Глава 16

Покои, которые мне выделили, находились неподалеку от покоев Даррела, и, если бы я до этого не жила в Небесном дворце, то пришла бы в полный восторг от чудесных комнат с художественным рельефом на стенах, от лавандово-белого интерьера — нежного и воздушного, от изящной мебели, особенно от чудесной кровати с пологом — казалось, будто ее изголовье окутывает облако. Я была бы поражена живыми розами, только что срезанными и источающими тонкий холодный аромат, зеркалами, инкрустированных сверкающими камнями, утонченным хрусталем. Но после дворца меня сложно было удивить.

Я опустилась на кровать и вдруг подумала — неужели меня видят такой нежной и беззащитной, раз считают, что мне подходят именно такие покои? Сладкие — таким было первое слово, которое пришло мне на ум, когда я здесь оказалась. Нет, я не жаловалась — просто недоумевала. Внутренний голос, что чаще и чаще просыпался во мне, был порою слишком язвительным.

Я хотела как можно скорее встретиться с подругами, однако, каково же было мое разочарование, когда мне сказали, что сделать это невозможно. Я должна находиться внутри, поскольку замок сейчас в очередной раз проверяют на предмет безопасности гвардейцы и дворцовые маги. Поэтому я должна оставаться у себя — под присмотром телохранительницы, Леи и нескольких гвардейцев за дверью. Эльфийка казалась статуей — неподвижно стояла рядом со мной, держа руку на рукоять эльфийской рапиры, будто выкованной изо льда. Я знала, что такие рапиры называются алакары, что переводится, как «отрава». На кончики алакар наносили специальный обездвиживающий яд. А вот Лея, напротив, восторженно озиралась по сторонам. Оказаться в академии магии было ее мечтой.

Поняв, что из покоев сегодня вырваться не получится, я решила, что попрошу привести сюда подруг после занятий. И вечером впервые за долгое время я увидела их — Элли и Дэйрил. Они стояли у двери, близко друг ко другу, и недоверчиво осматривались по сторонам. Они обе поменяли прически. Элли обрезала свои прямые темные волосы по последней моде — до плеч. И хотя многие считали, что женщины не должны так коротко стричься, Элли прическа необъяснимо шла. Она придавала ей индивидуальность — строгость и холодность. В во вьющихся пепельных волосах Дэйрил вместо розовых прядей появились лазурные, и это еще больше оттеняло ее и без того выразительные синие глаза.

Когда подруги увидели меня, то поменялись в лице. Дэйрил запрыгала и радостно закричала, заставив телохранительницу недобро на себя взглянуть. А вот Элли, напротив, застыла на месте и сощурилась, будто была обижена.

— Видишь, она не смогла прийти к нам сама, а заставила привести нас гвардейцев.

— Да брось, — отмахнулась Дэйрил и бросилась ко мне, а я крепко ее обняла.

— Белль! — закричала она мне на ухо. — Наконец-то! Я так скучала! Светлые боги, какое на тебе платье! С ума сойти! Элли, смотри, она про нас не забыла! Я же говорила, что не забудет!

— О чем ты говоришь? — нахмурилась я, видя, как Элли сердито складывает руки на груди. Точно обижена!

— Ты пропала после Зимнего бала, когда тебя объявили невестой принца, — хмуро сказала подруга. — Могла хотя бы предупредить нас о том, кто ты на самом деле.

— Я сама все узнала лишь той ночью, — выдохнула я. — Думаете, я бы вам не сказала?

— Хорошо, допустим, так. Но ты могла написать нам хотя бы небольшое письмо, — продолжала подруга. — Мы волновались за тебя! Все новости узнавали только из газет!

— Элли решила, что ты больше не захочешь с нами общаться, — тихо сказала Дэйрил. Она отстранилась от меня, но продолжала держать за руку. — Ты ведь будущая императрица, а мы…

— Что за разговоры, эйховы тапочки! Какого вы обо мне мнения, девочки? Между прочим, я писала вам письма, — возмущенно сказала я.

