Глава 67

Мой Даррел ушел. Растворился в воздухе, став ветром. А я хотела стать морем — потушить тот огонь, что все еще пылал во мне, и погрузиться под воду, найдя там свою вечность.

Уйти должна была я. А он решил иначе. Сделал так, чтобы Сфера вечности спасла меня, а не его.

Я лежала на берегу и смотрела в небо, которое становилось все светлее и светлее. Ни огонь, ни тьма, ни сила драконов — мне ничего не нужно. Этот мир пуст. И я сама тоже пуста.

Даже не больно.

Пусто.

Ни света, ни тьмы. Ничего. Пустота.

Только море, ставшее алым после того, как в него упал сын темного бога. И черные слезы, стекающие из моих глаз к вискам.

Спустя несколько часов группа боевых магов. Я так и лежала, когда они подбежали ко мне и подняли, хотя двигаться мне не хотелось. Мне вообще ничего не хотелось.

Они осмотрели меня, убедились, что я жива и невредима. И переглянулись.

— А его высочество? — встревоженно спросил один из магов, командир группы. — Где он?

Я подняла взгляд на небо. Взгляд, полный пустоты.

— Отправился на свою звезду, — прошептала я.

Они сразу все поняли и, как по команде, опустились на одно колено, опустив головы и прижав кулаки к сердцам. Знак скорби и печали.

— Даррел был героем. Даррел Дерек Максимилиан Лагранж — величайший из героев времени. Тот, кто остановил тьму.

Выражая свое почтение, я тоже встала на одно колено. Склонила голову, и спутанные волосы, в которых запеклась кровь, закрыли лицо. На землю упали мои черные слезы — они прожигали ее, оставляя следы. Та сила, что оставалась во мне после завершения ритуала дуумвирата, была слишком велика, но я контролировала ее.

С колена я поднялась первой, и маги поднялись следом за мной. Их лица были потерянными.

— Прошу, простите меня за вопрос, ваше высочество… Но где тело принца? Нам нужно доставить его домой, — тихо сказал командир группы. — Согласно традициям, его должны проводить с особыми почестями…

— Он растворился, — резко ответила я.

— В море? — прошептал маг, глядя на кроваво-красные волны.

— В небе.

— А море?..

— Оно поглотило Кровавого дракона. Пророчество оказалось правдой.

— Пророчество?.. — переспросил маг.

— Неважно. Важно то, что благодаря принцу тьма отступила.

На глаза снова набежали слезы. И я сомкнула ресницы.

Мне нужно прийти в себя. Хотя бы на время.

Сейчас я не пустота. И даже не Белль Ардер, когда-то — Бертейл. Я жена наследного принца. Принцесса, которая должна была стать императрицей. Я должна подавать пример своей силой духа, которую почти растеряла.

Плакать я буду потом… А сейчас, ради Даррела, ради моего несчастного Даррела я буду сильной. Пойду вперед.

Я расправила плечи. Подняла подбородок. Глянула в последний раз на кровавое море и пошла прочь с берега, а следом за мной шли боевые маги.

Кровавое море за нашими спинами тяжело вздыхало, будто не желая нас отпускать.

Не помню, как мы добрались до портальной станции. Как переместились в столицу, на Золотую улицу, где нас встретил отряд гвардейцев Я привыкла видеть их в выглаженной форме, которой они любили пощеголять, но теперь одежда на них была потрепана — у кого-то порвана, у кого-то в крови. Это были те, кто выжил с схватках с демонами.

Я вспомнила гвардейскую форму Даррела и то, как она шла ему, подчеркивая стать и величие. Мне все напоминало о нем, но я держалась. Просто шла вперед и смотрела по сторонам.

Раньше Тайлэрис казался мне прекрасным городом. Одним из самых красивых на континенте. Старинный, прекрасный, с широкими нарядными проспектами, витыми улочками, садами, храмами и площадями. Город, который любили. Город, который почитали.

А теперь все изменилось — Золотая улица, по которой мы передвигались, была в руинах. Шикарные особняки исчезли — от одних остались стены, другие превратились в обломки, третьи были стерты с лица земли пламенем.

— Демоны атаковали районы с высокородными первыми, — хмуро пояснил капитан гвардейцев. — А вот на окраинах их почти не было.

