Глава 55

— Я не чувствую магии больше, — всхлипнула. — Словно… словно она во мне, но я никак не могу за неё ухватиться. Не могу ей управлять. Никак… Слишком… слишком много времени прошло.

Я всматривалась в бледное лицо Аластера. Он не выглядел живым. Не выглядел так, будто бы крепко спал.

Лорд Хейл определённо был мёртв.

Я его погубила. Я была виновна, пусть и без вины.

— Какое сейчас число? — всхлипнув, спросила Руби. — Мы увидим его через год в этот же день, да? Мы же здесь останемся, Табита?

Я подняла на неё взгляд. Ничего ответить не получилось. Ком стоял в горле. Сердце будто не билось, я его не чувствовала.

Беспомощно ткнулась ладонью в руку Аластера. Сплела наши пальцы. У него была такая холодная кожа.

— Обычно горячая… — прошептала я.

Зачем же стражи Севера позволили мне остаться? Нужно было меня прогнать. Тогда ничего бы не случилось, ведь на самом деле Гарри не был болен.

Почему они выделили меня?

Будто я особенная. Будто я правда подхожу Аластеру, как никто другой.

Я вернула ему взгляд. Пусть на бледное красивое лицо было больно смотреть. Захотелось его поцеловать.

Поцеловать в последний раз.

Руби понуро ткнулась мордочкой в его бок.

Я провела ладонью по платиновым волосам и коснулась губами губ.

Необыкновенное тепло, что каким-то образом передала мне Руби, вновь коснулось языка, пощекотало губы и через поцелуй дотронулось до Аластера.

Я почувствовала, что что-то вдруг переменилось.

Вокруг нас замерцал золотистый свет.

Я не поняла, что происходит, и уткнулась в грудь мужчины, опасаясь ослепнуть.

Это была не некромагия.

Что же тогда?

Последний неприятный сюрприз от Тортона?

Магия драконов?

Вмешательство северных богов?

Ничего из этого.

Свет исчез, но не тепло. Оно грело меня, словно ватное одеяло, накинутое на плечи.

Кто-то касался моих волос.

Тепло, прикосновения…

Догадка, полная надежды и страха, коснулась сердца. Я приподнялась и застыла, поймав на себе горящий взгляд Аластера.

Он улыбнулся. Руби была быстрее меня. Она завизжала и кинулась вылизывать ему лицо и шею.

А я не двигалась, потому что боялась подвоха.

Вдруг на самом деле это не мой Аластер?

Я ничего не знала о фэйри-полукровках и опасалась очередного фокуса.

Но взгляд… этот взгляд не мог принадлежать никому другому.

Он потянулся ко мне, чтобы обнять. Я уткнулась в его шею по другую сторону от Руби.

Первые минуты не было слов, был только стук сердца, лисий визг, карканье ворона и любовь.

— Что случилось? — слегка отстранившись, чтобы взглянуть на него, прошептала я.

— У тебя губы мерцают золотым. Это надпись на древнем языке.

— Какая надпись?

Он усмехнулся коварно.

— Моё имя.

— Что?

— Даже после того, как ты рассказала мне о своей прошлой жизни, я не думал, что это возможно… Обычно попаданки попадают в Эсмар в своих телах. Они появляются рядом со специальными арками. И принадлежат драконам. Становятся их истинными. Но бывают и девушки, которые попадают в чужие тела. Говорят, им обычно уготована другая судьба, помимо того, чтобы быть чьей-то истинной парой. Я не знал, что у магов вроде меня могут быть истинные. Должно быть, потому что я не дракон, у меня не проявилась метка после первого поцелуя. Но почему твою я увидел лишь теперь?

— Руби что-то говорила про свечение… — нахмурилась я, пытаясь вспомнить.

— Я проглотила его! — завиляла хвостом лиса и вдруг высунула язык. — Оно было вот тут под языком! Ну я же тоже истинная!

Вот так мы и узнали, что фамильные лисицы и, должно быть, не только лисицы, способны «слизывать» метку истинности и потом возвращать её назад.

Видимо, это нужно на случай, если пара по какой-то причине решит на время скрыть свои отношения.

Но у нас это была случайность. Никто даже не догадывался о возможности стать истинной парой.

Никогда не думала, что это случится со мной.

Что наши чувства получат такое подтверждение.

— И я всю жизнь прохожу с твоим именем на губах?

