Глава 30

Шиа громко рассказывала какую-то веселую историю, остальные ее слушали. Странно, но она почему-то нравилась мне своей прямолинейностью, которая порою граничила с грубостью. Рядом с ней я не ощущала дискомфорта, как думала поначалу. И когда мы с ней ненадолго остались наедине, сидя на веранде и разглядывая ночное небо, то разговорились. И у меня появилось ощущение, будто мы знакомы сто лет.

— Ты меняешься. Раньше тьма не исходила от тебя. А теперь тянет, — сказала вдруг Шиа, задумчиво рассматривая меня.

— Ты ее чувствуешь? — удивилась я.

— Да. Пахнет, как зимняя звездная ночь. Небом и холодом, — кивнула она. — Ты стала сильнее. Об этом все судачат.

— Правда? — на моем лице появилась слабая улыбка.

— Еще бы. Вокруг только и разговоров, что о принце и его невесте! Все ждут вашу свадьбу.

Я вздохнула. Свадьба… Странное слово. Какой станет моя жизнь после того, как Даррел возьмет меня в жены?

— А ты сама ее ждешь? — спросила Шиа.

— Не знаю, — честно ответила я. — Все очень сложно.

— Ты влюблена в него, — вдруг огорошила меня демонитка. — Это видно.

— Что ты имеешь в виду?

— То, как ты на него смотришь. Как внимательно слушаешь. Как касаешься изредка его руки. Я все вижу, — усмехнулась демонитка, по-мужски закидывая ногу на ногу. — Принц тебе дорог.

— А кто дорог тебе? — спросила я с полуулыбкой. — Кайл? Вы ведь встречаетесь, верно? Иначе бы он не привел тебя сюда.

Шиа нахмурилась.

— Не переводи стрелки, Наследница.

— Ты права — у меня особые чувства к Даррелу. Но раз я дала ответ на твой вопрос, то тогда ответь на мой. Что ты чувствуешь к Кайлу? — внимательно глянула я не демонитку.

— Зачем тебе знать?

— Он мой друг.

— Хорошо. Отвечу. Он единственный из всех мужчин, кто не напал на меня, — вдруг ответила Шиа.

— А остальные?

— Всем было плевать. Нет, я не жалуюсь, не придумывай себе глупости. Это констатация фактов. Никто не видел во мне женщину. Только воина. — Шиа помолчала и, задумчиво глядя на звезды, сказала: — Моя мать была человеком, не демониткой. Отец влюбился в нее, когда они оба были слишком молоды. Мой дед был против их отношений, и отцу пришлось выкрасить ее. Она всегда говорила мне: «Шиа, ты должна быть внимательна к мужчинам. Отдай свое сердце тому, кто никогда не поднимет на тебя руку». Демониты — жестокий народ. Женщины должны быть сильными, чтобы их не трогали. Но отец никогда не бил мою мать. Напротив, защищал от всего на свете.

— А что с твоей мамой сейчас? — спросила я, зная, что услышу что-то грустное.

— Ее убили. Отступники пустили в ее сердце кровавую розу[10]. Отомстили отцу за то, что он не принял их сторону, а гонца — убил, — пояснила Шиа каким-то отчужденным голосом. — Северный картель занимается разными вещами, но мы не принимаем сторону темного бога, хоть и сами носим в себе частицу тьмы.

— Мне жаль, — коснулась я ее плеча. — Уверена, что твоя мама была чудесной женщиной.

— Она была самой доброй из всех, кого я знала.

— Моих родителей тоже убили приспешники Кштари, — тихо сказала я. — И мать Кайла. Она умерла вместе с ними. Мы все пострадали от них. Но мы…

«Отомстим», — прошептала тьма внутри меня. Озвучивать это я не стала — почему-то осеклась. А Шиа ничего не сказала — обернулась и глянула в окно, за которым видно было довольного Кайла, который только что снова обыграл в карты принца. И судя по недовольной физиономии Даррела, получил что-то ценное.

— Я повторю тебе второй раз, хотя это не в моем стиле — говорить дважды, — вдруг заявила демонитка. — Но я могу быть на твоей стороне, Наследница. И ты не пожалеешь. Подумай.

