Глава 37

Спустя месяц, академия магии Эверлейн

С того момента, как Кайл от моего имени подал заявку на участие в Магических академических состязаниях, прошел почти месяц.

Все это время я активно посвящала учебе и тренировкам, постоянно практиковалась, осваивая темную магию и улучшая стихийную. Магистр Дэлмир и магистр Бейлс были мною довольны, но после их занятий я чувствовала себя выжатой, как лимон. Однако при этом ощущала странное удовлетворение, понимая, что обучаюсь по ускоренной программе, которую составили специально для меня — потому что мой магический потенциал, а следом за ним и сила лишь росли.

Конечно, приходилось уделять внимание и другим наукам, а также физической подготовке, однако основное внимание я все же уделяла магии. Я действительно собиралась победить Еву Шевер. И тьма во мне предвкушала состязание с ней, хотя сначала мне нужно было пройти несколько первых туров.

Больше всего мне нравились занятия с Даррелом, который во время них превращался в сурового преподавателя, то и дело накидывающего часы отработки за малейшую провинность. Эти часы я должна была отрабатывать на свиданиях, поэтому иногда специально дразнила его. Это была наша тайная игра в злого магистра и дерзкую адептку. Правда вне занятий виделись мы редко — его расписание было забито настолько, насколько это было возможно. Кроме учебы он постоянно отправлялся в Небесный дворец, а однажды на пару дней его отправили в соседнее государство, чтобы от имени императора поприветствовать короля, празднующего юбилей.

Если честно, сначала я думала, что в таком темпе жить я просто не смогу, однако даже втянулась, сама не понимая, откуда берутся силы. Я все время была занята, поэтому скучать было некогда — ни по родственникам, ни по друзьям, ни по Эштану, который пропал куда-то. У меня почти не было свободного времени, и лишь ночью я могла остаться наедине с собственными мыслями. Впрочем, длилось это недолго — я быстро засыпала.

Тренировки с Анайре сделали меня более выносливой, и я научилась некоторым приемам самообороны. Пламя во мне разгоралось все ярче. А тьму я научилась частично контролировать, и она затаилась где-то глубоко в моем сердце. Тьма не пряталась, а ждала своего часа, и я чувствовала, как она растет вместе с драконьей силой. Только испытав на себе, что это значит, я поняла, как сложно бывало Даррелу сдержать эмоции. Не потому, что он был плохим, а потому, что они разрывали его. Драконья сила разрывала его.

Лишь сейчас я в полной мере поняла, что порою мы оцениваем людей, не зная, что у них происходит внутри. Вешаем ярлыки так, будто бы перед нами не люди, а куклы, у которых внутри — пустота.

Находясь рядом со мной, Даррел становился все более спокойным. А я — все более сильной. Мы действительно уравновешивали друг друга, как бы странно это ни звучало.

Иногда мы разговаривали про то, что нас ждет впереди. Рассуждали о свадьбе, дуумвирате, о предназначении друг другу — нам обоим это казалось странным, нелепым, глупым, но больше не пугало. Эти вечера, проведенные вместе, были наполнены теплом приближающейся весны, чье дыхание становилось все более ощутимее. Нам нравилось говорить и открываться, ведь, оказываемся, мы мало знали друг о друге.

А иногда мы целовались, как ненормальные, потому что не в силах были бороться с тем притяжением, которое искрило между нами. И эти короткие вечера были наполнены солнечным светом, который порою ослеплял нас обоих. Однако, надо сказать, Даррел всегда соблюдал границу между поцелуями и чем-то более серьезным. Он знал, когда стоит остановиться, и я была благодарна ему за это, потому что сама я порою забывала обо всем на свете. И для меня существовали только его руки и его губы. И одно на двоих дыхание.

Что касается свободы, то ее у меня появилось гораздо больше. Я до сих пор занималась в отдельном учебном зале, когда как Даррел учился в группе. Но мне пояснили, что у меня особенная программа, и мое обучение должно быть индивидуальным. Однако теперь я часто бывала на улице и ужинала в Столовом зале вместе со всеми. Это была моя маленькая возможность пообщаться с Элли и Дэйрил.

