулся, не желая ничего больше обсуждать с графом. Он и так увидел и услышал достаточно. Корвину просто наплевать на других драконов. Он считает, что настали времена, когда каждый должен заботиться только о себе. Из-за таких, как он, мир двоедушных и обрушился, как изъеденный ветром песочный замок. Ждать от него помощи и понимания – бессмысленно. Многое в жизни Немарра теперь казалось бессмысленным, кроме проведённой с Иалиной ночи. Он не хотел, чтобы так случилось. Он считал, будет по-другому. Его ошибкой было отправить своё признание письмом королю до того, как он рассказал всё Иалине. И если его перед казнью выжгут, это будет очередной потерей для двоедушных. Очередной тупик. Теперь он просто вынужден устроить собственный побег. Осталось только узнать некоторые детали для составления хоть какого-то плана.

– Боюсь, вы не будете скорбеть обо мне слишком долго, – всё же вздохнул он. – Как и его величество.

Граф поднялся со стула и махнул стоящему у двери стражнику. Тот позвал двух соратников, чтобы, видно, проводить пленника в темницу до окончательного решения, когда и чему предстоит свершиться.

– Учитывая ваше высокое положение, его величество приказал узнать у вас последнее желание. А мы попытаемся исполнить его. В рамках разумного, конечно.

Немарр на миг задумался. Единственным его желанием сейчас было увидеть Иалину. Но слишком опрометчиво заставлять её появиться в королевском замке. Слишком опасно. Она ведь сейчас словно обнажённый нерв, и неизвестно, что выкинет её драконица от очередного всплеска эмоций. Нет, ей лучше находиться под защитой Анри.

Немарр потянул время для вида, а потом снова взглянул на Корвина.

– Я хотел бы увидеться с мадам де Парсель.

Кажется, граф ничуть не удивился. В высших кругах Монтежара ни для кого не было секретом, что графиня до сих пор навещает бывшего мужа для вполне понятных целей. Корвин даже не удержал ехидной улыбки, что пробежала по его губам.

– Какого плана вы хотели бы встречу? – он понизил голос, пытаясь говорить как можно более доверительно.

Немарр на миг закатил глаза, подыгрывая.

– Самого приватного, конечно, – улыбнулся он двусмысленно.

Де Роверти едва пальцем ему не погрозил. На его лице отразилось полное понимание и одобрение последнего желания приговоренного к смерти. Провести ночь в объятиях некогда любимой женщины – неплохое утешение.

Граф подозвал стражников, и те помогли пленнику подняться, схватив под локти. Ломотой и покалыванием отозвались изрядно затёкшие руки. Немарр неспешно поплелся прочь из душной комнаты, нарочно волоча ноги посильнее, чтобы стражникам было тяжелее его вести. Наверное, темница, куда его привели, была одной из лучших в подземелье королевского замка. Если такие тут вообще имелись. Она была вполне сухой и не слишком промозглой, несмотря на то, что Немарра изнутри разогревал нетерпеливый драконий огонь. И даже тюфяк в углу, под самым окошком, не был рваным в клочья.

На него маркиз и опустился, прислонившись спиной к холодной стене. Сколько раз он бывал здесь? Уже не сосчитать. Но никогда всерьёз не думал о том, что сам окажется в одной из камер. И не просто так, а ожидая собственной казни. Жаль, что не удалось из разговора с графом ничего понять. От этого не покидало душу смутное беспокойство, что его хотят не просто уничтожить, а перед тем ещё и обвести вокруг пальца.

Скоро принесли и ужин, на удивление не такой отвратительный, как представлялось. Похоже, знатность заключенного всё же играла не последнюю роль. Немарр, совершенно не отказываясь от того, чтобы подкрепить силы, которые ему ещё понадобятся, съел всё. Налил в жестяную кружку воды из слегка помятого кувшина и уже выпил, но глотать не стал. То ли помогли необычайно обострённые чувства, то ли опыт в принятии кшанрада, но его маркиз распознал сразу, лишь вода коснулась языка и нёба. Хоть «дыхание пепла», как говорили, не обладает никаким запахом и вкусом.