Она встала и направилась к дверям, чтобы войти в дом, в котором все веселились.

— Шиа, — позвала я ее — во мне снова вдруг что-то изменилось. Будто бы это была я и не я одновременно. Уверенная, сильная, властная Белль, которая знала, что делать, и не ведала страха.

Демонитка обернулась.

— Что?

— Я хочу, чтобы так и было. Чтобы мы были на одной стороне. — Я встала и направилась к ней. В моей руки само собой возникло красно-черное пламя. — Демониты заключают особый договор со своими союзниками. Сделаем это. Будь на моей стороне.

Фиолетовый глаз на смуглом лице демонитки опасно засветился.

— Темный дракон, — почтительно и вместе с тем восторженно сказала Шиа. — Теперь я чувствую тебя сполна. Удивлена, что ты знаешь наши законы. Да будет так. Союз.

В ее ладони появилось фиолетовый шар с молниями.

Она протянула ко мне открытую руку, наши кончики пальцев соприкоснулись, и наша магия сплелась воедино. Вспыхнула белым светом и рассыпалась на искры. Темный дракон и демонитка заключили особый союз. Мое предплечье обожгло кипятком, и на мгновение на коже вспыхнула семиконечная звезда в перевернутом треугольнике — символ клана Шиа. На ее предплечье появился символ Черного дракона — звезда, пронзенная стрелой.

Затем знаки пропали. А мы с Шиа стали союзницами. Демониты будут чувствовать на мне ее метку. А драконы — мою на ней.

— Правильный выбор, — на ее лице расползлась улыбка. — Ты не пожалеешь.

— Это ты не пожалеешь, — ответила я, и в моем голосе было что-то такое, что заставило улыбку исчезнуть с ее лица. Зато в разноцветных глазах появилось еще больше уважения. Шиа чувствовала Черного дракона. И поро мне казалось, что даже лучше, чем я сама.

После этих слов я направилась в дом. Даррел удивленно взглянул на меня, но ничего не сказал — уверена, он что-то почувствовал, но я хотела рассказать ему о своем союзе с Шиа позднее.

Демонитка тоже присоединилась ко всеобщему веселью — Дэйрил как раз предложила всем сыграть в «Слизняка». Игра была старая, довольна дурацкая, но интересная. Участники по кругу задавали друг другу вопрос: «Правду скажешь или себя покажешь?» Нужно было либо правдиво ответить на вопрос, либо выполнить определенное действие, чаще всего смешное. Если же человек говорил неправду, то в его рту оказывался слизняк. Поэтому игру так и назвали.

Мы расселись в круг прямо на полу гостиной около камина. Даррел — рядом со мной. Он сел так, что касался моего предплечья своим, и тепло его тела согревало меня.

Начал Кэлл.

— Правду скажешь или себя покажешь? — спросил он у Дэйрил, которая сидела с ним рядом и то и дело посматривала на Арта.

— Покажу, — тряхнула пышной гривой волос подруга.

— Тогда-а-а… — Кэлл задумался и неожиданно засиял, как праздничная елка. — Поцелуй Арта!

Повисла тишина, а затем раздался смех — Кайлу и Шиа стало очень весело, хотя, если честно, мне тоже хотелось улыбнуться — такими большими стали глаза Дэйрил. Как будто она вообще никогда и ни с кем не целовалась! Хотя обожала раздавать советы, как вести себя с парнями, как флиртовать и как целоваться.

— Ну что, струсила? — хитро спросил Кэлл. Дэцрил возмущенно на него взглянула и вдруг сделала то, от чего лично я опешила — вдруг повернулась к Арту и, взяв его лицо в свои ладони, поцеловала в губы. Звонко, со вкусом. И тотчас отстранилась.

На бледных щеках парня появился румянец, а сама Дэйрил покраснела, как помидор. Элли отвернулась. Неужели ей тоже Арт нравится?

— Сделал! — выпалила она.

