Глава 22

Грин-парк был не был полон гостей, однако их в этот день было все же немало. Теплая солнечная погода заставила многих лондонцев покинуть свои каменные дома и выйти наслаждаться увядающей, но красивой осенней природой. Воздух был даже не теплым, а едва ли не горячим, было безветренно и тихо, как перед грозой. Дамы обмахивались пышными веерами, а джентльмены жалели о том, что слишком тепло оделись для этой прогулки.

Валенты также стали пленниками проказницы-погоды, но мужественно прогуливались по парку в длинных накидках, надетых поверх весьма теплых осенний одеяний. Платье Хелен, из прочного, мягкого хлопка, с длинными узкими рукавами приносило ей самые настоящие страдания, ведь под ним были надеты нижнее платье и корсет. Чем больше слоев – тем жарче наряд. Однако снять накидку Хелен не могла – она не собиралась раскрывать накидки и показывать окружающим, что под ней, она надела одно из самых простых своих домашних платьев, в котором ей было стыдно показаться перед красиво-одетыми дамами и господами, окружающими Валентов в парке.

К счастью, вскоре Хелен увидела удобное, весьма уединенное место под тенью высоких елей, и повела туда отца. Мистер Валент позабыл дома свои очки…. Так он сказал дочери, а на самом деле он нарочно не взял их на эту прогулку: очки только для чтения и письма – был уверен мистер Валент. По этой причине, Хелен приходилось смотреть и выбирать путь за них обоих. Корзину и плед, подготовленные для пикника господ горничной Лилиан, нес лакей Джон – робкий, но прыткий парень семнадцати лет, приходившейся Лилиан племянником. Дойдя до нужного места, Хелен попросила Джона расстелить на желтой траве толстый плед. Всем остальным занялась она сама. Вскоре на пледе, в красивых маленьких тарелках лежали свежие булки, холодное мясо, сыр, овощной пирог, сладости и шоколадные конфеты. Напитками были лимонад и эль, к сожалению, не холодные. Затем Джон учтиво полил ладони своих господ водой из небольшого кувшина, и Валенты насухо вытерли кожу небольшим полотенцем. Лишь тогда можно было приступить к трапезе. Пока господа ели, Джон стоял в стороне и задумчиво жевал большой кусок пирога, которым угостила его мисс Валент. Также добрая мисс выделила ему несколько булок и холодного мяса с сыром, добавив ко всему этому щедрый бокал эля. Хелен была немного строгой хозяйкой, но всегда относилась к прислуге с уважением. Лакей ее отца не будет голодать, если на столе (в этом случае на пикнике) имеется много разнообразной пищи.

Вкушая желанную трапезу, Валенты обсуждали вчерашний бал Блаквэллов, гостей и жениха мисс Мэри. Оба согласились о том, что мистер Сольер, хоть и француз наполовину, будет Мэри хорошем мужем, и было очевидно, что он был без памяти в нее влюблен. Но любила ли она его? Хелен была уверена, что Мэри отвечала своему жениху взаимностью, да ведь она и сама рассказала об этом мисс Валент, но мистер Валент не был так быстр в своих утверждениях и заметил, что, порой, любовь приходит после многих лет брака.

– Но, отец, разве вы не видели, с какой радостью она танцевала с ним? – не смогла сдержаться от мягкого упрека Хелен. – Она смотрела лишь на него! А как блестели ее глаза!

– Все это можно отнести к чувству волнующей неизвестности и предвкушения, – сказал на это мистер Валент. – Но я от всего сердца желаю этой молодой паре счастья и много здоровых детишек. Но мисс Мэри выглядит такой хрупкой, что я боюсь за ее здоровье.

– Если она выдержала полтора года в сырости каменной, религиозной школы в Ирландии, думаю, она переживет и таинство брака, – шутливо, но тихо, так, чтобы услышал лишь отец, сказала Хелен. – Но скажите мне, когда же мы все-таки вернемся в Обитель Холода и Грусти?

– Ты говоришь загадками, моя дорогая. – Мистер Валент на миг задумался, а затем добродушно рассмеялся. – Так-то ты теперь называешь твой любимый Брайстед-Манор!

– Вы знаете, почему, отец, – коротко бросила Хелен и пригубила лимонаду.

– Твоя мать. Да, да, она недовольна тобой и страшится за дебют твоей сестры. – Мистер Валент тяжело вздохнул. – Но ты должна понять ее. Ты становишься старше, и твои шансы остаться старой девой растут с каждым днем.

– Мне это известно, отец, – слегка раздраженно сказала на это Хелен, все же признавая горькую правду. – Но что вы от меня ожидаете? Возможно, того, что мне самой требуется подходить к каждому джентльмену, который встречается на моем пути, и спрашивать, не желает ли он взять меня в жены?

– Это было бы слишком жестоко по отношению к тебе, моя дорогая. – Мистер Валент прикоснулся к плечу дочери и ласково улыбнулся. – Но судьба старой девы незавидна, и я не желаю для тебя такого унижения. Однако признайся мне, не имеешь ли ты чувств к какому-нибудь джентльмену?

