Глава 36

Марион попятилась — как будто несколько шагов могли что-то решить в столкновении с огромным хищником.

Но дверь не разлетелась на части, не сорвалась с петель. Засов тихо отъехал в сторону словно бы сам по себе.

Дверь отворилась, и в дом вошёл высокий брюнет с кудрявыми волосами почти до пояса. Кордмир.

От радости, что это не медведь, Марион чуть не кинулась магу на шею. Хорошо, что всё-таки сдержала безумный порыв — он бы понял его, как пить дать, неправильно.

— Не спишь? — улыбнулся мужчина несколько удивлённо, словно до этого был уверен в обратном.

— Не сплю, — буркнула девушка. Радость оттого, что не зверь ворвался в дом, прошла. А вот напугал её Кордмир здорово. — Зачем ты подкрался, будто вор?!

— Так не хотел тебя разбудить.

Надо же, какая забота! Зато, что её могут тут сожрать в любой момент, нисколько не волнует!

— А если бы вперёд тебя это сделал тот милый медведь с двойными рядами зубов?! — всё-таки бросила она упрёк.

Кордмир лишь усмехнулся и прошёл на кухню.

В руках он держал корзинку, прикрытую чистой тряпицей. Марион заметила её почти сразу, и сейчас в ней окрепла надежда, что внутри находится еда. Девушка тоже двинулась в кухню.

Мужчина действительно выгружал из корзинки на стол продукты.

— Проголодалась? — он посмотрел лукаво.

У Марион чуть слюнки не потекли при виде горшочков с чем-то мясным и черничного пирога. Она не то что проголодалась, а давным-давно оголодала — почти как медведь после зимней спячки. Двое суток маковой росинки во рту не было! А может, и больше — кто знает, сколько она проспала на самом деле.

Девушка села за стол. Кордмир пододвинул к ней один из двух горшочков и вручил ложку из незнакомого металла.

«Надо же, а еда у них тут совсем как в английской таверне!» — поразилась она про себя, резво принявшись за блюдо.

— Насчет хищников не переживай, — вернулся-таки к теме Кордмир. — Участок окружён защитой, никто из них сюда не пройдет. Равно как и ты не выйдешь отсюда, — добавил он с явной ехидцей.

Марион едва не выронила ложку. Аппетит моментом исчез, и она весьма сомневалась, что он теперь вернётся хоть когда-нибудь. То есть шансов сбежать у неё абсолютно никаких, даже если решится рискнуть жизнью.

Она посмотрела на похитителя. Чёрные глаза смеялись. Но это было никак не доброе веселье. Злорадство чистой воды.

— Ты ешь. Остынет — подогревать не стану, — предупредил он.

— Спасибо, я наелась, — тихо произнесла девушка, уткнувшись взглядом в горшочек. В горле стоял ком размером с грецкий орех, вряд ли она смогла бы проглотить хоть что-нибудь, даже если бы захотела.

Кордмир улыбнулся как-то подозрительно хитро. Сейчас сообщит какую-нибудь новую гадость о реалиях её плена?

— Тогда пойдем в постель?

Марион дёрнулась всем телом как от удара хлыстом.

— Нет! — вскрикнула она. — Пожалуй, я поем ещё.

Маг негромко рассмеялся, но остался за столом.

Как ни странно, способность принимать пищу вернулась к ней мгновенно. Она, правда, больше не ощущала вкуса еды, но в горло та проходила вполне успешно.

— Ты так и не сказал, зачем тебе перстень Дэрэлла, — вспомнила Марион, принимаясь за черничный пирог.

Однако Кордмир вновь промолчал в ответ.

— С чего ты взял, что станешь королём, даже если убьёшь Сурована? — попыталась она завести разговор хоть на какую-то тему. Пирог скоро закончится, это единственная возможность отвлечь его от постельных мыслей. Надежда, конечно, слабая, скорее призрачная, но страшное всегда хочется по меньшей мере отсрочить. Да и в любом случае вызнать его планы полезно. — Разве у тебя есть права на трон?