— Ничего не доходило, — нахмурилась Элли.

— Как же так?

— Ее милость действительно писала письма, — пискнула Лея. — Я сама относила их в почтовое ведомство… Наверное, вашу корреспонденцию не доставляли… Такое бывает по приказу кого-то из высокопоставленных лиц.

Я вспыхнула, представив, как мои письма читают чужие люди, а после уничтожают, но тотчас подавила гнев.

— Я не забывала о вас, девочки. И… — Мой голос дрогнул. — И, если бы вы мне были не нужны, не искала бы встречи в первый же день. Я действительно скучала.

С этими словами я первой подошла к Элли и первой ее обняла. Мне не хотелось ссор и размолвок. Она шмыгнула носом и на пару секунд уткнулась лицом в мое плечо, после чего отстранилась и сказала:

— Я рада, что ты не забыла нас. Иначе это было бы мое самое большое разочарование в дружбе.

— И самое мое большое разочарование в себе самой, — тихо ответила я и крепко сжала ее плечо.

— Ты в порядке? — спросила Элли. — Мы читали о том, что тебя отравили.

— Да, все отлично — Эштан спас меня.

— Слава светлым богам… Мы переживали за тебя, Белль. И я хочу, чтобы ты знала = мы с Дэйрил очень тебя любим.

— Оцень-очень! — подтвердила та и умудрилась одновременно потискать нас с Элли за щеки. Мне стало легко и радостно — эта встреча принесла облегчение.

Обменявшись радостными улыбками, мы втроем пошли осматривать покои — для девчонок все это было в новинку.

— Это просто невероятно! — заявила Дэйрил, падая спиной на мою кровать с кукольным балдахином. — Спальня настоящей принцессы!

— А по размеру, как весь родительский дом, — хихикнула Элли. — Быть невестой принца не так уж и плохо, да?

— В первую очередь, я графиня и наследница рода Черного дракона, — отозвалась я весело.

— Ой, графи-и-иня, — насмешливо протянула подруга. — Посмотрите только на нее! Важная — просто жуть!

— Хочешь, я буду обращаться к тебе «ваша милость»? — толкнула меня в бок локтем Дэйрил. — И все время кланяться?

— Нет уж, спасибо, — рассмеялась я. — Никогда бы не подумала, что скажу такое, но… этого и без вас хватает. Мне больше нравится, когда меня называют по имени и просто проходят мимо, а не начинают отвешивать поклоны и сыпать комплиментами, как солью на рану.

— Почему как солью? — удивилась Дэйрил.

— Потому что, как правило, они лживые, — пояснила я. — Видите ли, у высокородных принято добиваться чужого расположения, используя ложь.

— Ты ведь сама теперь высокородная! — расхохоталась подруга.

— Какая из меня высокородная, — усмехнулась я. — Я такая же, как и вы.

— Но кровь-то в тебе течет непростая, — внимательно взглянула на меня Элли. — Ты — из рода Черного дракона. Ты — дракон, Белль.

— Не могу в это поверить, — призналась Дэйрил. — Драконы для меня — небожители, почти как боги. А ты… ты одна из них! Наша Белль — дракон!

Я смутилась, хоть и не показала вида.

— И темная, — добавила я тихо. — Если честно… я думала, многие не захотят общаться со мной из-за этого.

Подруги переглянулись.

— Какие глупости, — возразила Элли.

— Почему вдруг мы должны перестать хотеть общаться с тобой? — надулась Дэйрил.

— Но ведь вы сами говорили, что темные опасны, — нахмурилась я. — Помните, когда на Осеннем балу Эштан пригласил меня на танец, вы мне все уши прожужжали, что он темный, а потом общаться с ним не нужно!

— Признаю, это было глупо, — вздохнула Дэйрил.

— Мы мыслили стереотипами, это верно. И сейчас мне стыдно за это, — подтвердила Элли. — Просто в нашем обществе привыкли ненавидеть темную магию и боятся темных. Мы были слишком глупыми в то время. Еще только поступили в академию и не избавились от предрассудков.