Он коротко глянул на дверь – за ним, кажется, никто не наблюдал – и сплюнул воду в сторону. Однако затратное дело – содержать в темнице дракона. Вот и на кшанрад не поскупились, хотя, насколько он знал, ни одному из осуждённых за обращение не оказывали милости притупить чувства наркотиком. Ещё одна холодная змейка подозрения проскользнула в груди.

Слегка поразмыслив, он вылил всю воду из кувшина, а после лёг на тюфяк – просто отдохнуть и подумать. А уж те, кто его увидит, пусть считают, что он сейчас пребывает в прекрасном мире грёз. От такого-то количества выпитого.

Забравший пустую посуду стражник, похоже, поверил в его напускную расслабленность. Он Немарра заметно боялся. Это на улицах городов и деревень однодушные спокойно ходили рядом с драконами, несмотря на то, что порой случались инциденты. Но окажись с кем-то из них среди четырёх стен, так в них сразу просыпалась неизменная робость. А уж если учесть, что сейчас говорили о Немарре…

Наутро в воде, принесённой к завтраку, кшанрада не оказалось. Наконец можно было напиться вдоволь и без последствий. А после полудня в камеру заглянул другой часовой и с явным недовольством сообщил, что к Немарру приехала гостья. Накрепко заковав ему руки, стражник повёл его наверх и оставил в тесной комнатёнке, назначение которой осталось загадкой. Однако тут стоял небольшой столик и, что могло бы показаться отрадным в других обстоятельствах, узкая постель. Похоже, граф всё-таки понял желание Немарра увидеться с Теорой весьма однобоко. Что ж, это и к лучшему.

Он опустился на жёсткий матрас и снова огляделся в неприметной комнатёнке, ожидая появления графини. Как и всегда, она не заставила себя ждать. Недовольно оглядываясь на стражников, вошла и встала у двери, которую тут же плотно закрыли. Повернулся ключ в замке, и стало тихо, хотя можно было не сомневаться: надзиратели остались поблизости.

– Ты поставил меня в очень неловкое положение, вызвав сюда. Что будут думать обо мне теперь? – Глухо простучав каблучками по присыпанному соломой полу, Теора подошла. – Как мальчишка!

– Остынь, моя дорогая. – Маркиз встал, слегка злясь от того, что женщина осыпала его упрёками прямо с порога. – Раньше то, что о тебе говорят, кажется, не слишком тебя волновало. Или то, что я оказался в темнице, как-то умалило мою привлекательность в твоих глазах?

Де Коллинверт улыбнулся. Теора взглянула на него исподлобья и скривила аккуратно накрашенные губы. Потом приблизилась вплотную и закинула руки ему на плечи.

– Пахнешь ты, конечно, не фиалками. Но я готова это вытерпеть.

Немарр мягко взял её запястья и отстранился. Теора нахмурилась, не понимая.

– Я позвал тебя не за этим. – Он сделал шаг назад, выстраивая между ними незримую стену. – Ты выполнила мою просьбу? Приглядываешь за Иалиной и Анри?

Теора фыркнула, слегка обидевшись на пренебрежение.

– Приглядываю, конечно. Я не могу не выполнить просьбу того, кто решил себя похоронить, – в её голосе послышался упрёк. – И сама хотела ехать к королю, просить о встрече с тобой.

– Что-то случилось? – В груди тут же скрутилась тугая спираль тревоги.

– Случилось. Вчера ко мне приехал Анри. Раненый. Не сильно, но к доктору идти он не пожелал: слишком опасно и может вызвать ненужные подозрения. А до дома добираться было слишком далеко. Хорошо, что ранили его обычным оружием, а не тем, что используют против драконов. Вот он-то и рассказал мне, что твою ненаглядную Иалину забрали. И куда увезли – неизвестно.

Немарр на миг прикрыл глаза, пытаясь осознать страшное известие.

– Кто увёз? – попытался спросить как можно более спокойно.

