Глава 15. Похитители, крылья и водопад

Эбелин

– Ты убьёшь его раньше времени. Остановись! – послышался рядом смутно знакомый мужской голос.

Я различала его будто сквозь толстый слой ткани. Звуки казались приглушёнными и далёкими, а открыть глаза почему-то никак не получалось.

– Он живучий, – ответ прозвучал язвительно, а говорила молодая женщина.

– Зачем тебе столько его крови? Насколько я знаю, для зелья нужно всего несколько капель, – снова сказал мужчина.

– Пригодится, – бросила неизвестная особа. – Я сохраню её так, чтобы она не портилась и не теряла своих свойств. Этого запаса нам с тобой хватит на пару лет. Хельм нам больше не нужен, но… пока лучше оставить нашего короля относительно живым. Вдруг что-то пойдёт не так, в таком случае мы сможем быстро всё переиграть. Но его необходимо максимально ослабить, чтобы он не создавал проблем.

– Да, я помню, – судя по тону, мужчине что-то не нравилось. – А вот от рабыни я бы избавился.

– Не торопись, успеем, – осадила его подельница. – Пока пусть живёт, тем более, спать она будет ещё очень долго. Избавимся от неё, когда станет ясно, что всё идёт, как надо. Лучше всегда иметь в рукаве козыри, а в голове – запасные варианты.

Я слушала их, но никак не могла понять, что вообще происходит. Кто эти люди? Чего хотят от нас с Хельмом? Где мы вообще? Увы, шевельнуться не получилось, открыть глаза – тоже. Хотя, наверное, это пока к лучшему.

– Всё. Я закончила с ними. Идём, – проговорила женщина.

– Может, стоит их связать? – обеспокоенно предложил мужчина.

– Я больше доверяю зельям и магии, чем верёвкам, – прозвучал насмешливый ответ. – Да и не нужны нам лишние следы на телах. Поверь, проколоться можно даже на незначительной мелочи.

Звук удаляющихся шагов быстро стих, скрипнула дверь, и в повисшей вокруг глухой тишине я снова погрузилась в сон.

***

Следующее пробуждение оказалось ещё более странным. Я снова проснулась от звуков голосов, но на сей раз они были другими, да и говор имели более простой, будто бы даже деревенский.

– Слышь, Карт, а давай девку разбудим. Хоть развлечёмся чуток, пока время есть. А то сидим тут уже неделю, как две сторожевых собаки, – сказал один.

– Нет. Я приказ ведьмы нарушать не стану, – ответил второй.

– Да не узнает она ничего. Смотри, какая чернявая, ладная, хоть и худая. И я с айвиркой никогда ещё. Можем даже не будить, трахнем по очереди. Только я первый.

– Нет, Хамос. Ещё очнётся раньше времени, взбрыкнёт. Неизвестно, что от этой крылатой можно ожидать. Сделаем всё, как ведьма велела. Ты зелье-то не потерял?

Послышались шорохи, звуки какой-то возни, приглушённая ругань, а потом этот самый Хамос вдруг громко выпалил:

– Демоновы копыта!

– Что там? – настороженно спросил второй.

– Да лопнула склянка окаянная! Всё зелье вытекло. Карт, что делать-то будем? Если ведьма узнает, проклянёт же, как пить дать.

Второй покряхтел, судя по звукам шагов, прошёл по комнате, а потом предложил:

– Давай без зелья. Они же всё равно, как два овоща переваренных. И не будем ждать ночи, лучше сразу всё закончим. Бери девку, а я возьму величество. Скинем сейчас, и дело с концом. А ведьме отчитаемся, что всё прошло гладко.

– Точно! И не нужно никакого зелья. Размажутся по скалам и так, – Хамос довольно хохотнул и хлопнул в ладоши.

Я слушала их странную беседу, словно она происходила во сне. Пыталась сосредоточиться, но сознание окутал плотный туман. А когда меня вдруг резко дёрнули и куда-то потащили, что-то в голове резко включилось. Мне даже удалось открыть глаза, правда, видела я перед собой только огромную мощную спину. Щека тёрлась о грубую ткань куртки, а коснувшийся лица и рук холодный ветерок помог скорее прийти в себя. Меня явно несли, причём вокруг были высокие сосны, пахло осенью.