— Многие пострадали?

— Да, ваше высочество. Но им уже оказывается помощь. Демоны неожиданно исчезли несколько часов назад.

— Где Небесный дворец? — спросила я, вдруг поняв, что небо над столицей странно пустое. Дворец, который я привыкла видеть, пропал.

— Приказом императора было принято решение заманить демонов во дворец, из которого преждевременно всех эвакуировали, — отрапортовали мне. — После чего Небесный дворец уничтожили. Таким образом удалось спасти десятки тысяч жителей столицы.

— А император? Где сейчас император? — спросила я.

— Он и несколько высших магов остались внутри, — тихо ответил гвардеец. — Чтобы использовать магию движения дворца для взрыва. Ее можно было активировать лишь изнутри.

В это же время в небе над городом появился огромный полупрозрачный черный флаг — символ потери в императорской семье.

Все те, кто находился на улице, опустились на колени, выражая свое почтение мертвому императору.

Он был ужасным отцом, который не давал своим сыновьям столько любви, сколько им было нужно. Но он оставался хорошим правителем до самого конца. Я не знала, хорошо это или плохо, и просто хотела почтить его память.

Императорская семья понесла большие потери. Двое погибли. Император и наследный принц. К кому перейдет сила Ледяного дракона? Кто возглавит империю? Винсент? Этель? Или она тоже растворилась в воздухе, как и он?

Я не знала.

Мы продолжили путь. Я — впереди, гвардейцы и маги — за мной. И те, кого мы встречали по пути, кланялись нам. Я больше не чувствовала себя юной и беспечной девчонкой, которая случайно стала невестой принца и которая теперь должна была сделать все возможное, чтобы понравится другим. Я ощущала себя взрослой и сильной. Способной на все.

Я была единственным представителем императорской семьи в столице. Ко мне стекались разрозненные отряды гвардейцев и магов. До меня доносили сведения, полученные с Пограничья. У меня спрашивали, что и как делать.

Не знаю, откуда я взяла силы на то, чтобы решать что-либо, чтобы руководить, чтобы отвечать. Чтобы идти вперед.

На площади Роз и Мечей меня встретил Элиот и выразил свои соболезнования. В его глазах читалась тоска — император был его верным другом, а Даррела он любил, как собственного племянника, но при этом глава тайного отдела не потерял силы духа. Он был одним из тех, кто фактически управлял ситуацией в городе.

Он доложил, что императрица и ее дети в безопасности, как и Том. И что мои родные также в порядке.

— Как Эштан? Его доставили в столицу? Он выжил? — с замиранием сердца спросила я.

— Да, он находится в госпитале, — кивнул Элиот. — Ева Шевер — вместе с ним.

— Они были шпионами?

— Да, благодаря им мы многое знали. Они рисковали жизнями, — кивнул глава тайной службы.

— Кайл и Шиа? — что с ними? — продолжила я расспросы.

— Ангел и демонитка? Живы, — ответил Элиот. — Когда ночью демоны напали на нас, вместе с другими старшекурсниками отправились в столицу, чтобы помогать. Я бы взял их обоих к себе в отдел. Смышлёные.

— Узнайте, что с моей подругой Дэйрил. Прошу вас. Это важно, — попросила я.

Если она… жива, ей будет так же больно, как и мне. Она потеряла любимого. А я была последней, кто его видел. Что я скажу Дэйрил? Что не уберегла его? Что не уберегла никого, кто был со мной?

— Да, я отдам приказ своим людям, ваше высочество. Да, забыл сказать. В Приграничье мы нашли тела тех, кто сопровождал вас и принца. Среди них есть один выживший.

Сердце кольнуло. Неужели кто-то выжил в схватке с демоном?

— Кто? — спросила я хрипло.

— Один из телохранителей Даррела. Арт. Он в тяжелом состоянии, но ему оказывается помощь.

— Светлая Тэйла, спасибо, — прошептала я. — А Кэлл?..

Элиот скорбно покачал головой.

— Увы. Мои соболезнования, Белль. И мое восхищение. Ты настоящий воин.

— Нет, — ответила я. — Это ведь я должна была умереть, понимаете? Не Даррел, а я. Он не дал мне сделать этого. И я… Я не понимаю, что мне теперь делать. Зачем он сделал это?