— Конечно, есть. Право сильного. Мы это уже обсуждали, — самодовольно заявил Кордмир. В чёрных глазах блеснул какой-то странный огонёк. — Дело даже не в троне. У меня будет собственная игрушечная планета.

— В смысле — игрушечная? — не поняла Марион. Но сердце уже забилось в предчувствие чего-то очень нехорошего.

— В прямом, — его взгляд стал жёстким, безжалостным — как у палача на эшафоте. — Планета, которая окажется в моей абсолютной власти. Где законом будет лишь моя воля — что бы мне ни взбрело в голову. Где никто не станет досаждать мне речами об ответственности и никто не призовёт к ответу! Одним словом, моя и только моя планета-игрушка. Ни у кого такого нет, а у меня будет!

На какое-то время Марион не просто лишилась дара речи — как дышать забыла. Поначалу ещё надеялась, что это шутка. Что он рассмеётся и попытается обратить свои дикие идеи в шутку. Только Кордмир был серьёзен как никогда, а в чёрных глазах клубилась непроглядная тьма вселенского Зла.

— Ты не представляешь, сколько я об этом мечтал! — заговорил он вдруг вновь после минутного молчания.

— И сколько же? — механически поинтересовалась Марион.

— Лет двести. Но вот наконец подвернулась такая шикарная планетка!..

— Ты больной… — покачала девушка головой, не в силах ни спорить, ни переварить услышанное.

— Отнюдь, — ледяная улыбка прорезала красивое лицо, в этот момент показавшееся высеченным из камня, столько в его выражении было жёсткости. — Право сильного придумал не я. И разве не оно есть основной закон на твоей Земле? — мужчина посмотрел на неё свысока. Через несколько секунд взгляд стал и вовсе победным.

А Марион так и не нашлась, что возразить. К сожалению, по сути, он прав. Только на Земле таких кордмиров было много, и каждый из них, по счастью, был слабее сидевшего перед ней воплощения зарвавшихся амбиций. Но проблем хватало и от них.

Марион вдруг зазнобило. В общем-то, от таких разговоров — неудивительно. Только бы он не заметил. Ей вовсе не хотелось, чтобы решил согреть каким-либо образом.

И даже не потому, что, скорее всего, он выбрал бы способ с тесным телесным контактом, хотя и это тоже. Просто она уже успела понять, что вся его забота, которая, если и случалась, проистекала совсем не из добрых побуждений. Для него это был очередной элемент игры, доставлявший удовольствие в данный момент. А в иной момент ему будет приятней содрать с тебя кожу.

— Перстень нужен, чтобы всякие уроды не мешали, — неожиданно разоткровенничался будущий владыка Валлеи.

Марион до жути захотелось познакомиться с теми, кто способен мешать ему. Хуже него «уроды» уж вряд ли окажутся. А вероятней всего они тоже не считают стремления Кордмира нормальными. Только о них он наверняка не расскажет.

— Я всё равно не понимаю, чем тебе может помочь какое-то украшение, — сказала Марион в надежде услышать хоть какие-нибудь подробности.

Кордмир снисходительно улыбнулся, выдержал паузу, но потом всё-таки заговорил.

— Перстень — ключ к Источнику, находящемуся в Вермигене. С помощью его силы я накрою защитой всю Валлею, и больше никто не сможет прийти на неё извне.

— А без перстня ты эту свою защиту поставить не сможешь? — уточнила девушка. Признаться, она не очень представляла то, о чём он говорил. Ясно одно — перстень ни в коем случае не должен достаться этому психу!

Маг покачал головой:

— Без ключа в одиночку не справиться. Не получится задействовать столько силы, сколько необходимо для выполнения такой масштабной задачи.