Кое-как повернув голову, я заметила, что за нами по узкой тропинке следует крупный мужик в довольно потрёпанной одежде. Он тоже кого-то тащил на плече, и, даже не видя лица, я поняла, что это Анхельм.

Мигом вспомнились услышанные разговоры, а чувство опасности заставило мыслить чётко и ясно. Ведь, если я правильно поняла, от нас хотят избавиться по приказу какой-то ведьмы. Скинуть со скал. И собираются сделать это прямо сейчас.

Чуть пошевелила головой, пальцами, попыталась оценить своё состояние. Во всём теле чувствовалась слабость, но магию ничто не ограничивало. Я могла бы прямо сейчас создать усыпляющее плетение и этим нейтрализовать того, кто меня несёт. По второму тоже можно ударить на расстоянии.

Только я не боевик и никогда не применяла магию во вред другим. Но сейчас у меня просто не осталось выхода.

Не позволив себе сомневаться, создала в руке нужное плетение, чуть повернулась и направила в идущего за нами мужика. Оно совершенно точно достигло цели, влетело ему прямо в грудь, да только этот бугай лишь поморщился и почесал место, куда попала моя магия.

Великие Стихии! Да как такое может быть? Хотя… сейчас не время для анализа. Нужно срочно придумать что-то другое!

Усыпить того, кто меня нёс, тоже не получилось. Он даже не почувствовал магии, зато обратил внимание на моё копошение. Встряхнул, сильнее сжал ноги, за которые держал, и вдруг сказал:

– Слышь, Карт, девка-то просыпается, кажись.

– Шагай резче, – нервно ответил второй. – Почти пришли.

Я старалась не шевелиться, чтобы не привлекать к себе внимания. Вместо этого снова украдкой посмотрела в сторону и только теперь услышала шум воды. Он доносился откуда-то снизу, а учитывая, что мужики говорили, что хотят скинуть нас со скал, возможно, они как раз и имели в виду горную реку?

Мы вышли на открытое пространство, и я сообразила, что находимся мы где-то очень высоко, а внизу явно обрыв.

– Ну всё, – сказал тот, кто меня нёс, будто бы даже с грустью. – Жаль, не получилось с девкой развлечься. Может, всё-таки…

– Ты совсем отбитый? – возмутился второй. – Жить надоело? Бросай её, хватит ахинею нести. И пусть летит вниз, пташка айвирская.

Пташка? Великие Стихии, как я могла об этом забыть?! Слишком долго была в рабстве, да и сейчас соображала с трудом.

Когда бугай снял меня с плеча и опустил на землю, я прикрыла глаза и снова притворилась спящей. Судя по звукам, рядом со мной второй бандит сбросил на землю Анхельма.

– Глотку ей перережь для верности. А то вдруг ещё взлетит, – скомандовал Карт.

И тут я поняла, что нужно действовать прямо сейчас. Открыла глаза, увидела рядом Хельма, лежащего без сознания на пологом склоне, заметила, что буквально в метре от нас этот склон заканчивается обрывом, и из этой ситуации выход был только один.

Создав в руке магический аркан, я обхватила им ногу Анхельма, оттолкнулась руками и кубарем покатилась вниз. Голову, руки, ноги царапали камни и колючие кусты, но главное, что я отдалялась от бандитов и тащила Хельма за собой.

– Эй, они катятся! Лови! – крикнул, кажется, Карт.

– Да и пусть катятся, – даже с облегчением ответил второй. – Руки в крови марать не придётся.

– Идиот! Она же крылатая! Сейчас полетит!

– Демоны!

