Глава 27
18 декабря 1780 года
Марион подошла к окну. Утро было ясным. Небо сияло глубокой голубизной, внизу снег искрился на солнце. Погода так и навевала безмятежность. Но почему-то на сердце было… не то чтобы тревожно, но всё же не спокойно.
Быть может, это оттого что она опять думала о поцелуе с Килом? При одной мысли об Авириных советах её сковывал ужас. Нет, ей с этой задачей не справиться. Он непременно всё поймёт, разгадает игру, и тогда останется только умереть от стыда.
В дверь постучали.
— Войдите, — вперёд неё отозвалась Веда.
В комнату зашла Эстэлия. Выглядела она расстроенной, а к груди прижимала ворох каких-то лоскутов.
— Вы Дэрэлла не видели?
— Нет. Только встали. Может, он у Элизы, решил пожелать супруге доброго утра? — предположила Веда.
— Ну к этой гадине я точно не пойду! — зло выдала Эстэлия. — Иначе придушу её!
— Что случилось? — спросила Марион. Чем Элиза успела насолить ей с утра пораньше?
Эстэлия бросила гору лоскутов на кровать, и лишь тогда до англичанки дошло, что ещё недавно они были платьем. Любимым платьем принцессы, теперь изрезанным на десятки бесполезных кусочков.
— Это сделала она? — в растерянности произнесла Марион. По правде сказать, не верилось, что взрослая женщина, будущая мать может заниматься такими глупостями.
— А у тебя есть другие кандидаты? — усмехнулась Эстэлия.
Нет, кто-то ещё откинуть такой фортель точно не мог.
— Ну и чего, идиотка, добилась?! — презрительно бросила Веда. — Выставила мужа на заказ нового платья для сестры.
— Наверное, собирается закатить Дэрэллу скандал, чтобы не тратился на меня, дармоедку, — предположила Эстэлия.
Марион подумалось, что вообще Элиза незаслуженно называет друзей Дэрэлла дармоедами. Зар, Авира и Крэй помогали ему вести дела имения. Да и остальные не сидели без дела. Кил добывал дичь. Моргрэй, Сэлдом и Аррил копались в книгах по местному колдовству, которые умудрились раздобыть одному чёрту ведомо где. Лефарт и Вентор стали изучать медицину. А Веда с Эстэлией день за днём разбирались в английском законодательстве.
Так что звания дармоедки заслуживала одна она, Марион. Впрочем, и она, по мере своих знаний, старалась помогать валлейкам с английскими законами.
И только сама Элиза лишь прохлаждалась целыми днями.
— Гляжу, совет думать, прежде чем что-то делать, дрянь не восприняла, — мрачно заключил Дэрэлл, когда Эстэлия продемонстрировала ему останки платья. — Что ж, значит, отныне будет есть у себя в покоях. Но нам всем следует впредь запирать дверь, выходя из комнат. И на ночь тоже. Как бы она от шмоток к нашим горлам не перешла.
* * *
19 декабря 1780 года
Крэй постучался. Ответа не последовало. Тогда он осторожно приоткрыл дверь. Элиза сидела на кресле у окна, кажется, с вышиванием в руках.
Он снова постучал по двери:
— Можно?
Англичанка повернула голову, смерила его злым взглядом:
— Крейг? Чего тебе?
— Да вот подумал, не скучно ли прекрасной леди в одиночестве? — улыбнулся он как можно более душевно. И не дожидаясь приглашения, прошел в комнату, встал возле кресла. — Дэвид несправедливо лишил нас твоего общества. Платье Эстер наверняка порезала какая-нибудь служанка, которой та нагрубила.
Элиза всё ещё смотрела на него настороженно, но злости в глазах поубавилось.
Крэй бросил взгляд на вышивку у неё в руках.
— Какая изумительная работа! — восхитился он довольно заурядно выполненными цветочками. — Миледи, у вас талант! А какое чувство прекрасного. Так сочетать цвета может только женщина со столь богатым, как у вас, внутренним миром, — Крэй даже побоялся, не перегнул ли с лестью.
Однако Элиза внимала комплементам с явным удовольствием. На губах расплылась уже весьма любезная улыбка.