— Сейчас лично я смотрю на это иначе, — встряла Дэйрил. — И среди темных много красивых парней…

— А ты все только о парнях думаешь, — укорила ее Элли.

— Я хочу повеселиться до того, как меня заставят выйти замуж за какого-нибудь зануду, — отмахнулась Дэйрил. — Кстати, Белль, я же рассталась со своим последним парнем. Так что можешь познакомить меня со своими братьями! На фотокарточках они милые! В газете видела!

— Они заняты, — ответила я. — У одного из них скоро свадьба.

— Тогда найди для меня какого-нибудь высокородного красавчика, — не отставала подруга. — И вообще, ты должна рассказать нам обо всем! Секреты друг от друга — преступление против дружбы!

Мы долго валялись на кровати и болтали. Я улыбалась, когда рассказывала о том, что со мной произошло, не показывая, как мне было страшно, но, когда речь зашла о моей настоящей семье, едва смогла сдержать слезы. Девчонки заметили это, а, может быть, услышали, как задрожал мой голос. Элли молча погладила меня по спине. А Дэйрил, пряча слезы, прошептала:

— Я знала, что тебе пришлось тяжело. Но не знала, насколько. Мои слова ничего не изменят, но прими мои соболезнования.

— И мои, — вздохнула Элли. — Не печалься, Белль. Наверняка они попали в мир вечного блаженства.

— Спасибо, девочки. Но давайте не будем об этом. — Я улыбнулась через силу. — Хочу, чтобы сегодня был веселый день! Кстати, я привезла вам подарки!

Я знала, что им было нужно. Заколки, украшения, заговоренные ручные зеркала для Дэйрил и много редких книг для Элли. И не прогадала — подруги остались в восторге. А еще я купила для них кучу всего в той самой «Шоколадной лавке госпожи Марты», ведь цена размером с мою былую стипендию меня больше не пугала. Конфеты с малиной и дробленым орехом, трюфели с имбирем и апельсиновым соком, каштановые кинтоны, горький шоколад с лимоном и перцем, молочный с клюквой, белый с марципаном… Только в итоге мы все равно ели не шоколад, а свежую выпечку, которую я просила привезти из нашей любимой пекарни. Дэйрил сварила какао по своему секретному рецепту. Их аромат разносился по комнате, как в старые-добрые времена, когда мы втроем сидели в своей комнате и болтали обо всем на свете. Будто бы ничего не изменилось.

— Это подарок принца? — спросила Элли, случайно глянув на мою руку, на которой сияло тонкое кольцо с сияющим зеленым камнем. Мы сидели за круглым аккуратным столом втроем — Лею я отпустила, а телохранительница сочла, что подруги не представляют для меня угрозу и удалилась сама.

— Нет, — рассмеялась я. — Это подарок императрицы.

— Самой императрицы? — широко раскрыла глаза Дэйрил.

— Да, — кивнула я. — Символ ее благосклонности. Если честно, боюсь его потерять — все время проверяю, на месте ли. Вы не представляете, какая она! Очень красивая, а сколько в ней достоинства…

— А принц дарил тебе кольцо? — продолжала расспросы Дэйрил. Она всегда была жутко любопытная.

— Он подарил мне каффы, — вспомнилось мне. Из лунной стали.

— Те самые, в которых ты была на балу? — встрепенулась подруга. — Невероятный подарок! Ты не поверишь, но их столько обсуждали — это редкое украшение! Теперь все с ума сошли с этими каффами, на них такой спрос! А твои платья? Изабель Бертейл, тьфу, то есть, Ардер! Твои платья произвели фурор! В каждой швейной мастерской теперь только такие и успевают шить! А те, у кого хватает денег, обращаются к бытовым магам, чтобы те наполнили платья магией — как у тебя!

— Чего ты так на нас смотришь? — по-доброму усмехнулась Элли. — Ты теперь также известна и влиятельна, как и все члены императорской семьи.