Не знаю, ринулись ли они за нами или нет – это уже не имело значения. Потому что мы сорвались с обрыва и стремительно понеслись вниз, но не по воздуху, а по скале. Мир вертелся вокруг нас, кожа горела от ссадин и царапин, в ушах шумело, а мы всё падали и падали. Но когда эта круговерть вдруг закончилась, и лицо опалило холодным ветром, я тут же призвала крылья.

Они послушались сразу, но когда раскрылись за спиной, меня закрутило воздушными потоками. Выровнять полёт никак не получалось, и крылья пришлось снова прятать.

Теперь, осознавая, что имею возможность призвать их в любой момент, я смогла собраться с мыслями. Нашла взглядом Анхельма, который, к счастью, падал совсем рядом, видимо, сорвался со скалы позднее. Потянула за магический аркан, всё ещё связывающий нас, крепко вцепилась в так и не пришедшего в сознание короля, обхватила его руками и ногами… и снова призвала крылья.

Нас дёрнуло вверх и закрутило. Я всеми силами старалась если не выровнять полёт, то хотя бы притормозить падение. Мы с Хельмом были слишком тяжёлыми для моих крыльев, лететь прямо или вверх никак не получалось, и остался только один вариант: снижаться, но максимально плавно.

Перед глазами мелькали отвесные скалы, в ушах шумел ветер, так что я далеко не сразу заметила, что летим мы прямо в горную реку, а из воды, словно пики, торчат острые камни. С нашей скоростью приземление на них будет равносильно смерти.

И тут моё внимание привлёк отдалённый шум водопада. Он находился ниже по течению и сейчас был нашим единственным шансом. Ведь там, скорее всего, довольно глубоко, а значит, у нас хотя бы появится крохотная возможность не расшибиться.

Силы стремительно заканчивались. Контролировать крылья становилось всё сложнее, а взмахи и вовсе получались с трудом. Руки давно устали, держать Хельма было очень тяжело, и даже магия уже не помогала. Но только от одной мысли, что, если отпущу его, он упадёт на камни, всё во мне ощетинивалось протестом.

Нет! Если падать, то вместе, и никак иначе.

Не знаю, каким чудом я смогла дотянуть до водопада – видимо, на чистом упрямстве. Даже как-то сумела максимально снизить скорость перед его подножием. Но когда мы рухнули в ледяную воду, я едва снова не потеряла сознание.

Дальше действовала уже на чистых инстинктах. Вынырнула на поверхность, кое-как дотащила Анхельма до берега, тратя последние силы, вытянула его на камни… И с ужасом поняла, что он не дышит.

Магии во мне не осталось совсем. Я была опустошена полностью, даже на диагностическое заклинание сил не хватило. И тогда, не думая уже ни о чём, начала лихорадочно вспоминать способы оказания помощи без магии. Считая про себя, стала ритмично давить на грудную клетку Хельма, запрокинула его голову назад, зажала его нос, приоткрыла ему рот и, прижавшись к нему губами, сделала два сильных выдоха. Потом снова принялась за массаж сердца, чётко отсчитывая ритм… и затем снова выдохи рот в рот. И наконец… он захрипел, закашлялся. Я едва успела повернуть его голову набок, чтобы он не захлебнулся.

Увы, даже теперь в себя Хельм не пришёл, но его сердце стучало, хоть и довольно глухо, и он снова мог дышать сам. Я же просто упала рядом с ним на камни, продолжая держать руку на его запястье и отсчитывая пульс.

Не знаю, сколько я так пролежала, глядя на серое небо и нависающие над головой ветки. В–ремя как будто остановилось. Не было сил даже на то, чтобы сесть и осмотреться, а веки стали казаться неимоверно тяжёлыми. Я разрешила себе прикрыть их всего на несколько секунд, но… кажется, всё-таки отключилась.

***

Рядом гремел водопад.

Этот шум перекрывал все остальные звуки и будто бы специально удерживал на грани глубокой дрёмы. Несколько раз я пыталась проснуться, но звук падающей воды снова и снова отправлял сознание в забытье. И ни чувство холода, ни твёрдые камни не могли вернуть меня в реальность.