— Эх, жаль, надо было поставить задачу по-другому, — вздохнул Кэлл. — Чтобы поцеловала по-взрослому, как…

— Заткни пасть, — прервал его Арт. — Поговорим с тобой в замке об этом.

— Расскажешь мне, как тебе понравилось? — ухмыльнулся Кэлл.

— В тренировочном зале много чего расскажу, придурок. — Кажется, Арт разозлился. Это было видно по желвакам, которые заходили по его лицу.

— Да я тебя уделаю, и даже тренировочного зала ждать не стану. — В руке дроу возник тонкий клинок, покрытый вязью.

— Проверим? — В руке Арта появился светящийся меч. Парни со злостью уставились друг на друга.

— А ну хватит! — вмешался Даррел. — Прекратить обоим. Тут женщины. Не смейте обнажать при них клинки.

— Главное, чтобы другого ничего не обнажили, — хохотнула Шиа. Ей, в отличие от меня, Элли и Дэйрил страшно не было — подобное ее лишь забавляло.

— А у тебя все мысли о том, чтобы кто-нибудь что-нибудь обнажил, — заметил Кайл.

— Хочешь, и ты обнажи, — отозвалась демонитка.

— Заслужить надо, — фыркнул Кайл.

Даррел тем временем успокоил Арта и Кэлла — кажется, ссоры были для них обычным явлением. Только вот обычные друзья во время ссор просто кричали друг на друга и обижались, а эти готовы были начать драться прямо сейчас — вот что значит быть воином.

— Продолжим, — велел принц, и все ему беспрекословно подчинились.

— Правду скажешь или себя покажешь? — обратилась Дэйрил к Кайлу.

— Покажу, — отозвался тот лениво. — Чего сделать? Только давай без глупостей, ладно?

Дэйрил тряхнула волосами.

— Конечно, без! Поцелуй Шиа! По-взрослому, как сказал Кэлл!

— Ошалела, малая? — обалдела демонитка. Впрочем, остальные тоже впечатлились. Дэйрил, видимо, не хотела быть в меньшинстве и рассудила — пусть перецелуются все!

— Что? Не буду я ее целовать, — с недовольной физиономией отказался Кайл, и Шиа тотчас разозлилась:

— В смысле не будешь? Я тебе, что, не нравлюсь? Или как это понимать, ангелок?

— Как хочешь, — отрезал он.

— То есть, ты задание не будешь выполнять? — прищурилась Демонитка. — Тогда слизняки окажутся не только у тебя во рту. Но и еще кое-где. И вытаскивать ты их будешь ну очень долго, уж я об этом позабочусь!

Кайл вспыхнул.

— Ладно, — процедил он сквозь зубы. — Я это сделаю.

С независимым видом он встал с пола, подошел к Шиа, склонился и, запустив пальцы в ее светлые волосы, приник к ее губам. Уверенно и дерзко, хотя я была уверена, что ему на самом деле страшно. Просто я знала его маленькую тайну — Кайл никогда не целовался. И это был его первый поцелуй.

Это было долго и чувственно — Шиа притянула Кайла к себе и не собиралась отпускать. Честно сказать, застеснялись все, не только я. И у меня даже появилось подозрение, что все-таки ангел тренировался. Иначе почему демонитка просто не отпускает его, а то, что происходит между ними, выглядит не так уж и невинно?!

Я переглянулась с Даррелом, и тот пожал плечами. Когда Шиа и Кайл, наконец, отпустили друг друга, мы им зааплодировали. А они выглядели весьма ошарашенными — кажется, впечалились оба. Взгляд у ангела был поплывший, а вот в глазах демонитки можно было прочитать победу. Кажется, она почувствовала свою власть над Кайлом.

Мы продолжили под веселый треск поленьев в камине.

— Правду скажешь или себя покажешь? — спросил Кайл Даррела.

— Правду, — заявил тот, и я почему-то расстроилась. Мне безумно захотелось, чтобы и ему кто-то велел поцеловать меня. Почему он выбрал правду?

— Ты хочешь жениться на Белль? — задал свой вопрос Кайл.

Даррел взглянул на меня и вдруг сказал:

— Нет.