Я понимала — того, что было раньше, уже не будет. Мы не сможем сидеть в парке, болтая обо всем на свете, не сможем дурачиться пол ночи, не сможем гулять по городу втроем. Но моя привязанность к ним лишь крепла, и я искренне считала их своими подругами. А друзей не придают.

Однако в нашей дружбе не все было гладко. Дэйрил все больше общалась с Артом, а Элли пропадала в библиотеке. Говорила, что у нее много учебы, но я понимала — Арт нравится ей. Но сколько бы ни пыталась осторожно поговорить на эту тему, ничего не получалось.

Также я еще больше подружилась с Леей, которая освоилась в замке и перестала быть такой пугливой. Видения к ней, правда, почти не приходили, однако они и не были мне нужны. В голове я часто прокручивала план о том, чтобы освободить ее от службы во дворце и отправить учиться в академию, как Лея мечтала.

С Кайлом и Шиа я по-прежнему проводила достаточное количество времени. И хотя они все время ругались и вели себя, как кошка с собакой, я замечала, как иногда внимательно смотрит демонитка на ангела. Без нежности или восторга, который присущ многим девушкам, а с уважением. Кажется, Кайл действительно нравился ей. Да и он видел в ней не просто дочку главы Северного картеля, а кого-то большего, хоть и не показывал этого. Они все время спорили и ссорились, но я понимала, что они оба благотворно влияют друг на друга.

Эштан куда-то пропал. Мы виделись пару раз, но каждая наша встреча была не дружеской, а будто официальной. Словно между нами ничего и не было. А потом он и вовсе на какое-то время уехал из академии. Но куда и зачем, я не знала. Иногда я грустила из-за того, что все так вышло. Но ничего не могла изменить.

А еще на мое удивление, мне писала принцесса Этель, которая по-прежнему находилась в Ивовой долине, отбывая свое наказание. И кажется, там ей было очень скучно. Поэтому она изводила меня длинными письмами с подробным перечнем того, что плохого у нее произошло на этой неделе, какие новые недостатки она обнаружила в храмовом комплексе, и какого она мнения о каждом из жрецов и жриц. Этель ничего не разрешали, кроме как работать молиться в храмах, работать на огороде и читать книги. Книги ей, разумеется, тоже не нравились, потому что это были не любовные романы, а занудные философские трактаты. Поэтому мне пришлось тайно отправить ей пару книжек, чтобы она не сошла с ума со скуки.

Сначала я не понимала, почему он не отстает от меня, и только потом до меня дошло — у нее не было подруг. А я вот-вот должна была стать ее родственницей. Даррел тоже понимал это, и однажды поблагодарил за то, что я так хорошо отношусь к его сестре, несмотря на ее поведение в прошлом.

А еще я была благодарна Этель за то, что она ни слова ни сказала о моем брате. Тому я желала лишь счастья. Другого мой брат не заслужил. Кстати говоря, Том решил остаться в столице, и, сколько бы я не уговаривала его в переписке вернуться домой, не соглашался. Сказал, что там ему скучно, а тут есть простор. Впрочем, тетю и бабушку Том тоже не слушал. Решил остаться в столице и точка. Упрямец.

***

— Сегодня ты должна вызвать демона второго уровня, адептка Ардер, — своим по обыкновению неприятным тоном сказал магистр Дэлмир. Скрестив на груди руки, он стоял у стола и смотрел на меня, как на таракана.

Демон второго уровня — это сложно. Их могут призывать лишь сильные старшекурсники, чья специализация — демонология. Однако я, как местный уникум, должна была уметь делать это. А еще должна была знать азы магии крови, темной ритуалистики и разбираться в нежити. Вернее, в том, как ее уничтожить. Хорошо, что меня не стали заставлять заниматься некромантией. Этого бы я точно не выдержала. Магистр Дэлмир в шутку называл меня универсальной темной единицей, у которой «силищи много, а куда ее направить, непонятно».

— Если вызовешь, я дам тебе кое-что интересное. А если нет, то…

— То не дадите?

