Глава 4

К воротам подъезжаю около семи и, войдя в дом, вздыхаю с огромным облегчением: «сестрищи» след простыл, как и ожидалось. В гостиной чисто, нет и намёка на вчерашних гостей, а из кухни доносится приятный аромат мяса, специй и тушеных овощей. Значит, приходила домработница. Желудок напоминает о том, что последний раз я ела с Викой в кафе и что одно маленькое пирожное — это не обед.

Скидываю обувь и мчусь на запах еды, которая ждёт меня в накрытом фольгой противне. Это блаженство! С тоской понимаю, что если уйду в никуда, такие ужины мне улыбнутся нескоро. Поэтому смакую каждый кусочек и стараюсь насладиться на годы вперёд.

А после испытанного гастрономического оргазма неизбежно поднимается настроение, и сытая нега влечёт меня в спальню на кровать. Мне лень плавать в бассейне, копаться в интернете в поисках вакансий и вообще думать о будущем. Всё, чего мне сейчас хочется — посмотреть мелодраму или добрый мультик, а может, книгу почитать про большую и светлую любовь… Только бы забыться и продлить нынешнее состояние. Так и делаю.

Переодеваюсь в летнюю шелковую пижаму — топик и шорты — и с удовольствием устраиваюсь под тонким пледом на удобном матрасе. Включаю на телефоне молодежный ситком и на какое-то время переношусь в беззаботные студенческие будни.

В окно стучит ветка, и сначала я не обращаю на это никакого внимания, но звук повторяется, тогда я уже удивляюсь. Вроде дождь и ветер не обещали. Прислушиваюсь — шум падающих капель отсутствует. Странно. Возвращаюсь к ситкому, но уже не могу полностью погрузиться в перипетии героев. Ветка продолжает стучать, и я понимаю, что не смогу расслабиться, пока не посмотрю, что там происходит.

В доме работает климат контроль, и окно закрыто, но, может, домработница проветривала комнату и не до конца повернула ручку, поэтому гремит рама?

Преодолеваю лень, встаю с кровати, подхожу к окну, отодвигаю штору и офигиваю: на толстой ветке, которая почти достаёт до моего карниза, стоит Артур собственной персоной. За долгом пришёл! «Открывай», — читаю я по его губам и как под гипнозом поворачиваю оконную ручку, чтобы впустить в спальню прохладу летнего вечера и… свои будущие проблемы.

Артур как ни в чем небывало ловко перескакивает с ветки на подоконник и спрыгивает на пол. Будто какой-то домушник, а не мажор. Я все ещё пребываю в шоке и пялюсь на него в немом изумлении.

— Прекрасно выглядишь. Ждала? — с дерзкой ухмылкой спрашивает он и оглядывает меня с самых кончиков босых пальцев ног до…

…торчащих сосков — топик их не скрывает. До моих глаз взгляд Артура не добирается. Прилипает намертво к груди. Я знаю, что они вызывающе торчат, потому что прослеживаю его взгляд и сама отчётливо это вижу. На улице ещё светло, и спасительный мрак меня не укрывает. Ежусь и с трудом преодолеваю желание закрыться руками. Не хочу, чтобы он считал меня дикой, закрепощенной недотрогой.

— Что ты здесь делаешь? Лены нет, — шепчу возмущённо, потому что вслух говорить страшно — подозреваю, сейчас мой голос будет дрожать и вообще звучать пискляво.

— Я знаю, и я не к ней. Я к тебе. И не притворяйся, что меня не ждала.

Его наглость и самоуверенность поражают! Я даже не могу как следует обидеться, потому что он прав. В глубине души я его ждала и даже надеялась на встречу. Правда, не думала, что она будет такой…

— Не ждала. Видишь же, я спать собиралась, — тем не менее упрямо возражаю.

— Врешь, — не верит он.

— Я сериал смотрела и о тебе вообще не думала, — спорю и машу рукой в сторону кровати, на которой валяется телефон.