— Значит, меня ты похитил, чтобы потом обменять на перстень? — вздохнула Марион. Теперь до неё дошло, почему он сказал тогда, что ему невыгодно убивать Зара. Конечно же, тот будет просить Дэрэлла отдать украшение, чтобы спасти возлюбленную. Вот так: на одной чаше весов её судьба, а на другой — судьба целой планеты…

Грудь сдавило как железным обручем. Они не должны, не имеют права делать выбор в её пользу! Сколь бы страшно это ни звучало… ей придётся остаться с этим уродом. Если не найдёт способа сбежать — точно придётся.

Дэрэлл же наследник престола и наверняка тоже понимает, что нельзя ставить счастье друга выше судьбы всего королевства. Только… знает ли он вообще, какой силы артефакт находится у него в руках? Почему у него даже подозрения не возникло, что Кордмир охотится именно за ним?

— Но не переживай, я оставлю себе и перстень, и тебя, — язвительно «обрадовал» маг.

Говорил ли он что-то до того, Марион, погрузившись в свои печальные размышления, не слышала. Но эти слова буквально хлестнули по ушам.

Подонок! Он собирается и вовсе обмануть её друзей. И, выходит, они уже согласились на обмен? Господи, что же делать?

Она бросила взгляд на Кордмира, сидевшего напротив, — конечно, не в надежде на поддержку, но не для того, чтобы ей ещё хуже. Однако в следующее мгновение внутри всё похолодело. Чёрные глаза мага опасно потемнели, дыхание стало глубже. На неё смотрел голодный зверь.

Боже, опять!

— Ты мог бы показать мне Вермиген? — Марион не узнала собственного голоса. И, кажется, даже подумать не успела того, что сказала. Но это был шанс ещё отсрочить кошмар. — Он далеко отсюда?

Кордмир понимающе усмехнулся. А чёрные глаза сверкнули зло.

— Далеко. Но я покажу. — Он вдруг перегнулся через стол и схватил её за подбородок: — Всё никак не поймёшь, что ты моя?!

— Я не твоя! — Марион отпихнула его руку, ответив яростным взглядом. — Если ты насилуешь моё тело, это ещё не означает, что я принадлежу тебе!

Кордмир хищно осклабился:

— Принадлежишь.

Снова схватил за подбородок, другой рукой прижал её к себе и впился в губы властным поцелуем.

Марион протестующе замычала, вырываясь всеми силами. Пусть это бесполезно, но покорной она не будет.

— Ненавижу!

В конце концов удалось оттолкнуть его. Или он сам отпустил. Не суть важно. Тьма в чёрных глазах сгустилась до предела. Дыхание вырывалось их груди с хрипом. В какой-то момент показалось, что он сейчас её ударит.

И, наверное, при его-то силище, вышибет ей мозги. Но Марион смотрела на него с не меньшей яростью.

— Ладно, поехали, — прорычал Кордмир, дёрнул за руку и потащил за собой.

Марион едва спустилась с крыльца, как чернота накрыла мир вокруг.

Очнулась она, сидя боком на лошади впереди похитителя. Какого чёрта он каждый раз вырубает её, если они куда-то отправляются? Чтобы не запомнила дорогу? Но ведь из-за защиты одна она всё равно не сможет покинуть пределы двора. Или он солгал? Надо будет проверить.

Выехав из леса, Кордмир натянул поводья. Они остановились у подножия невысокой скалистой горы. Марион поднялась взглядом по крутому склону. Замок на вершине, величественный и мрачный, пожалуй, мало напоминал английский Вермиген. Даже оттенок серых стен здесь темнее. И определенно этот оригинал больше по размерам. Ну ещё бы, это ведь вотчина королей, а не каких-то баронетов.

Однако главное отличие было не в размерах. Скромный английский замок стоял на холме уже несколько веков — конечно, тут и там время оставило на нём свои отметины. Валлейская же твердыня, чей возраст, как слышала Марион, насчитывал больше тысячи лет, выглядела непреступной и вечной, словно бы вовсе неподвластной времени.

