Глава 17

Кирилл словами резал без ножа. Да, я знала правда всегда почти горька, но не представляла, что так тяжело будет ее слышать. Хотя стоило бы смириться. Ведь известно было, каков он. Убедиться смогла, а все равно где-то в глубине, словно в чудо верила. Но его не случилось. И осколки так больно поранили кожу, располосовав старые шрамы. Снова зализывать предстояло раны, опять пытаться научиться жить с этим. Что меня предали, променяли, растоптали мои чувства, сравняв их с грязной землей. Слезы жгли, и я еле сдерживалась, трясясь в полупустом автобусе, который ехал неспешно по улочкам города. По ту сторону окна народ суетился, готовясь к празднику. Закупался мандаринами, елками, развешивал в домах гирлянды, планировал новогодний стол, а я чувствовала себя невозможно одинокой. Песчинкой в огромном мире. И так хотелось в это мгновение к маме. Но необходимо было заскочить в общежитие. Положить под подушку подарок для Лариски, которая наверняка вернется раньше меня с каникул. А еще побыть Тайным Сантой. Не могла подвести девочек, потому со всей ответственностью подошла к выбору. И отыскала для Лары подарок, который, как мне казалось, идеально подошел бы ей. Музыка ветра! Надеялась, что с моим презентом в ее жизни будет больше позитива, улыбок и только хорошие энергии начнут окружать! Уладив дела с доставкой, я принялась собирать вещи, чтобы отправиться на вокзал. Время еще оставалось даже, чтобы купить подарок родным. Хотя знала, что лучшим для них – это будет мой приезд. Бродя между витрин недалеко от вокзала, я утопала в новогодних бликах торговых центров. Музыка, смех, яркие краски, и все вроде должно вселять веру в лучшее, но в душе был такой мрак, что казалось, улыбка еще нескоро осветит мое лицо. – Вам повезло, – улыбнулась мне уже знакомая бабуля в окошке кассы, – почти все уехали, поедете практически одна. – Здорово, – кивнула я в ответ, подумав некстати, что это очень странно даже. Больше скажу – подозрительно. Обычно каждый год народа было битком: студенты, вахтовики, простые работяги пытались успеть запрыгнуть в последний вагон, оттягивая отъезд едва ли не до самого конца. Автобус и тот подошел заранее. Водитель лениво выбрался из кабины, направившись в буфет на станции, а мы сдали билеты кондуктору, после чего прошли внутрь. Я заняла место у окна на задней площадки, сумку поставила под ноги. Людей действительно было мало. Парочка молодая с коляской, две женщины с сумками, да мужичок, тут же принявшийся читать газету. Обычно я не присматривалась к попутчикам, а тут взгляды так и цеплялись за них. Паранойя, похоже, развивалась вовсю, что и не мудрено после недавних событий. Минут через десять автобус тронулся, медленно выдвигаясь со станции. Я прикрыла веки, погружаясь в дрему, зная, что моя остановка – конечная, и если засну, найдется, кому растолкать. Сумерки подкрадывались. День пронесся незаметно. Пригревшись у печки, я сладко зевнула. Периодически автобус останавливался, хлопая дверями. Молодые люди с коляской вышли на половине пути. И нас осталось совсем мало. Вздохнув, проверила мобильный. Тишина. Ни Лариски, никого. Я вновь попыталась уснуть, но успела лишь поправить сумку в ногах, как автобус резко затормозил. Вытянув шею, я старалась рассмотреть, что там впереди. Но не выходило из-за света в салоне. Потому протерла рукавом куртки морозное стекло, тоже впустую. Только макушки сосен и темнота. – Сломались? – выкрикнула я, видя, что мы стоим, но двери не открываются. – Да, сейчас поедем, – проворчала одна из женщин. Я ерзала, ощущая, как нервы натягиваются. И выйти нельзя. Куда я подамся посреди леса-то?! Но в следующую минуту автобус тронулся и снова остановился. Только теперь уже двери открылись и в салон ввалились ребята. Не понравились они мне. Трое. В черном, шарфы намотаны на половину лица. И очень надеясь, что они устроятся впереди, но нет… Двигались явно в мою сторону. Сердце заколотилось, я начала вспоминать, куда положила деньги. Пусть их немного, но они мои и делиться я ими не хотела. – Привет, малышка, – плюхнулся один рядом, нагло забросив свою ручищу на мое плечо. Я вся превратилась в оголённый провод словно, сжалась в комок, поглядывая на троицу, как затравленный зверек. – Куда направляешься? – усмехнулся второй, устроившийся впереди. – Не ваше дело, – произнесла я, стараясь держать себя в руках. Но как? Как спокойно реагировать, когда столько пар глаза смотрят на тебя, точно ты находишься под микроскопом. – Дерзкая штучка, – тот, что сидел рядом, придвинулся