Глава 2

— Ладно, — подобралась мама, отстранилась от него, выдохнула и принялась поправлять свои рукава, оборки, юбку платья. — За кого? В принципе, я готова!

От волнения она могла быть несколько взбалмошной.

Дядя бархатно рассмеялся, слегка сжал её плечи в знаке поддержки и повернул её лицом ко мне.

— Замуж должна будет выйти наша Табита, Эдна, ты понимаешь?

Мама выглядела очень молодо для той, у кого была восемнадцатилетняя дочь. Пышная блондинка в своём лучшем платье золотого оттенка, которое она надела из почтения к Тортону.

Через три года после смерти отца она имела право выйти замуж второй раз, но этого так и не случилось.

У нас довольно древняя фамилия, статус знатных провинциалов, но не слишком-то богатых.

Усадьба не в самом лучшем состоянии, хотя и опрятная, виноградник, несколько голов рогатого скота, парочка полей…

В общем, хватало на покупку одного наряда в год для ежегодного бала, где не появляться было дурным тоном, но на этом всё.

Мама не была завидной невестой. Да и я тоже.

И как же замужество могло в таком случае решить нашу проблему?

— Табита? Да, она как раз должна была дебютировать… Но вы представляете… Представляете, этот паршивец испортил её платье! Голубое платье, которое так ей шло. Она была словно фарфоровая куколка в нём. Пришлось бы пропустить целый год! Ах, жаль вы не видели, она была такой хорошенькой в нём.

— Действительно, — усмехнулся дядя, — жаль.

Я отвела взгляд. Замужество было обязательным для более родовитых и богатых. Мне же не стоило слишком сильно волноваться. Я хотела остаться в усадьбе, пусть и старой девой. Могла бы помогать матери и дальше приглядывать за хозяйством.

Платье и вправду хорошо оттеняло мою жемчужную кожу и чёрные волосы. Но я не расстроилась, когда Гарри случайно разорвал его на мелкие кусочки. Может быть, это был просто всплеск силы. Может, всплеск силы и нежелание меня отпускать.

— Я не настолько завидная невеста, — решалась сказать, — чтобы моё замужество могло помочь. Разве же нет?

— Ты себя недооцениваешь, душенька, — ответил дядя ласково, а мама тут же подхватила:

— И правда! Никогда не понимала, почему ты на себе крест едва ли не с детства поставила, Табита! Я всё смотрела на девиц на балу, честно смотрела, но красивее тебя найти не смогла.

— Это правда, — едва ли не промурчал Тортон. — Насчёт связи с короной ничего не скажу, но всё же кое-кто в королевском дворце мне задолжал. Одну мою просьбу, думаю, король выполнит…

— Неужели, — восхитилась матушка, — неужели же вы потратите на нашу бедную семью свой шанс? Тортон, благороднее вас я не видела мужчин… За исключением вашего брата, конечно. Бедная вдова век не забудет, если вы спасёте её сына.

— А я против! — крикнул Гарри. — Я не хочу, чтобы Табита выходила замуж!

Матушка цокнула на него.

— Дорогой, выйди на улицу, чтобы не разрушить наши прекрасные барельефы! Взрослые разговаривают.

— Ах так… — Гарри насупился.

— Иди, — кивнул дядя, — ты должен быть спокоен, должен контролировать свою силу.

— Должен позволить забрать Табиту! А я в порядке… Не надо из-за меня… — он вновь закашлялся.

Дядя принял грозный вид и отчеканил:

— Гарри, я же не вечен. Если будешь в порядке, только ты и сможешь защитить свою семью. Не перечь старшим. Мы все любим тебя и желаем тебе добра. Иди.

Гарри, поникнувшему и всхлипывающему, пришлось отступить.

Матушка крикнула ему вслед:

— Под землю не провались! Смотри у меня!

— К сожалению, наш Гарри умирает… — бросил Тортон.

Мать ахнула и закрыла лицо ладонями.

Дядя продолжил:

— Можно попробовать выбить клин клином. Неприятно передавать своих племянников в чужую семью, но если только в чужой семье может быть исцеление — придётся идти на компромисс.

— О чём вы? — спросила я, наблюдая за тем, как Руби, моя фамильная лисица, самозабвенно гоняет по двору нашу самую старую курицу, до сих пор лучшую наседку в курятнике.

Нашла время следовать своим животным инстинктам…

— Чтобы мальчик выжил, — улыбнулся Тортон, — ему нужно умереть.

— Да что вы такое говорите, господин? — вспыхнула мать.

— Вы знаете, что король может самостоятельно составлять пары, но это всегда обходило стороной древнейшее семейство тёмных магов и некромантов — знатную фамилию Хейл.

Даже здесь, на Юге, до меня доносились леденящие сердце слухи о северном семействе некромантов. Об их страшных обрядах.

— Король не вмешивался в дела северных лордов, потому что для вступления в их семью нужно было проходить какие-то обряды и нужна какая-то особая совместимость…

— Верно, Табита. Ты всегда была на удивление способной девочкой. Ты слышала, что случилось с Хейлами несколько лет назад?

