***

Не знаю, сколько я проспала, но когда проснулась и осознала, что хочу в туалет и ради этого могу даже встать, то за окно было темно. Скорее всего, была глубокая ночь, потому что вокруг царила оглушающая тишина.

Выйдя из комнаты, я поняла, что не представляю, куда идти. Площадь и планировка у этой квартиры были явно ни как у хрущёвки, да и на выбор у меня было целых два коридора, куда можно было отправиться. Лабиринт какой-то, чёрт возьми.

Я пошла прямо, но никакой двери, даже отдалённо на туалет похожей, не нашла. Зато заметила арку, войдя в которую, оказалась в большой и просторной кухне-столовой.

Именно там, как оказалось, проводил ночь хозяин дома. Мои шаги, видимо, он услышал заранее, потому что меня он заметил раньше, чем я его. Он сидел в кресле к углу и работал за ноутбуком.

– Доброй ночи, – просипела я. – А я тут туалет ищу. Не подскажите?

Игорь легко улыбнулся и кивнул в сторону второго коридора, который тоже выходил из кухни. Удобно. Кухня – столица квартиры, все пути ведут к ней.

– Вторая дверь направо, – добавил он, а уже мне в спину полетели слова: – И, кстати, «подскажешь». Лучше обращайся ко мне на «ты», а то у меня песок так скоро посыплется.

Я не обернулась, но растянула губы в совершенно глупой улыбке. Говорят, бабочки должны летать в животе, когда влюблён, но нет, бабочки порхали сейчас у меня в голове. И это были глупые мысли, которые заставляли моё сердце лететь на крыльях любви прямо в руки к мужчине. И теперь я стала совсем наивной дурочкой, потому что смела мечтать о том, что в ответ он, когда-нибудь подарит мне своё.

Когда я наконец, сделала всё, что нужно, у меня было два варианта: пойти дальше по коридору и всё-таки отыскать свою временную комнату, или вернуться на кухню и, я не знаю, водички попросить.

Конечно же, я выбрала второй вариант. Когда я вошла обратно, Игорь уже закрывал ноутбук, но уходить, судя по всему не торопился.

– А я спросить хотела, есть попить чего-нибудь?

Мой голос звучал почти как у умирающего лебедя, только этот лебедь имел за спиной сорокалетний стаж курильщика, потому что хрипела я нещадно.

– Да, конечно, – Игорь резко встал и, направился непосредственно к той части помещения, где и была кухня. Он так суетился, что мне даже как-то неудобно было. Но это никак не мешало мне про себя умиляться. Ко всему, он ещё и выглядел как-то особенно по-домашнему в футболке и спортивном трико.

Я вспомнила нашу встречу, то, каким грозным был тогда этот мужчина. Я была уверена, что это не было напускным, потому что он, похоже, умел быть разным, под настроение, так сказать.

Он собирался уже было подать мне стакан, но в какой-то момент остановился, отхлебнул из него и вылил воду в раковину. Сначала я не поняла, к чему это вообще было, но, когда он потянулся к чайнику и включил его, всё стало ясно. Игорь вспомнил, что у меня горло больное, а вода, наверное, была холодная. С ума сойти от него можно!

Впрочем, я уже.

– Может быть, есть хочешь? Я там что-то купил, можно сообразить, – он почесал в затылке. – Правда, ничего особо готового, я дома обычно не ем.

Я хотела было уже отказаться, потому что мне было неудобно и вообще… Но тут мой желудок настолько громко проурчал, что слов было уже не нужно.

Игорь усмехнулся и полез в холодильник.

– Бутербродов хотя бы тебе сейчас сделаю, – пробурчал он, доставая колбасу и сыр.

Я сглотнула слюну и поморщилась. Горло было по-прежнему воспалённым, но я вспомнила о «волшебном» спреи и сказала:

– Я сейчас вернусь, лекарством надо побрызгать, а то вообще ничего не съем, – и ушла разыскивать свою комнату. Впрочем, это было не сложно, она была как бы вторым центром квартиры и просто находилась в конце двух коридоров.

Сейчас, включив свет, я смогла рассмотреть место своего временного пребывания. Комната была просторная, здесь помимо кровати стояли ещё стол с креслом, шкаф и прикроватная тумбочка. На полу лежал мягкий ковёр, окно было занавешено лишь тюлем. На этом всё убранство заканчивалось.

Вся гора лекарств пребывала на тумбочке, спрей в том числе. Я быстро брызнула им в рот, поставила на место и собиралась уже уходить обратно на кухню, как что-то меня вдруг дёрнуло посмотреть в шкаф. Просто стало интересно, зачем он тут стоит.