ближе. – Отстаньте от меня, – произнесла как можно спокойнее, думая, есть ли у меня шанс вырваться и пересесть поближе к водителю. – Да ладно тебе! Путь не близок, давай знакомиться. – Лом, девчонка, похоже, не в настроении. Не дави, – похлопал по плечу третий тип. – Зря она так. Может, нам по пути, до дома проводим. Чего одной-то в такое время ходить. – Сама справлюсь! Руки убери. – А если нет? – откровенно издеваясь, протянул наглец. – Прикинь, Игнат, несговорчивая какая попалась! – Ничего, сейчас быстро разговорим, – полез второй гад в свой карман, а потом там что-то щелкнуло… *** На спине выступил холодный пот. Не так я представляла себе поездку домой, да и встречу Нового Года… Вместо стола – автобус, вместо родителей – рядом какие-то подозрительные типы и стало так обидно, что я не сдержалась. Зажмурилась, а потом из глаз брызнули слезы, потекли ручьями по щекам. И так горько была на душе, так обидно, что уже плевать хотелось, что подумали бы окружающие. Но не зря говорят: женские слезы – сильное оружие. Парни явно подобного не ожидали от меня. Правда на что те вообще рассчитывали я и знать толком не хотела. Боль терзала душу, рвала ее в клочья, делая меня слабой и уязвимой. И я всегда старалась сдерживать эмоции, считая, что демонстрировать их – показываться свою слабость. Но, похоже, жизнь меня щелкнула по носу, давая понять, что говорить, делать и демонстрировать порой то, что есть внутри – полезно. Парни не ожидали такого перфоманса. Удивились, даже немного, кажется, испугались. Потому как переглянулись между собой, задавая друг другу немой вопрос. Возможно, не верили в мою адекватность, а может, их интересовало совсем иное: как быть? Мне тоже бы хотелось знать: как! Но пока я размазывала слезы, будто мне пять и соседский мальчишка оторвал голову моей любимой кукле. – Лом, ты чего ей сделал? – в коллективе наметился раскол. – Я? – удивился тот, стирая испарину со лба. – Да пальцем ее не тронул. – Врет он! – подал голос третий. – Я все видел, – похоже, кто-то хотел перевалить вину на приятеля. – Совсем сдурел, глаза протри! – зашипел Лом на дружков. – И чего теперь делать с ней? – Нам крышка, – промолвил лидер этой шайки, стаскивая с себя шапку. – Эй ты, – Лом отодвинулся, глядя на меня с подозрением, – не реви. Ну ничего не случилось же пока! Если он думал, что его слова вызовут у меня прилив счастья, то ошибся, я пуще прежнего начала реветь, распугав окончательно парней. Те отодвинулись, желая держаться на расстоянии, а я вскочила сама не своя, ринулась к дверям, как раз автобус притормаживал, выпуская одну из женщин. И, отпихнув ее в сторону, я первая выскочила на улицу, оказавшись в густой темноте. Трасса, посадки, как мне сначала показалось и остановка старенькая железная. Все. Ни жилых домов, ни магазина. Женщина стояла минут пять, потом рядом припарковалась легковушка, видимо, кто-то встречал ее, и та спокойно уехала, закинув перед этим сумки в багажник. А я осталась. В одиночестве, в незнакомой местности совершенно одна. Ныть расхотелось. Ноги начали зябнуть, руки тоже. И захотелось думать. Желательно быстрее. Обидчики мои поехали дальше – уже плюс. Но не факт, что рядом не бродили новые потенциальные. Я достала телефон из кармана, надеясь, что, может, такси откликнется. Хотя вряд ли… До праздника не так много времени. Либо цены конские, либо вообще откажутся ехать черт знает куда. А между тем мороз пробирался под одежду, заставляя дрожать еще сильнее. От отчаяния захотелось завыть. Думали ли я, что окажусь в таком тупике? Конечно, нет. И теперь не представляла, как выбираться. Знать бы еще, куда двигаться, если кругом темень. Внезапно вдалеке показался свет фар. И я заметалась, не зная, привлечь к себе внимание, или лучше спрятаться за остановку от греха подальше. Автомобиль приближался, сомнения усиливались и все же во избежание проблем, я прижалась спиной к задней стенке, надеясь, что никто не обратит на меня внимания. Но не тут-то было. То ли у водителя зрение было, как у кошки. То ли я плохо пряталась. Но тачка резко остановилась. Дверца хлопнула, а потом я увидела, как машина удалилась. Что это было, черт возьми?! Я уже хотела высунуться из своего укрытия, как услышала хруст снега под ногами и сердце забилось в тревоге… Бежать? Куда? Страх забрал в плен окончательно, я едва сдерживалась, чтобы не заскулить! – Не понял, – раздался мужской голос, а меня будто сотнями игл проткнули разом. Вздрогнула, ощутив что-то непонятное за грудиной, а потом сделала шаг вперед.