По правде сказать, Марион и не знала, откуда взялось это ощущение — ведь до замка было далеко. Вдруг — подъедешь ближе, а стены, на самом деле, на ладан дышат. Но нет, наверняка нет! Возможно, дело было в энергетике Вермигена, которую девушка чувствовала, даже не будучи магом. Он так и дышал силой, вызывая невольное восхищение.

А вот его местоположение было схоже с земным. Оба замка стояли в окружении леса. Только тут Марион вообще не находила подъездной дороги. Та, что поднималась на гору, начиналась на несколько шагов впереди. А до неё — никаких признаков торного пути.

Странно…

Зато она заметила другое. С момента их выхода из дома солнце почти не изменило своего положения на небе. Выходит, Вермиген расположен совсем недалеко от него?

— Мы можем подняться к замку?

— Нет, — отрезал Кордмир.

Интересно, почему? Он же вроде безлюден. Видимо, гад торопится в постель.

Марион вновь захотелось срочно завести беседу. Девственный лес перед глазами навеял единственную тему.

— Это ты повалил деревья вокруг выхода из Звёздных врат на Земле?

Его усмешку она почувствовала затылком. Тем не менее, маг ответил:

— Я.

— Но зачем?

— С досады.

— Это ты их одним ударом? — осторожно осведомилась она.

— Да. Круговой волной.

Если бы Марион стояла, у неё, наверное, подкосились бы ноги. Ничего себе выглядит его «досада» — вековые деревья полегли, как рассказывал Дэрэлл, на площади в четверть мили. А в ярости он рушит сразу целые города?

— И что же тебя так раздосадовало?

— Рамира. Не ожидал нарваться на неё и на Земле. — Кажется, через мгновение похититель пожалел, что разоткровенничался. Но это быстро прошло, и он, напротив, сам задал вопрос по теме: — Она и сейчас с вами?

— Да, — не моргнув глазом солгала Марион.

В тот же момент её разума словно коснулось нечто чужеродное. Точно такие ощущения у неё были, когда Кордмир выяснял, откуда она знает про его покушение на Сурована.

— Врёшь, — жестко резюмировал маг.

У Марион похолодело в груди, а желудок сжался и ухнул куда-то вниз. Всё, теперь урод знает, что Рамиры на Земле нет. Пойдёт и преспокойно расправится со всеми.

— Но если что, на Арриле сработает защита, — выпалила девушка в отчаянии, — и Рамира…

— Да уж, с этой защитой она круто намутила. Явно что-то новенькое…

Марион услышала в его голосе откровенное раздражение, но вместе с тем и чуть ли не восхищение.

Однако девушку удивило иное: неужели он верит, что сигнал от защиты может дойти и на другую планету? Или всё же предполагает, что Рамира находится где-то на Земле, просто не с ними в замке? В любом случае, ей самой лучше вовсе не думать ничего по данной теме. Не ровен час гад снова решит почитать у неё в голове.

Раз про Рамиру расспрашивать нельзя, Марион вернулась к лесному вопросу:

— Но потом ты поваленные деревья поднял?

Маг презрительно усмехнулся:

— Делать мне нечего!

Вот как? Снова расти деревьям помогли другие? Господи, да неужто на Земле есть кто-то, равный мерзавцу! А может даже и способный противостоять ему. Ведь поднять деревья не легче, чем свалить? Скорее даже наоборот.

— А зачем ты убил разбойников? — решила Марион выяснить и это. — Они на тебя напали? — Или он снова был чем-то раздосадован?

На смуглом лице отразилось удивление.

— Не трогал я никаких разбойников. С чего ты взяла?

— Девять трупов на лесной дороге. Все убиты энергетической магией, — напомнила девушка.

— Понятия не имею о чём ты, — отмахнулся Кордмир. И вдруг весь напрягся, резко помрачнев.

Марион готова была поклясться, что в чёрных глазах даже промелькнуло нечто очень похожее на страх.