— Я бы этого хотел, но боюсь, что нет, — усмехнулся Аластер. — Я был здесь. Рядом со своим телом. Видел, как ты старалась воскресить меня. Но в итоге меня спасла не магия, а твоя любовь.

Последняя фраза оказалась ключиком к замку, что сдерживал меня из-за страха раньше времени поверить в его воскрешение.

Я крепко обняла его за шею и поцеловала. Но на этот раз не в последний раз.

Наоборот, этот поцелуй должен был открыть череду других.

— Я всегда говорила, что лис Тортона странный! — ворчала Руби, носясь вокруг нас. — А вы мне всё «нормальный, нормальный, не надо злить дядюшку, он приносит мя-я-ясо…». И стоила ли эта свинина таких жертв! Кстати, а что там за мёртвый мальчик?

— Точно, — поморщился Аластер так, будто это было рядовым делом, — надо будет его воскресить. Табита… — он коснулся ладонью моего лица. — Хроно знали, что произойдёт. Они знали, что я твой истинный, и это нам поможет. И что к тебе перейдёт сила рода. Поэтому они подарили медальон. Эту магию ты долго не выдержишь. С помощью их дара мы должны всё изменить.

Я кивнула.

— Кажется, он в моей комнате…

— Я принесу! — вызвалась Руби. Но вместо того, чтобы бежать наверх, она остановилась у выхода из комнаты и крикнула на весь замок: — Гораций! Тащи медальон северных чертей из комнаты Табиты! Давай! Пошевеливайся!

— Кажется, — рассмеялась я, — она загнала твоего ворона под лапу.

— Вся в свою хозяйку, — усмехнулся Аластер.

Артефакт стражей севера помог справиться с моей силой. Истинная связь только способствовала ритуалу. Мой дар растворился, стал чистой энергией, которая только дополнила мощь родовой магии Хейлов. Аластер вернул себе власть, главенство в семье. Но я не осталась совершенно пустой, как это должно было быть.

Часть холодной, острой, но дружелюбной ко мне магии осталась в венах.

И мой цвет волос остался при мне.

Словно истинность перевешивала натиск традиций. Позволяла мне остаться собой.

Не только лишь отдать свою силу ради брака.

Но и стать в этом браке даже сильнее, чем была до того.

Едва ли у кого-то ещё могла быть настолько эмоциональная свадьба. Не обошлось без слёз, как и положено. А изюминкой торжества можно было считать мёртво-воскресшего жениха. Девочки с Юга едва ли оценили бы такое описание торжества.

Но другого у меня не было.

И это к лучшему.

После возвращения своей магии Аластер провёл тяжёлый ритуал воскрешения мальчика. Он не поднялся так лихо, как старик, поскольку до того тяжело болел, но через несколько дней должен был встать на ноги. Вместе со смертью ушла и его сила, а с ней и болезнь.

Мы, конечно же, решили, что должны узнать, откуда Тортон его привёз и вернуть домой.

Оставалось ещё много хлопот, как и после любой другой свадьбы… Но мы особенно не могли пройти мимо трупа Тортона.

Я застыла, глядя на его окровавленное лицо и растянутые в последней насмешке губы.

Боюсь, он ещё долго будет преследовать меня в кошмарах…

По-настоящему мы никогда не расстанемся.

— Мне хочется воскресить его, чтобы причинить больше боли. Смерть — это не наказание.

Аластер приобнял меня со спины. Я расслабилась, найдя в нём опору.

— Нет, — прошептала, — это должна была сделать я.

Хотя Тортон причинил больше зла Аластеру, уничтожив его семью, он поцеловал меня в волосы и кивнул.

— Да. Тебе же нужен подарок. Хочешь, подарю его труп?

— Что сделать, чтобы он не появлялся здесь больше?

— Сжечь подальше от замка… — почти промурчал Аластер. — Но знаешь, какой на самом деле сегодня день?

— Какой?

— Белый олень не зря вернулся. Сегодня тот самый день, когда он убил мою семью. Я найду их тела и верну домой. И они восстанут. И посмотрят в глаза тому, кто стоял за всем этим.

Мне не хотелось видеть «дядюшку» ещё раз, но мысль об отмщении за невинных грела душу.

На наших лицах проявились кровожадные улыбки.

— Хорошо, — решила я. — Похороним его где-нибудь, как собаку.

Так и поступили.

Такой и была наша свадьба.

— Иди ко мне, — уже ночью Аластер протянул мне ладонь, чтобы довести до кровати.

Чтобы распаковать уже свой свадебный подарок.