— Позволите рассмотреть поближе? — мужчина забрал пяльцы, при этом как бы невзначай коснулся её руки. — Потрясающе! Великолепная композиция. И работы тоньше я, пожалуй, ещё не видел. — Он провел по вышитым гладью цветам кончиками пальцев так, словно это была кожа любимой женщины. — Могу ли я мечтать, чтобы вы подарили мне этот шедевр, когда закончите его? — Крэй перевёл взгляд на автора творения, и восхищения в нём лишь прибавилось.
— Возможно, — Элиза на мгновение скромно потупила взор, а затем расплылась в обещающей улыбке.
— Дэвиду невероятно повезло с женой! — воскликнул Крэй «не сдержав порыв». — Признаться, я ему завидую, — в серых глазах вспыхнул запретный огонь. Но через полминуты, устыдившись чувств к жене друга, мужчина отвел взгляд. Тяжело вздохнул. Двинул рукой, случайно задев женское плечо. — Простите, миледи, — извинился он, однако нечаянное касание умудрился растянуть на несколько мгновений.
— Завидуете? — переспросила Элиза с неожиданным придыханием.
— Да, миледи. Если бы я имел счастье быть на его месте… — Теперь мужчина смотрел исключительно в окно. Но его дыхание заметно участилось. — Я бы не терял ни минуты вашего общества. Проводил бы подле вас все сутки напролёт… у ваших ног…
Он нервно потёр пальцем переносицу.
Элиза неожиданно резко поднялась с кресла и встала перед ним. Её грудь тяжело вздымалась.
Крэй в изумлении едва не вышел из роли. Неужели всё получилось так легко? Он, признаться, рассчитывал на подвижки не раньше чем через день или два.
— Элиза… — прошептал мужчина, нежно беря её за руку. — Вы позволите вас так называть? У вас такое прекрасное имя…
— Позволю, если вам нравится… — она шагнула к нему вплотную.
Он ощутил прикосновение пышной груди.
Её глаза вдруг хитро блеснули.
Вот паразитка, прямо рада изменить Дэрэллу! — подумал Крэй.
Что ж, железо стоит ковать, пока горячо. Он прильнул к Элизиным губам. Та ответила со всей страстью.
Мужчине осталось лишь вновь порадоваться, сколь стремительно развивались события. Тратить на затею много времени ему, похоже, не придётся.
Крэй не успел опомниться, как они уже были в спальне. Элиза буквально сгорала от желания. Он повалил её на кровать. Ещё немного бурной ласки… Женские стоны звучали победным гимном в его ушах.
Наконец он расстегнул брюки.
— Нет! Нет! Не смейте! — вдруг закричала Элиза во всё горло, разрывая на себе полуспущенный лиф платья. — Помогите! Не трогайте меня! Помогите!
* * *
Дэрэлл и Зар упражнялись в фехтовании на площадке, расположенной неподалеку от гостевого крыла. Принц был несколько удивлён, когда друг предложил упражнения на морозе. Но, в общем-то, размяться был не прочь, тем более что температура воздуха держалась лишь немного ниже нуля.
Внезапно через звон клинков пробился женский крик. Элиза? «Помогите»? Что с ней могло случиться?
Дэрэлл на автомате отбил выпад Зара и бросился в дом.
— Подожди! — крикнул тот вслед.
Но принц и не подумал задержаться. Единственная опасность, которая могла грозить кому угодно даже в замке, это шатенистый урод. Неужто он всё-таки потерял страх и решил напасть, да ещё средь бела дня?!
Дэрэлл опрометью взлетел по лестнице.
— Стой!
На входе в гостевое крыло его сжали в тисках мёртвого захвата.
Он узнал голос Кила и лишь потому не пустил в ход меч против нападавшего.
— Не торопись! — прошептал стоявший за спиной охотник.
Щадя друга, принц не оказал никакого сопротивления поначалу, теперь же вырваться из стальных объятий было почти нереально — физически Кил был однозначно сильней. Ноги, правда, оставались свободны, но драться Дэрэлл не спешил. Должна же быть у Кила причина для такого поведения.
К ним подскочила Эстэлия.
— Братик, я тебе сейчас всё объясню! — она улыбнулась как-то… заискивающе?