Я сжала кулаки.

— Уважай выбор своего мужа, девочка моя, — произнес Элиот, переходя вдруг на «ты», и коснулся моего плеча отеческим жестом. — Умереть за кого-то — это тоже выбор, как и любить.

Я лишь кивнула в ответ — не знала, что можно сказать на это.

— Еще кое-что, Белль. Сила Ледяного дракона нашла нового хозяина, — вдруг сказал Элиот.

— Кто это? — только и спросила я. — Винсент? Этель? Нет? Кто же? Неужели… Только не говорите, что это младший брат императора!

— Нет. Это его старший сын. Эштан.

Меня будто молнией пронзило.

— Что? — прошептала я и тотчас вспомнила, что мне сказал Даррел. Что Эштан — его брат по отцу. Мои колени подкосились. Значит, теперь трон займет он?

— Пока что мы держим это в секрете. Да и народу сейчас не до этого. Но да, Эштан станет новым императором. Первым темным императором Вечной империи.

— Пусть так и будет, — сказала я.

Мы с Элиотом обсудили еще несколько вопросов, и он попросил меня выступить с речью перед поддаными.

— Кроме вас это некому сделать, ваше высочество, — сказал он, снова возвращаясь к «вы». — К вечеру тут соберутся горожане. Вы объявите о победе над тьмой и смерти императора и Даррела. Пока что отдохните в Белом дворце — он не тронут.

— Я не хочу отдыхать. Я хочу сделать что-нибудь полезное, — ответила я.

— Вы уже сделали. Спасли этот мир. Прошу, ваше высочество, вам нужно прийти в себя. Как только мне станет известно о вашей подруге Дэйрил, я сообщу. А пока побудьте во дворце.

Я согласилась, но по дороге во дворец увидела Главных храм — его защищали жрецы, и он тоже остался нетронутым. Я зашла внутрь и направилась к статуе Артеса, возле которого горели свечи с ароматом сливы и ревеня, сложила ладони у груди и попросила о помощи.

Не знаю, как это случилось, что я вдруг провалилась в сон…

…И очутилась в знакомой уже пещере, напротив мужчины в старинном костюме с накидкой из звериной шкуры. В тот раз он улыбался, а в этот смотрел печально.

— Мой храбрая Эйана.

— Меня зовут Белль, — во второй раз поправила я его — первый раз был в прошлую нашу встречу. — Что вы хотели?

— Разве это не ты хотела? — спросил он. — Это ведь ты просила о помощи.

В моей голове вдруг всплыла однажды сказанная им фраза:

«Однажды тебе понадобится моя помощь, дочь моя. Найди это место наяву, а не во сне. Я не возвращаю к жизни мертвых, но еще живых спасти могу»

— Вы — бог Артес, верно? — спросила я тихо.

— Твой отец. Моя искры жизни породила твою, Эйана. И если тебе интересно — искра твоего земного возлюбленного все еще не у жнецов.

Земля едва не ушла у меня из-под ног. Сердце озарила надежда.

— Даррел… жив? — прошептала я.

— Не жив и не мертв, — кивнул Артес.

— Вы можете спасти его? Прошу вас, пожалуйста! — воскликнула я с отчаянием. — Вы ведь можете сделать это, раз Даррел еще не умер?! Можете? Можете? Заберите мою искру вместо его искры! Ему слишком рано уходить, Артес! Я прошу вас… Умоляю. Нет смысла жить пустой. Без него. После ритуала дуумвирата мы стали единым целым. Нашли друг друга… Слишком жестоко отбирать его у меня… Отбирать половину моего сердца.

Я встала на колени перед ним, но он поднял меня и взял за предплечья и посмотрел в глаза:

— Ты так сильно хочешь этого, Эйана?

— Да. Очень. Очень хочу.

— Мой темный брат смогу возродить своего сына, который начал наступление на ваш мир, — задумчиво сказал Артес. — Хотя мы обещали друг другу не вмешиваться в дела людей. Мы должны были держать равновесие. Он и я. Тьма и свет. Раз он нарушил равновесие, у меня появилась возможность восстановить баланс. Эйана, дочь моя, чья искра — искра надежды. Найди это место наяву, а не во сне. И тогда ты найдешь того, кто так дорог тебе. Слушай свою звезду. Времени очень мало. Это все, чем я могу помочь.