— Расскажи, какой он! — неожиданно потребовала Дэйрил.

— Кто он? — не поняла я.

— Принц! Он должен быть идеальным во всем! Так какой он? Нежный, страстный?

— Опытный? — вклинилась Элли.

— Не знаю, о чем вы… — попыталась сделать я вид, что ничего не понимаю.

— Все ты понимаешь, — не отставала Дэйрил. — Мы видели фотокарточку, на которой вы целуетесь! Вырезала из газеты и сохранила на память! Потом буду говорить внукам, что императрица — моя подруга. Рассказывай, как он целуется!

— Честно? — подняла я на нее затуманенный взгляд — из-за воспоминаний о Дарреле.

— Нет, соври! — возмутилась Дэйрил и тряхнула волосами. — Разумеется, мы хотим правду!

— Он целуется так, что коленки подкашиваются, — призналась я, накручивая на палец прядь. — В его поцелуях нет пошлости, и он не позволяет себе лишнего. Но он знает, как сделать так, чтобы было приятно… Светлая Тэйла, что я несу!

Подруги довольно захихикали.

— То есть, ты бы хотела стать его женой, да? — поинтересовалась Элли.

— Не знаю, — честно призналась я. — Но моего мнения никто не спрашивает. Я должна и точка. Это мой долг.

— А Эштан? Про вас с Эштаном много писали, — наморщила лоб Дэйрил.

— Эштан прекрасный человек, и я обязана ему жизнью, но между нами ничего нет, — ответила я искренне.

— Белль, расскажи какой он, принц Даррел? Идеальный ведь, правда? — снова пристали они.

— Он… — Я задумчиво потерла подбородок. — Он сложный. Иногда ужасно раздражает. Так, что стукнуть по голове хочется, да жалко. Кто тогда империей править будет? А иногда… Иногда будто лед.

— Холодный? — разочарованно протянула Дэйрил, которая явно ждала романтических подробностей. В Дарреле она видела героя романа, а не живого человека.

— Нет, дело и не в этом вовсе, — покачала я головой. — Знаете, когда лед прикладывают к ране, боль притупляется. И с Даррелом так же. Когда он рядом, когда он касается меня или когда целует, я чувствую, что боль внутри заглушается. И мне становится так легко, будто ничего плохого больше не существует.

— Что ж, Белль, я готов быть твоим льдом всегда, — раздался вдруг за моей спиной голос Даррела, и я в панике обернулась — на пороге стоял Даррел, а за его спиной — Кайл и Арт. Принц улыбался так довольно, будто бы выиграл в лотерею правление над всем миром сразу. А я смутилась так, что забыла, как дышать на пару секунд.

Я удивленно смотрела на Даррела, а Элли и Дэйрил — на Арта. Наверное, если бы ситуация была другой, я бы спросила их, почему Арт удостоился их вниманием, но сейчас мне было не до этого.

— Что ты здесь делаешь? — спросила я, пытаясь казаться уверенной.

— Пришел к своей дорогой невесте, — ответил Даррел, насмешливо глядя мне в глаза. — И не ожидал услышать о себе столь теплые слова.

Он поднял руку, и над его ладонью засверкал кристалл льда.

— Вот, держи, приложишь туда, где будет болеть.

— Я к твоей голове приложу, она явно побаливает, — буркнула я, и подруги опешили от того, как неучтиво я разговариваю со своим будущим мужем. Ну и с их будущим правителем заодно. Они прижались друг ко другу, большими глазами глядя на Даррела.

— И вот что теперь о нас подумает твои подруги? — покачал головой Даррел, настроение у которого явно было хорошим. — Она не всегда такая, клянусь прадраконом, — обратился он к девчонкам.

— Все в порядке, ваше высочество, — залепетали они. Кайл и Арт, так и стоящие позади Даррела, весело переглянулись.

— Так ты возьмешь лед? — не отставал принц.

— Издеваешься? — сощурилась я. Вся та нежность, которую я испытывала, моментально растворилась. Все же Даррел порою такой козел, злости не хватает!

