Глава 12. Защитник, принц и король

Анхельм

Увидев, что Ринор явился к воротам на своих ногах, я испытал откровенную досаду. Мало ему вчера от меня досталось. Надо было размазать слизняка тонким слоем по стене, чтоб ни один целитель собрать не смог. Правда, в таком случае сегодня он не смог бы подписать документы о продаже своей рабыни и передать Гервину права владения. Но позже я с этой тварью ещё поговорю… хотя нет, просто прикончу.

Я держал Эбелин за руку, не отпускал ни на мгновение, но, чем ближе мы подходили к её хозяину, тем крепче она сжимала в ответ мою ладонь. Элин не просто боялась, она была на грани паники. С каждым шагом шла всё медленней, её дыхание стало резким и прерывистым, и я понял, что девушка вот-вот рухнет в обморок.

Стараясь поддержать, я обнял её за плечи, притянул ближе к себе и повёл дальше. Да, по законам Айвирии к чужим рабам нельзя прикасаться без позволения хозяина. Но если сейчас тварь по имени Ринор попытается мне что-то предъявить, я заставлю его заткнуться навеки.

– Садись в машину, на переднее сидение, – приказал я ему. – И не смей оборачиваться.

– Да кто ты такой, чтобы мне угрожать?! Я написал жалобу в отделе стражи. Жди, скоро за тобой явятся. И ты ответишь за всё! – выпалил он, даже не шепелявя. А ведь вчера мой кулак точно лишил его нескольких зубов. Что ж, значит, у айвов в самом деле хорошие целители.

– Всё будет по справедливости. Не сомневайся в этом, – ответил я почти спокойно.

За моей спиной встали Холт и Висл, а за ними трое стражей, приставленных к нам Гервином, и этого хватило, чтобы Ринор замолчал и всё-таки сел в машину.

Я открыл для Элин дверцу, помог разместиться на заднем сиденье, а сам сел рядом. Мои парни и охрана заняли места во втором автомобиле, и такой компанией мы отправились ко дворцу.

За время дороги Эбелин немного успокоилась. Она всё ещё держала меня за руку, но теперь хотя бы не дрожала, видимо, наконец, поверила, что я действительно никому не дам её обидеть, и страх стал чуточку слабее.

В коридорах дворца я предпочёл скрыть нас с Элин отводом глаз, дабы не пугать своим присутствием придворных. Многие из них до сих пор вздрагивали лишь от звучания моего имени, а при встрече могли и вовсе повести себя непредсказуемо, так что лучше не рисковать.

Гервин ждал нас в своём кабинете. Правда, внутрь вошли только мы с Эбелин и Ринор, а остальные разместились на диване в приёмной, им при нашем разговоре присутствовать не требовалось.

Приветствие прошло по протоколу, без привычного зубоскальства и ироничных уколов, которые всегда сопровождали все наши личные встречи. Гер даже спрашивать ничего не стал, как и не дал никому из нас что-либо объяснить. Он сразу положил перед Ринором документ, пальцем указал, где подписать, а потом ледяным надменным тоном приказал ему снять с Эбелин ошейник.

Признаться, я уже отвык видеть таким Гервина Дарвида. Нет, маска холодного высокомерного принца ему определённо подходила, когда-то я ей даже верил. А потом узнал, что за ней скрывается крайне вспыльчивый характер, живой ум и острый язык. Ну и выяснил, что у несгибаемого наследника трона Айвирии есть слабые места – его семья.

– Эрн Лермид, вас проводят к дознавателям, – ровным тоном бросил Гервин, взяв в руки ошейник Эбелин. – Они ждут ваших показаний по вчерашнему происшествию.

У бедолаги Ринора в глазах появился испуг, и всё же он взял себя в руки, молча кивнул и вышел за дверь. А едва мы остались в кабинете втроём, Гер откинулся на спинку своего кресла, скрестил руки на груди и внимательно посмотрел на меня.

– Полагаю, – начал он, ехидно ухмыльнувшись, – теперь ты доволен.

– Я буду доволен, когда с Эбелин снимут обвинения и вернут ей свободу, – ответил я и сел в удобное кресло напротив стола.

Эбилин так и осталась стоять, но я понимал, что, даже если попробую её усадить насильно, она тут же поднимется на ноги. Всё же перед ней был сам кронпринц Айвирии, да ещё и её новый хозяин.

По-хорошему, мне стоило встать рядом с ней, обнять, помочь справиться со страхом. Но сейчас я должен был показать Гервину, что говорить мы будем на равных, что я не проситель и не чувствую себя слабой стороной.

