Глава 46

Третий тур я тоже прошла — победила еще одну участницу с боевого факультета, и, надо сказать, далась мне эта победа нелегко. Моя соперница была опытной и атаковала так умело, что несколько раз зацепила меня мудренными заклятиями, однако в конце концов, я пульнула в нее фаербол, и пока она ставила щит, незаметно отправила «ласковых змей». Это было темное заклинание, но трансформированное в более мягкую форму — оно усыпляло на несколько минут, когда как основная, боевая форма — убивала.

Победа осталась за мной не только в этот день, но и на следующий, когда я вышла в полуфинал. Ева Шевер тоже оказалась в полуфинале, я и чувствовала кожей, что в финале мы будем сражаться. Выйдем один на один, и я сделаю все, чтобы поставить ее на место.

Подговорив Элли подбросить мне запрещенный артефакт, Ева снова осталась безнаказанной. Чиновники не выдали ее имени — ведь Шевер была одной из них. Она и ее семья занимали высокое положение среди высокородных. Однако это не значило, что я все спущу с рук этой наглой девице.

Сначала Даррел. Потом я. Затем Элли. Ева возомнила себя кукловодом, но я покажу ей ее место. Осталось совсем чуть-чуть.

Я стояла у окна, заложив руки за спину и смотрела на далекие огни Небесного замка. Даже странно вспоминать, что зимой я прожила там несколько недель… Будто их и не было. И Фэйры, которая отравила меня, тоже не было. Странно, но почему-то я часто вспоминала старшую придворную даму. Я так и не поняла, почему она хотела убить меня. За что?

— Ну что, готова завтра побеждать? — раздался голос Кайла, который зашел ко мне вечером, чтобы поддержать. По крайней мере, он так говорил, но я знала, что Кайл пришел поесть. Мои покои превратились в его личную столовую.

— А ты сомневаешься во мне? — повернулась я к ангелу. Он сидел на диване и выпечку, а из его кармана торчали конфеты, позаимствованные у меня в столовой.

— Я? Нисколько. А вот половина адептов, которые участвуют в ставках, очень даже сомневаются, — самодовольно ответил Кайл. — Знаешь ли, дорогая Белль, многие уверены, что снова победит Ева. И ставят на нее неплохие суммы.

— Я тоже хочу сделать ставку, — сказала я. — Можно?

— Разумеется, — просиял Кайл. — Сколько?

— Десять тысяч крон, — ответила я, и ангел закашлялся. Вытаращил на меня глаза и приложил изящную ладонь к уху:

— Сколько-сколько?

— Десять тысяч крон, — спокойно повторила я. — Хотя… Пусть лучше будет двадцать.

— У тебя горячка, да? — с надеждой спросил Кайл. — Ты бредишь? Сошла с ума?

— Нет, я вполне серьезно. Я тоже хочу сделать свою ставку, — пожала я плечами. Странно, но деньги действительно меняют. Не характер, а восприятие. Раньше я тряслась над каждыми десятью кронами, а сейчас и десять тысяч стали для меня мелочью. Я знала, что богата и богата неприлично. Почему же я не могу начать тратить деньги так, как мне вздумается? Они мои.

— Меня сейчас разорвет на части, — признался Кайл. — Как твой секретарь, я хочу сказать, что такая трата денег — просто безумство! Но как организатор ставок, я должен поблагодарить тебя и объявить клиентом года. Если бы ты не была участницей, я бы организовал тебе лучшее место на трибуне, клянусь! Даже лучше, чем у принца и ректора!

Я лишь улыбнулась.

— Просто стань собой, мой друг. Дай твоей алчности проснуться и захватить тебя в плен.

— Сдаюсь без боя, — поднял руки Кайл. — Так, где там моя записная книжка? Сейчас запишу. Значит, двадцать тысяч крон на Белль…

— На Еву, — оборвала я Кайла, и он опять закашлялся — пришлось бить его по спине.

— С ума сошла?! — прохрипел он и пришел в себя только после того, как перепуганная Лея дала ему стакан воды.

— А что? — улыбнулась я.

— Ты собралась ставить на эту косорылую жабу, которая тебе в спину плюнула три раза?! — заорал ангел. — Теперь в моей голове в борьбу с секретарем и организатором ставок вступил твой друг! И он против, чтобы ты поддерживала эту эйхову упырицу!