— Нисколько, — покачал он головой и вдруг со всего размаху разбил ледяной кристалл об стену. Осколки полетели во все стороны, и несколько из них едва не угодили в Дэйрил и Элли, однако Арт обладал отличной реакцией — он успел поставить защитное поле, осколки упали на пол и девочки остались невредимыми. Он улыбнулся им уголками губ, а они синхронно опустили глаза. Смутились, что ли?

— Простите, — извинился Даррел. — Не хотел вас поранить. Я не всегда могу контролировать силу.

— Не только ее, — поджала я губы. Клянусь, мне показалось, что Кэлл хмыкнул.

— И что же я еще не могу контролировать? — нахмурился принц.

— Лучше спроси, что ты можешь контролировать. Силу не можешь, эмоции не можешь. И маловероятно, что можешь контролировать мозг. Иначе не грохнул бы этот эйхов кристалл о стену! — не могла успокоиться я. Если честно, в моей голове сцена знакомства подруг и принца была другой. Я хотела представить им друг друга в иной обстановке, за чашечкой кофе.

— Я же сказал, что случайно! — рассердился Даррел. В это время из осколков кристалла в воздух поднялась струйка голубоватого дыма. Она превратилась в голубя, который подлетел к Арту и завис перед ним. Длинноволосый телохранитель грустно вздохнул. Даррел выругался сквозь зубы, а Кэлл закрыл рот ладонью, потому что его, кажется, душил смех. Я не понимала, в чем дело до тех пор, пока не увидела, что с лапки голубя срывается кольцо — не полупрозрачное, а настоящее. Арт со вздохом поймал его, и голубь стал растворятся, а вместо него появилась надпись «В твоих глазах можно утонуть». Это было так комично, что я тоже не выдержала — улыбнулась. И поняла, что подарок предназначался мне, но что-то пошло не так.

— Благодарю, ваше высочество, — сдержанно сказал Арт, хотя я была уверена, что ему смешно. — Но лучше не тоните.

— Постараюсь, но будет сложно, — сквозь зубы ответил Даррел, забрал у него кольцо и подошел ко мне.

— Что? — не поняла я.

— Это тебе. Возьми.

— В моих глазах ты тонуть не хочешь, — хихикнула я. — Лучше отдай тому, в чьих тонешь. Не смею стоять между вами…

Кэлл уже не мог перестать прятать смех. Велев другу замолчать, Даррел сердито прикрыл ресницы.

— Не зли меня. Возьми подарок. Ты же понимаешь, что это тебе. Проклятый артефактор что-то перепутал. Голубь должен был подлететь к тебе, а не к Арту, после того, как я разбил кристалл.

— А не надо было так его о стенку грохать. — мстительно ответила я, но руку протянула. С недовольным лицом Даррел надел мне на палец кольцо. С виду оно было простое — из золота, но с искусным прозрачным камнем в виде полумесяца, пронзенного стрелой. Символ рода Черного дракона.

Девчонки ахнули, увидев кольцо. А Кэлл, перестав смеяться, сказал:

— Мастерская мастера Эвери Адара из дома Поющих клинков. Лучший из лучших.

Прикосновения Даррела были грубоватыми, будто он боялся показать чувства, но его пальцы замерли на моей ладони, наши глаза встретились, и меня пронзило звездопадом — он будто прошелся сквозь мое тело. Ощущение того, что я нахожусь рядом с кем-то удивительно близким на мгновение стало невыносимо ярким, а после схлынуло, оставляя после себя приятное послевкусие.

— Нравится? — тихо спросил принц.

— Нравится, — прошептала я и тотчас добавила: — Спасибо, конечно, но… Зачем?

— Разве я должен объясняться, когда дарю невесте подарок? — с вызовом спросил Даррел. Он зачем-то щелкнул пальцами, застав огни, освещающие комнату, погаснуть, и сказал:

— Подуй на кольцо.