– Анри с девчонкой задумали одну хитрость, чтобы раздобыть Источник. И для того им потребовалось ехать к отцу Мерреду в храм Единого. Но что-то пошло не по плану. Анри со своими людьми попытался отбить Иалину. Но служителей, которые охраняли обитель, оказалось слишком много. Верховному вместе с Иалиной удалось скрыться.

– Проклятье! – Немарр хотел было ударить кулаком по столику, но в последний миг решил, что не стоит поднимать шум. – Он не знает хотя бы, в какую сторону они уехали?

– Я бы предложила тебе поговорить с ним самому. Но ты видишь, где находишься. Анри не пропустят сюда после всего, что случилось. Судя по всему, случай в храме и некий погром, что они там учинили, людям короля удалось замять.

– Они что-то скрывают, Теора. – Немарр всё же поборол излишнее волнение. Ему нужен трезвый ум, чтобы подумать и решить, что делать дальше. – Они хотят выжечь меня перед казнью. Как ты думаешь, зачем?

Графиня только пожала плечами.

– Кто она такая, Немарр? – прозвучал из её уст вполне закономерный вопрос. – Почему ты так заботишься об этой девице? Разумеется, кроме той причины, что спишь с ней, – она криво усмехнулась. – И то, что Мерред забрал её, явно говорит о том, что она зачем-то понадобилась жрецам.

– Я не могу тебе ничего сказать, Теора. – Немарр пропустил мимо ушей её ревность. – Сама знаешь, почему.

– Считаешь, что это я едва не сожгла её в собственной комнате? – графиня покачала головой. – Она ведь не первая женщина, что появилась в твоей постели кроме меня. И я уже не в том возрасте, чтобы закатывать истерики по этому поводу и пытаться уничтожить соперницу. Если ты любишь её… – она вздохнула. – То я только рада, что она смогла снова заставить тебя это почувствовать.

Теора неспешно подошла и погладила Немарра по заросшей щеке. Он поймал её ладонь и прижался к ней губами.

– Это, оказывается, очень страшно, – покачал головой, убирая от лица руку графини. – Страшно чувствовать это так сильно.

– Ты взрослый мальчик, Немарр. – Теора лукаво прищурилась. – И справишься с этим. Ты всегда справляешься. И не оставишь её в беде, верно?

– Сначала нужно приблизиться к Верховному. Если он забрал Иалину… То с него должен быть спрос. Но у меня нет времени. Нужно ускорить выжигание. Чтобы они не держали меня здесь ни одного лишнего дня.

Теора понимающе кивнула, остерегаясь разговаривать слишком много.

– Я передам всё Анри.

Немарр с благодарностью сжал её плечо.

– Пусть будет рядом, когда меня вывезут на выжигание. Если они не решат сделать это прямо здесь. Думаю, для этого им всё же потребуется особое место.

– Но, – графиня с опаской покосилась на дверь, – если всё случится как нужно, как ты найдёшь её?

– Будь уверена. Найду.

Немарр нарочно смял постель, сдёрнул с неё покрывало и несколько раз ударил кулаком по подушке, оставляя на ней следы. Теора, тихо ворча, слегка растрепала причёску. Может, выглядеть будет не слишком убедительно, но стражники хотя бы в первый миг поверят, что нечто между ними всё же случилось. И заняты они были вовсе не разговорами.

Встреча с Теорой оставила тягостное чувство. Будто он, поддавшись собственным слабостям и усталости, упустил самое важное. Оставил свою драгоценность тому, кто не способен оказался её защитить. И виноват был вовсе не Анри. А он сам. И вся его меланхолия, и страшное чувство вины за то, что он натворил, обернулись против него же.

Стражники повели маркиза в камеру по длинным тёмным коридорам. Немарра снова ждала каменная коробка, в которой его оставят ожидать своей участи ещё неизвестно сколько. А тем временем с Иалиной может случиться всё что угодно.

Немарр повёл плечами, проверяя надёжность оков, и обратился внутрь себя, к тому, кто ждал любого случая, чтобы вырваться на свободу. И он начал разрастаться, наполняя душу огнём и яростью. Слегка отпустить, дать шевельнуться ему и его гневу. Иначе тяжесть дракона так и будет душить, отнимая силы. Да и для дела полезно.

