29 глава

Просыпаюсь от непрекращающегося грохота. Приоткрыв один глаз, наблюдаю, как Андрей возится со своими игрушками в гостиной, специально издавая эти звуки и зыркает в мою сторону. На мать он смотрит иначе. С любовью. Меня же расчленяет взглядом на куски.

– Привет, Андрюша, – сажусь на диване и тянусь за футболкой и джинсами.

Натягиваю на себя одежду и широко зеваю. Рукой тру лицо и достаю телефон. Спать хочется дико. Который час?

– Ты в молчанку со мной играешь? – сползаю с дивана на пол и сажусь рядом, осматривая арсенал интересов маленького Андрея.

– Мама сказала, что ты поживешь у нас какое-то время. У тебя разве нет своего дома? – недовольно бурчит он вместо приветствия.

Замечаю в дверном проеме Алёну. Цветочек выглядит невыспавшейся. Ну ещё бы. Я с усердием гнул ночью ее стебель и натирал нежные лепестки. Похоже, переусердствовал.

– Настя сегодня домой отправится, а мама неважно себя чувствует. Ты вон какой у нее деятельный и активный. Кто-то должен за тобой приглядывать, на прогулки водить. Я вызвался помочь.

Сложив руки на груди, Алёна смотрит на нас с тенью улыбки и покачивает головой. Ну а как ты хотела, цветочек? Цель всегда оправдывает средства.

– С тобой на улицу я не пойду, – категорично заявляет Андрюша.

Дышу медленно. Вдох. Выдох. О том, какие ощущения вызывает у меня этот мальчишка – лучше не задумываться. Однако до него я прекрасно ладил с детьми. Даже с Эриком-младшим наше общение строилось значительно легче, хотя мы не так часто с ним видимся.

Быстро поднимаю голову и даю Алёне знак глазами, чтобы подыграла мне. Без ее помощи этого бешеного хомяка я не приручу.

– Мама приболела, – снова повторяю, как попугай. – Пару дней придется делать вид, что нам нравится друг с другом общаться, чтобы ее не расстраивать. Окей? – предлагаю я.

– Нет, – летит в ответ.

Андрей тоже замечает Алёну и, вскочив на ноги, бежит к ней. Обнимает за ноги. Вот же симулянт мелкий.

– Мам, ты приболела? Он не обманывает? – ластится к ней, как кот.

– Немного, – растерянно отвечает Алёна, но отлично справляется со своей ролью, подыгрывая мне.

– А Настя? Она уедет сегодня?

– Да, ей нужно возвращаться в город. Янис поживет с нами пару дней. Нам предстоит... много работы. Но надолго он у нас не задержится, не переживай.

Отворачиваюсь, пряча улыбку в кулак. Да, цветок, работы с тобой действительно непочатый край. За четыре года накопилось много вопросов, которые требуют немедленного разрешения и моего личного присутствия.

– Я не пойду с ним на улицу, – Андрей мотает головой из стороны в сторону.

– Хорошо. Тогда будешь играть с Янисом в гостиной. – А шепотом добавляет: – Но на улице у тебя будет возможность от него сбежать. Хочешь попробовать?

Мне становится тут же не до смеха. Я неважно себя чувствую, до сих пор не могу проснуться, а Алёна предлагает волчонку такую дикость? А если я не досмотрю за шустрым хомяком, то с меня потом три шкуры сдерут? Я на такое не подписывался.

– Пойду, приготовлю вам завтрак. Ведите себя хорошо и не разгромите гостиную.

– Мам, – чуть ли не плачет Андрей. Подбородок дрожит, глаза на мокром месте.

Будь на его месте тоже бы сейчас скорчил жалостливую моську. Хотя с таким лицом, бывало, с Эриком-младшим возился, когда мне его оставляли в мой законный выходной.

– Все хорошо, сынок. Янис не будет тебя обижать. Тут даже спорно кто кого, – уже себе под нос добавляет Алёна и выходит из гостиной.

Мы остаемся с Андреем одни. Как-то придется налаживать контакт с волчонком. Но я пока без понятия как.

– Я привез тебе пакет игрушек. Не знал, что ты любишь, но был готов к подобным закидонам, – вытираю ладонью слезы с пухлых щек Андрея. – Лучше бы смирительную рубашку захватил и пару носовых платков. Но кто же знал, что ты реветь любишь?