Выходит, разбойники — дело рук тех двоих, которых видел Пол, когда они поднимали вековой дуб? Трое убийц вместо одного? Весело.

Но ведь Кордмир их боится, значит, они не заодно с ним? А разбойники сами — уроды и убийцы. Наверняка получили за дело. Так что их трупы, пожалуй, ещё не повод считать тех двоих плохими.

— Возвращаемся, — прервал её размышления Кордмир.

— Пожалуйста, давай поднимемся к замку, — вновь попросила Марион. Обратно, вернее, в постель с ним ей хотелось меньше всего на свете.

— Нет, — он был непреклонен.

— Но почему? — на глаза запросились слёзы.

— А ты потом будешь ласковой кошечкой? — горячо прошептал на ухо мужчина, вдруг стиснув её в объятиях. Рука скользнула к груди почти случайно, но задержалась там по-хозяйски.

Марион затрясло.

— Нет! Пусти! — простонала она.

— Почему?

Странное повторение только что состоявшегося диалога. Но неужели он действительно не понимает?!

— Потому что я не хочу! Мне твои приставания неприятны!

Однако он останавливаться явно не собирался. Марион ощущала кожей его разгорячённое дыхание. Жаркие губы заскользили по шее.

— Обещаю, что буду нежен…

— Нет! Прошу тебя!..

— А я ведь могу сделать так, что ты сама будешь умолять взять тебя… — шёпот слился с жадным поцелуем в шею. Руки терзали её грудь.

И Марион с ужасом ощутила, как в ней поднимается волна возбуждения. Ну кто бы сомневался, что ему тоже подвластна эта проклятая магия!

— Нет! Только не это! — прорыдала девушка.

— Нет? — Кордмир повернул её голову к себе и заглянул в глаза мутным от вожделения взглядом. Марион захотелось умереть. — Поедем домой.

Её накрыла уже привычная чернота.

* * *

Марион проснулась среди ночи. В окна лился яркий свет двух лун, и всё было видно почти как днём. Первое, на что наткнулся взгляд девушки — лежавший на стуле среди одежды кинжал Кордмира. Лезвие заманчиво поблескивало в серебристом сиянии.

Сам насильник безмятежно дрых рядом на спине, раскинув руки. Достаточно был увидеть его, чтобы в груди вскипела ненависть, и взгляд помимо воли вернулся к кинжалу. Оружие притягивало, словно шептало: ну же, вот тебе шанс! Спасёшь себя и Валлею.

Наверное, Авира бы, на её месте, не мешкала. Но Марион мысль об убийстве пугала до колик. Даже если речь шла о таком уроде как Кордмир.

Да и сумеет ли она уйти живой от медведя? Впрочем, в конюшне ведь стояла лошадь мага — верхом, пожалуй, попытаться стоит.

А защита? После смерти мага, поставившего её, она исчезнет? Вероятно… Должна исчезнуть… Да, наверняка!

Сердце стучало о грудную клетку так громко, что, казалось, того и гляди разбудит гада. Руки тряслись. Да нет, трясло её всю от макушки до пяток.

Осторожно, стараясь не только не скрипнуть кроватью, но и не дышать, Марион потянулась за кинжалом. «Господи, прости! Но ты же видишь, что иного выхода у меня нет! А он… он собирается погубить целую планету!»

Дрожащие пальцы наконец добрались до кинжала. Подтащили его поближе, и рука обхватила рукоять.

Как он там говорил? Убить ударом в сердце сложно, гораздо легче перерезать горло?

Марион тронула пальцем лезвие — острое. «Господи, прости мне это прегрешение! Но я должна забрать жизнь мерзавца». Аккуратно приподнявшись на локте, она на мгновение крепко зажмурилась. И быстро, чтобы не передумать, выкинула руку, с силой резанула кинжалом по шее.

Хлынула алая кровь.