Арте склонился ко мне и поцеловал в лоб.

И я резко распахнула глаза.

Что это было? Сон или очередное видение?

Вскочив, я выбежала из храма, наплевав на все нормы приличия. Во мне горела надежда — тусклым огоньком, который в любой момент мог погаснуть. Но все же она горела. И я, немедля, решила отправиться на поиски места из видения. Возможно… Возможно там я найду Даррела!

Через гвардейцев я передала послание Элиоту и помчалась на площадь — сейчас пока почти пустую. В третью форму я трансформировалась там, на глазах у гвардейцев и горожан, и стрелой взмыла вверх, сложив крылья.

Найти то место. Нужно найти то место.

Это горы. Заснеженные вершины манили меня в первом сне. Где-то там есть пещера. И мне нужно попасть в нее. Только… В какие горы лететь? В Хивийские на востоке? Или в Атласные на Западе? А может быть, в Лидейские на севере?

Я не знала. Пыталась понять, кружилась в небе, садилась на равнины, останавливалась у рек. Пыталась понять, куда я должна лететь, но понимание пришло не сразу — лишь тогда, когда на небе зажглась первая звезда — самая яркая. Моя. Звезда Черного дракона. И я вспомнила фразу Артеса: «Слушай свою звезду».

Повиснув в воздухе, я направила на нее драконий взгляд, и звезда вдруг вспыхнула, а потом покатилась по небосклону, будто указывая направление — на север. И я, поняв, что мне нужны Лидейские горы, полетела за своей звездой, разгоняясь все сильнее и сильнее — до невозможных скоростей.

Спустя несколько часов я приближалась к горным заснеженным пикам. Над одним из них — над самым высоким — звезда мигнула и погасла совсем. А я поняла, что это самая высокая точка империи — пик Всех богов. Где-то здесь есть пещера, и там… Там, возможно, меня ждет Даррел…

И я летела по небу, словно стрела.

Я опустилась на снег, озаренный лунным светом и трансформировать — перешла в первую форму. Со всех ног я кинулась ко входу в пещеру, на ходу зажигая пламя, которым разогнала по углам тьму.

Я нашла Даррела.

Я.

Нашла.

Даррела.

Он лежал на полу пещеры без чувств. Я упала на колени рядом с ним, готовая разрыдаться от счастья — Артес исполнил мое желание. Оживил моего Дара. Только… Почему он не просыпается, а тело его холодное?

Не понимая, что происходит, я проверила его дыхание и пульс — они были, но казались такими редкими, будто бы Даррел умирал. Снова покидал меня.

«Я собрал его тело из ветра, пыли и морской пены. Теперь верни ему силу Ледяного дракона, — раздался в голосе голос Артеса. — Тогда он сможет проснуться».

Вернуть? Но как? Она перешла к Эштану…

Я обняла Даррела, стараясь согреть его теплом своего тела.

Снова хотелось плакать — в который раз! Но слезы стали для меня непозволительной роскошью. Сначала я спасу Дара, и только потом позволю себе быть слабой.

Я связалась с Элиотом. И вскоре с помощью телепорта дворцовые маги отправили Даррела в столицу, где он попал к лучшим целителям. Но все они, как один, не понимали, что с ним происходит, и как ему помочь. Говорили, что его искра жизни едва теплится. Знала лишь я — ему нужна сила Ледяного дракона, которая теперь у его брата. И я направилась к Эштану в госпиталь, чтобы просить о помощи.

К этому времени он уже пришел в себя. Неподвижно лежал в кровати — осунувшийся, бледный, с синяками под глазами. Но живой.

— Белль, — улыбнулся мне Эштан пересохшими губами. — Я так рад, что ты жива!

— А я рада, что ты выжил, — ответила я и села рядом с ним. — Как ты, Эштан?

— Терпимо.

— Ты стал шпионом… Я удивлена. Правда.

— Император сам попросил меня об этом. Я не мог отказать. — Эштан прикрыл глаза. — Отец впервые попросил меня о чем-то. Я был горд.