– Отец! – насмешливо усмехнулась Хелен.

– Я ни за что не поверю, что девушка твоего возраста никогда не испытывала романтических чувств, – подмигнул мистер Валент дочери.

– Мое сердце всецело отдано мистеру Дарси, – пожала плечами Хелен.

– Но он никогда не сойдет со страниц твоей любимой книги, чтобы сделать тебе предложение, моя дорогая. К тому же, разве у него не появляется супруга? – иронично заметил мистер Валент. Хелен невольно рассмеялась. – Вот видишь, ты сама понимаешь, как глупа и наивна твоя любовь к этому мистеру Дарси. Возможно, тебе нужно поменьше читать и больше обращать внимания на джентльменов, созданных из плоти и крови… – Он прищурил глаза и взглянул куда-то позади дочери. – Но, вы только подумайте! Этот день вдруг принес нам приятнейшую из встреч! – Вдруг довольно воскликнул он и помахал кому-то рукой.

«Мистер Эдгар, Мэри и ее жених! Тоже решили прогуляться в парке!» – с улыбкой подумала Хелен, обернувшись и увидев Блаквэллов с мистером Сольером, тоже заметивших Валентов и тоже улыбающихся.

– Что-то подсказывает мне, что сегодня у нас имеется возможность встретить в этом парке едва ли ни всех наших знакомых! – сказал мистер Валент дочери. – Но раз уже Блаквэллы и мистер Сольер нас увидели, нам следует пригласить их присоединиться к нашему скромному пикнику. Поступить иначе будет невежественностью с нашей стороны… Мистер Блаквэлл! Не желаете ли лимонаду или эля? У нас имеется, и на всех хватит! – громко сказал он, вновь помахав Блаквэллам.

Те переглянулись, удивленно улыбнулись, но без колебания приняли приглашение, и вот, на пледе уже сидело две леди и трое джентльменов. К счастью, Лилиан приготовила много еды, и ее, а также напитков, хватило на всех. Однако Мэри, сидящая рядом с Хелен, почти ничего не съела (она шепнула мисс Валент на ушко, что желает потерять немного веса к свадьбе), но много разговаривала и смеялась. Ее красивый высокий голос звенел в воздухе, и Хелен не могла надивиться тому, как повлияли на Мэри последние два года. Теперь в девушке не было ни капли робости, наоборот – она была уверена в своих красоте и очаровании.

«Любовь преобразила ее. Интересно, как это любить? Почему некоторые девушки остаются равнодушными к мужским чарам, а другие успевают влюбиться по несколько раз за два года?» – невольно задумалась Хелен. Она сказала отцу правду: она никогда не имела в своем сердце романтических чувств и до этого дня даже не думала о том, что ей будет занятно поразмышлять над этим вопросом.

– Позвольте мне еще раз принести вам мою благодарность за вчерашний вечер, мисс Блаквэлл. Вы организовали ваше празднество на высочайшем уровне, – сделал вежливый комплимент девушке мистер Валент. – Как жаль, что в доме, в котором мы остановились, не имеется достаточного места для танцев, но место для троих гостей, к счастью, имеется, и мы с Хелен будем рады пригласить вас на ужин. Завтра или послезавтра, как вам будет удобно, – дружелюбным тоном сказал мистер Валент. Хелен вперила в него непонимающий взгляд. – Видите ли, я в восторге от политики, но моя дочь уже устала выслушивать мои разглагольствования, и мне требуется компания таких же любителей политики, как и я! – шутливо добавил он.

– Мы будем рады провести с вами вечер, сэр, – сдержанно сказал мистер Блаквэлл. Он взглянул на Хелен. – Политика, мисс, скучное дело, тут я с вами согласен. Однако без нее, увы, никак нельзя…

Мистер Блаквэлл не договорил, так как вдруг раздался громкий раскат грома, и Мэри испуганно вскрикнула. И не она одна: еще несколько дам, гуляющих по парку, не смогли скрыть своего страха. Небо в одно мгновение затянулось тяжелыми серыми тучами, и вновь беспощадно загремел гром.

– Кажется, нас ожидает прогулка под проливным ливнем, господа, – спокойно сказал мистер Валент, поднимаясь на ноги. – Думаю, всем нам пора разъехаться по нашим уютным, теплым домам.

Никто не возразил ему. Джон принялся поспешно укладывать остатки блюд, тарелки и бокалы в корзину.

– Позвольте, мисс Валент, я провожу вас к вашей карете, – вдруг заявил мистер Блаквэлл, подставляя Хелен свой локоть.

«Зачем он вновь предлагает мне пройтись с ним под руку? – недовольно подумала Хелен, взглянув на него с удивлением. – Разве он не помнит того, что два года назад, зимой, я дала ему понять, чтомисс Валентне может пойти под руку с мужчиной, стоящей ниже нее по статусу рождения? Но я не буду гневаться – должно быть, он еще не до конца выучил правила приличия. Мягко покачаю головой и положу ладонь на локоть моего отца.»