— Ты такой милый, — рассмеялась я, видя, как у Кайла даже щеки покраснели от переполняющих его эмоций.

— Я просто не понимаю, почему?! Почему ставишь на нее?!

— Всего лишь хочу поддержать тех, кто поставит на меня, — ответила я спокойно. — Вот представь. Я выиграю. Они получат деньги. Но чем больше будут ставки на Шевер, тем больше получат те, кто поддерживают меня.

Кайл в восхищении уставился на меня.

— Хи-и-итро, — протянул он. — А ты не промах, Белль. Вовсе и не такая добродушная тупица, какой казалась на первой взгляд.

— Я тебе сейчас крылья подпалю, — нахмурилась я.

Настроение в последнее время скакало все чаще, и магистр Дэлмир говорил, что такова природа тьмы — она разбалансирует характер и порою даже волю. Поэтому мне уменьшили количество занятий по этикету, языкам и литературе, и увеличили количество занятий с ним. В последнее время мы постоянно медитировали, и я с трудом, но научилась справляться с влиянием тьмы.

— Ладно-ладно, — часто закивал Кайл. — Я имел в виду, что ты больше не та милая, благородная и наивная Белль, какой казалась в начале. Мне действительно нравится твой план. Это очень умно — поддерживать сторонников. Кстати, давай поработаем над твоей мотивацией перед сном? Ты должна хотеть победить и тогда ты действительно победишь! Помни об этом!

— Светлые боги, он опять начал! — простонала я. — Кайл, все, на что ты меня способен замотивировать сейчас — так это не то, чтобы закрыть тебе рот!

— Грубиянка, — ничуть не обиделся ангел. — Но я действительно надеюсь, что ты размажешь эту дрянь по стене, как жука. А потом мы захватим власть в Клубе.

Он с предвкушение потер ладони — Клуб избранных никак не давал ему покоя.

Мы попрощались, и Кайл ушел, получив деньги и заявив, что у него много дел перед завтрашним финалом. Подозреваю, он побежал к Шиа, вместе с которой они организовали ставки, чтобы поменять расклад с учетом моих двадцати тысяч крон.

Однако почти сразу после Кайла ко мне в покои пришел Даррел. Я ждала его — мне казалось, что рядом с ним мне я становлюсь спокойнее. Подзаряжаюсь его внутренней силой, мысли перестают путаться, а я наполняюсь уверенностью.

Даррел был уставшим — я видела это по его глазам. А еще — очень красивым. Темные пряди чуть отросших волос падают на лоб, двер верхние пуговицы белоснежной рубашки расстегнуты, на плечи небрежно накинут дорожный кожаный плащ. Принц только что вернулся откуда-то, однако решил перед сном зайти ко мне и пожелать удачи.

На ходу снимая перчатки и сбрасывая плащ, Даррел подошел ко мне и обнял. Я уткнулась носом в его грудь и вдохнула знакомый успокаивающий аромат снега, сушенных трав и вереска. Одной рукой Даррел обнял меня, другую положил мне на затылок, прижимая к себе.

— Прости, что пришел поздно, Белль. Я только недавно вернулся, — тихо сказал он. Я обвила его руками за шею. Все-таки рядом с ним действительно становилось спокойно и уютно, как дома.

— Где был? — тихо спросила я.

— В Тарвейской провинции. Нужно было решить несколько проблем с новым губернатором от лица императора. Скучно и муторно.

— Отец готовит тебя к тому, чтобы однажды ты стал правителем Вечной империи, — сказала я. Даррел хмыкнул.

— Будь его воля, я бы никогда не стал императором, — сказал он, медленно гладя меня по голове. — Но ему придется отдать власть мне, как старшему сыну. Знаешь, Белл, иногда я жалею, что родился страшим. И должен нести всю эту ношу по управлению страной на своих плечах. Но такова воля богов.

В его голосе прозвучала насмешка.

— Тебе передался дар Ледяного дракона. Кто, если не ты, должен стать следующим правителем? — я отстранилась от принца и заглянула в его глаза. — Ты не ценишь то, что у тебя есть, Дар.