Элиза продолжала стенать, призывая на помощь. Но всех слуг Эстэлия ещё после завтрака отправила убираться в самую дальнюю отсюда часть замка.
— Потом объяснишь, — хмуро отмахнулся принц от сестры. — Пусти! — жёстко приказал Килу.
Неохотно, но охотник расцепил руки.
Через несколько мгновений Дэрэлл, запыхавшись от быстрого бега, уже входил в покои жены.
— Милая, почему ты так кричишь? — осведомился он обеспокоенно и вместе с тем удивлённо. В комнате не было никого кроме Элизы.
— Крейг… он… — прорыдала та, закрыв лицо руками.
В общем-то, помимо имени, ничего сообщать и не требовалось. Картина произошедшего читалась с первого взгляда: сбитая постель, безутешная жена и разорванное на ней в нескольких местах платье: лиф, юбка, рукав.
Дэрэлл сел рядом с ней на кровать, погладил по обнажённой спине.
— Что — Крейг?
Элиза повернула к нему заплаканное лицо, очевидно, поражаясь тупости мужа. В глазах так и сверкало злое, но неподдельное изумление.
— Он пришёл… не знаю зачем… — начала она сбивчивое повествование, перемежаемое всхлипами. — Стал распускать руки… А потом… Потом накинулся… — Элиза снова разрыдалась, уткнувшись супругу в грудь.
— Это Крейг порвал на тебе платье? — тихо спросил Дэрэлл, всё так же поглаживая её по спине — словно бы машинально.
— Тебе как будто всё равно?! — Элиза воззрилась на него с немыслимым упрёком. В глазах пульсировала обида, даже боль.
— Нет, что ты, мне вовсе не всё равно, — заверил принц тем же ровным, отстраненным тоном. Но равнодушие и правда было напускным, под ледяным спокойствием кипела ярость. Такая, что могла бы смести этот замок, выпусти он её на волю. — Просто мне очень интересно, почему ты не сопротивлялась, когда Крейг расстёгивал платье у тебя на спине.
Элиза застыла с открытым ртом. Глаза чуть не вылезали из орбит.
— Согласись, милая, — продолжал Дэрэлл обманчиво-ласковым тоном, — очень странно, что платье разодрано у тебя на груди, но на застежке не пострадала ни одна пуговица, ни одна петелька.
— Он это специально! — наконец выпалила Элиза. Впрочем, теперь на дне жёлто-зеленых глаз плескался страх.
Дэрэлл криво усмехнулся:
— Специально попросил тебя стоять спокойно, пока расстёгивал платье?
— Ты… ты… — вспыхнув, как подожжённый факел, она замахнулась дать ему пощёчину.
Но принц перехватил руку.
Элиза не нашла ничего лучше, чем снова разрыдаться.
— Ты мне не веришь?! Мне, будущей матери твоего ребёнка! — сквозь слёзы выкрикивала она обвинения одно за другим. — Тебе плевать, что твои дружки… Ты готов отдать меня им на поругание! На растерзание! Подонок!
— Хватит! — рявкнул Дэрэлл. — Умей проигрывать! Это ты хотела соблазнить Крейга, чтобы потом обвинить его в попытке изнасилования. Но у тебя не хватило ума учесть все детали.
Элиза подняла на него резко высохшие глаза. В них полыхала лютая злоба. Впрочем, и страх никуда не делся, лишь забился глубже, как ширмой, прикрываясь праведным гневом.
— Посмотри! Посмотри, что этот скот со мной сделал! — проорала она, судорожно распахивая рваный лиф, задирая юбку.
На груди и на бедрах красовались свежие царапины. Только против аккуратно расстёгнутого платья они ничего не весили. Подрать себя она могла и сама. Вот покрасневшая кожа на кистях — тоже сама или они действительно боролись?
— Зачем, по-твоему, он вообще явился сюда?! — прошипела Элиза тяжело дыша от ярости.
Да, вот это самый скользкий вопрос. Элиза никак не могла пригласить Крэя к себе, поскольку не выходила из своих покоев. Только это ещё не доказательство, что тот пришёл её насиловать.
О том, что здесь произошло, Дэрэлл догадался ещё в тот момент, когда Эстэлия хотела что-то объяснить.