Я послушно поднесла его к губам, и едва лишь мое дыхание коснулась камня, как он вдруг заискрился во тьме. Свет срывался с моих пальцев и искрами отражался на стенах. Во мне проснулся восторг, какой бывает у детей, увидевших радугу.

— Как красиво! — воскликнула я, забыв о том, что только что злилась на Даррела. Он смог меня удивить.

— Оно — как ты, — сказал он зачем-то и снова щелкнул пальцами. В комнате вновь вспыхнул свет. На лице Даррел заиграла самодовольная улыбка — он видел, с каким восхищением я смотрю на подарок.

— А теперь познакомь меня со своими подругами, — велел он и мило улыбнулся девчонкам.

Собравшись с мыслями, я кивнула:

— Это Дэйрил, с факультета зельеварения, а это Элли — с факультета ментальной магии. Как вы поняли, это его высочество принц Даррел, а также его личные телохранители Кэлл и Арт.

Кэлл и Арт, соблюдая этикет высшего общества, поцеловали зардевшимся Элли и Дэйрил руки. А Даррел радушно пригласил всех сесть на диваны — сказал, что не может держать девушек на ногах. С моими подругами он был таким галантным и милым, что я только диву давалась. Со мной он себя так в начале нашего знакомства не вел. Тогда он казался мне надменным придурком, а Дэйрил и Элли были не просто удивлены его поведением, манерами и словами. Они уверовали, что принц — идеальный мужчина.

— Я не хочу, чтобы между нами были неловкости, — в какой-то момент сказал Даррел. — И чтобы мой титул мешал нашему общению. Сейчас я нахожусь здесь не как ваш принц, а как жених вашей подруги.

— Ваше высочество, — преданно взглянула на него Дэйрил. — Для нас это невероятная честь!

Элли часто закивала.

— Вы можете называть меня по имени, пока мы наедине, — продолжил принц. — А моих телохранителей прошу воспринимать, как моих друзей. Мы росли вместе с самого детства, и все друг о друге знаем.

— Ну не все, — вставил Кэлл. — Я вот не был в курсе, что ты тонешь в глазах Арта.

— Честно говоря, я тоже, — улыбнулся он — было странно в его руке вместо оружия видеть чашечку чая. Оказалось, что он тот еще сладкоежка. А Дэйрил, сидевшая рядом с ним, только и делала, что подкладывала ему сладости.

— Надоели, — отвернулся от них принц. — Я же сказал — магия артефактора не сработала правильно! Вы же знаете, что голубь должен был полететь к Белль, а не к Арту.

— Не оправдывайся, — махнула я рукой. — За любовь оправдываться не стоит. Если ты тонешь в глазах Арта, я не стану мешать…

Даррел откинулся на спинку дивана с мученическим выражением лица. Его раздражал собственный провал.

— Когда понадобится лед, обращайся, велю прислать тебе две тележки, чтобы наполнить ванную. Исцелишься и станешь святой, — ответил он сердито. И я прикусила себе язык, вспомнив, что он слышал мои слова. Светлая Тейла, как же неловко!

— Не злись, — дотронулась я до плеча Даррела, но тотчас отдернула руку. Вдруг он подумает что-то неприличное?

— Это не злость, Изабелль. Это недоумение. Я решил сделать тебе подарок, и теперь вынужден слушать неуместные шуточки.

— Ты первым начал шутить! — возмутилась я.

— Мои шутки добрые, — возразил он.

— А мои, значит, злые, как ведьмы-чернословницы!

— Как знать.

— Достал!

— Кто кого.

Мы недобро уставились друг на друга.

— Мне кажется, его высочеству нужно побыть наедине со своей невестой, — неожиданно сказал Кэлл, вставая. — Мы прогуляемся по замку, пожалуй. И вернемся позднее.

Следом за ним встал и Арт, а после него — девочки, которые все так же мало что понимали. Они смотрели на нас с принцем большими глазами, а Дэйрил даже постучала указательным пальцем по лбу, явно спрашивая, все ли со мной нормально, а я лишь отмахнулась.