Наш разговор вообще следовало вести наедине, но Гер пока не спешил надевать на Элин ошейник. Значит, желает, чтобы она осталась.

Паршиво. Он ведь знает, кто виноват в её аресте, и может сейчас просто назвать меня по имени. Какой станет реакция девушки? Скажем, она точно не обрадуется такому открытию. Поступит ли так Гер? Да, не сомневаюсь в этом.

– Интересно получается, – протянул Гервин, снова взяв в руки ошейник.

Потом поднялся, сам подошёл к вздрогнувшей Эбелин и быстро нацепил на её шею рабскую побрякушку. Я знал, что сейчас он должен сказать ритуальную фразу и отдать ей первые приказы, но Гер просто вернулся в своё шикарное кресло.

– Ты выбрал в жёны мою рабыню, – продолжил кронпринц Айвирии, обращаясь ко мне. – Знаешь, а ведь я могу прямо сейчас приказать ей что-то такое, после чего ты уже не сможешь на ней жениться. И она выполнит любой мой приказ… или ошейник её убьёт.

Я молча смотрел на него и всеми силами старался показать, что эти угрозы меня не трогают.

– Да хотя бы прикажу ей раздеться и пройти по дворцу, – продолжил Гервин свой издевательский монолог. – Представь, потом каждый из придворных сможет сказать, что видел королеву Вергонии голой. Хотя вряд ли после этого она будет тебе нужна.

Я скрипнул зубами, крепче сжал деревянные подлокотники кресла, но сразу же отпустил их. Рядом судорожно сглотнула Элин, но оборачиваться на неё я не стал. Объяснюсь с ней потом. Сейчас важно выиграть битву с Гервином.

– А ещё могу пригласить сюда моих гвардейцев и приказать отвести девочку в казармы к новобранцам. Пусть парни развлекутся.

Элин рядом судорожно всхлипнула… и я сдался. Поднялся из кресла, подошёл к ней и крепко прижал к своей груди. Она не оттолкнула, не попыталась освободиться, но дрожала очень ощутимо.

– Гер, заканчивай с ритуалом. Пусть Элин выйдет, и будешь бить по мне дальше, – сказал я так спокойно, как вообще мог в нынешнем состоянии.

– Да ни за что! – довольным и ехидным тоном заявил Гервин. – Хельм, я наконец дождался того великолепного момента, когда у тебя появилось слабое место. Да не просто появилось, а оказалось в моей полной власти. Как думаешь, я остановлюсь? О, нет, не дождёшься!

– Даже интересно, как к этим твоим заявлениям отнесётся Кэтрин, – сказал я с ледяной усмешкой. – Ты же в курсе, что она взяла Эбелин под свою опеку? Они даже подружились. Или всё-таки желаешь открыть супруге глаза на твою сволочную натуру? А ведь она в положении, ей нельзя волноваться.

Гервин мгновенно изменился в лице, а в его глазах его мелькнул настоящий ужас.

– Да ты откуда знаешь?! – выпалил он, резко встав на ноги, а от былого насмешливого настроения не осталось и следа.

Такая замечательная эмоциональная реакция явно продемонстрировала новую слабую сторону моего врага. Если он решил так грубо давить на мои слабости, то и я буду давить на его.

– Знаю, – в моём голосе звучала холодная угроза. –У Кэтрин аура изменилась, а это верный признак, видимый только колдунам. Мне даже известно, что у вас будет сын, маленький айв. И да, Гер, однажды я поклялся не вредить Кэт, но в той клятве не было ни слова о ребёнке. Всё ещё желаешь давить на моё слабое место? Или мы продолжим беседу в ином ключе?

Он молчал недолго. Ведь тоже хорошо меня знал… и боялся. Да, боялся, и даже не меня самого, а моей непредсказуемости. Однажды я поставил его на колени, жаль, не в буквальном смысле, и смогу сделать это снова… если припрёт.

Ритуальную фразу, закрепляющую связь раба и хозяина, он сказал быстро и без злорадства. Но когда договорил, по телу Элин прошла судорога, а её колени подогнулись. Конечно, я удержал, помог устоять, но от понимания того, что она испытывает боль, у меня заныло в груди.