Дверца плавно и бесшумно отъехала в сторону, а я едва не последовала за ней, потому что внутри шкаф был забит всякими рубашками-пиджаками-брюками. Зачем, интересно, Игорю хранить в гостевой комнате свою одежду? А в том, что одежда была именно его, я не сомневалась, потому что именно в таких костюмах я и видела его каждый раз, когда встречала.

Ответ на вопрос у меня был лишь один: зачем-то мужчина поселил меня в своей комнате.

***

Когда я вернулась на кухню, то там меня уже ждали кружка тёплого чая, стакан тёплой воды и тёплые бутерброды из микроволновки. Но теплее всего было у меня на душе, оттого, какую заботу ко мне проявлял Игорь. Я давно уже не испытывала ничего подобного и сейчас готова была расплакаться от переизбытка чувств.

– Спасибо, – сказала я и улыбнулась мужчине.

Всё это не только не способствовало прояснению моего разума от влюблённости, как раз наоборот. Я теперь не могла вообще какие-либо недостатки видеть в нём.

– А зачем вы… ты меня к себе привёз? – говорить с набитым ртом было бы неприлично и некрасиво, так что вопросы я задавать начала, только съев пару бутербродов, которые после целого дня голодовки показались мне пищей богов. – Можно было меня домой отправить, – произнеся эти слова, я посмотрела на своего начальника, которые смотрел на меня, нахмурившись.

– И как ты себе это представляешь? – сказал он. – У тебя же нет никого, врач сказала, что наблюдать нужно. Я как-то не развалился оттого, что ты у меня в квартире заняла лишнюю кровать.

Я не стала спрашивать его о том, почему же он оставил меня именно в своей комнате, а не в любой другой, просто потому что, его ответ меня вышиб и колеи. Просто так? Нет, я конечно верю, но не настолько же, как любит повторять Наташка. Почему-то казалось, что причина должна быть иная.

– К тому же, – добавил Игорь, – Мне тут одному в двухстах квадратах не особо симпатично, решил хотя бы что-то живое сюда привести. Ну, а если серьёзно, то пока не выздоровеешь, здесь будешь, тётя Яся сказала, что температура может в любой момент скакануть, оно тебе надо скорую вызывать, да ещё и мне нервы трепать, не склеила ли там ласты.

Ладно, я не стала углубляться в мотивы поступков этого сумасброда. Я уже поняла, что он не был злым, а значит, мог просто из-за порыва, например, жалости, начать помогать, например, мне. Логично же.

– Спасибо за ужин… или за завтрак, – вставая из-за стола, сказала я. – Пойду обратно отсыпаться.

И тут я вспомнила об одной большой проблеме. Нет, чудесно здесь, заботятся, кормят, а ты себе спишь, но вот меня смущало то, что я в джинсах и футболке в кровати спала. Пришлось спрашивать:

– А мне бы переодеться во что-нибудь… А то как-то неудобно.

Нет, я не ожидала, что он сейчас возьмёт и пижамку мне достанет из воздуха, но что-то же можно достать, наверное.

Игорь картинно хлопнул себя по лбу и сказал:

– Пошли, я забыл вообще. Сейчас что-нибудь своё тебе дам.

И он развернул меня за плечи в сторону выхода и подтолкнул в спину. Я собиралась уже пойти, куда отправляют, но тут меня подхватили на руки, будто куклу, да так резко, что я взвизгнула.

– Зачем?!

– За надом, в коридоре пол холодный, а ты босиком. Сразу бы тогда лучше в холодильник залазила, если добавить хочешь.

Тон, с которым он всё это произнёс, был донельзя серьёзным, мне стало в какой-то момент смешно, но, когда он устроил меня у себя на руках удобнее и неспешно направился к коридору, я затихла. Близость этого мужчины была до того волнительной, что я едва сдерживалась, чтобы не уткнуться носом в его шею, чтобы вдохнуть запах, чтобы впустить его в себя. Я просто таяла в его руках и поделать с этим совершенно ничего не могла.

И вот, он подходит к двери в комнату, отворяет её, почти опускает меня на пол, но всё же придерживает, чтобы я оставалась с ним на одном уровне, а я не могу заставить себя соскочить и отойти. Мы просто смотрим друг на друга, а мне хочется верить, что нежность, которая теплиться в его взгляде действительно существует, а не просто мне мерещится.

И больше всего на свете мне хотелось сейчас, чтобы он меня поцеловал. Чёрт возьми, я бы душу дьяволу за этот поцелуй заложила, потребуй он её!

– Тебе рубашку или футболку? – не отстраняясь от меня, спрашивает он. Мой мозг постепенно прекращает своё превращение в розовую жижицу, и я сама, уперевшись руками в грудь Игоря, ступаю на ковёр и отхожу на пару шагов назад.

– Футболка, думаю, будет удобнее.