Кордмир дёрнулся, пытаясь хватануть ртом воздух. Горло хрипло забулькало. Несколько секунд конвульсий, и он затих. Лишь кровь продолжала вытекать из раны.

Марион вскочила с кровати. Только тогда опомнилась, что совершенно голая. Но оставаться в доме с трупом не было сил. Схватила одежду и бросилась на крыльцо. Людей в посёлке всё равно нет. А медведь — да пусть хоть обсмотрится на её тело.

Наскоро застегнув платье, она сбежала с крыльца. Эх, лошадь Кордмир наверняка расседлал. Но что ещё хуже, кинжал она забыла в доме. А ведь в пути оружие совсем не будет лишним.

Марион вновь взлетела по ступенькам, взялась за ручку двери и… застыла. Вернуться к трупу? Нет, что угодно, только не это! К чёрту кинжал, всё равно пользоваться им толком не умеет.

Ей ещё лошадь как-то седлать. А убраться отсюда хотелось как можно быстрей. Марион даже толком не знала, что именно так торопило её прочь — страх, стыд или что-то ещё. Но находиться на одной территории с убитым было просто невыносимо.

Она распахнула ворота — однако конюшня оказалась пуста. В первый момент девушка не поверила своим глазам, даже зажмурилась и потрясла головой. Только лошадь от этого не появилась. Куда же паразит её дел?

Марион огляделась в растерянности. Нет, во дворе лошади тоже не видно. Значит, придётся уходить пешком и надеяться, что не столкнётся с медведем. Потому что удрать от него теперь никаких шансов.

Девушка двинулась к калитке. Как ни странно, та не была заперта. Однако сделав лишь шаг за территорию, она врезалась в какое-то невидимое препятствие. Чёрт! Потёрла ушибленный нос и пошарила рукой. Нет, дальше не пройти — стена. Защита?! Со смертью своего создателя она не перестала существовать?

У Марион чуть не подкосились ноги. Вот теперь всё плохо хуже некуда! Она отсюда вообще не выйдет…

Позади прозвучали аплодисменты.

От неожиданности Марион подскочила на месте, судорожно развернулась.

На крыльце стоял Кордмир. Полностью обнажённый. Жуткая рана на шее никуда не делась. Кровь струилась по груди, по животу, до самого паха. Однако на умирающего он нисколько не походил. Да и на мёртвого тоже.

— Это была хорошая попытка. Браво! — сарказм в его голосе зашкаливал.

Господи, ну какая же она идиотка! Как можно было поверить, что он так легко даст себя убить! Конечно же, кинжал он подложил практически под руку специально — провоцировал её. Она и проснулась-то посреди ночи наверняка по его воле — равно как до того заснула.

Зато его месть за нападение наверняка будет страшна!

Марион в бессилии опустилась на землю — ноги реально не держали, и привалилась спиной к невидимой «стене».

— Ты что же, совсем мне не рада? — продолжил ёрничать Кордмир. — Неужто тебя нисколько не напугала перспектива умереть от голода в плену защиты?

— Защита не исчезла, потому что ты жив, — пробормотала Марион.

Он хохотнул.

— Думаешь, в случае моей смерти было бы иначе?

По одному его торжествующему виду девушка поняла, что это не так.

— Вынужден тебя разочаровать. Замкнутые сами на себя системы могут существовать без подпитки достаточно долго. Конечно, рано или поздно они теряют силу. Только ты вряд ли продержалась бы на одной колодезной воде лет двадцать.

Марион стало нехорошо, даже голова закружилась. Получается, она чуть не похоронила сама себя?

Кордмир двинулся к ней — неспешной походкой расслабленного хищника.

Осознав, что через несколько шагов его пах окажется точно напротив её лица, Марион вскочила на ноги как ошпаренная. Но голова ещё не прошла, её повело.

Маг подхватил девушку на руки.

— Нет, пусти! — взвыла она, задёргавшись.

— Мы пойдём просто спать, — неожиданно заверил мужчина.