Каждый раз, погружаясь в сон, я впадала в странные грёзы. Видела отца, маму, старых подруг, друзей. В одном видении присутствовал Кастел Вислоу, решившийся, наконец, меня поцеловать. Потом была бесконечная череда приказов от Ринора, смех его сестры…

В какой-то момент я снова оказалась на суде, но не на последнем, а на самом первом, когда меня огорошили жутким приговором. И всё во сне было так же, как происходило в реальности, за одним лишь исключением: рядом со мной стоял строгий и сосредоточенный Анхельм. А когда меня попытались увести, просто закрыл собой и заявил, что будет защищать до последнего вздоха.

Едва он это сказал, у меня в голове прояснилось. Сон слетел, сознание включилось, и я резко села.

Рядом всё так же шумел водопад, сгущались сумерки и дул холодный ветер. Мышцы кололо, руки не слушались, но я всё-таки смогла кое-как развернуться. А стоило увидеть рядом Анхельма, и с губ сорвался беззвучный крик.

Король Вергонии лежал на спине и остекленевшим взглядом смотрел в небо. Его кожа посерела, бледные губы не двигались, а в волосах торчали сухие листья и мелкие веточки.

– Хельм… – прошептала я, отказываясь принимать такую жуткую суровую реальность. И вдруг громко крикнула: – Хельм!

Он дёрнулся, медленно выдохнул и тихо ответил:

– Элин, тише. Не мешай.

Я сглотнула, потёрла глаза, пытаясь понять, не сошла ли с ума. Потом всё же собралась с силами, подползла к нему, коснулась шеи… и с небывалым облегчением ощутила его пульс.

– Жив… – выдохнула, уткнувшись лбом в его плечо. – Великие Стихии и богиня Герда, спасибо вам!

– Жив, – ответил шёпотом Анхельм. – Элин, я не могу отвлечься. Связь с Храном сейчас очень зыбкая, а мне нужно отправить его в безопасное место. Дай мне немного времени.

– Конечно, – заверила его и только потом сообразила, что Хран – это ворон, его фамильяр. И от этой мысли на душе стало ещё легче.

Если уж Хельм может держать связь со своей птицей, значит, с ним всё не так уж плохо. Он жив, в сознании, магия при нём, а остальное как-нибудь решим. Следовало, конечно, как можно скорее провести диагностику его состояния, но я пока не стала мешать. Кто знает, может, моё вмешательство собьёт колдовство?

Кое-как поднявшись на ноги, я осмотрелась. Сумерки становились всё гуще, и, судя по всему, ночевать нам придётся прямо здесь. А для этого будет необходим хотя бы костёр, да и место лучше найти поровнее.

Неподалёку обнаружилась маленькая полянка, укрытая с одной стороны скалой, а с другой – раскидистыми кустарниками. Дрова тоже нашлись довольно легко, и вскоре я уже грелась у небольшого костерка. Одежду высушила магией, благо на это требовалось совсем мало сил. И что удивительно, с каждой минутой я чувствовала себя всё лучше, даже мышцы и раны перестали болеть.

– Элин, – позвал Хельм, наверное, спустя полчаса после того, как я ушла. – Ты где?

– Тут, – ответила я и поспешила к нему.

Анхельм уже смог сесть, но выглядел очень плохо. Весь в царапинах, ссадинах, кровоподтёках, да ещё и грязный. Ну просто настоящий король!

– Ложись. Нужно выяснить, что пострадало сильнее. Увы, залечить все повреждения сразу я не смогу, но на самые серьёзные раны сил мне должно хватить.

Он не ответил. Покорно лёг обратно на камни и устало прикрыл глаза. Я создала диагностирующее плетение, опустила ладонь на грудную клетку мужчины и прикрыла глаза.

Особо сильных повреждений не нашла. Несмотря на то, что мы с ним фактически катились по скале, чудом умудрились отделаться лишь гематомами и ссадинами. Хуже было другое – в организме Хельма ощущалось сильное отравляющее вещество с магической составляющей. Именно оно продолжало медленно его убивать.