– Мисс Блаквэлл, позвольте старому ворону недолго полюбоваться прекрасной бабочкой, – учтиво попросил мистер Валент, подставляя локоть мисс Мэри. Та звонко рассмеялась и, сказав своему жениху, что тот не должен ревновать, дала мистеру Валенту повести ее к выходу из парка. Мистер Сольер, нисколько не сконфуженный, пошел вслед за своей невестой.

Увидев, что ее план провалился, и что она и мистер Блаквэлл вдруг остались на относительном тет-а-тет, Хелен хотела было элегантно, но решительно отказать торговцу в его дерзости, но вдруг раздавшийся раскат грома, еще громче прежних, заставил ее позабыть о своей гордости, крепко обхватить ладонью предложенный ей локоть и едва ли не побежать вперед, желая спастись от вдруг посыпавшихся с неба крупных, холодных капель дождя. Но остаться сухими Хелен и мистер Блаквэлл не успели: ливень, сильный и хлестающий по лицу, застал их в пяти шагах от их карет. Несмотря на то дождь, мистер Блаквэлл поспешно усадил в карету мисс Валент, где ее уже ждал ее отец, и лишь затем, принесши поклон, закрыл дверцу кареты и нашел убежище в своей собственной карете.

– Хелен, моя дорогая! Ты промокла! Сними твою мокрую накидку и надень мою! – запричитал мистер Валент, снимая с себя свою длинную накидку. – Так-то лучше! – довольно сказал он, когда Хелен послушно поменяла свою промокшую накидку на его сухую. – Ну и ливень! По приезду домой наш бедный кучер получит бокал нашего лучшего горячего вина, наши лошади – свежего сена, а мы с тобой приготовит самый вкусный в мире чай. Ты готовишь просто великолепный чай, моя дорогая. Как жаль, что наши гости не смогут попробовать это твое неземное творение… Но мы ведь можем пригласить их на чаепитие…

– Отец, я понимаю, что вы и мистер Блаквэлл связаны узами солидарности и общими воспоминаниями о вашей службе на войне. Он дорог вам – я это заметила, – мягко перебила отца Хелен, недовольная гипотетическими новыми встречами с этими буржуа веедоме. – Но не боитесь ли вы того, что скоро о вашей дружбе с ним пойдут нежеланные слухи, которые могут пошатнуть безупречную репутацию нашей семьи? Пусть Брайстед-Манор далек от Лондона, но вы сами знаете, что слухи доходят даже туда, и со скоростью ветра.

– О, моя дорогая, слухи пойдут, в этом ты права. Но не обо мне, а о том, что тебя видели в Грин-парк под руку с симпатичным молодым джентльменом, – с иронией в голосе сказал на это мистер Валент, но, увидев, как нахмурилась Хелен, небрежно махнул рукой. – Не хмурься: ты так надежно спряталась под своей накидкой и под этим огромным капором, что тебя просто невозможно было узнать.

– К счастью! – воскликнула обиженная Хелен и отвернула лицо к окну, подумав, что только этих глупых слухов о ней и этом торговце шерстью ей и не хватало. – Но, отец, подумайте: мистер Блаквэлл – простолюдин! Пусть торговля принесла ему богатство – ему все же никогда не подняться до нашего круга!

– Мисс Мэри, сестра Эдгара, имеет то же происхождение, что и он, но это не мешает тебе наслаждаться ее обществом. Так почему ты пытаешься запретить мне наслаждаться обществом моего доброго друга? – строго бросил на это мистер Валент. – И я всегда буду рад видеть его в моем доме, на моих ужинах, и на моих чаепитиях!

– Как вы того пожелаете, отец. Вы глава семьи, а я, вашадочь,и, конечно, не имею права принимать решения! – холодно парировала Хелен.

Упрямство было мистеру Валенту несвойственно, и Хелен недоумевала этой вдруг появившейся в отце решительности продолжать знакомство и общение с мистером Блаквэллом.

«Но пусть тогда он не появляется без Мэри. Только подумать: во всем огромном Лондоне лишь она оказалась той, кто принимает меня с моей смуглой кожей и не дерзит насчет моей непохожести на нее!» – подумала Хелен, и при этой мысли в ее душе разлилось приятное тепло.

Да, Мэри не была дочерью джентльмена, но Хелен желала ее дружбы.

«Но матушка не должна узнать об этом! – вдруг послышался испуганный голосок, откуда-то из глубины разума Хелен, но она подавила его, расправила плечи и подумала: – Но пусть даже и узнает! Я ведь не мужчина, и жениться на Мэри не собираюсь. Меня с ней связывает искренняя дружба и всего-то!»

Хелен вновь улыбнулась.

– Ты обладаешь воистину прекрасной улыбкой, моя дорогая дочь, – тоже улыбнулся мистер Валент.

– Пусть мистер Блаквэлл приходит на чаепитие, и я даже обещаю собственноручно приготовить ему чашку чаю, – тихо сказала Хелен, взглянув на отца. – Вы правы, отец: Блаквэллы – хорошие и достойные люди, и я вовсе не брезгую дружбой с ними… С Мэри, я имею в виду.

– Конечно, моя дорогая. Конечно. – На губах мистера Валента застыла понимающая улыбка.