Глава 39

Видеть его после вчерашнего было волнительно. Но я ведь и при обстоятельствах похуже раньше могла держать хорошую мину.

Поэтому мне удалось зайти к нему с достоинством. Словно ничего особенного между нами не происходило.

Аластер сидел за столом. Перед ним была шкатулка, украшенная драгоценными камнями и жемчугом. Я не видела, что внутри. И меня больше интересовал его загадочный вид.

Тёмно-синий плащ только подчёркивал холодность лорда.

— Лери Табита, присаживайтесь, пожалуйста, — он указал на кресло.

Руби не было рядом, потому что она бы точно не явилась к «своему мужу» с мордой в крови и перьями в зубах.

Он будто бы предвидел это.

А мне не помешала бы её пушистая поддержка и острый как бритва язык.

— Добрый день, лорд Хейл, — я устроилась в кресле и окинула его настолько нейтральным взглядом, насколько это было возможно. — Вам уже известно, какое будет следующее испытание?

Он улыбнулся. Красиво.

— Табита, я задам вам вопрос. И в ответ хочу услышать правду. Вы понимаете?

— Разумеется, — я кивнула, решив, что речь шла о каком-то важном деле.

— Я вам нравлюсь? — спросил Аластер.

Я даже подумала, что ослышалась. Но он точно это сказал. И точно имел это в виду.

— Вы хотели правду, — ответила я нахмурившись. — Я считаю вас неотёсанным, вспыльчивым человеком, которому неведомо чувство такта.

Он рассмеялся.

— С каких пор девушек волнует, каким человеком является их муж? Нравлюсь ли я вам как мужчина?

Он упирался локтями в стол и сверлил меня взглядом, ожидая ответа.

Я прикрыла веки, пытаясь понять, что вообще происходит.

Иным мужчинам хватает жеста девушки, чтобы решить, что она пылает к нему чувствами. Одного взгляда. Одной улыбки.

Даже обычную вежливость они могут принять за флирт…

Этот же посадил меня напротив себя и устраивает допрос при свете дня уже после того, как мы пересекли черту.

После поцелуев, на которые я отвечала.

После мурашек, которыми моё тело отвечало на касания его сильных рук…

Я была провинциалкой, но это не мешало мне знать хотя бы основы этикета. Даже в обручённой паре девушке нельзя было первой заговаривать о чувствах. Признание — прерогатива мужчины.

Каждая невеста ждала заветных слов с замиранием сердца.

Этим вопросом Аластер ставил меня не в самое удобное положение. Но, увы, я уже к этому привыкла.

— Я приехала сюда не для того, чтобы играть с вами в шахматы или приводить в порядок замок. Это не визит вежливости, лорд Хейл, и вам это известно. Я здесь, чтобы стать вашей женой. И, конечно же, глядя на вас, я стараюсь думать о вас, как о своём будущем муже. Вы должны быть мне симпатичны, чтобы ваши выходки можно было сносить и дальше.

— Это значит «да»? — Аластер выгнул бровь.

Я сдержалась, чтобы не закатить глаза, и кивнула.

Мужчина кивнул, поднялся из-за стола и прошёлся по комнате, чтобы спустя минуту оказаться за спинкой моего кресла.

— Я хочу, чтобы вы чётко отдавали себе отчёт в том, что из себя будет представлять наш брак. Он не фиктивный, это не сделка, хотя бы потому что мне сложно представить для себя более невыгодную партию.

Его голос окутывал меня тяжёлым пыльным одеялом. Неудобным, но больше всего пригодным для того, чтобы переживать холодные северные ночи.

— После того как вы спасёте брата, вы навсегда останетесь здесь. И никаким образом сбежать от меня не выйдет. Даже на тот свет. Развод вам никто не даст, это слово ни разу не звучало в замке Хейлов. Брак будет заключён после ритуала. Вы магически будете со мной связаны. Моя магия будет для вас оковами, ваша — пищей для меня. Вы больше не будете свободны. Больше не будете принимать ни одного решения в своей жизни. О каждом своём шаге вам придётся отчитываться. И даже после смерти вы навсегда останетесь здесь. Я хочу убедиться, что вы это понимаете.

Я бросила на него опасливый взгляд.

Аластер выглядел мрачным и напряжённым.

С чего вдруг он решился на подобный разговор? Ведь мне всё это известно.

— Я понимаю, лорд Хейл. Моя свобода — малая цена за жизнь брата. Он маленький мальчик, у него всё впереди. И только вы можете ему помочь.

— Сейчас вы так говорите, — вздохнул мужчина. — Потому что вы всё ещё вольны покинуть меня. Потому что помните наставления своей матушки, помните своего брата и воодушевлены возможностью его спасти. Ваше чувство долга с каждым днём только крепнет. Но что будет потом? Он спасётся и уедет. Вы едва ли будете видеться, и он едва ли будет ценить то, что вы для него сделали. Этот мальчик навсегда пропадёт из вашей жизни. Он поступит в академию, пройдёт военную подготовку, откроет своё дело или будет служить короне, купит поместье на Юге или усовершенствует старое, обзаведётся потомством. Всё это время вы, лери Табита, будете здесь. Вы не будете участвовать в его жизни. Станете для него чужим человеком. Ваша матушка, которая, должно быть, умоляла вас пожертвовать собой, тоже здесь не останется. Во-первых, потому что здесь холодно и бесприютно, а во-вторых, потому что я не потерплю чужаков в своём доме. Вы останетесь одни. Едва ли у вас будут друзья. Вы южанка, что равносильно оскорблению. И моя жена, что не сильно лучше. На вас будет весь замок и все дети. В нашей семье не принято доверять их нянькам и кормилицам. Вот так будет выглядеть ваша жизнь через пять, десять лет. Скажите мне, что и тогда вы не пожалеете о своём решении. Что ваша любовь к брату настолько сильна, что подобная жертва — малая цена. Я прошу вас подумать ещё раз, лери Табита.

— Почему вы вдруг заговорили об этом? — спросила я.

— Потому что не хочу, чтобы вы через несколько лет пожалели о своём решении, сбросились с моста и оставили своих детей без матери. Это вполне вероятный сценарий. Мне всего лишь нужно быть уверенным, что я не потрачу время зря.

Я посмотрела в его глаза и ответила твёрдо:

— Вы не представляете, как сильно я благодарна своей семье. Этой благодарности хватит, чтобы исправно выполнять все обязанности. И ещё… Вы можете быть уверены, что я никогда, никогда не брошу своих детей.

— Вам также придётся терпеть меня рядом. Выполнять всё, что я от вас будут требовать. Мы достаточно времени провели вместе, чтобы вы поняли, что я из себя представляю. И поверьте: я не изменюсь. Когда вы станете моей собственностью, у вас не будет права мне отказать. Это ясно?