— Дам, — скривил губы магистр. — Но по лбу. Приступай!

Пришлось рисовать сигил, а потом сосредотачиваться и взывать к тьме — это стало для меня привычным делом. Последнее слово на старомагическом — и сигил засиял голубым светом, зазвучав тонко и протяжно, как струны скрипки. Воздух стал свежим — будто горным. В нем почувствовались ароматы трав и цветов, что растут на склонах. Волос коснулся ветер. И раздалось тихое девичье пение — только слов разобрать было нельзя.

Через мгновение в воздухе появилась знакомая рябь, а после — прозрачный шар, в котором была заключена прекрасная дева с синими волосами и бледной кожей. Необычная, но красивая. С раскосыми фиалковыми глазами без зрачков и бескровными губами. Облачена она была в старинную одежду с широкими рукавами, покрытыми вышивкой, а голову ее украшал венок из полевых трав.

Я засмотрелась на нее, но вовремя взяла себя в руки. Это демон. Порождение зла. Один из слуг темного бога.

Чем выше был уровень демона, тем более красивую форму он принимал. Занимаясь с магистром Дэлмиром я поняла одну странную, но логичную вещь. Зло должно быть или красиво, или уродливо. Чтобы притягивать и пугать. Только так оно может заполучить живых существ. Это добро выглядит обыденно, порой неприметно. Потому что оно притягивает не внешним видом, а тем, что находится внутри.

— Отлично! Можешь пообщаться с демоном, — кивнул магистр Дэлмир. Он держался спокойно, однако в его глазах промелькнуло что-то странное. Что-то, похожее на удивление.

Демон смотрел на меня своими удивительными фиалковыми глазами без зрачков и вдруг улыбнулся — точно, как человек. Зубов у него, правда, было в три раза больше — мелких и острых, как у хищной океанской рыбы.

— О тебе многие говорят в мире бездны, — сказал демон, разглядывая меня. — Та, в которой переплелись тьма и свет. Эйна.

— И что же говорят? — спокойно спросила я.

— Разное. Кто-то хочет разорвать тебя на кусочки. Кто-то сварить в котле. Кто-то содрать кожу.

Не скажу, что эти слова были приятными. У меня появилось ощущение, будто по доске скребут ножом, и захотелось закрыть уши руками, но я сдержалась. И поинтересовалась:

— А ты что хочешь сделать?

— Поцеловать, — прошептал демон и облизнул губы синеватым языком. — И высосать все, что есть в твоем теле и в твоем сердце. Эйны — лакомый кусочек. Ты — деликатес, девочка. Как же мой собрат упустил тебя…

У меня по спине побежали мурашки от этих слов. А магистр Дэлмир велел:

— Запечатай демона, адептка Ардер. И отдай капсулу мне.

Я послушно кивнула.

Демон закинул голову и беззвучно рассмеялся, а в комнате вдруг стало темно. Поднялся ветер. Вместо свежего горного воздуха запахло кровью — так, как пахнет на забоях. В углах сгустились тени — я видела, как их щупальца тянутся к нам.

— Давай, Ардер! Быстрее! — прикрикнул на меня магистр Дэлмир.

— Не я, так братья мои и сестры сожрут твою искру вечности! Тьма поглотит тебя окончательно!

— Заткнись, — твердо сказала я. И прежде, чем демон успел выдать что-то еще, запечатала его в капсулу вечности, откуда он не мог выбраться. Послышался яростный рев, но почти тут же стих. На пол упала капсула, внутри которой теперь находился демон. Я подняла ее и передала магистру Дэлмиру, не понимая, что происходит.

— Что не так? — все же спросила я.

— Ты вызвала демона не второго уровня, — хрипло сказал он.

— А какого?

— Первого.

Едва только я отдала капсулу магистру Дэлмиру, как силы покинули меня, и я с трудом устояла на ногах. Голова закружилась, а ноги стали ватными. Ко мне тотчас подскочила Анайрэ и усадила на стул. Она сказала что-то преподавателю на эльфийском, а он ответил. Только что, я понятия не имела.