— Кто-то напал на их поместье. Из родовитых лордов в живых остался только…

— Лорд Аластер Хейл, — кивнул Тортон. — Он не спешит жениться. Такими темпами королевство может потерять одну из знаковых своих фамилий. Это недопустимо. Я могу поговорить с Его Величеством через своего знакомого. И невестой назначат тебя, Табита.

Стать невестой тёмного мага, который наверняка этого не желает?

Отправиться из солнечной усадьбы Юга в мрачную лощину, где начинались земли Хейлов, на Севере?

Ради Гарри я была согласна и не на такое. Но как брак с Аластером Хейлом поможет брату?

— Всё дело в обряде, — наконец, пояснил Тортон. — Последний обряд — обряд умерщвления. Не по-настоящему, насколько я понимаю. Этот обряд призван был отнимать родовую магию молодой лери, чтобы она могла полностью войти в семью мужа, не принесла с собой свои порядки и не передала ничего лишнего детям. Так они испокон веков сохраняли чистоту магии и крови.

— А при чём здесь Гарри?

— Если у невесты были малолетние родственники, нуждающиеся в защите, обряд мог проводиться и над ними. Этот обряд заберёт магию у нашего Гарри, а вместе с ней и болезнь. Ты попросишь взять брата в семью в качестве свадебного подарка, Табита. У него не будет права отказать тебе. Это единственный способ спасти Гарри.

Матушка начала расхаживать по гостиной, заломив руки за спину. Несколько мгновений она шептала что-то про себя, пока мы с дядей переглядывались.

В итоге Эдна остановилась, бросила взгляд на портрет отца и сказала:

— Линия моего мужа исчезнет… Гарри станет частью семьи Хейлов, как и ты, Табита. Ваши дети будут носить их фамилию. Что бы он сказал на это? И неужели я вас не увижу больше?

Тортон подошёл к матери, вновь сочувственно коснулся её плеча.

— Поверь, мой брат бы согласился на это. Лучше так, чем позволить мальчику погибнуть. Род Лайтери не погибнет, кровь моего брата не исчезнет. В конце концов, госпожа Эдна, я ведь жив.

Мама, выдохнув, судорожно, кивнула.

Есть вещи, которые просто нужно было сделать. Ей смириться с тем, что у сына не будет фамилии отца. Мне смириться с неожиданным замужеством.

— И не беспокойся, опекунство над Гарри может быть формальным, после обряда сын сможет жить с тобой.

Матушка перевела на меня взгляд:

— А у тебя ведь и нет белого платья, Табита… Но не волнуйся, было у меня отложено на такой случай… Ну, может быть, и не на совсем такой… Но всё-таки.

Дядя на это только рассмеялся.

— Я всё оплачу. Не волнуйтесь, девочки мои. Всё устроится лучшим образом. Сейчас же напишу короне письмо. У меня есть доступ к портальной почте.

— Ох, вы наш спаситель, господин! — мама обняла его на эмоциях и выбежала из гостиной.

Наверняка решила найти Гарри.

То ли просто от радости. То ли потому что нашёлся выход и теперь можно было его, как следовало, пожурить за причинённый ущерб.

Мы с дядей остались наедине, моё сердце забилось чаще.

— Ты готова без препон выйти замуж за незнакомца?

Он подошёл ко мне, высокий и крепкий, коснулся чёрной прядки моих волос, пронзил взглядом необыкновенных янтарных глаз.

Я кивнула.

— Ты ведь поняла, о чём именно я спрашиваю, — настоял он.

Я слегка отодвинулась и бросила взгляд за его плечо. Рядом по-прежнему никого не было.

— Они моя семья. Всё, что у меня есть.

Он усмехнулся.

— Даже несмотря на то, что ты попаданка?

Никто кроме него об этом не знал. И Тортон так долго не поднимал эту тему, что в какой-то момент мне показалось, что и ему это неизвестно. Или что это вообще неправда.

Но дядя всё помнил.

Правда, почему-то держал это при себе.

— Я почти не помню своего прошлого. И оно не имеет никакого значения. Гарри — мой брат. Я нужна ему. Я сделаю всё, что будет необходимо.

Тортон кивнул.

— Это твой шанс, Табита, — он коснулся прохладной ладонью моей щеки, — твой шанс отплатить этой семье добром.

На миг он приблизился непозволительно близко, едва заметно вдохнул запах моих волос и отошёл.

— Я уверен, что мне ответят быстро, — бросил Тортон, — ты можешь собирать вещи.

Я кивнула. В этот момент в комнату залетела моя Руби, белая лисица с рыжими пятнами на голове и хвосте. В коричневых куриных пёрышках. Мать гнала её метлой, ругая так же яро, как недавно Гарри.

Руби спряталась под моей юбкой, лизнула лодыжку и сказала:

— Я слышала, что мы выходим замуж!

Я усмехнулась и почувствовала, как начала скучать. Заранее скучать по дому, по солнечной долине, по беззаботным соседям и эмоциональной матушке.