Немарр, разгоняя по телу обжигающие потоки драконьей крови, со всего размаху саданул плечом правого стражника. Тот впечатался в стену. Кажется, ударился головой. Вторым ударом Немарр отшвырнул другого. Ослепительное пламя поднялось из груди, подсвечивая кожу. Те, кто шёл позади, навалились на него со спины. Кто-то пнул под колено. Немарр развернулся, одним усилием разрывая цепь на руках. Стражники отшатнулись и схватились за оружие. Наверняка омытое в Источнике, чтобы могло поразить и усмирить дракона.

Уже зная, что будет больно, Немарр кинулся на них. Холодный клинок распорол рубашку на боку, но кожу не задел. Убивать его не станут. Да и он не собирался никому вредить. Только хорошенько припугнуть.

Раскидав противников в стороны, Немарр бросился по коридору к двери, зная, что его встретят. Привлечённые лязгом и шумом, навстречу выскочили ещё двое часовых. Сзади подоспели все, кто был опрокинут раньше. Тупой удар по затылку – и в ушах зазвенело. Охваченный силой дракона, Немарр вытерпел бы его, но пора было заканчивать свару. Он качнулся вперёд и рухнул лицом вниз.

Его потащили дальше, пыхтя и ругаясь. Ясное дело, крыли отборной бранью и самыми последними словами. Всё же хорошо он намял заскорузлой страже бока. А мог бы и убить, если бы захотел.

Грохнул засов на двери камеры. Короткий полёт – и в рёбра отдался хороший удар о каменный пол.

– Прости, друг, – шепнул Немарр дракону, которого разочаровал, дав только понюхать свободы, но так и не отпустив.

Теперь оставалось ждать реакции графа, а то и самого короля на устроенную бучу. Если это их не убедит свершить расправу поскорей, он намерен продолжить буйствовать.

Но, к счастью, Корвин спохватился очень скоро. Не успели бока промёрзнуть на холодном полу, как в камеру снова вошёл стражник и пнул руку носком сапога. Признаться, не слишком сильно. Опять же из-за страха.

– Эй, вставай! – рявкнул нарочито сурово.

Немарр перевернулся на спину. Окинув часового тяжёлым взглядом, он поднялся на ноги и позволил себя повести пока что неизвестно куда. Его втолкнули в просторный кабинет, который можно было сравнить только с тем, что был у него в имении. Совсем не там он рассчитывал оказаться. Руки оставили скованными, хоть и убедились уже, что путы его не удержат.

Корвин де Роверти сидел за огромным, будто для совета предназначенным столом и внимательно перечитывал некий документ или письмо.

– Надо же. Какое совпадение, – проговорил он, когда Немарр, так и не дождавшись приглашения или хотя бы приказа, подошёл к нему сам. – Только я успел получить письмо от Верховного жреца с просьбой привезти вас на выжигание как можно скорее, как вы сами нарываетесь на немедленное исполнение наказания. Вы правда хотели сбежать?

Граф поднял взгляд, откладывая исписанный мелким почерком листок в сторону.

– Знаете, как-то резко жить захотелось. – Немарр улыбнулся, отчего в ушибленном затылке колыхнулись остатки боли.

– Женщины, да. Они умеют вдохновлять нас на жизнь. Но, к сожалению, вам вдохновляться уже поздно. Сейчас вы отправитесь в Справедливую обитель для выжигания. Там вас встретят. А потом вернут сюда. До казни.

Немарр не стал отвечать. Всё шло именно так, как нужно. Одно только обеспокоило: граф вернулся к своему столу и в стоящий там бокал с водой добавил прекрасно знакомый порошок.

– Не хотелось бы, чтобы по дороге вы снова устроили нечто подобное. – Корвин протянул ему питьё. – Так будет спокойнее всем нам. И считайте это милостью. Обычно осуждённым не позволяют смягчить мучения кшанрадом.