Девушка не поверила своим ушам, но притихла, боясь даже дышать.

— Тебе совсем не больно? — после его обещания в ней даже шевельнулось что-то вроде стыда. Хотя он, как ни удивительно, казалось, вовсе не злился — напротив, выглядел довольным, будто она не убить его пыталась, а устроила специально для него весёлое представление.

— Нет, конечно, — Кордмир улыбнулся одними губами. — Это же морок.

— Тогда убери его, пожалуйста! — взмолилась Марион. Морок или нет, но её сил наблюдать кровоточащий разрез больше не было сил.

— Как скажешь, дорогая, — он вновь картинно улыбнулся.

Рана и кровь исчезли без следа. Марион невольно потянулась рукой к его шее, коснулась кончиками пальцев девственно целой кожи на ней. И тут Кордмир издал звук, подозрительно похожий на стон. Девушка отдёрнула руку, будто обжегшись. Не хватало только самой возбудить его!

— А куда ты дел коня? — не сказать, чтобы данный вопрос интересовал её сейчас больше всего. Просто это было первое, что пришло в голову, а чем-то разрушить опасный момент было необходимо.

— Он дома.

— Разве твой дом не здесь? — опешила Марион.

— Нет, конечно, — оскорбился Кордмир. — По-твоему, эта халупа вообще похожа на дом?!

— Нормальный деревенский дом, — тихо возразила англичанка.

Только зачем же отводить коня в какое-то другое место и оттуда тащиться пешком сюда? Бред какой-то!

Но тут в памяти всплыло, что когда-то рассказывали ей Дэрэлл с Заром про магические переходы. Теперь всё встало на свои места. А она-то, дурочка, размечталась, будто Вермиген в двух шагах отсюда.

Кордмир поднимался с ней по ступенькам крыльца, когда из конюшни вдруг донеслось ржание.

— А это разве не твой жеребец голос подал? — раздражённо вопросила Марион. Вот паразит, опять наврал!

— Он, — не стал отрицать мужчина, язвительно улыбнувшись.

— Но… как же так? — растерялась девушка. — Я же видела, что его там не было!

— Был. Просто я накрыл его куполом невидимости и неслышимости. А сейчас снял защиту.

Марион осталось только застонать про себя. И это ему, крутейшему магу, она надеялась невзначай перерезать горло!?

— Про другой дом ты тоже солгал?

— Нет.

* * *

7 сентября 1781 года

— Зар, держись, — Дэрэлл положил руку на плечо другу, сидевшему на траве, и опустился рядом. — Мы обязательно вернём Марион.

— Я убью его! — прорычал тот, глядя в пространство невидящим взглядом.

— Убьёшь. Только сначала мы вернём Марион.

Зар всё-таки повернул голову к нему:

— Она с этим уродом уже четыре дня. А мы сидим тут, на этой чёртовой поляне, и ничего не в состоянии сделать! Скот мог утащить её хоть на другой континент.

— Мог, — не стал отрицать Дэрэлл, посмотрев в полные боли глаза друга. Конечно, Зар старался сохранять присутствие духа. Но что творилось у него на сердце — страшно представить. — Однако отчаиваться рано. Ему зачем-то пригорел перстень, значит, за ним он непременно придёт.

— Думаешь, с фальшивкой прокатит?

— Будем надеяться. Я постарался напитать дубликат энергетикой, схожей с той, что ощущается от оригинала. По крайней мере, пустышкой он теперь не выглядит. Вопрос в том, что мерзавец знает о настоящем перстне и сможет ли как-то проверить его прямо здесь.

Вдали послышался перестук копыт. Валлейцы, как один, повернулись на звук. Всадника ещё не было видно. Однако, нащупав его энергетику, маги загодя определили, кто это.

— Пол, — озвучил имя визитёра Дэрэлл.

По их поручению брат Марион дежурил на постоялом дворе, куда, в случае появления новостей, должен был приехать слуга из замка. По-видимому, молодой человек привёз какую-то весть?