Заклинание очистки крови я помнила хорошо, но сейчас оно почему-то почти не действовало. Следовало как можно скорее убрать из организма заразу, при этом не имея никакого противоядия. И я знала только один эффективный способ.

Увы, ни ножа, ни кинжала у нас не нашлось. Пришлось искать острый камень, обтачивать его магией и уже после этого возвращаться к Хельму.

– Я должна сделать надрез на вене, – сказала я, склонившись над ним. – Нужно очистить кровь от яда. Простые способы не помогают.

– А этот поможет? – спросил он, посмотрев на меня. Его глаза лихорадочно блестели, а дыхание было рваным и глухим.

– Хуже точно не сделает, – ответила я ему, стараясь не показать своего волнения.

– Тогда приступай, – ответил он и, чуть помолчав, добавил: – Я верю в тебя, Элин.

Эти слова будто бы прибавили мне сил. Не оставляя себе времени на сомнения, я выпрямила его руку, нашла с внутренней стороны подходящую вену и разрезала вдоль. Кровь полилась довольно интенсивно, и при других обстоятельствах я бы тут же бросилась её останавливать, но сейчас цель моя была другой. Поэтому приходилось молча смотреть, как рядом с рукой Хельма образуется красная лужица, и ждать, пока снизится общее кровяное давление.

– Сейчас будет больно, – предупредила я, но ответа дожидаться не стала.

Создала в руке плетение, шепнула заклинание очищения и прижала к ране. Моя магия вклинилась в кровоток и стремительно понеслась по организму Хельма. Я знала, что она очень горячая, и сейчас Анхельм чувствует, будто его сжигает изнутри. Но только так можно было избавиться от яда.

Этот способ изобрёл мой отец, но получить на него лицензию не успел. По сути, то, что я сейчас делала, было противозаконно, да и процедура эта имела несколько побочных эффектов. Но в нашей ситуации любые средства были хороши.

– Элин, ты решила меня сжечь? – голос Хельма звучал хрипло и немного с надрывом.

Его глаза покраснели, тело дрожало, дыхание стало частым и хриплым, но облегчить его состояние я не могла. Если только попытаюсь хотя бы обезболить или отправить в целительный сон, процедура не будет завершена, и зараза останется в крови.

– Потерпи, пожалуйста, – попросила я, погладив его по спутавшимся волосам. – Ещё чуть-чуть. Магия течёт медленнее, чем кровь. Она должна пройти по каждой вене, артерии, капилляру, чтобы не осталось и следа отравы. Сердце уже очищено.

– Я чувствую, как там жжётся, – прохрипел Анхельм и закрыл глаза.

Мне было больно видеть, как ему тяжело, но я повторяла себе, что это на пользу, и скоро ему обязательно полегчает.

– Всё, – объявила я, ощутив, что процедура завершена, и только теперь наложила на надрез заживляющее плетение. – Зато ты точно согрелся.

– Ещё как, – хрипло и иронично бросил король Вергонии. – Будто меня поджарили на вертеле.

– Сейчас станет лучше. Полежи пока. Хочешь пить?

– Безумно, – ответил Хельм.

Я спустилась к реке, набрала в ладони воды и, вернувшись к вергонцу, попыталась его напоить. Большая часть жидкости пролилась мимо, но несколько глотков он всё же сделал и благодарно мне улыбнулся.

– Вот теперь точно лучше, – сказал он и даже чуть приподнялся на локте. – Пахнет дымом. Ты развела огонь?

– Очень хотела согреться, – сказала я, кивнув.

– Нас могут найти по костру, – в его голосе звучал лёгкий укор. – Потуши, пожалуйста. Хотя бы на время. Позже разведём снова, и я спрячу нас. Сейчас, прости… не могу.

С одной стороны, было немного обидно, что меня так мягко, но всё же отчитали. Но с другой – я действительно понимала, что сглупила. Ведь даже не задумалась, что костёр – отличный ориентир для тех, кто нас не добил. И, вполне возможно, те два бугая сейчас рыщут по лесу, чтобы исправить свою ошибку.