За спиной шевельнулись стражники, давая понять, что, если Немарр не выпьет сам, они ему помогут. Пришлось проглотить воду и понадеяться, что, пока он доберется до Обители, дурман немного рассеется. «Дыхание пепла» уже давно не действует на него так сильно, как может.

Однако, пока его вели до глухо заколоченной кареты с решётками на окнах, лёгкое опьянение всё же проявило себя ощутимой слабостью во всём теле. Под надзором стражи Немарр раскинулся на жёстком сиденье и постарался позволить кшанраду свободно растечься внутри, чтобы скорее раствориться. Он прикрыл веки, слушая мерный стук колёс по мостовой, задышал медленно и глубоко.

Маркиз знал, что ехать недолго, а значит, времени на то, чтобы прийти в себя, оставалось совсем мало. Но даже несмотря на липкий дурман, Немарр понял, что едут они вовсе не туда, куда он предполагал. Скоро ровные улицы столицы сменились колеями загородной дороги, а свет фонарей поглотили плотные сумерки окружавшего её леса. Хотелось спросить, что происходит, но язык совсем не ворочался: Корвин не пожалел драгоценного порошка. Да и вряд ли ему стали бы отвечать.

Долго Немарр не чувствовал ничего, кроме собственного растекшегося по дивану кареты тела. Но чем больше они удалялись от Монтежара, чем гуще становились заросли орешника, что сменился затем плотным частоколом соснового бора, тем яснее его пронзал искристый луч освобождения. И он прекрасно осознавал, почему.

Он приближался к Ней. Это и радовало, и наполняло всё залитое вязкой топью опьянения нутро смутным опасением: она уже находится там, куда везут его. Зачем? Неужели и её тоже решили выжечь? Но за что?

Лёгкие наконец наполнились свежим воздухом, будто бы даже морозным, – таким чудодейственным оказалось приближение к любимой. Но дракон молчал. Кроме ощущения натягивающейся связи, он ничем не выдавал себя. И это было скверно. Однако время на то, чтобы и ему вынырнуть из дурмана, кажется, ещё было.

Не успела карета доехать туда, куда надо, как снова начался дождь. Он встал плотной стеной со всех сторон, и казалось, что миновать её совершенно невозможно. Экипаж, до того бодро катящий по тряской колее, постепенно замедлился, а позже и вовсе начал увязать в раскисшей глине. Кучер ругался самыми низкими словами. Карету бросало из стороны в сторону на скользкой тропе, что вывернула вдруг на плечо горы. Каждый миг она могла сверзиться с обрыва. Стражники упирались в стенки, стараясь не свалиться с сиденья, а Немарр, всё еще расслабленный, просто наблюдал за их суетой.

И тут повозка встала. Недовольно зафыркали лошади, нещадно понукаемые кучером.

– Помогите, что ль! Толкните, ну! – заорал тот, явно обращаясь к стражникам внутри.

Немарр нахмурился, соображая, что это ему напоминает. Привстал, выглядывая в окно. Колёса экипажа почти до середины погрузились в вязкую жижу. И сидели там настолько крепко, что даже двойка лошадей не могла их вытянуть.

Недовольно ворча, стражники вышли наружу, стараясь не угодить в лужу по колено, и попытались толкнуть карету. Но ничего не вышло. Они кряхтели и переругивались друг с другом, обвиняя в недостаточном старании, а кучер голосил на них обоих.

– Пусть он выйдет! – снова рявкнул возница. – Легче будет. И поможет тож.

– Да нельзя ему. И под кшанрадом он, бесполезен, – ответил кто-то из стражников.

– Так вытащите его, ёлки-палки! – Мужик припечатал в конце крепкое слово, которое явно не произносят в приличном обществе.

Тишина выдала некоторое замешательство сопровождающих. Они тихо о чём-то переговорили, а после послышались хлюпающие шаги. Дверца кареты отворилась, и внутрь просунулся один из них, весь с ног до головы в брызгах грязи.

– Сам выйдешь, или помочь? – буркнул.