— Прости, я просто устал, — ответил принц и коснулся кончиками прохладных пальцев моей щеки. — Вообще-то, я пришел к тебе, чтобы пожелать удачи завтра и сказать, что я болею за тебя. А не жаловаться на жизнь. В любом случае я изо всех сил буду стараться ради моих подданных. Власть наделяет не только правами, но и обязанностями. И их я буду выполнять до последнего вздоха.

— Знаю. — Я перехватила его пальцы и поднесла к своим губам, чтобы согреть дыханием. А после поцеловала запястье — там, где под тонкой кожей сплелись голубые вены.

— Белль… — Прошептал Даррел.

— Что? — подняла я взгляд на него взгляд.

— Почему ты такая прекрасная?

Он подхватил меня на руки и закружил по комнате — так, что разлетались в стороны юбки. Я звонко засмеялась и потребовала Даррел поставить меня на место. Он не собирался этого делать, а все кружил, кружил, кружил… Пока мы вместе не упали на диван, и Даррел крепко обнял меня, а я положила голову ему на плечо.

— Завтра ты одержишь победу, — сказал он.

— А если нет? — вдруг спросила я. — Ты расстроишься?

— Не думаю. Но я уверен в тебе, Белль. Ты ведь дракон. — В его тихом голосе не было ни тени сомнения.

— Я буду стараться. Правда.

— Знаю. Только… Почему у тебя такие глаза грустные? Ты все еще переживаешь из-за своей подруги?

Конечно же, он знал о том, что случилось с Элли. И в который раз хотел разобраться с Евой, но я остановила его. Не позволила. Сказала, что сама справлюсь.

— Да, для меня это стало ударом, — призналась я. — Больше всего на свете я боялась предательства и получила его. От той, которой доверяла, как себе. От своей подруги.

— Ты хочешь простить ее? — мягко спросил Даррел.

— Нет. Не могу. Сколько бы я ни думала об этом — не могу.

Поступок Элли действительно повлиял на меня. Сначала я рассердилась и была так зла, что кровь горячей будто лава. А потом… Потом меня накрыла тоска. Почему она так поступила? Разве я была плохой подругой? Это злость? Зависть из-за моего положения? Почему наша дружба распалась? Ведь я не виновата в том, что Арт выбрал Дэйрил.

— Она все-таки не до конца предала тебя, — задумчиво сказал принц. — Вернулась.

— Из-за Кэлла. А если бы его не оказалось рядом?

— Оказалось бы, — хмыкнул Даррел. — Он давно присматривает за ней. Уже какое-то время назад начал что-то подозревать.

— Вот как. Почему же ничего не сообщил мне?

— А ты бы поверила, если бы Кэлл сказал, что Элли хочет тебя предать?

— Нет, — вынуждена была признать я. Я бы не поверила в это.

Мы болтали еще некоторое время, однако Даррелу пришлось оставить меня — он сказал, что я должна выспаться перед финалом. Перед уходом он неспешно и нежно поцеловал меня, заставив сердце расплавиться, а после ушел.

На следующее утро, перед тем, как покинуть свои покои и отправиться на последнее состязание, я надела каффы, подаренные Даррелом перед моим первым балом. Сверкающая лунная сталь в виде изящных драконов сияла в моих ушах, и, глядя на свое отражение, я почувствовала себя такой сильной, как никогда прежде.

Еве Шевер конец.

Трибуны были переполнены — на финал традиционно пришли посмотреть все адепты и магистры, кроме того, приехало много газетчиков. Они занимали первые ряды, и то и дело ослепляли вспышками — им хотелось сделать побольше фотографий для заголовков первых полос. Я уже видела громкие заголовки: «Невеста принца сражается с его бывшей подружкой! Кто же станет самой сильной адепткой академии магии?»

Мы с Евой стояли друг напротив друга. Как и я, она была облачена в специальный костюм. Ее волосы были заплетены в длинную косу, а лицо оставалось хладнокровным — она была уверена в своей победе не меньше, чем я — в своей.

Перед начало состязания нам пришлось поприветствовать друг друга.

— Зря пришла, Белль, — сказала Шевер, спокойно глядя мне в глаза. — Не знаю, как ты добралась до финала, но победительницей стану я.

— Посмотрим, — ответила я. — Если будешь хорошо себя вести, Ева, сделаю своим заместителем, когда стану главой Лунной части.

— Смешная ты, девочка. Возомнила себя сильной. Мне тебя жаль. Сегодня ты поймешь, насколько была неправа.