— Крейг считал, что, отлучив тебя от столовой, я поступил слишком жёстко. Он подходил ко мне и пытался переубедить, — не моргнув глазом солгал принц. — Очевидно, жалея тебя, захотел скрасить твоё одиночество беседой. — Элиза вновь задохнулась от возмущения и глухо зарычала. — Впрочем, спросим у него самого.
— Он солжёт, а ты поверишь! — она разрыдалась совершенно несчастно, неожиданно решив сменить тактику.
Дэрэлл поднялся с кровати, сделал шаг, но вдруг остановился.
— Что это у нас тут? — ему на глаза попались лежавшие на туалетном столике ножницы. За их гвоздик зацепилась ниточка — точно такая как платье Элизы. Принц взял ножницы, сунул их жене под нос. — Гляжу, у Крейга не хватило сил порвать юбку, и он решил её надрезать? — вопросил принц издевательски.
Элиза вырвала у него ножницы, замахнулась. Куда она собралась их воткнуть, Дэрэлл не стал выяснять, перехватил руку и отобрал «оружие».
— Тварь! Вы все заодно! — злые слёзы текли из глаз, а грудь вздымалась в ярости. Если бы могла прожигать взглядом, в супруге уже было бы с десяток дыр.
— Прекрати истерику! — жестко бросил он. — Или намерена добеситься до выкидыша?!
Элиза отвернула голову, стиснула кулаки. Губы сжались в прямую линию. Но по крайней мере, рыдать и бесноваться она перестала.
Вот и замечательно, пускай привыкает, что ни воплями, ни ложью его не возьмёшь.
Дэрэлл оставил жену переваривать свой провал.
На выходе из гостевого крыла его обступили друзья. Не хватало только виновника «торжества».
— Где Крэй? — спросил он.
— Дэрэлл, выслушай, — заговорил Зар.
— Да знаю я, что вы хотели мне помочь, — устало улыбнулся принц. — Вернее, нам с Авирой. Давно обо всём догадался. Так где Крэй?
— Бить его не будешь? — уточнил Зар. — Мы это вместе всё задумали. Просто жребий выпал ему.
— Не буду, — Дэрэлл покачал головой и снова слабо улыбнулся. — Спасибо за попытку.
— Крэй к себе пошёл, — ответил наконец Зар.
Крэй стоял у окна. Принц видел, как напряглась его спина на звук открываемой двери. Затем он резко развернулся:
— Дэрэлл, я…
— Успокойся, я не ссориться пришёл. Просто уточнить некоторые детали.
— У меня и в мыслях не было её насило…
— Да знаю я, — перебил принц. — Ты в этой рубашке был?
Крэй снова напрягся:
— Нет, в другой.
— Покажи.
Он с некоторой опаской подошёл к шкафу и достал вещь. Рубашка оказалась порвана в паре мест на груди и рукав почти оторван.
Вот теперь у Дэрэлла полностью сложилась мозаика. Они и правда боролись. Элиза пыталась задержать его, чтобы свидетели застали «насильника» в её спальне. А Крэй старался отцепить клешни паразитки от своей одежды — поэтому у Элизы покраснела кожа на кистях. Эта дрянь, будучи беременной, ещё и затеяла чуть ли не драку с противником, который заведомо сильнее неё!
— Эх, Крэй, как же ты, опытный мужчина, не разгадал игру тупой соплячки?!.. — вздохнул он.
* * *
20 декабря 1780 года
Марион развернула сложенный вчетверо лист. Гонец, отправленный в Ланкашир, вернулся и привёз ответ от Пола на её письмо.
«Милая сестричка!
Пожалуйста, не сердись, что никак не соберусь приехать навестить тебя. Надеюсь, когда ты узнаешь причину, то простишь своего бессовестного брата. Я тоже очень скучаю по тебе, хочу увидеться, правда. Но…
В гостях у Коллинзов я познакомился с девушкой и, кажется, всерьёз влюбился. Она их родственница, сейчас гостит у них. А вообще живёт в Лондоне.
Я потерял голову, едва увидел её! Она такая красавица. И очень умна — прямо как ты. А как улыбается — словно солнце восходит. Её глаза…»
Далее следовала ещё почти страница восторгов по поводу новой знакомой. А кроме того Пол приложил к письму собственноручно нарисованный портрет своей возлюбленной.