– Сам. – Немарр поднялся и, щурясь от льющего в лицо дождя, спрыгнул на землю. Едва не рухнул, поскользнувшись и не полностью ещё владея собственным телом, но стражник поддержал его.

– Отойди, – грубый толчок в плечо.

– Я могу помочь. – Немарр рукавом обтёр лицо.

– Пусть поможет! – снова крикнул возница. – А то так тут и застрянем.

Сопровождающий качнул головой, приказывая идти за ним. Ливень бил по плечам и голове словно маленькими твёрдыми шариками, но от сырости и прохлады пропадали последние остатки тумана, навеянного кшанрадом. Немарр приложился плечом к задней стенке кареты и по команде кучера толкнул. Ноги заскользили, увязая едва не по колени в бездонной луже. Стражник рядом не удержался и упал, окунувшись по уши. Повозка только едва качнулась вперёд. Показалось, забралась на некую опору, но снова откатилась назад.

– Ещё раз! – гаркнул мужик.

Навалились снова. От усилий деревенели мышцы и стучала в висках кровь. Но и дракон как будто тоже очнулся, наполнил нутро жаром, а всё тело – силой. Ещё одна попытка – и карета наконец выскочила из западни. Стражники встали, тяжело дыша и смахивая капли с лиц. Немарр бездумно проверил оковы. Снова можно порвать. Вторая сущность буквально неистовствовала, чуя скорое приближение к Иалине. Но на раздумья времени ему не дали: сопровождающие подхватили под локти и снова повели внутрь.

Едва они обошли карету, как почти столкнулись с кучером, который, весь укрытый огромным непромокаемым плащом, почему-то стоял рядом с повозкой, а не сидел там, где ему положено быть.

– Что-то не так? – недовольно процедил стражник.

Ни слова не говоря, возница выбросил вперёд руку. Сверкнула сталь – и острый клинок пропорол камзол и живот мужчины. Второй выхватил оружие, но толком атаковать не успел: Немарр припечатал его плечом к стенке экипажа. Коротким и точным движением, которое нельзя было не узнать, кучер рубанул ему по горлу. Стражник кулём рухнул в грязь.

– Это мой трюк с переодеванием, – хмыкнул Немарр.

Возница поднял голову и улыбнулся знакомо и жутковато.

– Но научил-то вас ему я, ваше сиятельство.

Гарсул скинул капюшон, с которого струйками текла вода. Он быстро обшарил убитых сопровождающих и отыскал ключи от оков.

– Где Анри? – Немарр потёр освобождённые запястья.

– Едет в отдалении. Скоро нагонит. – Шевалье снова направился на козлы. – Мы думали, что, кроме двух стражников, будет ещё сопровождение. Но граф, видно, понадеялся, что кшанрад – надёжный охранитель. А мотать людей по дорогам в такую погоду – только мучить их зря.

– Мы уже близко? – Немарр задрал голову к вершине горы, на которую они взбирались так долго.

– Близко. Но надо ехать в карете, чтобы не возникло подозрений. Скорее всего, там тоже стража. – Гарсул встряхнул поводья. – Садитесь. Думаю, у нас не так много времени.

Но Немарр ещё немного задержался, глядя на друга снизу вверх.

– Если честно, я подозревал тебя в том, что ты хотел убить Иалину.

Шевалье покачал головой, криво усмехаясь.

– Ты же знаешь, что я не доверяю женщинам. Особенно таким молодым и хорошеньким, как эта твоя… маленькая богиня. Но это не значит, что я хотел её убить. Кстати, она и правда богиня? – он прищурился плутовато. – Подходящая тебе пара, Изначальный.

Немарр махнул на него рукой и сел в карету. И нехорошо стало на душе от того, как много людей он обидел своим недоверием. Теора. Гарсул. Анри. Наверное, это было закономерно. Постоянно ощущая надзор короля и Культа, невольно проникнешься самыми большими подозрениями к тем, кто тебя окружает. Но сейчас всё становилось на свои места, хоть маркиз до сих пор не понял, кто же запер Иалину в комнате.

Оставалось надеяться, что он сумеет это выяснить, когда заберёт её из лап Верховного.