Артур прослеживает за рукой и вообще не теряется:

— Прекрасно. Посмотрим вместе.

Оккупант чужих спален обхватывает меня за талию и тянет к кровати. И я, как коза на верёвочке, следую за ним, даже не пикнув. Голос пропадает, а ноги становятся ватными. Со мной такого никогда раньше не было. Артур либо владеет техникой гипноза, либо сейчас я впервые в жизни испытываю сильнейшее сексуальное возбуждение.

***

Все дальнейшее как в тумане. Как будто происходит не со мной, и я даже не понимаю, как мы оказываемся в кровати. Лежим на спине близко-близко друг к другу: моя голова у него на плече, а его руки беспрепятственно бродят по моему трепещущему телу.

На экране телефона герои что-то говорят, делают, но я ничего не вижу и не слышу. Внутри все дрожит, сердце колотится, а дыхание сбивается, и я точно знаю, что Артур понимает, в каком я состоянии, потому что долго со мной не церемонится: забирается рукой под топик, а губы накрывает требовательным поцелуем.

Я до этого целовалась. Четыре раза, правда, один раз с Ларкой — моей подругой детства, и его можно не считать… Хотя и оставшиеся разы можно не считать. Потому что то, что происходит сейчас — совсем другое.

Артур раскрывает мои губы языком и пробирается внутрь по-хозяйски напористо, и этим лишает меня последних остатков воли. Меня уже не возмущает ни то, что он добирается до голой груди и захватывает пальцами сосок, делая с ним, что хочет: сжимает, потирает, легонько выкручивает. Не возмущает и то, что, оставив его изнывать от желания новых прикосновений, он опускает руку ниже и, преодолев резинку шортиков, проникает туда, где ещё никто не был.

Я лишь тихо стону и цепляюсь за его плечи, когда Артур раздвигает набухшие складочки и находит пальцем тугую горошину клитора. Всхлипываю, когда он со знанием дела её теребит. И только когда его палец доходит до входа и пытается проникнуть внутрь, вздрагиваю и зажимаюсь. Мне страшно.

— Ш-ш-ш, — Артур понимает, что поторопился, и возвращается к клитору и поцелуям, заставляя меня вновь потерять связь с реальностью.

В какой момент шортики и топ летят на пол — я уже не помню. Понимаю, что совершенно голая, только когда ощущаю на себе приятную тяжесть мужского тела и мягкую щетину, легко скользящую по моему животу ниже, ниже… И как маленький взрыв — его язык и губы добирающиеся до трепещущего комочка нервных окончаний на смену пальцам.

И да, я кричу. Не хуже Лены — уверена. А Артур порыкивает, и от издаваемого им звука я кончаю ещё дольше и ярче.

Так вот ты какой — оргазм!

Я плаваю где-то в Нирване и готова к продолжению. К тому, что здесь и сейчас все дойдёт до конца и я стану женщиной. Но нет. Артур вновь поднимается к моим губам и, глубоко поцеловав, отстраняется.

— Вкусная, как конфета, — шепчет он, — завтра за тобой заеду в одиннадцать утра, поедем на речку. Выходи за ворота.

Одним плавным движением мой почти любовник слетает с кровати, натягивает футболку, которую тоже снял в какой-то неуловимый для меня момент, и выходит в окно, заставив ошарашено хлопать глазами вслед.

Это что сейчас было? Я точно знаю, что он возбужден: чувствовала, как твёрдый толстый жгут упирается мне в ногу, да и когда Артур встал с кровати, его мощный стояк выпирал из низко сидящих спортивных штанов.

Почему он меня не тронул?

— Эй, приблуда помоечная! Ты дома? — раздаётся из коридора мерзкий голосок сестрицы.

Ясно всё — он услышал, что мы в доме не одни, поэтому ушёл. Ну, спасибо тебе, Лена, за то, что весь кайф обломала!

Я укрываюсь с головой и прикидываюсь спящей.