— Ты потеряла слишком много сил. Выпей, — сунул магистр Дэлмир мне какую-то флягу, и я послушно сделала большой глоток. Огненная жидкость обожгла мне рот, и я выплюнула ее прямо на магистра, решив, что меня снова пытаются отравить. Он закатил глаза.

— Адептка Ардер, еще ни разу ни один студент в меня не плевал. Поздравляю. Вы стали первой, — сказал он недовольным голосом, отряхивая мантию.

— Что вы мне дали?!

— Виски, — пожал плечами магистр Дэлмир. — Иногда пару глотков нужно сделать, чтобы прийти в себя после работы с демонами. Особенно если это демон первого уровня.

Я снова закашлялась.

— Вынужден поздравить вас второй раз за день. Вы одна из немногих адепток, которым удалось вызвать демона первого уровня за столь короткий срок обучения. Я уже говорил, что вы несокрушимая сила? Но при этом понятия не имеете, как управлять своей силой.

— Так научите меня! — вырвалось совершенно случайно.

— А я что делаю? Канкан для вас исполняю? — изогнул бровь декан темного факультета. — Вместо того, чтобы поблагодарить своего преподавателя вы его облевали и унизили. Замечательно. Так сказать, продолжайте и дальше. Станете самой незабываемой императрицей за всю историю. Не понравился чиновник — плюнете в него.

— Интересные у вас разговоры, — появился вдруг в учебном зале магистр Бейлс.

— Что вы тут делаете? — прищурился магистр Дэлмир.

— Пришел на занятие. А вы до сих пор не соизволили уйти.

— К сожалению… Вернее, к счастью, мы не заметили, как закончилось одно занятие и началось другое, — отозвался декан темного факультета. — Видите ли, Адептка Ардер только что вызвала демона первого уровня. Полагаю, теперь у нее недостаток сил

— Что адептка Ардер вызвала? — изумился декан стихийного факультета, глядя на меня так, будто я сама стала демоном.

— Демона, или вы глуховаты, коллега?

— Поэтому вы решили напоить ее этим? — глянул на фляжку с виски магистр Бейлс.

— Чтобы она восстановила силы, — нахмурился магистр Дэлмир.

— Не знаю, как у вас, а у нас силы восстанавливают сладким.

— Не знаю, как у вас, а у нас сил тратится столько, что сладкое не помогает, — передразнил его коллега. Когда они были вместе, то всегда вели себя так, будто только что закончили академию. Однако на людях оба держались холодно и высокомерно.

— Спасибо, что лишили мою адептку сил перед важным занятием, — поблагодарил магистр Дэдмира магистр Бейлс.

— Да не за что. У вас такие занятия, что можно вообще на них не ходить. Бесполезные.

— Что вы сказали?

— Вы действительно глуховаты.

Магистры уставились друг на друга так, будто готовы были начать драку.

— Извините, — вмешалась я, чувствуя себя уже намного лучше. — А занятие начнется?

— Сможете проложить заниматься? — внимательно посмотрел на меня декан стихийного факультета.

— Да.

— Тогда даю вас передышку на десять минут. И начнем. Хочу, чтобы вы освоили огненный ураган.

Огненный ураган — одно из самых мощных заклинаний для огневиков. Его дают лишь на старших курсах… Наверное, я должна была чувствовать себя особенной, но нет, я чувствовала себя смертельно уставшей.

Огненный ураган мы освоили — для этого после теории пришлось переходить в тренировочный зал, в котором обычно тренировались огневики-старшекурсники. На стенах там была особенная обшивка, которая не давала им загореться. Таких залов было несколько, но я со своей группой тренировалась в другом — самом маленьком, предназначенном для первокурсников.

— Неплохо-неплохо, — сказал магистр Бейлс, когда я продемонстрировала ему заклятие, но в миниатюре, ибо настоящий огненный ураган мог достигать размеров целого замка.

— Спасибо, магистр.

— А ведь недавно вы не могли сдать мне экзамен по стихийной трансформации, — вдруг вспомнил он. Я вздохнула. Это было в конце прошлого года, а казалось, будто бы прошло несколько лет!