Марион развернула его. С бумажного листа на неё смотрела красивая брюнетка с умными выразительными глазами.
* * *
22 декабря 1780 года
После обеда валлейцы разошлись по замку кто куда.
— Ты наконец собираешься целоваться с Килом или как? — шёпотом насела Авира, беря Марион под руку.
Англичанка вздрогнула. Чем чаще она думала об этом, тем сильнее ей хотелось отложить затею подальше, лучше всего в ящик с надписью «никогда». И если бы Авира не напоминала чуть ли не каждый день, именно так она бы, наверное, и поступила.
— Ты думаешь, стоит? — промямлила Марион с несчастным видом. Может, подруга всё-таки отстанет?
Но не тут-то было.
— Конечно, стоит! — с железной уверенностью заявила валлейка. — После ужина я отвлеку Зара. А ты давай — действуй!
— Сегодня? — вытаращила глаза Марион. Сердце застучало молотком, и едва не подогнулись колени. — Нет! Лучше…
— Лучше именно сегодня, — отрезала Авира. — Откладывать ты можешь бесконечно. Но если заставишь меня напрасно пудрить Зару мозги, я обижусь, — валлейка хитро посмотрела на подругу.
Марион опешила: она это серьёзно? Да нет, насчет шантажа — вряд ли. Однако давно поняла: если Авира за что-то берётся — всегда доводит дело до конца. И с неё она с этой затеей уже не слезет.
— Всё, иди готовься, — валлейка легонько подтолкнула девушку в сторону её покоев.
— Подожди, — Марион ухватила подругу за руку. — Я тоже хотела поговорить с тобой кое о чём.
— Говори, — улыбнулась она.
— Тебе не приходило в голову, что если вы с Дэрэллом и дальше будете проводить столько времени вместе, Элиза заподозрит-таки его в измене?
— Но он ей не изменяет! — заявила Авира, нахмурившись.
— Формально. Однако душой и сердцем он с тобой.
— И это заметно? — в синих глазах промелькнуло беспокойство.
— Боюсь, что иногда — да. Никто из нас ей, естественно, не донесёт. Но в доме полно слуг…
— Хм… — Авира задумалась, вновь сдвинув красивые брови. Впрочем, молчала недолго. Как водится, решение осенило её почти моментально. — Значит, нужно отвлечь их внимание.
* * *
Авира постучала в дверь. Тишина. Заглянула в комнату. На тумбочке горела свеча. Сэлдом спал на кровати с книгой в руке. Вообще неудивительно, учитывая, что всю ночь они с Моргрэем провели в библиотеке, зачитавшись старинным фолиантом по некромантии. Авира, по правде сказать, не видела особого смысла разбираться в колдовстве. Однако никаких книг по магии им пока что не попадалось.
Она тронула принца за плечо.
— Авира? Что случилось? — спросонок Сэлдом не сразу сообразил, какое сейчас время суток. За окном было темно.
— Ничего. Просто мне нужна твоя помощь.
— В чём? — он сел на кровати и тряхнул головой, отгоняя сон.
— Сначала ответь: я не в твоем вкусе?
Вопрос заставил принца опешить. А испытующий взгляд девушки ещё и смутил.
— Ты это к чему? — осторожно поинтересовался Сэлдом. Задеть самолюбие Авиры ему вовсе не хотелось.
— Разве я сформулировала недостаточно четко? — улыбнулась она. Ответь откровенно. Остальное объясню потом.
— Уж извини… но ты действительно немного не в моем вкусе… — нерешительно вымолвил Сэлдом.
— Немного или совсем? — уточнила Авира.
— Совсем, — решился он наконец. — Честно говоря, иногда с тобой несложно и свихнуться!
— Прекрасно! — обрадовалась девушка. — Надеюсь, ты не откажешься стать моим возлюбленным?
Сэлдому крупно повезло, что в данный момент он сидел, иначе наверняка бы упал.
— Ты издеваешься?! — вопросил он после того, как вновь обрёл дар речи. — Я только что объяснил тебе, что…
— Я хотела сказать: изображать моего возлюбленного, — перебила девушка его тираду.