В его голосе прозвенела боль. Несмотря на то, что Эштан старался скрыть эмоции, смерть императора подкосила его.

— Я думаю, он бы тобой гордился, — сказала я.

— Как знать, Белль. Как знать. У меня было две матери, и ни одна не гордилась мной. Забавно, да? Впрочем, мной никто никогда не гордился. Я привык. Зачем ты пришла? — без перехода спросил Эштан. — Говори прямо.

Я расправила плечи.

— Сила Ледяного дракона… Она перешла к тебе.

Он кивнул.

— Верно. И?

— Эштан. Я хочу попросить тебя, и это будет слишком дерзко… Но не сделать этого я не могу. Даррелу сейчас тяжело. Без силы Ледяного дракона ему не выжить, — честно сказала я. — Знаю, что ты думаешь, будто бы он всегда и все забирал у тебя. Отца, титул, Еву… Меня. А теперь хочет забрать силу, которая по праву стала твоей. Но… Я все равно прошу тебя, Эштан. Верни Даррелу силу Ледяного дракона. Иначе он не проснется. Пожалуйста. Я сделаю, все, что угодно.

Его темные глаза вспыхнули, брови сдвинулись к тонкой переносице. Эштан привстал с подушки.

— Все, что угодно? — уточнил он.

— Да. — Я не лгала. Я действительно готова была на все, что угодно. У Даррела есть шанс выжить. Разве могу я сидеть, сложа руки?

— А готова ли ты стать моей, Белль? — спросил Эштан, не сводя с меня глаз.

— Если ты спасешь своего брата — да, — прошептала я.

— Слишком быстро ты соглашаешься, — покачал он головой.

— Думаешь, я лгу? — Мои щеки вспыхнули.

— Нет. Думаю, что ты слишком безрассудна, Белль. Порою нужно действовать иначе. Например, ты могла бы меня убить. Тогда бы сила Ледяного дракона сама вернулась к Даррелу.

Я усмехнулась.

— Мне… предлагали такой вариант. Я отказалась. Во-первых, нельзя быть точно уверенными, что сила вернется Дару. А во-вторых…

— Во-вторых? — поднял бровь Эштан.

— Ты мой друг. Я не смогла бы тебя убить.

— Но ты ведь сама сказала, что готова на все, что угодно.

— Не мучай меня, — прошептала я. — Прошу.

— Прости, — выдохнул Эштан. — Я не хотел. Даррел и я ненавидим друг друга. Но он спас меня в Приграничье. Хочу отдать долг. А власть… Не уверен, что она нужна мне. Моя мать по крови мечтала, что я стану тем, кто свергнет императора. Тем, кто утопит Вечную империю в крови. Но я… Мне было плевать на это. Я просто хотел, чтобы мать любила меня. Гордилась. Хвалила изредка. Чтобы видела, что я не бесполезный кусок дерьма. Но все было напрасно. Она хотела убить меня. И один раз у нее почти получилось это. Лишь благодаря Даррелу я остался в живых. И я готов вернуть ему долг, несмотря на то, что он забрал у меня все, чего я так хотел. Я откажусь от силы Ледяного дракона. Вызови жрецов. Они проведут ритуал передачи.

— Спасибо, Эштан, — прошептала я.

— Дай мне руку? — попросил он, и я послушно протянула ему свою руку — тонкую, бледную, в ссадинах, с выпирающими венами. Он приложил ее в своей щеке, прикрывая сверху своей широкой ладонью. На мгновение прикрыл глаза. Поцеловал кончики моих пальцев, будто прощаясь, и кивнул.

— Сделаем это сегодня. Пока я не успел вобрать всю силу Ледяного дракона. Боюсь, что, почувствовав сполна ее мощь, я не смогу от нее отказаться. Пусть брат живет и правит этой страной. И ты тоже живи, моя смелая прекрасная Белль.

— Спасибо. Спасибо тебе. Я никогда не забуду этого. — От волнения я глотала воздух губами.

— А я никогда не забуду тебя, — улыбнулся Эштан и откинулся на подушки.

Уже выходя из палаты, я обернулась.

— Эштан, ты сказал, что тобой никто никогда не гордился, — тихо произнесла я. — Но знаешь, это не так. Тобой горжусь я.

В ответ он лишь слабо улыбнулся.