Едва спрыгнув с седла, Пол протянул принцу сложенный вчетверо лист бумаги и спросил с нескрываемой тревогой:

— Что там?

Дэрэлл развернул послание. Написано снова было по-валлейски, поэтому англичанин и не смог прочесть.

— «Девятого сентября в три часа после полудня. Надеюсь, на этот раз вы будете дома», — перевёл принц.

* * *

Элизе снова не спалось. В последние дни она вообще стала плохо засыпать. Ворочалась по часу, а то и по два-три.

Это всё из-за проклятого колдуна, муженька её! А как, скажите, можно спокойно спать, когда у тебя под боком растёт дьявольское отродье?! Крепнет день ото дня, набирает свою поганую силу…

И ведь до полнолуния ещё почти две недели. Кто знает, каких тёмных свойств наберётся монстр за этот срок! Вдруг уже и святой ритуал не поможет избавиться от него?!

А если к тому времени вернётся муж? Разве позволит он тронуть выродка своего владыки?! Грудью встанет на его защиту, всё своё богомерзкое колдовство пустит в ход!

Нет, медлить нельзя! Нужно провести ритуал этой же ночью!

Элиза вскочила с постели и ринулась будить мисс Хонли. Но возле двери из спальни остановилась.

Муж убьёт её! И Хонли убьёт. Но чёрт с ней! Как же свою-то жизнь сохранить? Она должна что-то придумать. Наверняка есть какой-то выход. Это должно выглядеть как смерть от несчастного случая…

Может быть, бросить ребёнка в колодец? Но кто поверит, что месячная девочка упала туда сама! А если выкинуть её в окно? Третий этаж… Тоже нет! Как младенец мог забраться на подоконник?

Или сказать, что это кормилица положила туда ребёнка погреться на солнышке? Ночью… Опять не срастается! А если днём? Её слово против слова деревенской дуры. Нет, днём по двору шляются все, кому не лень — кто-нибудь может увидеть, как она сталкивает ребёнка из окна.

Что же делать-то? Что?

Тяжело дыша от напряжённой работы мысли, Элиза опустилась в кресло. Потёрла ладонью лоб. От отчаяния хотелось выть в голос. Она бы и завыла, да только перебудит же других!

Ну же, думай! Думай! Наверняка есть какой-то способ! Есть. Есть…

И вдруг словно вспышка в мозгу — озарение. Пожар! Конечно же, как она не сообразила сразу! Огонь уничтожит монстра и скроет все следы!

Правда, на пожаре может погибнуть и кто-то ещё… Но это даже хорошо — будет меньше подозрений, что целью была девчонка!

Элиза вскочила с кресла. В глазах полыхал фанатичный огонь — неугасимый, неумолимый… тот самый огонь, что зажёг уже столько костров на площадях Англии…

Она запалила свечу и заметалась по комнате в поисках масляной лампы. Конечно, по закону подлости таковой здесь не оказалось, пришлось бежать в кладовку. Ничего, теперь её никакие трудности не остановят!

Вернувшись на этаж с почти целой бутылью масла, Элиза ринулась прямиком в детскую. Сейчас польёт маслицем кроватку… и сатанинскому отродью конец!

Вот только пробка никак не хочет вытаскиваться из горлышка. Какая ж тварь её так плотно засадила?!

Элиза старалась и так, и эдак. Рычала, чуть не плакала от злости и кляла слуг на чём свет стоит. Скоты! Уроды криворукие! Колдовские прихлебатели! Всех уволю к чёртовой матери! Всех выгоню взашей!

Вдруг бутыль выскользнула из рук, грохнулась об пол. Звук разбитого стекла. Вот проклятье! Может, намочить в масле одеяльце?

Но тут захныкала разбуженная шумом Вики.

Элиза схватила с тумбочки свечу, бросила в масляную лужу и пулей вылетела из комнаты.