— Изображать? Но зачем? — до него всё ещё не доходило.
— Чтобы никто не заподозрил нас с Дэрэллом.
— Хм… — Сэлдом потёр лоб. С недосыпу соображал всё-таки плохо. — Но почему именно я?
— Так, кроме тебя, собственно, и некому. Вентор занят. Зар и Кил ухаживают за Марион. Причём за Кила меня ещё и Эстэлия придушит. Аррил и Лефарт слишком молоды, Моргрэй — наоборот. А Крэй у нас совсем недавно вроде как проявлял интерес к Элизе. Сэлдом, ты моя единственная надежда, — на губах всплыла обескураживающая улыбка.
Принц поразмыслил с полминуты.
— Ну, хорошо… любимая, — он улыбнулся с ехидцей — Только ты Дэрэлла-то предупреди. А то ещё прибьёт меня раньше, чем успею сказать хоть слово в свое оправдание.
* * *
После ужина Авира подошла к Зару, что-то тихо сказала и, взяв его под руку, куда-то повела. А на пороге обернулась, выразительно посмотрела на подругу.
У Марион похолодело всё внутри. Она бросила на валлейку умоляющий взгляд. Но та лишь строго сузила глаза. Мол, действуй, и точка!
Обреченно вздохнув про себя, англичанка приблизилась к Килу на негнущихся ногах. В какой-то момент даже мелькнула мысль, не упасть ли в обморок ему в объятия — до потери сознания было реально недалеко. Но, к сожалению, в столовой ещё оставались Моргрэй с Аррилом — увлеченно спорили по теме, начатой за столом.
— Не проводишь меня в библиотеку? — обратилась Марион к охотнику. Можно подумать, будто идти до неё через лес или она сама дорогу не найдёт.
Однако Кил охотно согласился.
В библиотеке девушка долго бродила между стеллажами, никак не решаясь где-нибудь остановиться и приступить к плану. На нервах у неё вдруг развязался язык. Но не в сторону чего-нибудь интимного — она без умолку болтала о сюжетах некогда прочитанных романов. А по ходу зачем-то насобирала целую стопку книг, вручая их Килу одну за другой.
Да уж, какие теперь поцелуи, когда он нагружен как ишак. Тут либо разложить книги обратно по полкам… либо попросить его помочь донести их наверх.
Марион выбрала второе. Глядишь, в покои уже пришла Веда… и можно будет с чистой совестью доложить Авире, что она старалась, но обстоятельства…
Однако дверь в покои оказалась заперта, Веда находилась где угодно, только не здесь.
Кил сложил книги на столик возле дивана и зажёг свечу. Марион, не зная, куда себя деть, встала у окна. Кил подошёл к ней. Повисло молчание, давящее как крышка гроба.
Марион теребила юбку, не в состоянии выдавить из себя ни слова — в горло словно залили воск.
— Ты чего такая дёрганная? — заговорил-таки Кил. — Мне уйти?
— Нет! — вот зачем она это сказала?! Удалился бы он, и весь кошмар закончился. — Я не дёрганная. Просто… — что «просто» Марион понятия не имела. Господи, ну почему Авира не надоумила Кила про поцелуй сама! Могла бы ведь тоже подкинуть ему такую мысль.
Кил выжидающе смотрел на неё. Думает, она скажет что-то умное? Напрасно.
Марион протянула трясущуюся руку и… нет, к лицу тяжелая, как гиря, рука не поднялась, смахнула несуществующую соринку с его рубашки.
— Ты вся дрожишь. Замерзла?
Марион ощутила тепло его ладоней на своих ледяных пальцах.
— Нет. Немного… — в конце концов, надо же чем-то объяснить, что её всю колотило.
— Согреть?
— Д-да, — как это вырвалось у неё, она сама поразилась.
Кил притянул её к себе, обнял.
Марион продолжала смотреть на него расширенными глазами. Что уж он прочитал в них, помимо панического страха, неизвестно. Но через несколько секунд медленно, словно бы терзаясь великими сомнениями на каждом дюйме, наклонился и накрыл её губы своими.
Судя по тому, насколько они показались Марион горячими, у неё ледяными были не только пальцы.
И в этот момент скрипнула дверь.