— Мне действительно было сложно, — ответила я. — Хоть я и тренировалась каждый день…

— Ваша сила была запечатана, я в курсе, — кивнул магистр Бейлс. — Я знаю, что вы старались, адептка Ардер. В своей группе вы были одной из самых старательных учениц. Но до сих пор есть кое-что…

Он замолчал.

— Что, магистр?

— Как ваш декан, хочу знать — вы действительно собрались участвовать в Академических магических состязаниях?

— Да, — удивленно ответила я.

— И вы знаете, кто ваш основной противник?

— Ева Шевер! — вырвалось у меня, а он покачал головой.

— Нет, адептка Ардер. Это не так. Ваш основной противник — это вы сами. Вы помните, что я говорил вам с самого начала вашего обучения? Самоконтроль…

— «Вот что самое важное для стихийного мага, — продолжила я тотчас. — Если вы научитесь концентрироваться на своей силе, вы сможете контролировать ее». Я помню наизусть.

— Рад, что помните. Вы не должны терять самоконтроль, Белль, — вдруг мягко сказал магистр Бейлс. — Теперь, когда ваша сила настолько велика, вы всегда должна контролировать себя и свои желания, которые тьма будет диктовать вам. Не знаю, что случилось между вам и Евой Шевер — могу лишь догадываться. Но знаю, что вы не должны терять контроль над собой в любой ситуации. Ваша идея участвовать в состязаниях — это потеря контроля. Не об этом вы должны думать. Хотя, надо признать, господин ректор сообщил, что император доволен этим.

— Я хочу участвовать не для того, чтобы доказать другим свою силу, — тихо сказала я.

— А для чего же?

— Я хочу доказать Даррелу и императорской семье, что достойна быть одной из них.

«И хочу показать Еве Шевер ее место», — прошептала тьма и расхохоталась. Из моих губ вырвался злой смех, и магистр Бейлс покачал головой.

— Самоконтроль, Белль. Самоконтроль, — повторил он. И я резко перестала смеяться, поняв, как странно это выглядит со стороны.

Занятие закончилось, и я направилась к выходу из тренировочного зала.

— Я горжусь вами, — в спину сказал мне магистр Бейлс. Я обернулась и улыбнулась ему.

— А я рада быть вашей адепткой. Я принадлежу стихийному факультету. И благодарю вас за то, что вы учили меня. Из искры возгорится пламя, — коснулась я груди, вспоминая девиз огневиков. Магистр Бейлс улыбнулся и тоже приложил руку у груди. Это было наше приветствие — приветствие всех стихийников.

Это было мое последнее занятия, и в сопровождении гвардейцев и телохранительницы я направилась по коридорам замка на улицу — захотелось подышать свежим воздухом. Как и всегда, мне почтительно кланялись и провожали взглядами. За последнее время я немного привыкла к такому вниманию и старалась всем отвечать на приветствие, хотя Даррел говорил, что не стоит. По законам этикета следует проходить мимо и изредка поднимать в знак приветствия руку, а не улыбаться и кивать в ответ. Но разве я могла так сделать?

Выйдя на улицу, на которой расцветал вечер, я полной грудью вдохнула воздух — все еще прохладный, на наполненный ощущением скорых перемен. Перелетный[11] месяц всегда был особенным для меня. Снег таял, небо становилось выше и звонче, а солнце светило ярче. День постепенно увеличивался, закаты и рассветы набирали силу, окрашивая небо яркими красками. Предчувствие чего-то нового и светлого переполняло меня. И настроение было отличным.

В одиночестве (если не считать охрану) я прогулялась по парку, насладилась золотисто-оранжевым закатом и направилась к замку. За ужином я хотела встретиться с подругами, однако мои планы поменялись. Ко мне подскочил помощник ректора и сообщил, что со мной хочет увидеться мой брат Том. Он специально приехал в академию, получив для этого особое разрешение. Я едва не запрыгала от радости, но пришлось сдержать себя — вокруг были адепты, которые наблюдали за каждым моим шагом.