– Эбелин, я сочувствую вам всей душой, – совсем другим, мягким, тоном проговорил Гервин, когда она открыла полные слёз глаза. – Такого супруга и врагу не пожелаешь. Знайте, он пустит вас в расход при первой же возможности. Да, сейчас он вас защищает, но только потому, что в нынешних обстоятельствах ему это выгодно. Я не знаю, почему он выбрал вас, но это точно неспроста. И если вы откажете ему, он всё равно получит ваше согласие на всё.

Я скрипнул зубами, но промолчал. Сейчас бессмысленно пытаться оправдаться перед Элин или что-то ей объяснять, тем более, при Гервине. Мы обязательно с ней поговорим, но позже и наедине.

– Завтра состоится пересмотр вашего дела, – добавил кронпринц Айвирии. – С показаниями вашего… дорогого Анхельма, вас оправдают. Да я сам буду настаивать, что вы невиновны, потому что кукла не в силах противиться воле кукловода. И мы с вами прекрасно знаем, кто в действительности виновен в том, в чём обвиняли вас. Но его под арест не возьмёшь и ошейник не нацепишь, ведь после этого мы снова развяжем войну, а её сейчас допускать никак нельзя.

– Всё сказал? – выпалил я, едва сдерживая желание дать ему в морду.

– Нет, о твоих тёмных сторонах я могу говорить бесконечно, – оскалился в ответ Гервин, – но Эбелин пока достаточно информации. Отвези её в академию. Пусть сдаст форму, учебники, напишет заявление на отчисление, попрощается с подругами, преподавателями. Ведь туда она вряд ли вернётся. Полагаю, завтра после суда ты отправишь её в Харсайд.

– Мы отправимся туда вместе, – сказал я, крепче прижимая к своему боку окончательно растерявшуюся Элин.

– И когда состоится свадьба? Я желаю присутствовать, – с хищной улыбкой заявил Гер.

– А рискнёшь? – бросил я надменно. – Кишка тонка у тебя, Гервин, открыто явиться на мою свадьбу. Тебя в моей стране ненавидят так же сильно, как меня в твоей.

– Рискну, – заявил этот придурок. – И тебе придётся обеспечить мою безопасность во время этого визита. Уверен, Эниремия и Мар отправятся со мной. Поэтому повторяю вопрос: когда состоится свадебный ритуал?

Я понимал, что он прав, и свадьбу придётся организовать по всем правилам, с балом, толпой гостей, народными гуляниями по всей стране. Да, это будет опасно и ударит по моей и без того скудной казне, но отвертеться от праздника не удастся.

– Ты получишь приглашение, – ответил я, чувствуя, как рядом со мной мелко дрожит Элин. – И ещё, Гер, если не накажешь тех, кто вчера пытался надругаться над Эбелин, их накажу я. Даю тебе сутки.

Он не стал спорить, принял мой ультиматум с недовольным видом, но без возражений. Значит, сам понимает, что от него требуется, как и понимает то, что я вправе мстить за свою женщину.

Так и продолжая обнимать Эбелин, я повёл её к выходу. Она шла рядом, словно кукла на шарнирах. Передвигала ногами, но её лицо казалось просто маской, а взгляд – совершенно стеклянным. Не так она должна была узнать о моей личности, и не от Гервина, который пугал её специально, чтобы усложнить мне жизнь. Ну ничего, разберусь.

– Уходим, – бросил моим парням, ожидающим в приёмной.

Потом подхватил Элин на руки, шепнул заклинание быстрого сна и вышел в коридор.

***

Эбелин

Я проснулась от звуков чужого разговора. Поначалу не поняла, где нахожусь, но быстро вспомнила, что это за место. Ну, а голоса, доносящиеся из гостиной, только подтвердили догадку.

– Ты уверен, что иного выхода нет? Волна судов и казней перед свадьбой может обернуться против тебя, – сказал кто-то.

– Оставлять крыс безнаказанными слишком опасно. Они, видимо, до сих пор считают, что я безобидный желторотый юнец. Значит, придётся показать силой, кто я такой, – ответил Артиул, и его голос звучал холодно и жёстко.

В этот момент сонная память милостиво открыла мне события прошедшего дня. Я с кристальной ясностью вспомнила всё, что произошло в кабинете наследника престола. Все разговоры, что велись там между его высочеством и… не Артом. У меня в голове до сих пор не укладывалось, что он вовсе не Артиул, а совсем другой мужчина. И то, как он говорил с кронпринцем Гервином, это только подтверждало.

Или… может, мне всё просто приснилось?

– Учитывая, что ты женишься на айвирке, а твоя сестра замужем за айвирским принцем, обязательно пойдут слухи, что решения за тебя принимают айвы, – снова сказал кто-то.