Волчонок отмахивается от моей руки и громко шмыгает носом.

– Я знаю, что такое смирительная рубашка. И еще скафандр, – Андрей встречает мои слова без каких-либо эмоций.

– Уже надевали на тебя?

– Ласка часто так говорит, когда я не слушаюсь, – деловито отвечает он.

– Но я не Настя. Словами не ограничится. Будешь из матери веревки вить и со мной вредничать без веского повода, то съезжу в город и раздобуду эти волшебные вещицы, чтобы примерить на тебе. Хочешь?

Андрей подходит ближе и смотрит на меня, нахмурив лоб.

– Ты теперь всегда с нами будешь жить?

– Мне сейчас негде ночевать. Тебе жалко, что я на диване в гостиной посплю?

– Ты меня сейчас обманываешь, – не колеблясь произносит волчонок. – Ты не бездомный. У тебя красивая машина. Я видел.

Типа намек, чтобы я в нее отправлялся спать?

– Я, так же как и вы с мамой, живу в другом городе, но своего жилья в этом месте у меня нет. И даже машины сейчас не имеется. Давай не будем расстраивать маму? Хотя бы при ней сделаем вид, что мы нормально общаемся и ладим. По рукам?

– Нет.

У меня скоро глаз начнет дергаться от этого слова и интонаций звонкого голоса. Неужели дети бывают такими вредными?

– Принеси пакет с игрушками из прихожей, – прошу волчонка.

– Нет.

С шумом вздыхаю и сам поднимаюсь на ноги.

– Гулять тоже не пойдешь? – уточняю на всякий случай.

– После завтрака пойду. Сидеть дома скучно.

– Без мамы пойдешь? Со мной? – удивляюсь, глядя в детское лицо.

– Да.

Неужели и впрямь сбежать от меня надумал? Хоть жучок на него вешай. Если бы он ещё у меня был.

Купленные игрушки проходят строгий фейс-контроль избирательным бурундуком. Полпакета заброковываются и я отношу его обратно в прихожую. С роботами, двумя собаками и динозавром ведутся разъяснительные беседы и им выделяется место в углу гостиной. Я молча наблюдаю за Андреем. Даже интересно становится на него посмотреть, когда он пребывает в хорошем настроении. Обязательно достану телефон в этот момент и сделаю снимок.

– Собак любишь? – спрашиваю я, заметив, что он не выпускает из рук черного песеля.

– Люблю.

– А я боюсь с детства, – подсказываю свое слабое место.

На крайний случай согласен на какого-нибудь чихуахуа или тощую таксу.

– Почему? – спокойно произносит Андрей, но в глазах загорается интерес.

Как же похож на Алёну. Особенно характером. Такой же упрямец.

– Покусала одна в детстве. Испугался. А ты чего-то боишься?

– Что маму кто-нибудь у меня отберет.

– Поэтому я у тебя в немилости?

Волчонок молчит. Понятно. Ответ я не услышу. Ожидаемо. Но попыток расположить к себе ребёнка не оставлю. Со временем Андрей обязательно привыкнет к тому, что я теперь никуда из их жизни с Алёной не исчезну.

Спустя полчаса цветок зовёт нас завтракать. Ставит перед нами тарелки с кашей и попутно общается с Лаской, которая собирается уезжать в город. Я отвлекаюсь на девчачий разговор буквально на пару мгновений, но их хватает, чтобы бешеный и хитрый хомяк насыпал в мою тарелку соли.

Сжимаю челюсти и в сотый раз за утро закатываю глаза, выискивая внутри капли тающего терпения. Отчасти я теперь понимаю Гончарова, который все эти годы прикрывал мой зад, вытаскивая из проблем. Но ведь я делал их не намеренно. В отличие от некоторых мелких хулиганов.

– Смотри, Андрюш, кажется, дождь накрапывает, да? – киваю на окно. – С зонтиками гулять пойдем?

Волчонок ожидаемо заглатывает наживку, а я в это время меняю тарелки местами. Андрей сам виноват, что останется сегодня без завтрака.

Однако ситуацию спасает Алёна.