— Я сказала, что сделаю тебя. Значит, сделаю.

Я подошла к ней близко-близко и, улыбаясь, обняла. Как сестру или подругу. Раздались радостные крики — трибуны реагировали на все, что происходило на стадионе.

— Какого эйха, Ардер? — прошипела Ева с отвращением, но отталкивать меня не стала — вдруг другие заметят, как сильно она меня ненавидит. Напротив, ей тоже пришлось меня обнять.

— Пусть они думают, что между нами хорошие отношения. Не хочу пустых сплетен и новых дурацких статей, — ответила я, похлопала Еву по спине.

Мы отстранились друг от друга, обменялись обжигающими взглядами и разошлись каждая по своим местам.

Трибуны затаили дыхание. Ректор начал обратный отчет. Три, два, один… Едва он назвал последнюю цифру, раздался громкий звук, похожий на гудок парохода. Это значило, что сражение можно начинать.

Мы атаковали почти одновременно и также синхронно ставили блоки. Ева была не только сильной, но и проворной — она быстро двигалась, и каждый пасс ее руки был отточен до совершенство. К тому же она знала огромное количество заклинаний, и пользовалась ими с раздражающей легкостью.

Меня атаковало проклятье в виде летающих ос с ядовитым жалом из стали.

В меня летели раскаленные железные звезды — одна из них оставила глубокий порез на руке, и я почувствовала запах своей крови.

Мне пришлось защищаться от водного смерча, которые потушил мой огонь — ведь, как и я, Ева была стихийницей. Спас меня темный щит, отражающий направленную на меня магию — смерч полетел обратно в Еве, но лишь щелчок ее пальцев, и он, превратившись, в водную химеру, снова вернулся ко мне.

Ева наступала с такой яростью, что я начала проигрывать.

Заклятье, еще заклятье, еще, и еще, и еще…

Я поймала себя на том, что больше не атакую, а делаю все, чтобы защитить себя. Но я проигрывала, и мы обе это понимали. И трибуны — тоже. Они кричали так, что уши закладывало.

Я начала выдыхаться и сдавать позиции, а Ева Шевер напирала все больше и больше. Не знаю, что подпитывало ее — страх или ненависть. Но сдаваться она не собиралась. Впрочем, я тоже.

Ева шла на меня, выставив вперед руки, из которых вырывалась мощная магия. Водная стихий полупрозрачная змея обвивала тело Евы и сверкала на ярком солнце. От моей противницы исходили сила и воля к победе. И я знала, что Ева сделает все, чтобы победить.

Я отступила на несколько шагов, но, сквозь зубы прочитав заклятие, все же отправила в сторону Евы огненный вихрь. За ее спиной прямо из-под земли вырывалась огромная голубая волна и накрыла девушку с головой, отражая мою магию. Огонь потух, не выдержав напора воды, и я почувствовала, как слабею. Щит, который использовала Ева, был не простой. Он не просто отражал чужую магию, он впитывал ее точно губка.

Еще несколько шагов назад. И теперь уже мне пришлось защищаться. С криком Ева направила на меня водоворот, и я торопливо сотворила вокруг себя огненную клетку. Только она не выдержала — Ева усилила напор, и вода снова победила огонь. Я едва успела отбежать в сторону, чтобы ее магия не задела меня. Упала, ударившись и оцарапав ладони, но тотчас перекатилась и вскочила на ноги. Водоворот летел ко мне, и я слышала страшный шум воды — будто бы находилась рядом с водопадом.

Еще один щит. И еще. И еще. Публика ревела, видя, что я проигрываю. А Ева улыбалась, потому что чувствовала себя победительницей.

— Что, Ардер, даже сила дракона не помогла тебе победить меня? — прокричала она.

— Пошла ты! — задорно отвечала ей я.

В ее руке появился водяной хлыст. Ева щелкнула им, и он задел мне ноги, опаляя их болью. Но я старалась не обращать на нее внимания. О боли буду думать потом. Сейчас я должна победить.

В моей руке тоже появился хлыст — только огненный. И я попыталась достать им Еву. Не вышло. Вместо этого я вообще его потеряла, а следом потеряла и равновесие — полетела на землю из-за боевого заклинания, против которого не успела поставить защиту.