– Разберусь, – устало бросил Арт. – Чет, хватит читать мне нотации. Я прекрасно понимаю, какая вокруг складывается ситуация. Если у тебя есть конкретные предложения, – выдвигай. А нет, так не нужно понапрасну сотрясать воздух.

– Есть. Проводим аресты, суды, выносим приговоры, но в исполнение не приводим. А в день свадьбы ты торжественно помилуешь самых лояльных и раскаявшихся, даруешь им смягчение наказания.

– А это и в самом деле хорошая мысль. Так и поступим.

– К свадьбе нужно начинать готовиться уже сейчас. Сколько у нас времени?

– Месяц, – ответил Артиул. – А лучше три недели. Завтра после суда мы с Элин отправимся в Ферсис. До свадьбы я должен представить невесту ведьмам и получить их одобрение. Иначе всё бессмысленно.

– А если ты ошибся? Если Эбелин – не та, кого ты должен был найти? – спросил мужчина, которого Арт называл Четом.

– Поэтому, друг мой, я и отправлюсь к Гарсинии. Мы с Элин пойдём к ней вместе. И если я действительно ошибся, у меня ещё останется время, чтобы найти нужную девушку.

– Слушай, было бы проще жениться на любой айвирке, потом развестись и взять в жёны ведьму.

– Проще, но… ведьмы всё равно посчитали бы это оскорблением нашего договора, а их лучше не обижать. А айвы приняли бы за оскорбление развод с айвиркой. Замкнутый круг.

– Вогнал же ты себя в западню, – с сочувствием проговорил за стеной Чет.

– Я знал, на что иду.

Послышался тихий стук в дверь, видимо, кто-то явился из коридора. Потом шорохи, шаги, лёгкий щелчок замка, шелест бумаги.

– Ректор получил моё сообщение о завтрашнем отъезде. Приглашает на ужин и беседу. Нас всех, – проговорил Арт. – Идём, Чет.

– А девчонка? Оставишь её тут одну? – спросил тот, явно имея в виду меня.

– Элин не спит. Слушает наши с тобой разговоры. Но видеть меня она вряд ли будет рада, поэтому пойдём. Её ужин на тумбочке под сохраняющим тепло колпаком.

Это всё было сказано именно для меня, но я даже не подумала смущаться. Услышав, что голоса в гостиной стихли, медленно села на постели и тут же нашла взглядом поднос, накрытый чуть мерцающим магическим куполом.

Что ж, в проницательности Артиулу не откажешь.

Мысль, что это совсем не Артиул, я старалась гнать подальше. Да, понимала, что просто обманываю саму себя, но пока мне так было легче. Не хочу думать о нём… и не буду.

Ужин я съела быстро и даже удивилась собственному аппетиту. Раньше подобное со мной случалось только после большого перерасхода магии. А сейчас…

Коснувшись пальцами ошейника, нащупала на нём ткань знакомого платка и против воли улыбнулась. Вот и причина моего аппетита. Организм почувствовал, что может беспрепятственно напитываться энергией, и тянет её отовсюду, включая еду.

Что ж, надо отдать Арту должное, он действительно заботится обо мне, хоть и делает это из каких-то своих соображений. А сегодня защищал меня от его высочества Гервина, даже угрожал ему. Но надо признать, что и кронпринц бил по мне словами, целясь при этом и по Арту.

Ох… Нет никакого Арта, Эби. Нет.

Зато есть его величество Анхельм, с которым меня снова свела судьба. Тот самый Анхельм, которого я когда-то лечила, к которому странным образом привязалась и из-за побега которого меня отдали под суд и приговорили к рабству. Тот самый Анхельм, который использовал меня… но не убил. Хотя иногда мне казалось, что лучше бы убил.

И я поклялась, что выйду за него замуж, а магия это подтвердила. Можно попросить его вернуть мою клятву, но… он откажет, ведь для чего-то я ему нужна.

Закончив с ужином, я немного побродила по комнате. Следовало отправиться к себе, собрать учебники, сдать форму, но… не хотелось. Во мне впервые за год было так много энергии, магия текла по каналам, давая силы. И так нестерпимо захотелось призвать крылья, расправить их, взлететь повыше…

Может быть, там, под самыми облаками, моей израненной душе всё-таки станет хоть немного легче, и я снова смогу почувствовать себя живой айвиркой, а не безвольной марионеткой, которая вынуждена подчиняться прихотям кукловодов.