– Что ты делаешь? – спрашивает она шепотом.

– Не я. Твой волчонок насыпал мне соль в кашу, когда я отвернулся.

Алёна недовольно вздыхает и ставит на стол новую тарелку для Андрюши. Я беру ложку и с большим удовольствием начинаю есть.

– Нет там дождя. Тебе показалось, – говорит волчонок, наблюдая, как я отправляю ложка за ложкой в рот. – Вкусно? – уточняет он.

– Очень. А ты чего не ешь?

Андрей переводит опасливый взгляд на свою тарелку. Берет ложку в руки и тоже приступает к трапезе, пробуя кашу кончиком языка. Вроде и маленький, но смышленый жук. Переживает как бы самому в вырытую яму не угодить? Мать спасла от соленой пилюли. А так бы я посмотрел на скорченную и недовольную рожицу волчонка.

– По подружке с детской площадки соскучился? – спрашиваю я, закончив завтрак.

Андрей снова косится на мою тарелку, потом на мать, которая суетится у плиты.

– Скучаю, – встаёт со стула и несет посуду в раковину.

А вот это неожиданность. К порядку приучен? Жаль, что к вежливости не особо. Но это моя бабуля исправит. Туда хомяка на лето отошлем. Шелковым и круглым вернется.

– Одеваемся на прогулку? Заодно Настю проводим, а мама немного отдохнет.

Андрей встречает мое предложение без восторга. Сдержанно кивает и идет к Насте, чтобы та помогла ему собраться на улицу.

– Ты уверен, что справишься?

– Все будет хорошо, – заверяю цветок. – Ты пока поспи. Действительно выглядишь замученной.

– Ты не лучше, – хмыкает в ответ.

– Я уже привык жить в таком ритме.

Алёна выразительно хмурится.

– Работа, тренировки, частые перелёты, – поясняю я, обнимая цветочек за плечи и притягивая к себе.

С радостью бы завалился с Алёной на кровать, но уже чтобы доспать. Так резко становиться отцом не входило в планы, но придется как-то по-быстрому адаптироваться.

Алёна водит носом по моей шее, а потом целует, обвив меня руками.

– Вы только целыми и невредимыми вернитесь. Ладно?

Спускаю руки на ее ягодицы и впечатываю цветок в свою эрекцию.

– А так и не скажешь, что ты устал… – заигрывает Алёна.

– Очень устал. Но с тобой завожусь с полоборота. Так что ты поаккуратнее с инициативой, а то в доме ребенок, а я еще не до конца вошел в роль отца.

– Отца? – переспрашивает цветок с улыбкой.

– Да, – смеюсь я. – С Андреем это очень проблематично. Но ничего, привыкнем друг к другу.

От количества пошлостей в голове на счет цветка и того, что хочу сделать с Алёной кровь стремительно приливает к паху и все о чем я думаю в этот момент – посадить ее на подоконник и снова взять.

– Я не хотела говорить, но ты бы все равно узнал…

Настроение стремительно летит вниз.

– Гончаров? – догадываюсь я и снова начинаю злиться.

– Да. Сообщил, что отец тебя ищет и хочет внятных объяснений, куда и почему ты пропал. Костя действительно собирался приехать на днях, но я отговорила его, сказав, что мы сами скоро вернемся.

Я тяжело вздыхаю. Надеюсь, к тому времени я буду готов на конструктивный диалог и обсуждение деталей по общему бизнесу. Но сейчас все, что мне хочется – это с размаху заехать кулаком Гончарову по его смазливому и всегда бесстрастному лицу.

– Ладно. Разберемся. Не переживай по пустякам, – целую Алёну в висок.

– Я готов, идем гулять, – в дверях появляется Андрей и, заметив нас обнимающихся с его матерью, становится мрачнее тучи, а потом резко разворачивается и бежит на выход.

Алёна тут же порывается отправиться за волчонком, но я ее останавливаю.

– Дома будь. Мы сами, – вместо цветка иду быстрым шагом на улицу.

Ну вот, кажется, скачки и догонялки теперь точно обеспечены. А потом еще и разъяснительные беседы. Эгоиста ты воспитала, Алёна. И жуткого собственника. Пора заводить новые порядки в нашей стае.